Мыльные пузыри

      Радужный ободок на мыльном шарике исчезает стоит до него легонько дотронутся. Воздух поднимает их ввысь, разносит по поселению оставля на ветках плакучей ивы.Она спускает пару шариков вниз, до небольшого скопления белых и красных точек. Асфоделия почти сразу лопает их своими не раскрывшими цветками, а мак вежливо преподносит место в своем бутоне. Шарик лопается, окрашивая лепестки в более яркий цвет.       Темная фигура ловит пару таких ярких, размытым алкоголем зрение, пятен, и ухмыляется. Мужчина протягивает руку в кожаной перчатке, ловит "радугу", но та лопается даже не упав на ладонь.       Это место так красиво. Смех детей, весенний ветер, река что совсем рядом. Его друг всегда умел выбирать красивые места для дома. И с возрастом становился все более ответственен в этом плане, хоть и недостроенный дом смотрелся смешно. Одна и таже привычка, один и тот же герой и один и тот же путь. Сердце, если оно у него есть, больно кольнуло, отдавая дрожью в вытянутую руку.       Теперь прошлое не имело смысла, даже если оно было. Все воспоминания теперь застилал алкоголь позволяя провалиться в беспамятство. Было так противно, осознавать что теперь, ты похож на своего брата в ранние годы того. Это застилало сознание не хуже алкоголя, это проедало душу, это губило. Тянуло в самою тьму, там где ему и было место. Свет-губителен, но он пошел за Ним, пошел и пожалел уже спустя столетие. не хотелось больше обжигаться, и сейчас он вновь сидел в тени, как и до этого. Как до.. - Вам нужна помощь? - чужой голос отдавал некой дрожью.Неверье в незваного гостя или простоя предостороженность? Сан не хочет думать, хочет лишь насладиться моментом некой слабости. - И тебе привет, Лололошка. -глухой смешок, что почти глотают. Не хочется смотреть в ответ а взгляд все так же устремлен в деревню.- как у тебя хорошо..       Гость чувствует как рядом с ним садятся, приподнимаясь на руках пересаживаются ближе, а после облокачиваются. Становится чуть тяжелей держатся ровно. Мальчишка же не пушинка, а мутный взгляд и слабое тело, что в отличие от мозга не успело проснутся, прогинались хоть и под худым, но все же, мальчишкой.       Выдох, тяжелый, воздух жжет легкие и заставляет кашлять. Чужие руки вцепляются в предплечье, будто поддерживают. Такая знакомая хватка, напоминающая те самые дни в ИХ родном мире. Сан даже тогда не умел пить, хотя ему столько лет.. Или тогда было не в этом дело, а в пьянящих глазах на против, что горели как самый яркий свет в его жизни . Все уже было не важно - Не думал что ты решишь навестить меня.       Ло хмурится. На этот раз облокачивает на себя слабое тело. Оно буквально обмякает в чужих руках, не напряжено как до его прихода. - Решил простится.       Тяжелый выдох. Первый легко улыбается и кажется, готов засмеяться. Герой чуть закатывает глаза, немного хмурится при этом поднимая кончик носа. Это так забавно, что если бы "Бог" мог это видеть засмеялся пуще прежнего. Его руку сминают в своей, хочется шикнуть от мелкой боли, но она лишь выводит из транса. Глаза ловят цветные лучи, ведут по ним и находят источник. Цветное стекло, что так напоминало витражи в главном зале замка. У него, в организации под землей свет был лишь из ламп что изредка мигали и цветные стекла были просто не нужны. Но он так любил это. Еще на обломках замка взял с собой кусочек стекла, незаметно для себя поранился, но остался доволен. До ужаса достав Арнира с просьбой о похожих стеклышках. - Ты никогда не умел шутить. - Я вовсе не шучу.-минутная тишина прерывающая лишь звуками поселения и дыханием.- Ло. Я собираюсь уйти.       Сан слышит. Нет. Буквально чувствует как сердце собеседника пропускает несколько ударов, а после бьется как бешеное. Нет, это ведь очередная неудавшаяся шутка как обычно бывает у него. Сейчас он широко улыбнется, скажет глупую фразу и даст ему щелбан за такое доверие       Но спокойный тон,без той детской невинности и улыбки говорит, а может и кричит. - Зачем? - Мне нечего делать на этих землях. Лига распалась сразу же после ухода Междумирца - Сан чувствует как тресется рука Ло в его руке. Они были близки, иногда казалось, что слишком близки. Но никогда не переходили грань наставника, или даже отца. Они знали, что эта тема запретная, знали и все же открыли ее. - Мы перестали работать сразу после победы. А Центре чужд мне. Слишком много света и.. - Арнир-заканчивает Лололошка и выдыхает. Сам не заметил когда чужие руки в кожаных перчатках вытирали и размазывали слезы по его лицу а на ухо шептали простое "тише". Просили тише, а ему все еще хотелось кричать. Он еще не смог пережит потерю, был занят новым миром, заданиями и спасением. Все ушло на второй план. Но Сан не осуждал. Сам ушел в алкоголь пуще прежнего.       Единственный человек оставшийся рядом оказался вторым по статусу. Акула все продолжал ходить в темный кабинет, забирать пустые бутылки, ругаться тихо, но отборным матом, и все так же был рядом. Первый давно отпустил его, сказал что то пьяным тоном и вновь потянулся к стакану. Нет, так больше нельзя. - Я хочу с тобой - Тебе нельзя. Ты нужен этому миру. - И ты мне тоже.       Сан улыбается, укладывает голову на чужие колени, и гладит героя по щеке. Красноватые глазки смотрят в ответ на темный омут. - Я знаю, Ло. Мыльный шарик поднятый ветром проскальзывает мимо, отблескивает в лучах солнца и лопается. Мири много говорил что безобидные вещи значат смерть. А черная дымка исчезающая в воздухе значала совершенно другое