Бабье лето

      Резкий порыв ветра, занос и девушку чуть не сносит с метлы. Она с трудом выравнивается, прижимается грудью к метле и ещё какое-то время летит так, пока окончательно не убеждается, что всё в порядке. — Фух, чуть не упала. Меньше надо на самолёты засматриваться, — девушка бубнит себе под нос, теперь смотря вперёд или вниз.       Внизу горят огни большого города. Столица, развитая, технологичная, казалось бы, откуда тут быть волшебству. Но вот, семья Кристины живёт здесь уже довольно давно. Её маме всегда нравилось летать над многоэтажками, иногда беря с собой не летающего папу, а теперь и она любит полюбоваться на огни большого города. Они сплетаются, разнятся по цвету, яркости. Разные районы города отличаются по цветам. И как бы глупо от неё это не звучало, для девушки это настоящее волшебство.       Быть ведьмой оказалось здорово, хоть в детстве она и не понимала этого. Множество ограничений, правил, законов, но итог того стоит. Полёты на метле, зелья, заклинания, эмоции — всё то, что не так просто получить обычному человеку. И у Кристины было любимое развлечение: знакомства. Ей нравится ошарашивать людей, заглядывая по ночам к ним в окна, принося что-то вкусное или интересное. Особенно летом можно много найти тех, к кому можно заглянуть.       Вот и сейчас на ручке метлы висит пакет со сладостями, правда летит она по знакомому адресу. Где-то с год назад, после её очередного розыгрыша, она познакомилась с Димой, что засиделся на студии, и с тех пор заскакивает где-то раз в месяц в рандомные дни, чтобы сноровку не терять. Она помнит его ошарашенное лицо в первый раз, эмоции. Да она уверена, что сама тогда была не лучше. Случайно наткнулась на звезду, вот так везенье.       Заметив знакомый дом, она кружит немного сверху, раздумывая, лететь сегодня туда или всё же заглянуть сегодня к новому человеку. Почему-то каждый раз её здесь брало жуткое волнение, и она хотела улететь, но каждый раз перебарывала себя. Вот и сейчас, прошептав тихое «Да хранит меня проматерь», она подлетает к окну, в котором горит тусклый свет. В комнате горит только экран ноутбука и небольшая светодиодная лента, кроме единственного человека никого нет, и Кристина радуется. Попадала она пару раз на компанию, приходилось менять планы и улетать, пока её не заметили. Не готова она была объяснять что-то толпе народа.       У ведьм не было правила неразглашения. Говорить можно было кому хочешь, вопрос лишь в том, насколько тебе поверят и куда это дойдёт. Запрет был на проблемы, связанные с этим. Именно поэтому девушка так хорошо знала заклятия договора и забвения, чтобы поберечь себя. Ну и, заодно, никогда не появлялась перед компанией, в которой больше двух людей. Они вызывали слишком много проблем и были очень шумными.       Ступив на раму балкона, Кристина раздвигает окна пошире, протискиваясь и оставляя метлу за её пределами. Почему-то Диме она не говорила о том, как она здесь появляется. С самого начала как-то так пошло. Было интересно играть с ним в угадайку, у него очень хорошо развита интуиция и логика.       Тихо приоткрыв дверь, девушка входит в комнату, ступая босыми ногами. С её особенными отношениями с магией ей нельзя было её носить, поэтому приходилось приспосабливаться. Зато ноги никогда не мёрзли и ощущения всегда были очень яркими от соприкосновения с поверхностями. Вот и сейчас ноги утонули в знакомом пушистом ковре, который она же и помогала выбирать. Пакет Кристина старалась нести чуть подальше от себя, чтобы он не шуршал.       Мужчина работал за ноутбуком, видимо монтировал новый ролик. В одно его ухо был вставлен наушник, и он был очень сосредоточен на своей работе. Он всегда такой: серьёзный, собранный. Ни разу, придя сюда, не была такого, чтобы он занимался чем-то, кроме работы, если был один. Создавалось ощущение, что только друзья могут его хоть немного расшевелить. — Бу, — подкравшись, Кристина наклоняется к уху Димы и тихо шепчет, после быстро отскакивая.       Дима вздрагивает, поворачиваясь и вынимая наушник. Он выглядит немного испугано, не ожидая такого подвоха. Поняв, кто рядом с ним, он отставляет ноутбук на диван и поднимается, распахивая объятия для девушки. — Давно не виделись. Ты уже больше месяца не заходила. — А ты скучал? — девушка принимает объятия, поднимая голову вверх и с ехидной усмешкой смотря на мужчину. Он уже давно спокойно реагировал на её появления. — А ты сомневалась?       Её нежно треплют по волосам, после чего она прячет лицо на его груди. Не может она к этому никак привыкнуть. Перескоки настроения у него бывают слишком резкими и нелогичными, со смеха на ласковость и обратно. К такому очень сложно привыкать. — Так, что ты там мне принесла.       Он отрывается от неё, подхватывает пакет из её рук и опускается на диван, внимательно рассматривая покупки. А Кристина даже не удивляется. Что-то похожее происходит каждый раз, поэтому она просто садится рядом, прижимаясь плечом к плечу, и тоже заглядывает в пакет, будто не знает что там можно найти. — Ты будто не видела, что тут есть. — Я просто поддерживаю общий интерес, вот и всё.       Она пожимает плечами, и мужчина возвращается к пакету. Оттуда вытаскиваются печенье, чай, который в этом доме не найти, если она не принесёт, конфеты шоколадные, чипсы, багет. На последнем на неё смотрят удивлённо, будто она принесла не простую выпечку, а как минимум одно из своих зелий. — Ну что ты на меня так смотришь? Хочу хрустящий багет. Он, между прочим, ещё даже тёплый. Для тебя сохраняла, — она гордо улыбается и отламывает себе кусочек багета. — Вкусно, между прочим.       Дима следует её примеру, с пару секунд просто сидит и неожиданно кивает, как бы подтверждая её слова. Действительно вкусно. А Кристина и не сомневается, она сама его пекла, знает прекрасно, что он вкусный. Она столько добавок туда понапихала, что было бы удивительно, если бы было наоборот. — Я, так понимаю, тебе сразу чай? — Как ты меня без слов прекрасно понимаешь, солнце моё. И тебе, кстати, тоже чай. Скоро желудок посадишь.       Девушку это действительно волнует. Она видит, что проблемы с желудком у мужчины всё ближе и хочет хоть как-то ему помочь, поэтому чай она тоже сама делала, потом старательно создавая магазинный вид. Вряд ли бы он взял от неё какой-нибудь травяной сбор, а так и не узнает. — Ладно, уговорила. — Будто он тебе самому не нравится. Почему-то к моему приду к тебе я ещё ни разу этот чай не заставала здесь. И не говори, что это твои друзья выпили. — Я и не говорю.       Разговор проходит, пока они идут на кухню. Кухня в этой квартире большая, удобная. Кристина к ней уже даже привыкла. Поэтому стоит им зайти, как она запрыгивает на любимую столешницу, пока Дима ставит чайник. Поставив чайник на огонь, он достаёт их привычные большие кружки, закидывает в каждый по пакетику и отходит. Они оба не терпят в этом сборе сахар. — И вот почему, когда ты приходишь, ради тебя я откладываю все свои дела? Ещё и слушаюсь тебя.       Дима подходит к девушке, становясь у неё между ног и обнимая, пока та обвивает его ногами и кладёт руки на шею. Между ними давно пропало какое-то стеснение и неловкость, уступая комфорту и свободе. — Потому что я солнышко, и ты это знаешь. Кристина наклоняет голову в бок, а мужчина её легко целует в изгиб шеи. Без подтекста, просто нежно и быстро. Чайник будет кипеть ещё долго, а разговаривать так удобней. — Ты опять один остался что ли? — знает девушка его такое поведение. Опять соскучился по теплу, а она никогда не отказывала его немного согреть. Набегами, до нового постоянного тепла, но ему и того хватало. Как бабье лето в холодную осень. Мимолётно, но греет до зимы. — Ага. Как-то не срослось. — Жаль, вы долго встречались. Тебя сегодня надо греть, получается? А то опять в работе замкнёшься, заледенеешь. — Несомненно, — девушка чуть тянется, быстро целуя мужчину в губы. Нежно и легко, даже невинно. — Эксплуатируешь меня как тебе удобно. У тебя там, кстати, чайник закипает.       Кристина выглядывает из-за плеча мужчины, отмечая густой белый пар. Она наблюдает, как Дима отходит, наливает им чай, зачем-то его размешивая, после чего вопросительно смотрит на неё, как бы спрашивая не собирается ли она слазить. — Хочу кататься, — она вытягивает ручки, просительно смотря на Диму. — Крис, ты меня убьёшь когда-нибудь. — Будто я тяжёлая, — она бубнит это, пока мужчина подходит к ней и подставляет спину, чтобы ей было удобнее залезть. — Сам меня крутишь постоянно как захочешь. — Не тяжёлая, но с кружками в руках тебя нести не удобно. — Будто это проблема.       Девушка удобно устраивается на предложенной спине, после чего едва заметно взмахивает рукой. Чашки аккуратно подлетают в воздух, чуть подплывая к ним, как бы показывая, что они готовы плыть куда нужно. — Ну вот. Теперь поехали. — Мне всё ещё очень интересно откуда ты такая взялась.       Дима подхватывает Кристину под колени, чуть подкидывая ту на спине, и идёт в комнату. Кружки послушно плывут за ними, пока девушка весело покачивает ножками. Летать, конечно, здорово, но с этим ничто не сравнится.       Положив голову мужчине на плечо, девушка с секунду думает, после чего чуть прикусывает ему хрящ на ухе и проводит языком. Ей это кажется забавным, поэтому она посмеивается, с удовольствием отмечая то, как по телу Димы прошлась дрожь. — Вот и зачем ты это сделала? Нравится издеваться?       Девушка громко смеётся, когда её скидывают на диван. Он действительно большой и мягкий, поэтому она откидывается назад, подползая ближе к спинке и вытягивая ноги. Кружки плавно опускаются на кофейный столик, тихо стукая об него. — Посмотрим что-нибудь? — Дима переставляет ноутбук на столик рядом с кружками, садясь рядом с девушкой. — Давай. А что? — она тоже садится, с интересом заглядывая в ноутбук и наблюдая, как Дима открывает поисковик. — Предлагаю вот это, — мужчина указывает на какой-то новый ужастик, который только появился в сети, и Кристина кивает, не задумываясь. Ей, в принципе, всё равно что смотреть сегодня.       Дима запускает фильм, накидывает им побольше подушек, приносит плед и они удобно устраиваются. Дима лежит на подушках на спине, чуть повернувшись к экрану, в то время как Кристина расположилась у него между ног на животе, положив голову ему на грудь. Их разница в росте позволяла комфортно так лежать, не мешая друг другу. Фильм оказался скучный. Затянутое начало разочаровало Кристину, она начала потиху зевать, всё больше ворочаясь на мужчине. У неё то затекала нога, то рука, то его рёбра впивались ей в грудь, то ещё что. — Да не вертись ты, — руки мужчины сжались у неё на спине и ей пришлось успокоиться, оставшись в последнем положении.       Ей всё ещё было скучно. Анализируя глазами обстановку вокруг, Крис не удержалась и легко поцеловала ключицу Димы, что оказалась прямо возле её носа в вырезе майки. Лёгкая дрожь удовлетворила девушку, и она повторила действие, также лизнув это место. — Крис, ну вот что ты делаешь? — Дима протянул её имя, чуть прося, а что прося она уже для себя решила сама.       Улыбнувшись, девушка подобралась чуть выше, насколько это было возможно в крепкой хватке парня, и добралась до шеи. Чуть прикусив кожу, она как бы в извинение зализывает несуществующую ранку, после чего оставляет пару поцелуев на коже. — Ведьма ты мелкая, что ты делаешь? — вопреки спокойному тону, Дима отклоняет голову в бок и жмурится, из-под ресниц смотря на девушку. Его хватка чуть ослабевает, давая девушке больше возможностей. — А на что похоже?       Кристина шкодливо улыбается и наклоняется обратно. Она поцелуями ведёт лёгкую дорожку от ключицы к уху, едва касаясь кожи, а после, играя на контрасте, проводит языком по краю уха. Тяжёлый выдох мужчины звучит как подтверждение, что всё правильно. Но она отстраняется, приподнимаясь на руках. — А чего ты? — она с интересом смотрит на его лицо, очень серьёзно, только смешинки в глаза выдают её настрой.       Не дождавшись ответа, она наклоняется к губам, останавливаясь в паре миллиметров от них. Мужчина тянется вперёд за поцелуем, но Кристина чуть отодвигается, дразня. На её губах ехидная улыбка, она чуть двигается, ходя по краю. Нервы сдают, её за затылок придвигают ближе, наконец утягивая в жадный поцелуй. Её пальцы скользят по шее парня, чуть царапая, иногда зарываясь в короткие волосы. Отстранившись, девушка садится, меняя своё положение. Она устраивается на мужчине, садясь чуть ниже нужного. Подняв руки, она выгибается, потягиваясь, следя за тем, как глаза мужчины выхватывают это движение. Тонкая майка слабо скрывает отсутствие лифчика, соски натягивают ткань. — Тебе действительно так нравится издеваться? — Очень, — руки Димы сжимают талию, пододвигая немного выше. Теперь он довольно улыбается, плавно скользя руками вниз.       Руки сжимают бёдра, иногда чуть поглаживая. Кристина не хочет отдавать инициативу, наклоняется, покрывая поцелуями и укусами всю доступную ей площадь, особенно уделяя внимание ключицам. В это время её руки скользят по бокам, тянут майку выше, добираясь до кожи. Пальцы скользят у самого края штанов, иногда чуть царапая кожу. Руки мужчины на бёдрах сжимаются от каждого такого движения. — Доиграешься же, — Дима хрипит, приподнимая голову и смотря на девушку.       Кристине это нравится. Она прикусывает кожу на шее, после выводя замысловатые узоры языком. Её тянут за шею вверх, так, что она ощутимо проезжается по джинсам, вызывая сдавленное шипение. Её утягивают в поцелуй. Кусают губы, тянут ближе, прижимая за талию. Всего через секунду она уже оказывается на спине, прижатой к дивану. — Теперь моя очередь.       Дима не даёт ей опомниться, стягивает с себя футболку, откидывая её куда-то в сторону. Теперь он терзает её шею, издеваясь. Целует всё доступное, кроме губ. Его прикосновения очень мягкие, едва ощутимые. Он специально дразнит, раздражая нервные окончания. — Ну Дима, — она хнычет, запрокидывая голову назад, подставляя больше шею.       Ему такое нравится. Он уже более ощутимо целует ключицу, ведёт дорогу поцелуев до уха, чуть прикусывает мочку. Кристина рвано дышит, воздух в комнате ей кажется таким тяжёлым и горячим, что нет никакой возможности дышать полной грудью. — Раз ты так просишь, — он шепчет ей на ухо, оставляет лёгкий поцелуй где-то чуть ниже.       Одна его рука мягко тянет края футболки вверх. Кристина приподнимается, помогая её стащить, после снова откидываясь на диван. Взгляд Димы смущает, и она рукой прикрывает глаза, стараясь скрыться. Сколько бы раз это не происходило, она никак не может привыкнуть. — Не стесняйся. Я тут давно всё видел.       Он шепчет, его голос звучит так возбуждающе, что Кристина не может его больше слышать. А он и не говорит. Наклоняется, проходит поцелуями по ключицам, медленно спускаясь ниже. Он не спешит дотрагиваться до самого чувствительного. Огибает соски проходясь поцелуями по груди, расцеловывает рёбра, от чего девушка дёргается. Смесь щекотки и приятных ощущений проходят в этот момент по её телу. Она уже не в силах терпеть это медленное издевательство. — Прошу, Дим. Не издевайся.       Она хнычет, хватаясь пальцами за его полосы, судорожно царапая плечи. В ней такая буря эмоций, что она сама не понимает, как ещё сдерживается. Наконец он над ней сжаливается, оставляет последний короткий поцелуй на рёбрах и поднимается выше. Его губы мягко обхватывают сосок, язык обводит ареолу. Кристина выгибается, прижимаясь ближе к мужчине, обхватывая его ногами. С губ срывается пока ещё тихий стон. — Опять стесняешься? — мужчина улыбается, хоть Кристина и не видит этого. Он одним движением, словно кот, облизывает её сосок, а после произносит: — Не стоит.       В его голосе так и слышится то, насколько он доволен. Он возвращается к ласкам уделяя внимание то одной груди, то второй, стараясь услышать как можно больше стонов. Ему нравится голос девушки ему от него буквально сносит голову и ради таких их ночей он уже готов довольно на многое.       Наигравшись, Дима спускается ниже. Выцеловывает рёбра, живот. Он проходится дорожкой поцелуев у самой кромки шорт, дразня девушку. Приподнявшись, он отодвигается, а что слышит тихий разочарованны стон. Кристина издаёт его, не осознавая этого. И Дима доволен собой.       Мужчина подхватывает ногу девушки, мягко ведёт пальцами до щиколотки. Он целует выпирающую косточку, кожу чуть выше, так понемногу добираясь до бедра. Кристину уже немного трясёт, она цепляется пальцами за плед, что теперь просто валяется рядом, за подушки. А он не останавливается, выводит узоры языком на бёдрах, задевает носом край шорт.       Наигравшись, он тянет шорты вниз вместе с нижним бельём, откидывая их к майкам. Теперь он обращает внимание на низ живота. Целует, мягко проводит носом, дразня. В это время одна рука опускается на грудь девушки, мягко массируя, иногда цепляя сосок. Кристина стонет, старается руками направить поцелуи парня, цепляясь за волосы и плечи.       Дима не спешит. Очень медленно он опускается ниже, пока наконец не добирается до нужного. Он размашисто проводит языком, захватывая сразу максимум площади кожи, вызывая у Кристины протяжный стон. Не останавливаясь, он лижет, целует, то ускоряясь, то замедляясь. Он явно дразнит, наслаждается реакцией девушки. А та громко стонет, забыв про стеснение, прижимает ближе ногами, тянет волосы. — Дим, я… Я… — Она захлёбывается, еле говорит, но собирается. — Я больше не могу, хочу тебя.       Мужчина отрывается в тот же миг, наклоняется и целует, натыкаясь на жадный, собственнический поцелуй. Отстранившись, он быстро снимает штаны с бельём. Не успевает он этого сделать, его притягивают обратно, целуя. Прижимают ногами и руками, стараясь прижаться как можно ближе. И он не медлит.       Одним движением он входит, она ногами прижимает его максимально близко, выгибаясь. Он берёт сразу быстрый темп, не в силах терпеть её хоть немного. Её стоны и реакция давно его возбудили настолько, что связь с реальностью теряется. Она громко стонет, пытается хвататься за руки и спину, но лишь царапает. Завтра у его друзей снова будет много вопросов.       Он резко переворачивает её на спину, вжимая в диван, заставляя прогнуться. Она цепляется за подушку, чувствует рваные поцелуи в спину, теряется в ощущениях резкости и нежности. Её руки еле разжимаются, ноги трясёт. Она остаётся в такой позе лишь потому, что её крепко держат за бёдра.       Они меняют ещё пару поз, пока Кристина не выдерживает первой. Она вскрикивает, пальцы на ногах поджимаются, чувствует ещё пару резких толчков, пока не падает окончательно обессиленно на кровать. Дима не кончает, просто выходит и падает рядом с ней, затаскивая к себе на грудь и обнимая. — Фух. Но ты же знаешь, что так нельзя.       Кристина приходит в себя, выбирается из не слишком крепких объятий и тянется ко всем забытому чаю.       Первый глоток она делает просто так, отставляя кружку поближе, так, чтобы можно было легко достать рукой. Теперь её очередь играть. Она опускается ниже, уже не церемонясь. Обводит языком головку и сразу берёт в рот, обхватывая чуть ниже рукой. Она двигается резко, не даёт собой управлять Диме. На все его попытки лишь отодвигается, отодвигает руку.       Отстранившись, она берёт кружку и делает глоток, чуть задерживая во рту чай. Быстро вернувшись, она вновь обхватывает головку губами, беря насколько это для неё возможно. Это вызывает у Димы громкий стон. Она продолжает, повторяя действие с чаем ещё несколько раз, пока Дима не рычит, оттягивая её за волосы вверх. Сперма оказывается на них обоих, заляпывая ему низ живота, а ей руку и немного груди.       Теперь она спокойно падает на диван, улыбаясь и ожидая, пока мужчина отдышится и придёт в себя. Ей самой требуется передышка, так что она прикрывает глаза, свешивая заляпанную руку с дивана. Дима тоже лежит, прикрыв глаза и тяжело дыша. — Что, салфеточку подать? — Издеваешься? — Конечно.       Кристина взмахивает рукой, убирая с них грязь. Сил на большее не остаётся, но чувство засохшей спермы она не любит больше. Дима притягивает её ближе, буквально затягивая к себе на грудь, устраивая в объятьях. Они лежат так какое-то время, наслаждаясь просто теплом друг друга. — Жарко же. Ты слишком тёплый, — Кристина устало тянет буквы, чуть приподнимая голову. — Что-то ты поздно возмущаться начала.       Дима отпускает её. Они вместе ищут одежду неспешно одеваясь. Он помогает ей натянуть майку и шорты просто потому, что ей лень вставать с дивана после того, как она повторно на него села. Она просит его не надевать майку, наслаждаясь для себя видом его рук. Атмосфера в комнате становится какой-то домашней, когда они снова усаживаются на диван, спокойно допивая оставшийся чай с вкусняшками. — Отогрелся немного? Я не найду тут через месяц ходячего зомби с мыслями только о съёмках и монтаже? — она участливо заглядывает ему в глаза. Она почему-то всегда начинает смотреть ему в глаза после их близости. — Не найдёшь, обещаю. Ты согрела мою замерзающую душу, на месяц точно хватит. Но через месяц может стать снова плохо, ты же понимаешь. — Ты шантажист ещё тот.       Она смеётся и диалог уходит в другое русло. Они оба прекрасно знают, что через месяц встретятся снова. Снова будет тепло, яркость ощущений, будто они оба там, где надо. И она снова уйдёт на месяц, как всегда. У них достаточно странные отношения. — Ты опять уходишь?       Они стоят на балконе. Он обнимает её, прижимая к груди, одной рукой перебирая мягкие тёмные волосы. Девушка и сама прижималась обоими руками обнимая мужчину за талию. Ей будет этот месяц его не хватать, но если она будет приходить чаще, то когда-нибудь останется. А она этого не хочет. — Да. Ты же знаешь. — Тогда до встречи. — Ага. Увидимся.       Она отрывается от него, залазит на подоконник и просто падает спиной назад. Метла достаётся уже в полёте, подталкивающий в спину ветер помогает лететь быстрее. Они ещё увидятся.