легендарное фикло

Бангалор захлопнула дверь с таким размахом, что потянула плечо. От этого она рассвирепела еще сильнее и, не скупясь на солдафонскую матерщину, выразила мнение о своем отряде. В первую очередь, само собой, оно касалось Миража, поскольку идея обойти все близлежащие ветлечебницы принадлежала именно ему. Хотя в теории этот план и выглядел логично, на поверку выяснилось, что знаменитые легенды, втроем ищущие подстреленного снайпером ворона, могут вызвать лишь смех, недоумение и, что самое унизительное, подозрения в наркозависимости. Это досадное обвинение и довело Бангу до членовредительства. Как только они озвучили цель визита в последней клинике, женщина с ресепа тут же заголосила во весь рот: — Я знала, я знала! Проклятые наркоманы! Чего еще можно ожидать от избалованных славой паршивцев, которые сделали себе имя на крови? Вас смотрят дети! Они берут с вас пример! Двоюродный племянник соседки моей сестры взорвал себе ноги, как этот ваш... Далее последовали настолько грязные расистские оскорбления в адрес «этого вашего», что у Рейф во всех измерениях уши завернулись в трубочку. В конце концов дама пригрозила спустить на «поганых наркомразей» ждавших усыпления бешеных собак; «поганые наркомрази» решили отступить. — Хорошо, сержант, если у тебя есть план получше – не стесняйся, поделись с нами! – Эллиотт насупил брови. – И вообще, в двери входил не только я. Тут он указал на слегка выцветшую, но все-таки заметную наклейку на стекле: «KILL APEX LEGENDS». Эта группировка хейтеров была создана еще при старых Играх и признана террористической после того, как ее участники облачились в фурри-костюмы и совершили акт самосожжения в крупнейшем в Солас-сити ресторане фастфуда. Тогда в страшном пожаре погибли почти две сотни человек и один М.Р.В.Н.-официант. Эллиотт тоже имел некоторое отношение к ресторанному бизнесу, поэтому он нервно поежился: — Разве за КАЛом не охотится полиция? С каких пор террористам позволяют открыто распространять свою символику? — С тех пор, как стали нормой снайперы в центре города... – угрюмо откликнулась Бангалор. – А из-за тебя мне пришлось выслушивать оскорбления от какой-то тыловой крысы! — Полегче, Анита, – вполголоса сказала Рейф, не отрывая взгляд от наклейки. – Здесь что-то не так, я чувствую. Надо запомнить это место...

***

— Мы точно пришли по адресу? Лоба еще раз провела рукой по пыльной двери предполагаемого казино. Никаких скрытых сканеров или датчиков не было, да и вряд ли могло быть – здание как будто свалилось прямиком из тех времен, о которых забыла сама история. Свалилось и ушло в землю на добрые десять футов. — Уитт сказал, что этот чувак ошивается здесь, когда не ошивается в «Уголке»... – Рамья попыталась разглядеть что-нибудь сквозь почерневший от старости и грязи плексиглас. – Может, это прикрытие? В подтверждение ее слов свысока послышался радостный возглас: — Хах! Дамы, вход через крышу! Кайри помогла подругам взобраться наверх, где обнаружился люк, сильно выделявшийся на фоне общего запустения. Без лишних церемоний Рампарт заколотила в него ногой. Почти минуту спустя на свет божий вылезла голова в маске для подводного плавания, а потом и вся остальная фигура. Это был мужчина с соединенными цепью толстыми кольцами в сосках и ластами на ступнях. Его торс перетягивала портупея из кожзама. — Чем могу служить? Девушки переглянулись. Рампарт склонилась над люком: по самую крышу помещение оказалось заполнено водой. — Под толщей воды не слышны крики, – пояснил человек в маске. – Вам повезло, что я был почти на поверхности, иначе никто бы вам не открыл. — Крики? Это точно казино? — В том числе! – Мужчина широко улыбнулся и протянул Рамье руку. – Добро пожаловать в арт-клуб «Карты. Акваланги. Латекс». Меня зовут Тейхай Рамжи, и я вроде как здесь главный. Сегодня мы играем в покер на страпон. Не желаете присоединиться? Глаза Рампарт зажглись бесноватым огнем: — Вы серьезно? Ох, чёрт, в покере мне нет равных! Я смогу оттарабанить кого угодно? Лоба дернула ее за край кофты. — Мы пришли по делу, господин Рамжи, – сказала она, – нам нужен Нед. Говорят, его часто можно здесь встретить? Улыбка аквалангиста-картежника странно искривилась: — Любопытно. И зачем Нед мог понадобиться легендам? Он совсем недавно присоединился к нашему клубу – ума не приложу, чем он может быть полезнее меня. — Он был вчера вечером в «Райском уголке» и стал свидетелем происшествия с одним нашим... эм... — Дружественным существом, – подсказала Вальк. Радушие окончательно покинуло лицо Тейхая Рамжи. Он впервые снял водолазную маску, и Лоба встретилась с пронизывающим взглядом маленьких злобных глаз. — Вчера? В «Райском уголке»? Оч-чень любопытно. Но долго выглядеть устрашающе у него не получилось: трусы всё туже стягивались под палящим солнцем и нещадно впивались ему в зад. Он начал пританцовывать и звенеть сосковой сбруей. — Ах ты, дьявол!.. Ррргах! Прошу простить, меня ждет покер! Нед будет здесь вечером – у нас сегодня ночь игры в «21 очко». Он девятнадцатый, так что нам нужно еще два, не хотите ли?.. Договорить он не успел. Рамья заметила, что шов буквально начал разрезать пополам его яйца. Тейхай с воем бросился в воду, и люк за ним захлопнулся. Вальк недоуменно хмыкнула: — Ну и клиентура у Миража! — А я вот ваще не удивлена... – отозвалась Рампарт. – Значит, возвращаемся в «Уголок»? Как думаете, Оби и Тави уже там?

***

Что касается Оби и Тави, то Рамью ждали традиционно две новости – хорошая и плохая. Плохую она узнала, оказавшись в баре: её «мальчиков» там не было. Хорошая новость была ей пока неизвестна, но она и заключалась в причине их отсутствия. Догнать напарника Оби даже не надеялся, поэтому ему пришлось ориентироваться на неповторимое в своей адреналиновой тахикардии сердцебиение. Впрочем, оно завело его не так уж и далеко – всего-то через дорогу, под окна того самого дома, где предположительно был убит Артур. Там Оби и застал Октейна в момент подготовки к батутному прыжку. — Только не говори мне, что собираешься... Сильва! Октейн салютовал ему двумя пальцами, а в следующее мгновение улетел вверх по стене. — Я не буду этим заниматься! Возмутительное ребячество, – надменно проговорил Оби, когда он снова шлепнулся рядом. — Тебе и не придется, – Октейн потер многострадальную поясницу и кивком указал наверх. – Пожилая леди возится с кучей ниток на пятом этаже, так что прошу к телепортам! Оби спрятал восхищенный взгляд под шляпой, а вслух покровительственно произнес: — Поразительно, что ты до сих пор жив. — Я не думаю о смерти, амиго. Наверное, ее это бесит, так что она тоже на меня забила, ха-ха! Внутридомовая территория была в таком же унылом состоянии, как и весь Солас-сити, и самые дешевые бытовые телепорты, установленные для межэтажного перемещения, разумеется, не работали. Октейн, за пару секунд заскучавший в ожидании лифта, собрался было бежать по лестнице пешком, но Оби вдруг сообщил, что у него клаустрофобия, и попросил его не покидать. Даже шесть основных чувств не всегда поспевали за Октейном, что уж говорить о седьмом! Но в этот раз интуиция изловчилась-таки уколоть его; входя в лифт, Октейн уже сердцем чуял, что он застрянет. Его напарник и вовсе был в этом уверен, потому что с помощью собственных микродронов незаметно вывел из строя всю электронику, как только лифт сдвинулся с места. — Превосходно, – сказал Оби, когда лифт замер и погас свет. — Ты не забыл закатить глаза? — Не забыл. Приятно, что ты успел изучить мою мимику. — Ага. Ты разве не должен биться в истерике? Или что делают клаустрофобы в таких ситуациях? — Как и все – ищут аварийную кнопку. Она должна быть где-то здесь... — О да, она именно здесь, компадре! Только жми, пожалуйста, понежнее – у тебя острые когти. Оби театрально охнул и отдернул руку, но Октейн, быстро сориентировавшись в темноте, вернул ее обратно. — Да брось юлить, – сказал он, – мне пофиг. Хочешь закрыть гештальт? Могу расстегнуть штаны, ха-ха-ха! — Я, ну... Что ж, может быть, я действительно нахожусь под некоторым впечатлением с тех пор, как увидел... — Бла-бла-бла, просто не парь мозги мне и себе! На! Послышался характерный звук расстегиваемой молнии, и почти сразу Оби без присущей ему манерности воскликнул: — Бог мой! Охренеть! Октейн расхохотался. — Маски долой, да? Признаюсь, я рассчитывал на «поразительно» или «феноменально», но «охренеть»... И этими губами ты целуешь мать! На некоторое время в лифте стало тихо, а затем Октейн негромко добавил: — Хм, может, снова скажешь что-нибудь в таком духе? Походу я смогу тебя впечатлить еще больше...

***

Первый отряд приближался к бару – оставалось только миновать последние дома жилого квартала и перейти дорогу. Неожиданно Рейф застыла на месте: — Вы слышите это? Бангалор, контуженная на оба уха еще во время войны, сделала вид, что напряглась. — Ты про мой живот? Уж извините, – Эллиотт всплеснул руками, – я проголодался! — Нет. Как будто кто-то... – Рейф окинула здание взглядом. – А разве не в этот дом пошли Оби и Октейн? — В этот. Искать ту бабулю, ну, с бисером. Не сказав больше ни слова, Рейф бросилась внутрь; Банге и Миражу не оставалось ничего, кроме как поторопиться следом. Когда они вбежали в лифтовую, сразу стало ясно, что насторожило чуткий слух Рене Блази: из гравитационной трубы, по которой обычно перемещался лифт, раздавались усиленные и искаженные акустикой крики и стоны. — Это голос Оби? – встревоженно спросила Рейф. Мираж несколько секунд прислушивался, а потом удержал Аниту, кинувшуюся было к лестничным пролетам, за локоть. — Итак, во-первых, я проспорил Рамье двадцатку. Во-вторых... девушки, у нас полно дел! Предлагаю не терять время зря. Судя по выражению лица, Банге тоже удалось сложить два и два. Она презрительно оглядела дрожащую гравитрубу и, резко развернувшись на пятках, молча вышла на улицу. Рейф недоуменно посмотрела на Миража. — Рене, тебе стоит отвлечься от этих вечных поисков, – мягко произнес он, так и не дождавшись от нее озарения, – заняться собой, развеяться. Может, даже вступить в пару берпос... бепсоря... эх! случайных половых связей... Рейф вспыхнула и была готова уже отвесить Миражу леща, когда наконец осенило и ее. Она медленно убрала ладонь, зависшую в сантиметре от его лица, и сконфуженно отвернулась к лифту. — Что ж! – сказала она после небольшой паузы.– Выходит, я тоже проспорила Рамье двадцатку.