Габиэль Лириан - без боя, не сдается! Том 1

Сладко потянувшись на кровати, я осознала, что впервые за долгое время выспалась. Моя рука прикоснулась к чему-то, а скорее к кому-то. Дирион! Точно ведь… Я резко повернулась в его сторону и увидела его умиротворенное спящее лицо, облегченно выдохнув. Значит, я проснулась первой. А который сейчас час? В комнате заметно потемнело, наверняка, солнце, уже почти село. И правда, на электронной панели снизу экрана я увидела, что было почти шесть вечера. Вот это я поспала… называется. Сбоку я почувствовала шевеление и повернула голову. Это всего лишь брат перевернулся на бок. Напугал. — Уже проснулись, госпожа? — Раздался тихий голос SP2, а после я увидела, как она запрыгнула на край кровати, почесывая ухо. — Угу, — ответила я шепотом, боясь разбудить Дириона. Кто знает, насколько он чувствителен во сне. — Отлично. Надеюсь вы хорошо выспались, ведь сегодняшний вечер будет непростым, — она покачала мордочкой, на что я в недоумении приподняла бровь. — Я подслушала разговоры из вне. И выяснилось, что эта Айлин не простой маг и возможно она опасна для нас, — предупредила лисичка заговорщицким голосом. — И что же в ней такого… опасного? — В тон ей спросила я. — Она — некромант. Довольно редкий темный маг. Некромантия — одна из немногих направлений темной магии, разрешенных в империи. — Погоди… разве это не те, кто поднимают умертвия и могут общаться с ними? — Я схватилась за голову, переживая о том, что если это действительно так, они поймут кто убийца. Только не это! — Да, вы верно помните. Но не стоит так сильно переживать. Я чувствую, что эта Айлин разговаривать с ними не может, силы дара не хватает. Только вот… — Что еще? — Указать в направлении убийцы, Миранда вполне себе сможет, — лисичка развела лапками, вздыхая. — О, нет! Что же мне делать. Неужели это конец? Все, пиши пропало спокойной жизни… — не в силе сдержать нахлынувшие, как цунами эмоции и панику, громко завопила я. Очень зря, ведь я увидела, как подскочил Дирион, сонно оглядываясь. — Что случилось? — Наши взгляды встретились, и мне стоило огромных усилий, успокоиться и не выдать свое состояние. Даже лицо, вроде подчинилось, но дрожь в руках, меня все равно выдала. — Приснился кошмар? — Предположил обеспокоенно он, наклоняясь ко мне. Вот оно! Отличная причина моего крика. Спасибо, Дир. — Угу, мне приснилось, как отец… сжигает поместье и я не успеваю спасти Алана. Я так испугалась, Ди, — я обняла его и только тогда позволила себе удивиться. Не знала, что я умею так складно врать. — Это был просто плохой сон. Это не правда. Сейчас я уже рядом, не бойся… — успокаивающе сказал он, поглаживая меня по спине. И я расслабилась, отпуская напряжение с тела, после ошеломляющей новости об Айлин. Поверил. Он мне поверил. Как жаль, что вновь солгала ему. Прости брат, но в этом мире я не смогу всегда быть честной с тобой. Я уже потеряла маму и слишком боюсь потерять всех вас… Не хочу снова быть совершенно одной. Почему я так подумала? Неужели это снова отголосок прошлой меня? Возможно это так. — Габиэль? — позвал меня по имени Дирион. В его тоне будто прозвучало: «Ты как? Тебе уже лучше?» — Я в порядке, ведь ты рядом, — я отстранилась от него и слабо улыбнулась. В этот раз я сказала ему чистую правду. Он мне не ответил и просто слабо улыбнулся. — Как думаешь, брат… Что было, пока мы спали? — Я решила перевести тему на более интересующую меня. Дабы не приходилось больше лгать. — Не знаю, но скорее всего Фиалана с мужем уже со многим разобрались, — неуверенно ответил он. — Фиалана? — Переспросила я брата. Это знакомое имя, но не помню, где я его слышала. — Бабушка, — исправился он, поняв, что я не запомнила. — Просто, она не любит, когда ее так называют. Так что, если она позволит, можешь тоже просто звать ее по имени. О, так зовут бабушку. Совсем уже память подводит с последними событиями. Хорошо хоть при ней самой не переспросила. Вот стыдоба была бы. — Поняла, — я кивнула. — Запомню это. А как думаешь, как там отец? — В лоб спросила я, глядя прямо в глаза брата, в эту успокаивающую голубизну. — Должно быть уже в порядке, — его голос прозвучал спокойно, но я все равно уловила нотки беспокойства. — Пойдем проверим, если хочешь. — Конечно хочу! Пошли! — Я спрыгнула с кровати, схватив его за руку, наконец, дождавшись его предложения. — Хорошо, — не сопротивляясь он поднялся и быстро обулся, когда я его отпустила. Только вот я по-прежнему не видела своих домашних туфель и собралась идти просто в носках. — Стой, — строго окликнул меня Дирион, а после я резко оказалась поднята на руки. — Нельзя ходить по холодному полу босиком. Простудишься ведь. Постойте-ка, это он меня сейчас отругал и поучил? Как обычно, делают старшие дети. Да ну! Какое странное чувство. Особенно, когда это говорит Дирион! Тот холодный Дирион, который за все эти четыре года почти не говорил со мной? Должно быть меня Миранда знатно приложила и я в последние дни ловлю галлюцинации. — Ты меня поняла? — Все тем же тоном переспросил он, испытующе, глядя на меня. От чего я невольно сглотнула слюну, а заодно и ком во рту. — Да, Ди, я все поняла, — в который раз за сегодня я закивала, обхватив его руками за шею сзади. — Пошли уже, а? Удовлетворенно кивнув мне, он отворил дверь и понес меня по коридору, который я видела впервые. — Ди, а где мы? Мой вопрос удивил брата, это я поняла по его приподнятой брови и дрогнувшей нижней губе. — Мы в западной части поместья, на третьем этаже. Разве ты тут не бывала? — Не-а, мне Амели и папа запрещали сюда ходить. Говорили, что это гостевая часть поместья и мне нельзя здесь быть. — Точно, припоминаю об этом правиле, — он вновь кивнул, глядя куда-то вперед и у меня сложилось ощущение, что сейчас он был не здесь, а вспоминал что-то или вовсе настольгировал.

***

В комнате родителей царил полумрак. Нередкие тени, отбрасываемые предметами от свечения магических свечей добавляли жуткости, нежели уюта. На кровати лежал отец. Услышав шум, он резко открыл глаза и посмотрел на нас. В голове сразу вспыхнуло воспоминание о нашей последней встречи втроем и том, как она закончилась. Я невольно сжала ткань рубашки первого брата. Видимо он тоже это вспомнил, ведь его хватка стала крепче, а плечи напряглись. Отец же медленно приподнялся на руках, сев на кровати и с болью, сожалением и чем-то еще неуловимым, неясным мне, посмотрел на нас. Атмосфера комнаты накалилась, еще сильнее, чем она была утром при знакомстве с бабушкой и дедушкой. Давила, как и оглушающая тишина, разбавляющаяся нашими дыханиями и свистом сильного северного ветра, проникавшего через окна, барабаня ветками ближайшего дерева. Я не могла больше молчать. Мне совершенно не нравилась эта атмосфера. Тоже мне старшие нашлись. Неужели мне опять все в свои руки брать? — Папа, — позвала я отца, дав понять брату, чтоб меня опустили на пол. А после под настороженный взгляд Дириона, прожигающий мою спину, я подбежала к отцу. — Ты — это ты сейчас? Рука отца, которой он потянулся ко мне дрогнула и отпрянула назад, сжавшись в кулак. Он опустил голову, кажется, я случайно задела по больному. — Да, доченька… Я не дала ему договорить, запрыгнув на кровать и крепко обняв за плечи. По моему телу прошлась волна тепла и я невольно заулыбалась. — Па-па, я скучала за обычным тобой. Он нерешительно обнял меня в ответ, будто боясь раздавить или отпугнуть. Но я почувствовала, как напряжение в его теле уходит, сменяясь облегчением. А затем по моей спине пробежал холодок и я повернулась к Дириону, увидев его отчужденный взгляд и настороженность. — Ди?.. — Прости, сын… — одновременно со мной сказал отец, на что брат на мгновение прищурился. — Я плохо помню, происходящее под заклятием. Но мне правда, очень жаль, что нам пришлось сражаться и я навредил тебе, — его ладони сжались на одеяле, а во взгляде читалось сожаление, раскаяние и отчаяние. Почему? Неужели отец думает, что Ди его не простит? На это есть причины, но ведь… — Лучше извиняйтесь перед ней, — от холодного ответа первого брата мне стало не по себе, а отец и вовсе закаменел, на мгновение перестав дышать. Мое сердце замерло… А вдруг, мы снова все отдалимся? — Ди-и, — позвала его я, прикусив губу, пытаясь держать бурю эмоций под контролем. Я больше не хотела просто наблюдать за всем, как раньше. — Нет, Габиэль, — отрезал он, отвернувшись. В этот момент во мне, нет, во всех нас нечто оборвалось. Я физически ощущала, как пропасть между нами растет. И от этого осознания, мне стало до жути больно внутри. «Почему брат? Что случилось? Почему ты вновь отдалился и стал холоден? Или это и есть настоящий ты?» — Я многое хотела спросить у него, но ком в горле не дал мне сказать и слова, заставляя в который раз задыхаться от беспомощности и бессилия.