Abnormal

На небольшой опушке, где-то в глубинах леса, с прикрытыми веками и закинутыми за голову руками наслаждался тишиной и солнечными лучами могучий волк, пребывая в своём человеческом обличии. Уставший от всех обязательств, которые тяжёлым грузом лежали на плечах сына вожака, Чимин часто сбегал в это тихое место, чтобы перевести дыхание. Ему нужно было освободить голову от мыслей и отдохнуть от повышенного внимания, которое ему было совершенно не в радость. Он хоть и является главным альфой в стае после отца, но совсем не понимает, почему автоматически видится в глазах большинства омег самой желанной партией. На самом деле, Чимин совсем не завидует своей будущей омеге. Быть парой вожака — то ещё веселье, но почему-то каждая омега подходящего возраста так и рвётся занять это место. Конечно, Чимин прекрасно осведомлён о своей привлекательности, и наряду с высоким положением он и правда может претендовать на такое внимание, но самому парню нужно совершенно другое. Он не слишком-то падок на красоту и омежьи «уловки», и по большей части игнорирует недвусмысленные намёки, прикидываясь ничего не понимающим деревенским дурачком, что, конечно, далеко не так. Просто ему так проще. Обижать нежных созданий у альфы нет намерения, но и ответить на заигрывания желания не возникало. Чимин мало чем смахивает на других альф своего возраста, которые берут от жизни всё. У него просто нет на это времени, да и характер альфы довольно специфичный. Он никогда не был душой компании, держался в стороне и никого не подпускал к себе слишком близко. Нет, он никакой не затворник, и омеги у него были, просто Чимину нелегко даются взаимоотношения, даже дружеские. Свидетелем тому может быть его единственный близкий друг — Мин Юнги. Они знакомы с самого детства и, откровенно говоря, сам Юнги ещё хуже Чимина в делах, касающихся каких-либо взаимодействий с другими людьми, да и с волками тоже. Их стая является самой крупной на близлежащих территориях, и среди членов стаи есть как обычные люди, так и оборотни. Многие до сих пор не могут привыкнуть к тому, что у двух оборотней может родиться обычный человек, без возможности обратиться в волка, но таких редких особей в стае можно по пальцам пересчитать. Как ни странно, все эти люди родились омегами, и один из них особенно выделялся. Омега-парень. Не то чтобы это было чем-то удивительным, так как среди оборотней также были омеги-мужчины, но люди для них в принципе являлись загадкой природы, поэтому этот человек привлекал к себе внимание. Сам Чимин никогда лично не общался с «редким» омегой, да и не был особо в этом заинтересован. Он вообще никогда не становился инициатором знакомств, так как не было в этом нужды. Каждый в стае хотел общаться с сыном вожака, что порой наоборот заставляло парня скрываться на своём любимом месте, о котором ещё не прознали другие, чтобы побыть наедине с собой. Но недолго счастье длилось. Чимин уже собирался возвращаться обратно, как вдруг его слух уловил негромкие шаги. Повернув голову в сторону шума, он сначала заприметил чёрную макушку, а потом и её обладатель показался из-за высокого куста. Нарушителем покоя был никто иной, как «редкий омега». «И что он тут делает?» — пронеслась мысль в голове Пака, и он решил понаблюдать за парнем. Но ничего особенного альфа не увидел. Брюнет лишь ходил кругами, складывая в свою корзину разноцветные цветы, и что-то напевал себе под нос. Забавный. У Чимина раньше не было возможности разглядеть омегу получше, поэтому он воспользовался случаем и прошёлся взглядом по ладной фигуре, останавливаясь на довольно милом лице. Немного пухловатые щёки, большие чёрные глаза, довольно крупный нос и аккуратные губы. Лицо парня и правда было омежьим, даже немного детским, а вот тело определённо выдавало в нём взрослого парня. В своём человеческом обличии Чимин, скорее всего, даже будет на несколько сантиметров ниже. Какая несправедливость. Брюнет в какой-то момент прекратил свои сборы и присел рядом с небольшим водоёмом, и Чимин понял, что незамеченным у него уйти не получится. Как надолго омега устроил привал он тоже не знал, поэтому приготовился к новому знакомству. Хотя, рано или поздно это должно было случиться, так как Пак совсем скоро станет вожаком стаи, а это обязывает лично знать каждого её члена, и уж лучше пусть знакомство пройдёт в неформальной обстановке. С такой мыслью Чимин поднялся со своего места и спустился вниз, туда, где сидел омега. — Человеку небезопасно одному бродить по лесу, — начал разговор Пак. — А ты довольно далеко зашёл. Брюнет, не ожидавший компанию, заметно вздрогнул и повернулся к владельцу немного хриплого голоса. Глаза его испуганно бегали по лицу альфы, а щёки отчего то налились румянцем, как будто его поймали за чем-то неприличным. — Я собирал цветы и корни, — мягким, почти неслышным голосом ответил парень. — Разве в нашем поселении мало цветов? — Чимин подошёл ближе и заглянул в заполненную доверху корзину. — Или ты собрался сплести венки всем омегам нашей стаи? — усмехнулся альфа. — Нет-нет, — замахал руками омега, — эти цветы нужны мне для другого. — Хмм… и для чего-же? — Я… я делаю из них лечебные отвары, — смущённо опустил глаза брюнет. — В поселении нет такого разнообразия цветов и трав, поэтому я иногда прихожу сюда. — Отвары? Ты разбираешься в медицине? — Я ещё не так много знаю, но мне очень нравится изучать целебные свойства растений, — не поднимая взгляда, негромко отозвался омега. — Это интересно. В нашей стае немногие владеют этой наукой, и один из тех, кто владеет — твой отец, верно? Ты хочешь пойти по его стопам? — Я не так талантлив, как мой отец и дед, но я стараюсь совершенствовать свои навыки. — Это похвально… Чонгук? Тебя же зовут Чонгук? — уточнил Пак. — Да. — Что-же, Чонгук, всё это, конечно, хорошо, но я правда считаю, что ты не должен бродить по лесу один. Это может быть опасно. Ты не только омега, но ещё и человек, и если встретишь тут волка с недобрыми намерениями, вряд ли долго продержишься. Все эти слова были для Чимина не просто пустым звуком. Он чувствовал на себе ответственность за каждого члена стаи и должен быть уверен, что все они находятся в безопасности. — Я уже собирался домой. — Вот и хорошо. Идём, я тебя провожу. Чонгук поднялся со своего места и проследовал вслед за альфой. Шаги его были невесомыми и еле слышными. Чимин даже несколько раз обернулся, чтобы убедиться, что омега не отстал и не потерялся. До поселения они добрались довольно быстро, так и не проронив ни слова. — Спасибо, что проводил, — слегка улыбаясь и избегая зрительного контакта, мягко поблагодарил альфу Чонгук. — Не за что, — улыбнулся в ответ альфа, забавляясь с такого вида. Обычно омеги совершенно по-другому ведут себя в его обществе. — Больше не ходи в лес один. Если будут нужны цветы или трава какая, можешь обратиться ко мне, я помогу их собрать. Брюнет перевёл взгляд на Чимина и растерянно забегал глазами по его лицу. Он совсем не привык к тому, чтобы ему предлагали помощь, да ещё и альфы. На самом деле, к таким как Чонгук в стае относились настороженно и не очень-то хотели иметь с ними общих дел. Если ты отличаешься, то автоматически становишься изгоем. Самого парня не сильно огорчал такой расклад, так как он любим родителями, да и есть у него один близкий друг, который не смотря на их отличие заинтересовался особенным человеком и первым пошёл на контакт. Ким Тэхён — взбалмошный омега с неисчерпаемым запасом энергии, бредовых идей и любви к обнимашкам. Но, тем не менее, Чонгук совсем не привык к тому, что к нему проявляет заботу кто-то посторонний, тем более, когда этот кто-то — Пак Чимин, которым омега тайно восхищался столько, сколько помнит себя. Да и кто не восхищался бы? Чимин — самый сильный и трудолюбивый молодой альфа в стае. Каждый может это подтвердить, так как сын вожака постоянно на виду. Утром он занят тренировками, днём помогает в строительстве новых хижин для молодых семей, вечером же помогает по хозяйству омегам, которые остались без альф, или решает вопросы стаи вместе с отцом. Конечно, тут каждый занят своей работой, и никто не ведёт разгильдяйский образ жизни, но всё-таки у других намного больше свободного времени и намного ниже градус ответственности. В общем, не просто так он является самым желанным альфой в стае, хотя Чонгук никогда не думал о нём в таком ключе. Да и вообще ни о ком не думал. Юного сердца ещё не коснулось прекрасное чувство, которое заполнило бы его до самых краёв. — Нет-нет, что ты! — снова замахал ладошками омега, и Чимин не смог сдержать улыбки, так как находил этот жест довольно милым в совокупности с растерянным взглядом брюнета. — Ты очень занят, и я не хочу обременять тебя такими глупостями. — Хмм… глупостями? Разве это не то, чем ты хочешь заниматься? — приподнял бровь альфа. — Да, но у тебя есть дела намного важнее. — Об этом не волнуйся, я часто бываю на той поляне, поэтому мне не сложно. Только, пожалуйста, никому не говори об этом месте, иначе совсем скоро там соберётся толпа из омег, и я лишусь последнего шанса побыть наедине с собой. — Конечно, не волнуйся, я никому не скажу, — тут же ответил брюнет, алея щеками от того, что у них с альфой появился общий секрет. — Но всё-таки я не хочу, чтобы ты из-за меня жертвовал временем своего отдыха. К тому же, я вряд ли смогу объяснить, что именно мне нужно. — Хорошо, я тебя понял. Тогда как насчёт того, чтобы ты ходил со мной? — Я? — глупо указал на себя пальцем Чонгук. — Но… — Ты бы мог собирать цветы и наслаждаться озером, а я бы просто находился неподалёку, чтобы в случае чего прийти на помощь. Было совершенно непонятно, что двигало Чимином в этот момент, но парень напротив создавал впечатление совсем хрупкого и чистого создания, отчего инстинкты альфы буквально кричали о том, что он должен защитить омегу. К тому же, было очевидно, что Чонгук не из тех, кто будет мешать или навязывать своё общество. — Я точно не помешаю? — всё ещё сомневался брюнет. — Нет. Я буду ждать тебя возле своей хижины через два дня, сразу после обеда. — Хорошо.

***

Чонгук уже подходил к своей хижине, как услышал голос друга. — Вот ты где? Ну наконец-то! Я уже весь извёлся! — подходя ближе причитал Тэхён. — Только не говори, что ты опять бродил один в лесу, — покосился парень на корзину в руках брюнета. — Мне нужны были эти цветы… — А голова тебе твоя не нужна?! — вспылил Тэхён. — Я сколько раз тебе говорил, чтобы ты брал меня с собой, если уж твоя задница ищет приключений! Там небезопасно. — Со мной ведь ничего не случилось… — Да, в этот раз тебе опять повезло. Я из-за тебя скоро седеть начну, — тяжело вздохнул друг. — Тебе только восемнадцать лет, — усмехнулся Чонгук. — Ещё рано думать о таком. К тому же, я больше не пойду туда один, — смущённо отвёл он взгляд. — Вот и правильно, возьмёшь меня с собой… — Чимин будет со мной, — перебил Тэхёна брюнет. — Ну, то есть, он будет не со мной, просто неподалёку, но я буду в зоне его слышимости, чтобы в случае чего… — Так, подожди...Чимин? Сын вожака — Чимин? — Ага. — А это ещё с чего? — ничего не понимал Тэхён. — Мы просто встретились с ним в лесу, и он тоже забеспокоился о том, что я хожу туда один, ну и предложил свою помощь. Только, пожалуйста, никому об этом не говори, — взмолился Чонгук. — А что я могу сказать-то? Я сам ничего не понимаю. Я не знал, что вы с ним общаетесь. — Мы не общаемся, просто он будущий вожак, а я, вроде как, тоже часть стаи. — Что значит «вроде как»? — серьёзно посмотрел на омегу Тэхён. — Ты — часть стаи. Такая же часть, как и каждый из нас. И я рад, что Пак уже проявляет себя как вожак. Ладно, мне пора, я просто забежал тебя проверить. — Снова побежишь смотреть как Мин Юнги выстругивает палочки для еды? — усмехнулся брюнет. — Он такой сосредоточенный в этот момент, — мечтательно вздохнул Тэхён. — Такой красивый! — Ты когда-нибудь с ним заговоришь? — Ага, конечно! Я же омега, а это значит, что он должен сделать первый шаг. Я просто буду крутиться неподалёку. Всё, мне и правда пора, увидимся вечером. Тэхён послал другу воздушный поцелуй и убежал, а Чонгук вошёл в хижину и принялся за дела.

***

Чонгук проснулся как обычно рано и после утренних дел отправился помогать маме с завтраком. Войдя в комнату, он сразу же уловил приятный аромат свежей выпечки и улыбнулся. Брюнет всегда был сладкоежкой, поэтому частенько баловался булочками с яблоками или грушами. Вот и сейчас старшая омега решила приготовить любимое лакомство своего сына. — Доброе утро, — подошёл ближе к женщине Чонгук. — Доброе утро, сыночек. Ты как обычно очень рано. — Сегодня у меня много дел. — Вот как? Поделишься со мной? — улыбнулась мама. — После завтрака я хотел закончить с вышивкой на своей рубахе, а потом мне нужно собрать некоторые травы для нового отвара. — Что за отвар? — полюбопытствовала женщина, доставая готовую партию румяных булочек. — Отвар из бархатцев и календулы для ухода за кожей. Я вычитал в одной книге, которую отец привёз из последней поездки в людское поселение, что таким отваром пользуются на дальних землях. — Вот как? Ну хорошо, я бы тоже не отказалась от действенного отвара, чтобы выглядеть моложе, — улыбнулась омега. — Ты прекрасно выглядишь, — подарил нежную улыбку в ответ Чонгук. — Отцу очень повезло. — Это точно. Кому-то так же повезёт с тобой, золотце. Чонгук всегда очень смущался, когда родители заводили такие разговоры, и этот раз не стал исключением, поэтому он поспешно кивнул и принялся отделять от ветки листья смородины и вишни, чтобы сварить из них вкусный напиток к выпечке. После завтрака старшая омега направилась на общую кухню, где они готовили обед для альф, занимающихся непрекращающимся строительством новых хижин и ремонтом старых, а также производством мебели и любой другой тяжёлой работой, а младший приступил к вышивке. Закончил Чонгук достаточно быстро, так как работы оставалось совсем немного, поэтому у него было время привести себя в порядок, прежде чем отправиться в лес. Омега неспешно умылся, расчесал спутанные после сна волосы и надел ту самую рубаху, над которой работал последние несколько дней. Близкие часто повторяют Чонгуку, что он выглядит мило, но он и сам это видит. Ему только семнадцать, поэтому лицо всё ещё не приобрело острые черты, а щёки напоминали те самые яблочные булочки. Тело его подтянутое и стройное, а вот талию совсем не назовёшь мужской. Такой талии может позавидовать любая девушка, но Чонгуку нравится то, как он выглядит. Он никогда не страдал от того, что родился омегой и, наоборот, наслаждается этим, так как совсем не ощущает себя альфой. Отыскав небольшую плетёную корзину, омега сложил в неё булочки и отправился к хижине сына вожака. Судя по тому, что рабочие уже расходились по своим местам, обед закончился, а значит ему пора было идти. Хижина Чимина находилась совсем недалеко от места, где с семьёй жил Чонгук, поэтому добрался омега довольно быстро. Подойдя совсем близко, он заметил альфу сидящим на скамейке и сосредоточено стругающим длинную палку. «Наверное, готовит стрелы» — подумалось Чонгуку. И именно в этот момент брюнет вспомнил о своём друге, которого так любил дразнить за его странное увлечение, коим является наблюдение за работающим Мин Юнги. «А это и правда завораживает» — следующая мысль, посетившая омегу. Альфа выглядит таким серьёзным и… привлекательным? Чонгук и раньше восхищался Чимином, но никогда прежде не ощущал того, что его омега также реагирует на альфу. Она находит его привлекательным. Не просто красивым, что для любого очевидно, а именно привлекательным. После таких мыслей румянец сам собой нарисовался на булочных щеках, а взгляд карих глаз сосредоточился на собственных ногах, чтобы немного успокоить разволновавшееся непонятно по какой причине сердце. Чонгук никогда прежде не размышлял о том, какой альфа сможет вызвать в нём тёплые чувства, поэтому сейчас поражён той мыслью, что его омега так чувствует себя рядом с сыном вожака. На самом деле, это самый неправильный выбор. У Чонгука не хватит пальцев на ногах и руках, чтобы пересчитать поклонников Пак Чимина. Практически каждая омега мечтает о нём в качестве своей второй половины, поэтому влюбляться в этого альфу очень глупая затея. — Чонгук? — послышался голос альфы совсем рядом, и брюнет поднял голову, столкнувшись с любопытным взглядом. — А ты чего за деревом стоишь? — Я… я только что подошёл, — растерянно ответил парень. — Ладно. Ты готов? — Да, мы можем идти. Бросив эту фразу, брюнет быстро зашагал в нужном направлении, оставляя альфу позади. Как только они добрались до нужного места, Чимин остался на «своей» поляне, а Чонгук спустился ниже, к воде, где находились нужные ему растения, но вдруг вспомнил о том, что прихватил с собой корзину с булочками, которыми планировал отблагодарить альфу, но совсем об этом забыл, как только его увидел. Успокоив немного дикую панику, вдруг зародившуюся где-то глубоко в груди, парень направился к той самой поляне, на которой лёжа на спине, наслаждался солнечными лучами Чимин. Вокруг было так тихо и спокойно, и только лишь звуки природы разбавляли эту атмосферу. Журчание воды, шелест деревьев и стрекот насекомых. Чонгук понимает, почему альфа так любит это место. Чтобы не нарушить единение с природой, брюнет еле слышно подобрался к Чимину и вполголоса прошептал: — Чимин? Альфа мгновенно распахнул глаза и принял сидячее положение, всегда готовый к опасности, но как только увидел перепуганного Чонгука на расстоянии вытянутой руки, сразу расслабился. — Прости, пожалуйста, — бросился извиняться омега. — Я совсем не хотел тебя напугать. — Ты меня не напугал, скорее я испугался за тебя, — строго ответил Чимин, но после того, как взгляд младшего устремился куда-то вниз, немного смягчился. — Что-то случилось? — Мы сегодня пекли булочки с яблоками, и я хотел тебя поблагодарить за помощь, но совсем забыл, — тихо-тихо пробормотал Чонгук, и Чимину пришлось даже прибегнуть к «волчьему слуху», чтобы разобрать, о чём говорит омега. — Поэтому – вот, — протянул брюнет корзинку. — Это мне? — улыбнулся Чимин, но омега всё равно этого не видел, так как взгляд его был направлен куда угодно, только не на альфу. — Спасибо. Пак протянул руку вперёд и принял корзинку, случайно задев мягкую кожу Чонгука. В этот момент произошло нечто странное: альфа внутри Чимина вдруг дёрнулся и потянулся за этим теплом. Касание было совсем мимолётным, но зверь очевидно что-то почувствовал. Ещё два дня назад парень думал о том, что рядом с Чонгуком чувствует себя комфортно и расслаблено, а вот альфа его, наоборот, немного взбудоражен присутствием этой омеги. Он весь такой тихий и робкий, мягкий и застенчивый, что инстинкты альфы так и кричат, что они должны быть рядом, должны защитить этого омегу. К тому же, он человек, а значит намного слабее, чем оборотень. Наверное именно поэтому Чимин так себя чувствует. Он обязан защитить члена своей стаи.

***

Чонгук собрал всё, что ему было нужно, и, как обычно, устроился возле воды. Было в этом что-то успокаивающее для омеги. — Ты закончил? — нарушил тишину голос Чимина, раздавшийся совсем рядом. — Да-да, мы можем идти, — засуетился парень. — У нас ещё есть время, если ты хочешь посидеть. Альфа устроился рядом, и подхватив несколько маленьких камушков, начал по очереди отправлять их в воду, рисуя круги. Чонгук же устроил голову на своих коленях и наслаждался видом. — А ты не особо разговорчивый, — спустя какое-то время завёл разговор Чимин, сам себя удивляя. Обычно это он тот, кто не идёт на контакт первым. — На самом деле я очень болтлив, — ответил с лёгкой улыбкой Чонгук. — Только вот смущаюсь в присутствии малознакомых людей. — Правда? Ну, я достаточно известная личность, — усмехнулся Пак. — Спасибо отцу. — Это так, но мы ведь почти не общались. — Почти? — приподнял бровь Чимин и заинтересованно посмотрел на омегу, отчего тот снова смутился. — Когда мы были маленькими... ну, точнее, я был маленьким, то часто помогал маме на кухне. Я всегда был сладкоежкой, поэтому устраивался в самом углу комнаты, пока все альфы обедали, и уплетал румяные булочки. Тебе тогда уже было лет двенадцать, и ты приходил на обед вместе со взрослыми альфами. Как-то раз тебе не хватило места, и ты сел рядом со мной на скамейке возле кухни. После того раза ты всегда садился со мной, а однажды на мой немой вопрос ответил, что на этом месте ты чувствуешь себя спокойно. — Так это был ты? — округлил глаза Чимин. — И как я мог забыть об этом? — Да там и нечего было помнить. Мы едва обмолвились парой фраз. — Знаешь, а я ведь и правда впервые почувствовал себя спокойно на том месте. Сын вожака всегда находится на виду, поэтому мне всегда приходится участвовать в различных разговорах, а иногда так хочется тишины. Ты ведь со мной так и не заговорил ни разу, а спустя какое-то время и вовсе пропал. — Той осенью мне исполнилось восемь, и пришло время начать обучение. — Надо же, уже прошло почти десять лет! У меня совсем вылетели из головы эти воспоминания. — Нам, наверное, уже пора возвращаться? — перевёл тему Чонгук, так как они уже порядком задержались, и у альфы явно есть дела важнее, чем придаваться воспоминаниям. — Да, ты прав, пора, — Чимин нехотя поднялся с места и подхватил сумку с травами. — Не стоит, она ведь совсем не тяжёлая, — запротестовал омега. — Ты всегда такой упрямый? — Я не упрямый, — в противовес своим словам заупрямился младший. — Тогда позволь тебе помочь. — Хорошо, — покорно согласился брюнет, не желая спорить с альфой. Как и в прошлый раз, парни добрались до поселения в полной тишине, размышляя каждый о своём. Тишина эта совершенно не напрягала, а даже, скорее, наоборот, дарила чувство некого комфорта. — Спасибо, Чимин, — нежно улыбнулся Чонгук, забирая из рук альфы корзинку и сумку с травами. — Не за что. Увидимся через два дня? — Эмм… не думаю, что мне так скоро понадобятся новые травы. Я сегодня собрал с запасом. — Хорошо.

***

Пак Чимин — двадцать три года, сын вожака, самый завидный альфа стаи, чьи мысли вот уже вторую неделю не покидает один юный омега, который, по всей видимости, совсем не разделяет состояние старшего. Он весело смеётся, когда Тэхён в очередной раз переворачивает плошку с какими-то ягодами, активно жестикулируя, и совсем не замечает направленного на него взгляда. Сидит за невысоким столом и вышивает. Такой милый. Альфа Чимина уже который день скребётся и тянется к омеге, и это доставляет парню немалый дискомфорт. Никогда прежде он так не увлекался кем-то, хотя у него были омеги, с которыми он состоял в намного более близких отношениях. Но все они никак не трогали внутреннего зверя, в отличие от этого небесного создания. Как же он красив. Чимин раньше как будто и не замечал, насколько Чонгук привлекательный. Наверное, всё дело в том, что с Тэхёном он чувствует себя свободно и совсем не смущается. Он смеётся ярко и открыто, прикрывая широкую улыбку ладонью, а глаза его озорно переливаются, отражая солнечный свет. Только сейчас Чимин заметил, что радужка его не совсем коричневая, а с яркими жёлтыми вкраплениями. Всё же он сын оборотней, и есть в нём что-то от волка. — Дыру протрёшь в мальчишке, — послышался хриплый голос друга. — Да ладно, а сам-то? — упрекнул в ответ Пак. — Как только выпадает возможность, не можешь оторвать взгляд от второго, — указал он кивком на Тэхёна. — Я? — возмутился Мин. — Ты меня с кем-то путаешь. — Ну да, ну да. Последние две недели, как нас поставили на это место, ты буквально вприпрыжку скачешь на работу. Я никогда не видел от тебя такого желания заниматься ошкуриванием досок. Это ведь всё из-за того, что один громкий и стреляющий в тебя глазками омега живёт прямо напротив и постоянно околачивается во дворе? — Заткнись, — сквозь зубы буркнул Мин и принялся за работу. — Ладно-ладно, — выставил в защитном жесте руки Чимин и засмеялся. — Нет, так нет. Отсмеявшись, Пак также принялся за работу, снова уходя в свои мысли. До него периодически доносился звонкий смех Чонгука, и он позволял себе ненадолго задержать свой взгляд на омеге, после чего снова возвращался к деревяшке. — О, Пак, привет, — отвлёк альфу знакомый голос. — Привет, Шин, что ты тут делаешь? — удивился Чимин старому знакомому, который несколько лет назад перебрался в другое поселение вместе со своей матерью, которая по воле судьбы встретила свою любовь в другой стае. Эта стая была одной из тех, с кем у них были хорошие отношения, поэтому вожак их отпустил с миром. — Я вернулся совсем недавно. Стая Ким, конечно, хороша, но здесь мой дом. Твой отец был не против, поэтому… К тому же, наши поселения находятся по соседству, я часто буду навещать маму и сестру. — Понятно. Что же, добро пожаловать домой. — Спасибо. Ладно, мне пора, я тут по делу. — Хорошо. — Ещё увидимся. — Ага. Шин прошёл мимо парней и направился прямо туда, где занимались вышивкой омеги. Чимин проследил за альфой, и его собственный зверь напрягся где-то внутри. Как оказалось, не зря. Высокий и крепкий альфа подошёл совсем близко к Чонгуку, который растерянно бегал глазами по, очевидно, незнакомому лицу и прижимал к груди пяльцы. Ведомый внутренним порывом, Пак подскочил на ноги и уже хотел двинуться вперёд, чтобы в случае чего иметь возможность защитить омегу, но рука Юнги его остановила. — Эй-эй, успокойся. Ничего плохого не происходит, — пытался достучаться до друга Мин, но тот его будто не слышал.

***

Чонгук, как обычно, пришёл к Тэхёну, чтобы они вместе могли закончить наряды для соседских ребятишек. Малыши остались без матери, которая не пережила тяжёлые роды, поэтому они помогали их отцу с омежьими делами. К тому же, была ещё одна причина, почему рабочее место было решено организовать именно у Тэхёна во дворе. Точнее, их было две: Мин Юнги и Пак Чимин. Конечно, Чонгук ничего не говорил Тэхёну о своих вдруг проснувшихся нежных чувствах, которые сам до конца не понимал, но ему так хотелось находиться где-то неподалёку, чтобы хоть изредка бросать мимолётные взгляды на альфу. И всё, вроде, было хорошо. До этого момента. — Чонгук? — окликнул его незнакомый парень, и брюнет перевёл на него свой взгляд. — Да. — Меня зовут Шин. Ты меня, наверное, не помнишь. Мы с матерью переехали в соседнее поселение несколько лет назад, и вот я вернулся… — отчего-то сбивчиво говорил парень. — В общем, я долго не решался подойти, но когда увидел тебя снова пару дней назад, ты стал ещё красивее, и я… Ты мне давно нравишься... ну, то есть, ты мне нравился тогда, когда я жил тут, но ты был совсем юным, да и я тоже… — Подожди, о чём ты говоришь? — нахмурил брови Чонгук. — Я хотел бы спросить, не согласишься ли ты со мной прогуляться вечером? — Я? — переспросил ничего не понимающий омега. — Чонгук, очевидно, что он разговаривает с тобой, — влез Тэхён. — Я не… — Пожалуйста, — не дал договорить брюнету Шин.

***

Чимин попытался успокоить своего альфу, но у него не очень-то выходило, поэтому он бросил доску, над которой работал, и просто ушёл. Сейчас ему нужно быть подальше от Чонгука и Шина, которому волк хотел перегрызть глотку. И мог бы. Волк Чимина и правда силён. Сам парень не всегда может с ним совладать, а уж если инстинкты заставят его обратиться, то вряд ли кто-то сможет его остановить. Пак направился на общую кухню, чтобы выпить воды, но по пути его перехватил отец, который возвращался с очередного собрания старейшин. — Чимин, сын, здравствуй, — поздоровался невысокий мужчина. — Разве ты не должен быть занят подготовкой досок для настила в хижине Вонсоба и его супруги? — Отец, здравствуй. Да, так и есть, меня просто замучила жажда. — Напился бы у Кимов, их хижина прямо напротив. — Да я как-то не подумал... — Ладно. Это даже хорошо, — закончил допрос отец. — Ты мне нужен. — Что-то случилось? — На сегодняшнем совете было принято решение отправиться на охоту раньше срока. Совсем скоро осень, и в этом году нам нужно больше запасов. Наша стая заметно выросла, поэтому нужно запастись впрок. — Хорошо. Когда мы отправляемся? — Завтра с утра мы займёмся подготовкой и вечером отправимся. — Я понял. После разговора с отцом альфа вернулся на рабочее место, но Чонгука с Тэхёном уже не было, как и Шина. — Успокоился? — спросил Юнги. — Да. — Что произошло? — Я не знаю. Мой альфа ведёт себя странно в последнее время. — Это связано с особенным омегой? — Думаю, да, — тяжело выдохнул Чимин. — Он признал его, — без раздумий и так легко ответил Мин, как будто это очевидная истина. — Кто? — Твой альфа признал свою омегу. — Чонгук не моя омега, — запротестовал Пак. — Вот это мы и узнаем, когда ты обратишься, и твои инстинкты проявят себя в полную силу. И долго ждать не пришлось. На следующий день Чимин помогал остальным альфам-охотникам со сборами. Целый день они были заняты, и Пак даже как-то отвлёкся от своих мыслей, пока не пришло время обращения. Стоя на своём крыльце, альфа смотрел на луну и ждал сигнала от вожака. Как только вой отца нарушил вечернюю тишину, Чимин выпустил волка на волю. Волк Пака-младшего выглядел ещё более впечатляюще, чем его человеческое обличие. Более того, он являлся единственным альфой в стае, шерсть которого была снежно-белой. Все остальные волки-альфы имели коричневый или чёрный окрас, но на Чимине не было ни единого тёмного пятнышка. Его белая шерсть переливалась в свете луны, а ярко-жёлтые глаза горели, словно солнце. Завораживающее зрелище. Чимин уже было собрался присоединится к остальным, как вдруг что-то почувствовал. Он несколько раз крутанулся на месте, стараясь прислушаться к ощущениям, но всё равно не мог понять, что происходит. Казалось, что эти странные чувства и вовсе принадлежали не ему, а кому-то другому. Смесь тревоги и дискомфорта. Будто он хочет оказаться в другом месте, но не может. Как только Чимин начал движение, то «чужие» чувства начали менять интенсивность. То они ощущались острее и отчётливее, то практически пропадали. Волк решил попробовать сосредоточиться и прикрыв глаза настроился только на эти ощущения, заглушая все остальные. Альфа и не заметил, как оказался в центре поселения. Оглядевшись вокруг, он наткнулся на не очень приятную картину: Чонгук стоял, потупив взгляд, и держал в руках пяльцы, а перед ним стоял Шин, который находился слишком близко к омеге. Тут-то к Паку и пришло озарение. Эти чувства принадлежат Чонгуку, а Юнги оказался прав. Он запечатлён с омегой. Его волк выбрал и признал свою пару. Только вот Чонгук не принадлежит Чимину, и от этого осознания альфа почувствовал сильнейшую боль в районе солнечного сплетения. Хотелось завыть так громко, чтобы выпустить эту боль, а после растерзать любого альфу, который посмел хотя-бы посмотреть на его омегу, но он не должен идти на поводу у животных инстинктов. Он должен быть сильнее. Собрав всю свою волю, Чимин с громким рыком со всех лап бросился в сторону леса, где его ожидали остальные волки. Охота пришлась как нельзя кстати, это поможет сбросить часть напряжения.

***

Чонгук возвращался от Тэхёна, но по дороге ему встретился Шин. — Чонгук? Привет, — широко улыбнулся альфа. — Здравствуй. — Ты идёшь домой? Я могу тебя проводить. — Не нужно, я почти дошёл. — И всё же… — Спасибо большое за предложение, но это правда лишнее. — Я тебе совсем не нравлюсь, верно? — спросил поникшим голосом альфа. — Дело не в тебе, правда, — потупил взгляд Чонгук. — Тебе нравится кто-то другой? Брюнет хотел ответить Шину, но их отвлёк низкий рык. Парни перевели взгляд в сторону и увидели белого волка, который, издав этот звук, бросился прочь. Оба понимали, кто это был, но если Шин не придал этому особого значения, то сердце Чонгука забилось в несколько раз быстрее. Брюнет раньше часто думал о том, как бы сложилась его жизнь, родись он «нормальным». Не то чтобы он мечтал иметь вторую сущность, но живя среди оборотней ему было всегда интересно, как они себя чувствуют в волчьем обличии. Волки выглядят эффектно и имеют массу преимуществ перед человеком. И, конечно, один волк всегда выделялся среди остальных. Чимин привлекал к себе всеобщее внимание каждый раз, когда обращался. В самый первый раз, когда Чонгук увидел белого волка, он не мог оторвать от него взгляд. Именно в тот момент омега задумался о том, каким бы был его волк? Был бы он хоть в половину таким же красивым? К сожалению, этого он не узнает никогда.

***

Чимин вихрем пронёсся мимо ожидающих его волков и скрылся в лесу. Сын вожака прекрасно понимал, что такое поведение неприемлемо, но его волк был в ярости, поэтому находиться рядом с ним было небезопасно. Но и одному идти на охоту в таком состоянии было не лучшим решением. Волк был сильно взбудоражен, из-за чего инстинкт самосохранения отключился, и лишь адреналин руководил зверем. Ему нужно было выпустить пар, поэтому набросившись на довольно крупного оленя, он вцепился мёртвой хваткой в глотку животного, представляя на его месте Шина. Чимин настолько увлёкся своей добычей, что совсем потерял бдительность и не заметил, как к нему подобрались несколько волков, которые не принадлежали их стае. Чужаки окружили Пака и начали скалиться и рычать, привлекая внимание к себе. Чимин оторвался от оленя и перевёл горящий взгляд на «гостей». Те продолжали рычать,постепенно окружая белого волка, заключая его в своеобразную ловушку. Дальше всё как в тумане. Очнулся Чимин у целителя в обличии волка. Вокруг никого не оказалось, и он попытался привстать, но крупное тело совсем не слушалось и рухнуло обратно на лежанку, а глаза снова закрылись, так и не сумев сфокусировать взгляд. Через минуту в комнату кто-то вошёл и присел прямо перед ним, аккуратно касаясь сначала бока, потом одной из лап. На месте касания оставалось ощущение чего-то холодного, что приглушало болезненные ощущения, и волк немного расслабился, но в следующую секунду распахнул глаза и громко зарычал от резкой боли. — Чимин? — перепугано смотрел на него Чонгук, чьи руки были покрыты какой-то мазью. Услышав знакомый голос, волк тут же спрятал зубы виновато прижал уши. — Ох! — быстро вышел из ступора и подскочил на ноги брюнет. — Сейчас-сейчас, я позову отца. Ты пока лежи спокойно. После этих слов Чонгук выбежал из комнаты, а через несколько минут вернулся вместе с отцом. Старший Чон осмотрел Чимина и что-то дал ему выпить, после чего волк провалился в сон. В следующий раз он очнулся, когда на улице было совсем темно. В комнате горела свеча, он немного повернул морду и взгляд его сфокусировался на миниатюрной женщине, что, уложив голову на лежанку рядом с ним, мирно спала. Пак негромко фыркнул и «боднул» её в плечо. — Чимин-и, сыночек? — разлепила глаза женщина. Волк повторил своё последнее действие. — Ох, мой родной! Как же ты нас перепугал. Подожди, я приведу лекаря. Не успел Чимин возмутиться, как женщина уже исчезла за дверью. Пока он находился в одиночестве, то постарался вспомнить, как вообще оказался у лекаря, но память как будто стёрли. — Чимин? — отвлёк его мужской голос, и он перевёл свой взгляд на говорящего. — Я сейчас тебя осмотрю. Волк слегка кивнул в знак того, что он понимает человека, и тот подошёл ближе, доставая из сумки какую-то склянку. — Это мазь, которая поможет твоим ранам, — объяснял лекарь, макая пальцы в желтоватую субстанцию. — Мне пришлось дать тебе снадобье, чтобы замедлить регенерацию, иначе бы все твои кости срослись неправильно. У тебя были сломаны четыре ребра, а на обоих передних лапах были открытые переломы. Нам потребовалось некоторое время, чтобы доставить тебя сюда. Тебе придётся побыть ещё пару дней в обличии волка, чтобы полностью восстановиться. Лекарь закончил обрабатывать раны и убрал склянку обратно в сумку, после чего продолжил монолог. – Утром тебя перенесут домой, так как тебе нужен полный покой, а у меня тут проходной двор. Я пришлю к тебе своего помощника. Тебе требуется надлежащий уход, чтобы ты скорее поправился. — Я сама могу ухаживать за своим сыном, — встряла женщина. — Мазь должна быть всегда свежей, поэтому её нужно подготавливать незадолго до нанесения, а для этого нужны определённые знания. К тому же, вы не спали уже целые сутки, вам тоже нужен отдых. Лекарь был прав. Женщина не сомкнула глаз с тех самых пор, как её сына в ужасном состоянии притащили в поселение другие альфы. Он выглядел совсем… Даже страшно вспоминать, какие мысли посетили голову матери в тот момент. — Да, думаю, так будет лучше, — сдалась омега. — Вот и хорошо. Не беспокойтесь, с ним всё будет в порядке. Чимин сильный альфа, — ободряюще улыбнулся мужчина и покинул комнату.

***

На рассвете к сыну заглянул вожак с двумя молодыми альфами, которые аккуратно переложили волка на носилки и направились в сторону его хижины. Уложив Чимина на кровать, заботливо накрытую мягкими шкурами, альфы вернулись к своим делам, оставив семью Пак. — Сын, ты так нас напугал, — мягко, что совсем не свойственно вожаку, начал старший. — Мать чуть с ума не сошла, когда тебя увидела. Как и я. Белый волк стыдливо поджал уши и опустил морду. — Ладно, тебе нужно отдыхать, — продолжил отец, — как и тебе, — перевёл он строгий взгляд на супругу, — так что мы пойдём. — Я зайду вечером, — добавила женщина и покинула хижину вслед за супругом. Чимин растянулся на кровати и прикрыл глаза. Волку было стыдно за то, что он заставил родителей волноваться за него. Какой же из него будущий вожак, когда он приносит столько хлопот? Это он должен заботиться о своей стае, а не наоборот. Злость на себя разгоралась где-то внутри, но от самокопания его отвлёк шум. Волк перевёл взгляд на дверь и увидел чёрную макушку, которая просунулась в небольшую щель, озираясь по сторонам, после чего дверь открылась шире и человек вошёл внутрь. Большие жёлтые глаза забегали по знакомым чертам, в конце концов сталкиваясь с мягким взглядом Чонгука. — Привет, — неуверенно улыбнулся омега, оставляя сумку на деревянном столе и подходя к кровати. — Я… отец послал меня сюда, чтобы я присмотрел за тобой и обработал твои раны, — немного сбивчиво из-за смущения объяснил Чонгук. — Как ты себя чувствуешь? Волк лишь фыркнул и отвёл взгляд. Ему было стыдно, что омега видит его в таком виде, да ещё и является тем, кто должен за ним ухаживать. Неужели нельзя было найти кого-то другого? Наверняка он бы лучше провёл это время с Шином. Новая волна злости накрыла альфу, и он постарался успокоить своего волка, мысленно убеждая его, что Чонгук не принадлежит им. Но кто бы его слушал? Зверь был совершенно не согласен с этим и жалостливо скулил внутри. — Я только что приготовил мазь, — продолжил омега, — и сейчас мне нужно будет обработать твои раны. Хорошо? Брюнет вернулся к своей сумке и достал оттуда склянку, после чего вновь подошёл к кровати и аккуратно присел на самый край. Зачерпнув побольше жёлтой жижи, он осторожными движениями наносил мазь на раны, которые уже не казались такими ужасными, как в самом начале. Чонгуку даже страшно вспоминать тот момент, когда окровавленного Чимина с множеством рванных ран внесли в комнату, где он варил целебный отвар для снятия головных болей у соседской старушки. Омега внутри парня чуть не сошла с ума, увидев альфу в таком виде. — Раны почти затянулись, — продолжая манипуляции, тихонько делился мыслями брюнет. — К вечеру от них и следа не останется. Каждое его прикосновение было словно летний ветерок — лёгким и приятным. Вся злость Чимина тут же сошла на нет, уступая место чему-то тёплому. «Он не наш» — повторял себе альфа, но всё равно наслаждался такой близостью больше, чем следовало бы. — Отец сказал, что ты быстро идёшь на поправку, и кости твои будут в порядке уже завтра. Волк снова фыркнул и немного горделиво задрал голову, на что омега приглушённо засмеялся. — Хорошо, — закончив работу, Чонгук отложил мазь в сторону. — Теперь я тебе что-нибудь приготовлю, так как ты давно не ел. Это поможет тебе быстрее поправиться. Брюнет поднялся с кровати, и волк, сам того не осознавая, как будто ниткой к нему привязанный, приподнялся следом. — Нет-нет, — уложил его обратно омега. — Тебе нельзя вставать. Место прикосновения человека приятно покалывало, и альфа как зачарованный смотрел на то, какой маленькой казалась ладонь Чонгука на его крупном теле. Младший, видимо, заметил повышенный интерес и спешно убрал конечность, пряча её за спиной. — Эмм… ты отдыхай, — сверкая порозовевшими щеками, продолжил Чонгук, — а я пока сварю тебе суп. Омега вернулся к своей сумке, и подхватив её, направился к кухне, которая находилась в той же комнате, отделённая длинным столом. Чимин был известен в поселении своим талантом к изготовлению мебели, но в собственной хижине её было по минимуму. Пару шкафов на кухне, обеденный стол, кровать, да два комода для вещей. Хижина альфы была достаточно большой, поэтому и казалась совсем пустой. Чонгук же, как настоящий омега, был тем ещё любителем разных безделушек, да и хижина их была заставлена мебелью. Они с мамой часто вечерами устраивались перед камином в креслах-качалках, которые для них изготовил местный мастер в знак признательности за то, что старший Чон лечил их волчат от врождённого недуга, и занимались вышивкой. В хижине Чимина также был большой камин, только вот выглядел он так, словно его и не топили никогда. Отложив свои мысли на потом, омега сосредоточился на готовке. Достав из сумки овощи и кусок вяленого мяса, Чонгук замер на месте, так как не имел понятия, есть ли у Чимина хоть какая-то посуда для приготовления, да и воды нужно было в чём-то принести. — Эмм… Чимин? — обратился омега к волку, который лежал с закрытыми глазами и не реагировал на него. — Чимин? На этот раз зверь раскрыл глаза и перевёл взгляд на брюнета, который уже стоял возле его кровати. — Прости, я хотел спросить, есть ли у тебя посуда? Волк смотрел на него пару секунд, а потом издал странный звук, похожий на смешок, после чего указал мордой в сторону кухни. — Шкаф? — уточнил Чонгук. — Посуда в шкафу? Чимин утвердительно кивнул головой. — Я могу её оттуда взять? — несмело спросил омега, и альфа в этот момент был готов дать ему всё, что он только просит. Старший снова кивнул и слегка подтолкнул омегу мордой, давая понять, что он совсем не против, чтобы брюнет тут хозяйничал. Чонгук же широко улыбнулся на такой жест и бездумно запустил руку в мягкую шерсть, поглаживая зверя за ухом. Чимин прикрыл глаза и придвинулся немного ближе, наслаждаясь невинным взаимодействием. Альфа готов был замурлыкать от удовольствия, но сдерживал себя изо всех сил. Ещё никогда ему не были так приятны чьи-то прикосновения. Чимин никогда не встречал таких чистых, нежных, добрых и скромных омег. Возможно, так на него влияет связь, но Чонгук и правда отличается. – Мне нужно сходить к колодцу и набрать воды, — нарушил тишину голос младшего, и волк нехотя разлепил глаза, указывая мордой куда-то за спину Чона. — Что там? Там вода? — догадался омега, и очередной кивок подтвердил догадку. Чонгук поднялся с кровати и вернулся на кухню, где по указанию хозяина нашёл большой бидон с водой. Слегка улыбнувшись, парень ещё немного потоптался на месте, но всё-таки переборов свою природную скромность, открыл первый ящик, где на удачу обнаружились кастрюли и прочая утварь. Он достал небольшой котелок, нож и деревянную доску, после чего налил немного воды в плошку и вымыл овощи. Почистив пару картошек, лук и морковь, омега отложил их в сторону и принялся за нарезку мяса, совершенно не чувствуя на себе пристального взгляда янтарных глаз. После подготовки ингредиентов, Чонгук вернулся к печи и разжёг её. Дерево быстро разгорелось, и парень отправил котелок прямиком в печь, переключаясь на овощи. Аромат в хижине стоял потрясающий, благодаря каким-то травам, что омега также достал из своей сумки и нарезал. Чимин и не вспомнит, когда в его хижине готовили еду. Обычно он обедает в общей столовой, а на ужин перебивается хлебом и молоком, или же его мама оставляет на столе кастрюли с готовой едой, пока его нет дома. Парня вполне устраивал такой расклад, до этого момента. Теперь же Чимин уверен, что хочет видеть такую картину на постоянной основе. Чонгук выглядит так правильно в его хижине, что от этого осознания практически больно. «Он не наш». Волк снова отвернулся к стене и закрыл глаза. «Он не наш».

***

Чонгук закончил с готовкой и, отыскав глубокую тарелку, налил в неё суп. Прихватив из дома пару булочек, парень разложил всё на деревяной доске и направился к Чимину, который медленно моргая смотрел в стену. — Чимин? Тебе нужно поесть, — присаживаясь на край, отвлёк от очень интересного занятия волка брюнет. — Я подложу под твою голову ещё подушек, хорошо? Омега поставил «поднос» на кровать, а сам обошёл Чимина, чтобы устроиться у его головы. — Сможешь немного приподняться? — ласково спросил омега, на что получил кивок. — Хорошо. Подсунув ещё две подушки под голову зверя и практически усадив его на кровати, Чонгук расположил поднос на коленях и, ободряюще улыбнувшись, кивнул на тарелку. Чимин принял сигнал и, опустив морду вниз, высунул длинный язык, чтобы зачерпнуть еду, которая оказалась невероятно вкусной. Покончив с большей частью первого блюда, волк подхватил одну булочку зубами и протянул её засмотревшемуся Чонгуку. — Это… — растерянно хлопал глазами брюнет. — Это мне? Волк ткнул булочкой в руку человека, тем самым отвечая на его вопрос. — Спасибо, — омега принял дар и откусил кусочек, чтобы не обидеть альфу, который довольно улыбнулся, хотя в обличии волка эта улыбка больше походила на оскал. — А теперь ешь. Тебе нужно набираться сил. Чимин быстро расправился с первой порцией, тут же прося добавки. Нужно ли говорить, как потрясающе себя чувствовал Чонгук в этот момент? Раньше он лишь изредка готовил для своей семьи, хотя и любил это дело, но готовить для альфы и получать такую высокую похвалу, как просьбу о добавке — это совсем другой уровень.

***

Чонгук провёл в хижине сына вожака весь день, пока его не сменила мама волка. Она нежно улыбнулась омеге и поблагодарила за помощь, на что Чонгук смущённо отмахнулся и, передав ей склянку со свежей мазью, оставил родственников наедине. — Чем это так вкусно пахнет? — спросила женщина, проходя вглубь хижины. — Я ещё на подходе почувствовала этот аромат, — она с любопытством заглянула в котелок, очевидно, только вынутый из печи. — Ммм, он приготовил тебе рагу? Чимин смотрел на маму, и улыбка/оскал снова нарисовалась на его морде. Отчего-то альфа почувствовал такую гордость, какую никогда не чувствовал за свои собственные заслуги. — Знаешь, а мне нравится этот омега, — как ни в чём не бывало продолжила женщина. — Его многие сторонятся из-за особенности, но он всё равно вырос прекрасным парнем. Такой добрый и трудолюбивый. Надеюсь, он будет счастлив. Старшие омеги часто обсуждают на кухне, что не хотели бы, чтобы их сыновья-альфы выбрали себе кого-то из «особенных» омег, так как те вряд ли смогут подарить им волчат. Чимин и сам не заметил, как зарычал на этих словах. Во-первых, он не хотел даже думать о том, что Чонгук достанется кому-то другому, хотя его сердце уже может принадлежать кому-то, кто не Чимин. Во-вторых, ему было неприятно от того, что взрослые омеги ведут такие недостойные разговоры. Да любому из их недотёп-сыновей невероятно бы повезло, достанься им в пару такой омега, как Чонгук. — Эй, волчонок, всё в порядке? — переполошилась женщина. — Тебе больно? Чимин же только фыркнул и отрицательно покачал головой. На самом деле, он уже чувствовал себя очень даже неплохо физически, но не хотел этого показывать, тайно надеясь, что сможет провести ещё один день с Чонгуком. — Нет? — продолжила мать. — Тогда почему ты рычал? Ты не согласен с их мнением? — улыбнулась женщина. — Вот и правильно. А теперь нам нужно обработать раны…

***

Утром Чимин проснулся как новенький. Раны его затянулись, кости тоже срослись, и лишь немного ныли, как это бывает у стариков на погоду. Волк поднялся с постели и тут же обратился человеком, хотя и не получал на это разрешения лекаря. Альфе просто жизненно необходимо было смыть с себя события последних дней. Просидев в купальне добрых полчаса, посвежевший Чимин вернулся в хижину в одних лишь лёгких брюках, где обнаружил гостя. — Ой! — выронил какую-то банку из рук Чонгук, закрывая глаза ладонями. — Прости! Я не должен был… просто… я думал, что ты ещё… а тебя не было… и я… — сбивчиво пытался оправдать себя младший, чем изрядно повеселил альфу. — Ахах, мило. — Пожалуйста, мог бы ты надеть что-нибудь на себя? — взмолился омега, не отрывая ладоней от зажмуренных глаз, чтобы наверняка. — Хорошо. Чонгук так и стоял с закрытыми глазами, пока альфа не подошёл совсем близко и громко не цокнул в его ухо. — Ой! — подпрыгнул на месте брюнет. — Ты меня напугал. — Когда? Сейчас, или когда вернулся из купальни? — приподнял ровную бровь Пак. Щёки и кончики ушей омеги как по сигналу загорелись красным. Чимин чувствовал себя настоящим альфой рядом с таким застенчивым и милым омегой, поэтому настроение его было немного игривым. Он никогда прежде так себя не вёл. По умолчанию у него есть три состояния: Чимин — будущий вожак: уважительный, сдержанный и рассудительный; Обычный Чимин: отстранённый, погружённый в себя, спокойный; Чимин — любовник: властный, ненасытный и старательный. Но сейчас альфа не был похож ни на одного из них. — Сейчас, — тихо отозвался Чонгук. — Как ты себя чувствуешь? — сменил он быстро тему. — Отлично, благодаря тебе и твоему отцу. Спасибо. — Хорошо. Тогда тебе нужно зайти к отцу, ну, чтобы он тебя проверил… — Я в полном порядке, — перебил омегу Чимин. — Если ты не забыл, волки способны полностью исцеляться. Хоть этот процесс и замедлили, но его же не остановили? Я чувствую себя прекрасно. А что у тебя в сумке? — А, это… Я не был уверен, нужна ли тебе ещё помощь, поэтому на всякий случай захватил кое-какие продукты, чтобы приготовить завтрак, и мазь. Но раз с тобой всё хорошо… — Нет, со мной не всё хорошо. — Как? Что? Где болит? — засуетился младший. — Вот здесь, — уложил ладонь на живот Чимин. — Я такой голодный, а у тебя есть продукты… — Оу… ну, я мог бы приготовить что-нибудь. — Было бы чудесно, — широко улыбнулся старший. — Чем я могу тебе помочь? — Я… В этот момент дверь в хижину открылась и на пороге показалась мама альфы с небольшой корзиной, заполненной выпечкой. — Волчонок, я тут… — начала женщина, но замолчала, как только прошла вглубь и увидела гостя. — Чонгук-и, здравствуй, — улыбнулась она парню. — Здравствуйте, — глубоко поклонился младший омега. — Отец отправил меня проверить Чимина, но с ним всё в порядке, поэтому я, наверное, пойду, — протараторил брюнет и быстро направился к выходу. Как только дверь за младшим закрылась, Чимин не смог совладать со своими эмоциями, которые легко можно было прочитать по выражению его лица. — Волчонок, всё в порядке? — Да, — недовольно ответил альфа. — Точно? — Точно. — Ну, хорошо, — улыбнулась женщина. — Я принесла тебе поесть. — Спасибо, я не голоден, позже поем, — всё ещё расстроено отвечал Чимин. — Ты себя хорошо чувствуешь? — Мам, со мной всё в порядке. — Ладно, как скажешь. Что же, если тебе ничего не нужно, то я пойду на кухню, у нас сегодня много работы. — Угу. — Отдыхай и набирайся сил, — омега погладила сына по влажным волосам. — Сегодня вечером будет праздник, отец бы хотел тебя там видеть.

***

Чонгук медленно плёлся в сторону своей хижины, расстроенный тем, что более у него нет никаких причин находиться рядом с сыном вожака. Конечно, брюнет был рад тому, что Чимин поправился, но его омегу тянуло обратно к альфе. В обычном и привычном мире Пак Чимина нет места для ошибки природы Чон Чонгука, и с этим придётся смириться. Войдя в хижину, парень услышал приглушённые голоса, доносящиеся из кухни. Один из них принадлежал его маме, а второй... — Шин? — Ой, Чонгук-и, сыночек, ты уже вернулся? — перехватила слово женщина. — А мы тут чай пьём, присоединяйся. — Спасибо, — как-то заторможенно ответил Чон, подходя к столу и присаживаясь на свободный стул. — Ты представляешь, я тащила домой две вязанки с грушами и встретила Шина. Он мне помог, и мы разговорились. Ох, я так давно не видела его маму. Мы раньше с ней работали вместе, — делилась старшая омега. — Понятно. — Шин сказал, что вы с ним виделись. Было бы хорошо, если бы вы подружились, — продолжала свой монолог женщина. — Он такой хороший мальчик, достойный альфа… — Поэтому я предложил Чонгуку погулять вместе, — влез Шин. — Но он слишком занят. — Что? Чем это? — удивилась женщина. — Чонгук-и, ты ведь вечерами всё равно скучаешь, да и пора подружиться с кем-то, кроме Тэхёна. Ты уже взрослый омега… — Мам! — возмутился брюнет. — Ну что, мам? Разве я не права? Ой, я совсем забыла, сегодня же устраивают небольшой праздник. — Праздник? — удивился Чонгук, так как ничего не слышал об этом. — Да, вчера охотники принесли неплохую добычу, и вожак хотел отпраздновать это. К тому же, ты ведь знаешь, как много сейчас все работают, и это отличный повод расслабиться и отдохнуть. Вы бы тоже могли сходить, — подвела к главному омега. — Я с удовольствием, если Чонгук не откажет, — ухватился за возможность Шин. — Сынок? А что ему остаётся? Он хорошо воспитан и совсем не хочет расстраивать маму, глаза которой сейчас так ярко горят. Ей, видимо, и правда очень нравится Шин. Да и с альфой нужно всё решить. — Хорошо. Вечер наступил незаметно. Чонгук стоял возле зеркала в своей новой белой рубашке, расшитой цветами, и причёсывал волосы гребешком. Лицо его так и сияло благодаря отвару из бархатцев и календулы, а кожа стала совсем гладкой и бархатистой. А вот губы приходилось дополнительно увлажнять приготовленным из пчелиного воска, мёда, масла виноградной косточки и экстракта ромашки бальзамом. Чонгук выглядел, как и всегда, достаточно мило и невинно, по сравнению с другими омегами, которые пытались привлечь к себе внимание альф, но парню так было комфортно. Он не любит выделяться и предпочитает оставаться невидимкой, поэтому совсем не понимает, чем смог привлечь Шина.

***

Чимин не очень хотел появляться на празднике после случившегося, так как ему всё ещё было стыдно за то, что из-за своих эмоций так глупо подверг себя опасности, но он будущий вожак, а значит должен переступить через себя и показать стае, что с ним всё в порядке, поэтому надев недавно сшитую мамой рубаху и брюки, он слегка привёл волосы в порядок и направился к месту проведения праздника. На улице уже достаточно стемнело, и другие альфы развели костры, на которых позже будут жарить мясо. На длинных столах красовались пузатые кувшины с различными настойками и приготовленные омегами разнообразные блюда. Где-то сбоку от всего происходящего альфы устроили соревнования по борьбе на руках, а омеги томно вздыхали, глядя на это представление. В самом центре, как и положено, сидел вожак и старейшины. Место Чимина было рядом с отцом, но ему совершенно не хотелось занимать его, поэтому он поприветствовал вожака и после направился к одному их столов, где и присел на лавке. Через несколько минут место рядом с ним занял Юнги. — А чего не восседаешь на своём троне? — шутливо начал друг. — Там я являюсь лёгкой мишенью, — улыбнулся Чимин. — А так жаждущим моего внимания омегам придётся меня поискать. — Какая-же сложная жизнь у сына вожака, — издевался Юнги. — Бедный-бедный альфа. — А почему ты здесь? — перевёл тему Чимин. — Ты же не ходишь на такие сборища. — Я… Тэхён точно будет здесь, — не стал юлить альфа, чем удивил друга. — Ого, ты наконец созрел? — Это не даёт мне покоя, поэтому нужно что-то делать. — Это? — приподнял бровь Пак. — Ты имеешь в виду чувства? — Именно они. — Ну, если ты будешь называть чувства «это»… — Заткнись! — Ладно-ладно, я просто хотел помочь. — Помочь мне? Ты себе помоги, — усмехнулся Мин. — Видел я твоего омегу, и тебе точно не понравится, с кем он явился на праздник. — О чём ты? — вмиг стал серьёзным Чимин. — Он не с Тэхёном? — Нет, он… Но заканчивать Юнги не пришлось, так как Пак снова почувствовал чужой дискомфорт и лёгкую панику, которые принадлежали появившемуся в поле его зрения брюнету. Чонгук шёл рядом с Шином, который о чём-то увлечённо рассказывал, но явно мыслями был где-то далеко. Такой красивый. Ярость вперемешку с обидой снова охватили альфу, и он попытался успокоиться. Вдох-выдох. "Он не наш". Чимину казалось, что за последние пару дней что-то между ними изменилось, но, как оказалось, это только показалось. — Твои глаза, — отвлёк Пака голос друга. — Ты сейчас обратишься. Нужно успокоиться. — Легко сказать… — Я всё понимаю, но ты можешь его напугать, — пытался донести мысль Юнги. — Просто дыши и отвлекись на что-то другое. Чимин так и поступил. Он залпом выпил пару рюмок клубничной настойки и направился в сторону альф, которые красовались перед омегами. — Ого, будущий вожак решил помериться силами? — выдал один из альф. — Почему нет? — пожал плечами Чимин. — А проиграть не боишься? — подстрекали другие альфы. — Не боюсь, — усмехнулся Пак. — Кто первый? После этого началось настоящее шоу. Альфы один за одним выбывали, а омеги не могли сдержать своего восхищения, перешёптываясь друг с другом. — Всё? Никого не осталось? — оглядывая толпу, поинтересовался Чимин. — Я пойду, — донёсся до него низкий голос.

***

Чонгук чувствовал себя некомфортно. С самой первой минуты, как только увидел Шина. Тот широко улыбался, держа в руках букет цветов, а омега всё больше закрывался в себе. Он не хотел обижать альфу, не хотел расстраивать маму, но и приказать своему сердцу был не в силах. Оставив цветы дома, парни направились на праздник, и альфа был так счастлив, что совсем не замечал отстранённого выражения лица брюнета. Он без устали рассказывал разные истории, одаривал омегу комплиментами и всячески пытался подобрать подходящий ключ к сердцу Чонгука. Только вот подходящий ключ был всего один, и он точно находился не у него. Чонгук уже было собрался с силами начать разговор и расставить всё на свои места, но его отвлёк громкий галдёж. Шин тоже заинтересовано посмотрел на собравшуюся толпу и решил проверить, что там происходит. Они подошли ближе и увидели, как альфы борются на руках. Ну как, альфы... Одним из двух соперников всегда был сын вожака, так как ни у кого не получалось его победить. Чонгук смотрел, как заворожённый. Чимин выглядел таким сильным с его вздутыми венами на руках и шее, таким властным и недоступным, что омега внутри заметалась из угла в угол, призывая брюнета к действию. Парень совсем не понимал, что он должен делать, и откуда эти странные чувства, но точно знал, что омеге было страшно. Она так сильно боялась, что альфа предпочтёт кого-то другого. Чон пытался как-то успокоиться, но ничего не выходило. — Эй, ты в порядке? — коснулся плеча Чонгука Шин. — Да-да, всё нормально. — Я хочу выйти, ты не против? — Куда? — Против сына вожака. — Зачем? — Эмм… я ведь альфа, и это приятно, когда ты побеждаешь такого сильного соперника, — снисходительно улыбался Шин. — Побеждаешь? — Ну, я довольно сильный... Шин ещё раз широко улыбнулся и направился к столу, а Чонгук мог думать лишь о Чимине. Омега так и бесновалась внутри, требуя их альфу рядом. «Он не наш» — пытался убедить её Чон. Из этих мыслей парня вырвал гул, который подняла толпа. Он протиснулся ближе и оказался в нескольких метрах от стола, за которым сидели Шин и Чимин. Голова шла кругом, а температура тела, казалось, подскочила на несколько градусов. — Чимин-и, ты точно победишь! – кричали какие-то омеги. — Наш будущий вожак — настоящий альфа! — Послышалось с другой стороны. — Ох, как бы я хотела испытать на себе всю его силу… Все слова сливались воедино, а в глазах помутнело. Брюнета начало покачивать из стороны в сторону, и в одну секунду сильная боль прострелила низ живота. Омега схватился за живот и осел на землю, прикрывая глаза и негромко постанывая. Течка. Видимо, внутренний зверь решил взять всё в свои руки.

***

Чимин сидел за столом и ждал своего противника, как вдруг почувствовал что-то неладное. Альфа внутри так сильно испугался, но не из-за предстоящего поединка, а из-за чего-то другого. Как будто он чувствовал, что что-то должно случиться. Тряхнув головой, он кивком поприветствовал севшего напротив Шина и широко улыбнулся такому исходу. Но всю его радость вновь перекрыл страх и волнение, а после и лёгкое физическое недомогание. Как будто он резко поднялся с кровати, и его голова закружилась. «Чонгук» — пронеслась мысль в голове, и он постарался найти омегу в толпе, но этого не потребовалось. Он стоял в первом ряду весь бледный и покачивался со стороны в сторону. Чимин тут же подскочил на ноги, но не успел он сделать и шагу, как омега скрутился пополам и осел на землю. Вот почему его альфа так испугался. — Чонгук? — он в секунду подлетел к омеге. — Отойдите! — прикрикнул он на столпившихся вокруг. — Чонгук? — тут же появился рядом Шин и попытался дотронуться до омеги, на что услышал предупреждающий рык от альфы, глаза которого тут же загорелись жёлтым. — Пак, мы пришли вместе… Но Чимин его не слушал, продолжая держать омегу в своих руках. Он не наш Он наш!

***

Чонгук пришёл в себя в комнате лекаря спустя полчаса. Рядом с ним сидела мама, а отец чуть поодаль готовил какой-то отвар. На соседней же кровати лежал Чимин и, похоже, альфа был без сознания. — Чонгук-и, сыночек, ты как? — поинтересовалась у парня женщина. — Всё нормально, наверное. У меня… я… я думаю, у меня началась течка, и поэтому мне стало плохо. А что с Чимином? — не мог скрыть своего волнения омега. — Ох, мы еле-еле смогли его успокоить. Отцу пришлось вколоть ему слабое снотворное. — Зачем? — Потому что он никого к тебе не подпускал. Он рычал на всех и был уже в полуобращённом состоянии, поэтому слабо понимал, кто перед ним находится, и о чём его просят. Все его инстинкты были направлены на твою защиту, — улыбнулась старшая омега. — Почему ты не сказал? — Что? — Что у тебя уже есть пара. Я бы не стала так настаивать на вашем общении с Шином. — Нет-нет, мы не пара, — отрицательно замотал головой брюнет. — Просто… — Сыночек, я уже давно живу и в состоянии понять, когда волк с кем-то запечатлён. Альфа сына вожака выбрал свою пару, как и твоя омега. Когда мы увели Чимина, тебе стало совсем плохо и ты всё время его звал. Чонгук лежал с красными щеками и смотрел на свои сложенные на животе ладони. Неужели это правда? Может ли быть такое, что он нравится Чимину? Что волк и правда выбрал себе в пару обычного человека? — Чонгук… — донёсся слабый голос с соседней кровати, и брюнет поспешил подняться, чтобы успокоить альфу. Голова ещё немного кружилась, а внизу живота неприятно тянуло, но боли не было, поэтому омега быстро подошёл к постели Чимина. — Я тут, со мной всё в порядке. Мама в это время тихонько направилась на выход, прихватив с собой отца, который сначала сопротивлялся, но всё же уступил супруге. — Что случилось? — облизывая пересохшие губы, поинтересовался альфа. — Мне стало плохо, а ты мне помог. Спасибо. — Я совсем ничего не помню после того, как ты упал на землю на площади. Что со мной? — Эмм… ты хотел меня защитить и никого не подпускал, поэтому отец вколол тебе снотворное. — Оу… — Оно было не сильным, поэтому ты быстро пришёл в себя. — Как ты себя чувствуешь? — не мог перестать волноваться альфа. — Уже всё хорошо. Отвар помог. — Хорошо. Чимин поднялся с кровати и присел на край. — Прости меня, — обратился к Чонгуку старший. — За что? — Что повёл себя так. Это от меня не зависит. Мой альфа… он… — Он выбрал меня? — тихо-тихо закончил предложение Чон, но Чимин всё равно услышал. — Да. Я повёл себя некрасиво, тем более, что у тебя есть пара, а я… — Пара? — перебил альфу брюнет. — Шин. — Мы с Шином не пара. — Правда? — как-то слишком радостно отозвался Пак. — Правда. Моя омега… эмм… мама сказала, что я звал тебя, и мне было плохо, когда тебя оторвали от нас. Думаю, она уже выбрала свою пару, — не смотря в глаза, чтобы не сгореть от смущения, откровенничал Чонгук. — А ты? — Что я? — поднял растерянный взгляд младший. — А ты уже выбрал свою пару? Мой волк запечатлён с тобой, но и мне ты очень нравишься, — решил выложить все карты на стол Чимин. — Мне тоже. Ты тоже мне нравишься. — Чонгук? — М? — Ты будешь моей парой?

***

Прошло несколько непростых месяцев с тех самых пор, как Чимин услышал заветное «да» на свой вопрос. Непростые они были больше для Чонгука, который сразу же после того, как новость разлетелась по стае, стал центром внимания. Парень совсем не хотел оказаться в таком положении, но это было неизбежно. Быть парой будущего вожака = быть первой омегой в стае. Поначалу брюнет тяжело воспринимал различного рода сплетни и нелестные высказывания от завистников, пропитывая подушки слезами, но со временем он научился относиться к таким вещам проще. Точнее, он научился доверять своему альфе, который был готов за каждую слезу из глаз любимого разорвать глотку любому, даже омеге. Они лучше узнавали друг друга и с каждым днём открывались всё больше. Чимин хотел знать абсолютно всё о Чонгуке и хотел делить с ним не только моменты счастья, но и моменты грусти. Так Чонгук однажды с ним поделился причиной своего нерадостного настроения, после чего альфа быстро нашёл управу на омег, в чьих языках совершенно точно отсутствуют кости. Конечно, их можно было понять, так как каждая омега мечтала оказаться на месте Чонгука, но терпеть такое отношение к своей паре Чимин не был намерен. Наверное, сплетен было бы меньше, будь брюнет волком, и именно это больше всего огорчало младшего. Он, так же как и многие, был убеждён, что рядом с таким сильным альфой должен быть полноценный омега, волк которого сможет соответствовать избраннику, а он всего лишь человек и изменить свою природу никак не может. Сколько бы Чимин ему не объяснял, что для него совершенно не имеет значения, человек он или оборотень, слова словно проходили мимо омеги. Но у Пака ещё вся жизнь впереди, чтобы доказывать свою любовь, которая с каждой секундой становится всё больше. Но сколько бы отрицательных эмоций не испытывал Чон, счастье с лихвой перекрывало их все. Он был так счастлив, что каждый день благодарил вселенную за то, что она подарила ему такого альфу. Омега безумно любил Чимина, который буквально носил его на руках. Альфа был нежен, учтив, заботлив и немного дурашлив, что совсем не вписывалось в его образ. Но эти ранее скрытые черты характера были только для Чонгука. Ухаживал Пак тоже красиво. Он одаривал любимого подарками ручной работы, несмотря на свой плотный график всегда находил время на прогулку с омегой, таскал ему цветы охапками и при любом удобном случае старался находиться рядом. Чонгуку хотелось отплатить тем же, но в силу своей скромности он не мог сделать первый шаг. До недавнего времени. Что-же случилось? Случился Ким Тэхён, который прилетел к другу на крыльях любви и выложил все грязные подробности самой лучшей ночи в его жизни. Уши Чонгука горели огнём, как и щёки, но Кима это не останавливало. Он с таким энтузиазмом делился своим счастьем, что останавливать парня совершенно не хотелось. И тогда Чонгук задумался, что тоже мечтает о таком. И дело вовсе не в сексе, дело в слиянии. Тэхён хоть и выдавал разные неприличности, больше говорил о том, что это другой уровень откровенности и близости. Как будто не только их сердца соединились, но и души. Чонгук хочет принадлежать Чимину полностью и без остатка, поэтому должен сделать первый шаг, так как альфа слишком сильно печётся о комфорте своей пары. Так у брюнета созрел план в голове. Он с утра собрал различные цветы, после чего размял их и добавил в растопленный воск, а затем разлил его по склянкам, делая пахучие свечи. Тщательно вымыл тело и нанёс на кожу ароматное масло, разгладил свой лучший наряд и собрал волосы в небольшой хвост, как нравилось Чимину. Затем собрал сумку с продуктами и отправился к альфе домой. Чонгук знал, что старший сегодня работает до вечера, поэтому у него оставалась пара часов на то, чтобы приготовить еду и немного успокоить свои нервы, которые заметно пошаливали. Он ни на секунду не сомневался в своем решении, так как и правда хотел этого, но не был уверен в том, что Чимин хочет того же. *** Чимин возвращался домой и заметил свет в окне своей хижины. Улыбка тут же нарисовалась на его лице, так как он видел родителей на площади, а значит, у него в гостях Чонгук. Он так сильно скучал по омеге, что ноги тут же ускорились и меньше чем за минуту донесли его до дома. Но как только альфа вошёл внутрь, то замер на месте. Хижина была освещена множеством свечей, а перед камином, где ещё месяц назад появилась медвежья шкура и низкий столик, который сейчас был заставлен посудой, сидел Чонгук. Не просто Чонгук, а необычайно красивый и… сексуальный Чонгук. Чимин привык к милому омеге, но сейчас перед ним как будто сидел другой человек. Волосы младшего были собраны в хвост, а разрез на полупрозрачной рубахе доходил чуть ли не до пупа, открывая вид на блестящую грудь. Длинные реснички трепетали, а взгляд был направлен вниз. Всё же это был его любимый: застенчивый и скромный. — Чонгук-и? — всё, что смог выдавить из себя заворожённый Чимин. — Здравствуй. — Это?.. — Я хотел устроить тебе свидание. Ты так много делаешь для меня, так сильно балуешь, вот я… Тебе нравится? — заглянул в глаза любимого брюнет и немного наклонил голову в бок. — Нравится? Да я в восторге! Тут так всё красиво. Ты… ты такой красивый. — Спасибо. Мой руки и проходи, я приготовил ужин. Чимин быстро вымыл руки и переоделся, после чего присоединился к Чонгуку. — Ммм… моё любимое рагу из оленины, — довольно улыбнулся старший. — Да, а ещё я приготовил твои любимые сладкие булочки с ягодами. — Ты ведь знаешь, насколько ты потрясающий? Щёки омеги немного заалели, но легкая улыбка всё же нарисовалась на красивом лице. — Ещё я принёс вино. Выпьем? — Выпьем? — приподнял в удивлении бровь Чимин. — Малыш, точно всё в порядке? — Да-да, я просто немного волнуюсь, а это мне поможет. Наверное… — Почему ты волнуешься? — напрягся альфа. — Я всегда волнуюсь рядом с тобой. За нас? — поднял стакан с красной жидкостью Чонгук, чтобы не развивать тему. — За нас. Ужин прошёл за разговорами под сладковатый напиток, и Чонгук совсем расслабился. Но как только альфа погладил себя по животу и допил остатки вина, нервозность вновь наполнила юного омегу. — Спасибо тебе, Чонгук-и, было очень вкусно, — улыбнулся Пак. — Я уберу посуду. Чимин собрал посуду и направился в сторону кухни, но не успел он поставить тарелки на стол, как почувствовал руки, обвивающие его талию. — Малыш? — альфа освободил руки и развернулся в объятиях, сталкиваясь с блестящими глазами. — Ты очень красивый, — не разрывая зрительного контакта, выдал омега. — Эмм… спасибо, — растерялся старший от таких слов и действий со стороны своего скромного омеги. — Твои губы… — длинный палец Чонгука дотронулся до нижней Пака. — Поцелуй меня. Чимин наклонился и прикоснулся к чужим губам, как обычно это делал. — Нет, не так… Поцелуй меня по-настоящему. — Чонгук-и, ты уверен? Я… — Пожалуйста… И кто такой Чимин, чтобы отказать? Альфа аккуратно уложил свою раскрытую ладонь на щёку омеги, который прикрыл глаза и потёрся о чуть шершавую кожу, и снова прикоснулся губами к губам, медленно уводя младшего в его первый настоящий поцелуй: неуклюжий, искренний, чувственный… Вначале Чонгук совсем не отвечал, попросту не зная, как нужно правильно, но альфа направлял его и показывал на примере, что нужно делать. Спустя несколько поцелуев, Чимин рискнул зайти дальше и добавил язык, который тут же был принят и по мере возможности обласкан. Брюнет с каждой секундой всё больше и больше втягивался, окончательно отпустив себя и отдавшись сильным рукам своего мужчины, у которого, кажется, совсем от любви сорвало крышу. Напор становился всё сильнее, а поцелуй мокрее и развратнее. Чонгук совсем потерялся в ощущениях и начал отступать назад, уводя за собой и альфу, пока они не оказались возле кровати. Надавив слегка на плечи старшего, который был вынужден присесть на самый край, омега отстранился, заглядывая в переливающиеся жёлтым глаза любимого. Такой красивый. Чон прекрасно видел, насколько он желанен, и все его сомнения и переживания сошли на нет, пропуская на передний план нужду. Он нуждается в своём мужчине. Он хочет принадлежать своему мужчине. Он так сильно его любит… — Чонгук-и? — вернул его из транса голос Чимина, и омега, нежно улыбнувшись, сделал шаг назад, после чего взялся за края своего пояса, который держал рубашку запахнутой, и потянул их. Рубаха распахнулась, открывая вид на подтянутое молодое тело, и Чимин чуть не потерял сознание. Брюнета так веселила его реакция, что смущения совсем не осталось. Его тело, очевидно, нравится альфе, поэтому хотелось большего. Хотелось запечатать где-то глубоко в сознании этот жадный взгляд, хотелось довести своего мужчину до края, чтобы он и думать больше ни о ком не мог. Такие мысли были в новинку для омеги, и даже немного пугали, но пробежавшее по телу возбуждение не давало уйти глубоко в свои размышления. Скинув с плеч мешающую ткань, Чонгук сделал шаг вперёд и опустился на колени старшего, который осоловело смотрел на всё происходящее и был похож на каменную статую. — Малыш, ты… — Я хочу тебя, — не оставил места сомнениям Чон. — А ты? — Больше всего на свете я хочу, чтобы ты принадлежал мне полностью. Но только если ты в этом уверен. — Я тоже хочу этого больше всего на свете. Как только Чимин заглянул в глаза любимого, все его страхи и переживания развеялись, и он взял ситуацию в свои руки. Соединившись с омегой в очередном поцелуе, он поднялся вместе с ним и уложил брюнета на кровать, нависая сверху. Чонгук выглядел как самое совершенное творение Всевышнего, и Чимину хотелось уделить внимание каждому открытому участку золотистой кожи. Он оставлял мелкие поцелуи на лице, шее, груди брюнета, спускаясь всё ниже, пока не добрался до кромки штанов. — Малыш, я могу их снять? — Только если ты тоже разденешься. Не говоря больше ни слова, Чимин скинул с себя вещи, оставаясь лишь в нижнем белье, после чего стянул штаны с младшего. Если альфа думал, что узкая талия и широкая, крепкая грудь сведут его с ума, то теперь он видит реальную причину возможной остановки своего сердца. Бёдра Чонгука. Ох, эти бёдра… Чимин готов их выцеловывать день и ночь, но у омеги, видимо, другое мнение по этому поводу: — Чимин-и, пожалуйста, хочу тебя внутри… — Всё, что пожелаешь. Альфа продолжил ласкать бёдра омеги, параллельно вводя палец в тугое отверстие. Благо, смазки омега выделял достаточно, видимо, сильно возбудившись, поэтому первый палец вошёл без проблем, чего нельзя сказать о последующих. Омега извивался под телом Чимина в попытке уйти от дискомфортных ощущений, но Пак точно знал, как расслабить любимого, поэтому накрыл своими пухлыми губами багровую головку. Дискомфорт и наслаждение смешались, и Чонгук сходил с ума от таких противоречивых ощущений, но вскоре, когда альфа задел нужную точку внутри, совсем расслабился. С этого момента было только наслаждение. Его было так много, что омега не был уверен, что готов всё это принять. Слёзы бесконтрольно текли из глаз, но на все попытки Чимина остановиться, он умолял продолжать, не в силах объяснить, что это слёзы счастья. Он и правда был счастлив, как никогда. Так как у альфы давно никого не было, а Чонгук и вовсе был девственником, надолго их не хватило. Как только Чимин вошёл и почувствовал жар и узость своего омеги, то уже тогда был готов излиться. Хорошо, что брюнет и сам был на грани, поэтому после нескольких неторопливых толчков омега излился себе на живот, а после и альфа добавил беспорядка. Перекатившись на второю половину кровати, Чимин притянул в свои объятия Чонгука и оставил самый нежный поцелуй на припухших губах. — Малыш… — негромко позвал засыпающего парня Пак. — М? — Я люблю тебя. Люблю так сильно… – Сегодня я окончательно стал твоим, поэтому лучше бы, чтобы это было правдой, — улыбаясь куда-то в крепкую грудь своего мужчины, бормотал младший. — Я люблю тебя. Сегодня они заснут крепким и счастливым сном в объятиях друга, а завтра наступит новый день и новая глава в их истории любви, которая станет примером для многих. Но это завтра, а сейчас Чимин оставит ещё один поцелуй на румяной щеке и с нежной улыбкой прошепчет: — Спокойной ночи, любовь моя.