Выстрел.

- Ты правда это сделаешь, Дазай? - Мори смотрел в почти черные глаза преемника, в них казалось бы была лишь пустота, но сейчас Мори как никогда отчетливо видел жгучую ненависть и жестокую решимость. - А почему я должен отступать, Мори-сан? - глухо произнес Дазай держа палец на курке. Мори был повален на пол, в то время как Дазай удерживал его ногой в таком положении, нависая над наставником. Они неотрывно смотрели друг на друга, вот только… первый и не пытался сопротивляться. Он пытался разглядеть душу в этих глубоких карих омутах, погруженных во тьму, и никак не мог найти. Все что он видел, звенящую, леденящую кончики пальцев пустоту. И единственный вопрос, что он мог сейчас себе задать… мог ли он поступить иначе когда-то…? - Тогда стреляй, Дазай. Я всегда знал, что придет этот день, и я готов. Но напоследок, дай я скажу пару слов. - Осаму промолчал, не шелохнувшись. - Я знаю, ты бы не хотел слышать этого от меня, но… я горжусь тобой, и тем как ты вырос. Я не жалею ни об одном выборе, что совершил в жизни, я всегда исходил из холодной логики, но… я сожалею, что когда то не смог провести с тобой достаточно времени. Я сожалею о том, что больше в твоих глазах я не вижу души, хоть это и было то к чему я стремился. Я сожалею что тебе пришлось пройти через все это ради сегодняшнего дня, ради того что бы занять мое место. Ты всегда знал что тебе нет места в том мире. Ты знал что у тебя нет выбора. Но ты все равно пошел, ведь ты бы предпочел все что угодно, ради того что бы уйти от туда где все бы напоминало тебе о нем. Где я бы смог снова управлять твоей жизнью. Я вижу в твоих глазах ненависть, Осаму, но… почему эта ненависть, сейчас направлена не на меня? Почему же ты ненавидишь себя? - Во взгляде Дазая вспыхнули искры недоверия, но в тот же миг потухли, погружаясь во тьму. - Осаму, думаю, мне пора заканчивать… придаваться глупым сожалениям точно не моем духе, а уж тем более придаваться воспоминаниям. Так что стреляй. Стреляй, пока я еще не наговорил чего нибудь. - Мори смотрел на Дазая. Тот опустил голову, и челка скрыла его глаза. Выстрел. Кровь лужицей растеклась вокруг тела. Небольшая и на удивление тёплая улыбка застыла на бледном лице. Фиалковые глаза, навсегда перестали сиять. Они закрылись, и больше не посмотрят на этот мир. На этого мальчика. Осаму продолжал держать пистолет на вытянутой руке. Маленькие капли падали с его подбородка на костюм мертвого босса, впитываясь в ткань. Дазай разжал руку. Пистолет выпал и с ужасным, как ему показалось, грохотом упал на пол. Дазай будто оглох от этого удара. Он посмотрел на руку, пальцы на ней чуть подрагивали. Соленая влага непроизвольно вытекала с кончиков его глаз. Осаму не понимал. Он не понимал почему. В тот день когда умер Ода, он не плакал. В тот день когда умер Чуя, он не проронил ни слезинки. Но сейчас… соленые капли стекали с уголков его глаз, падая и впитываясь в ткань Мори-сана. В последний раз когда он плакал был тот день, когда Огай пристрелил его собаку. Он сделал так, что самое дорогое, что было у него тогда, то что он сам подарил ему и позволил привязаться, было убито у него на глазах. Дазай помнил это. Дазай ненавидел это. Он ненавидел Мори Огая. Но… Когда то, когда он был совсем мал. Этот человек читал ему сказку. На улице в тот день была страшная гроза. Осаму не мог уснуть и… Огай читал ему сказку, устроившись на краю его кровати. Просто читал. Никакого подвоха. Ничего. Он просто читал. Он просто заботился о нем. Пока в один из дней не изменился, и не оставил Осаму. Пока в один из дней, он не решил уничтожать все что ему дорого. Пока… он окончательно не убедился в том, что Дазай идеальный кандидат в приемники. Дазай смотрел на мертвого. Улыбка. Эта улыбка его пугала. Он отошел, с ужасом глядя на тело. Клубок эмоций в груди неприятно сжимал и давил. Дышать было тяжело. Так и хотело одним движением застрелить ту сущность, что пожирала его изнутри, выскребсти все то, что царапало его нежную кожу. Этот клубок эмоций Осаму так и не сможет расплести. И как бы он не пытался сбежать от прошлого, от мыслей о нем, он не мог от них сбежать. Осаму схватился за пистолет и приставил к виску. Он смотрел в пустоту и думал, выстрелить или нет. Сейчас он как никогда был близок к своей цели, и одновременно далек от нее… но почему то он не стрелял. Он не хотел стрелять. На самом деле, он уже ничего не хотел. Зияющая дыра в груди ныла, не зарастала. Он опустил руку с оружием в руках, и прикрыл глаза. Он теперь не имеет права уходить. Мори-сан исполнил свою последнюю волю и цель. Он забрал у Осаму последнее, он забрал у него право выбора на свою жизнь. Осаму плакал. Он обнял колени и рыдал. Когда то, так же рыдал и Ацуши. И в тот момент, Дазай сказал ему: "Когда умирает чей то отец, по нему обычно плачут" И он плакал. Плакал как когда то в детстве, над похолодевшим трупом собаки.