Твоя любовь это так красиво

      Но когда она прижала ладони к его щекам, он вздрогнул. Резкий и угловатый, как внешне, так и по характеру, Торн никогда не говорил комплиментов, не совершал галантных поступков, не шутил, а обществу людей предпочитал общество цифр.       Только очень веская причина могла побудить кого — нибудь вглядеться в лицо Торна. У Офелии была такая причина.       Она стала целовать его шрамы, начав с того, который рассекал бровь, потом перешла к тому, который избороздил щеку, потом к тому, который пролегал через висок. При каждом поцелуе глаза Торна раскрывались все шире, а его одеревеневшее тело становилось податливее. — Пятьдесят шесть.       Откашлявшись, Торн заговорил почти мягким тоном. Он прилагал усилия, чтобы скрыть смущение, но ввести Офелию в заблуждение ему не удалось — таким она видела его впервые. —Это число моих шрамов.       Офелия закрыла глаза и вновь их открыла. И с новой силой почувствовала властный зов, идущий из глубин ее тела. — Покажи мне их.       И тотчас мир слов стал миром ощущений.       Своими тонкими длинными ладонями Торн взял лицо Офелии. Часто холодные глаза, сейчас горели пламенем и нагнувшись, он нежно поцеловал ее губы. Движения были осторожными, пробующими. Словно он боялся напугать своим напором девушку перед собой.       Руки Офелии потянулись к пуговицам рубашки. Пальцы дрожали и не хотели слушаться хозяйку, она в очередной раз убедилась в своей неуклюжести. К тому моменту как рубашка была расстёгнута на половину, Торн убрал руку с макушки, из-за чего у Офелии вырвался невольный разочарованный выдох.       Муж встретился с ней взглядом, как бы спрашивая разрешения, недолго думая девушка встала на носочки и властным движением протянула его за шею для поцелуя. Удивительно, они женаты три года и только сейчас Офелия начала задумываться как сильно хочется целовать Торна, как сильно не хватало этих ощущений.       Мужчина навис над ней и оставил лёгкий поцелуй за ушком, а затем продолжил покрывать порхающими касанием губ: шею, подбородок, тонкие ключицы. От удивления Офелия ахнула и постаралась сильнее прижаться к телу напротив. Её руки снова вернулись на ворот рубашки и попытались сдёрнуть ненужную вещь. Почувствовав неудачу Офелии, Торн сам снял рубашку, попутно теряя несколько оторванных пуговиц.       Опустив взгляд ниже, на его грудь, Офелия в шоке округлила глаза. Весь торс и плечи Торна покрывали шрамы. Руки также не избежали этой участи. Длинный белёсый линии, намного бледнее кожи Торна, разрезали прес. Офелии невольно захотелось прикоснуться, что она и сделала. Мышцы под пальцами дернулись, а грудь поднялась вверх от резкого вдоха. Подняв голову девушка встретила взглядом с Торном и сразу же отдернула руку. Только сейчас она поняла в каком положении находилась последние минуту. Румянец стал разливаться по щекам и переходить на шею.       Кадык Торна дернулся и Офелия внимательно проследила за этим действием. Руки снова потянулась к нему, и вот девушка начала обводить пальцем каждый изрезанный участок кожи. Сейчас Торн сидел перед ней такой открытый и непривычный, что Офелия растерялась, но в следующий миг наклонилась и поцеловала бледную полоску на ключице. Рука Торна легла ей на шею, и она подняла голову встречаясь с нежным взором. Холодные бледные пальцы коснулись и погладили щеку. Офелия взяла его руку в свои и поцеловала костяшки пальцев.       Рой мурашек прошелся по спине девушки, когда Торн подцепил её халат холодным пальцем. Отступая на шаг от своего партнёра, Офелия опустила руки, и пеньюар бесформенной лужицей упал к ногам. Невидимые искры прошли между ними.       Торн провёл пальцами по передней шнуровке корсета, и Офелия задержала дыхание. Тело испытывало какие-то новые чувства, до этих пор ей не знакомые. Пальцы Торна застыли на узлах. Следя за ним, Офелия сказала: — У меня нет шрамов, но я готова показать вам всю себя. — Нежный румянец прошёлся по его щекам, робкая улыбка показалась Офелии самым прекрасным, что она видела за всю свою жизнь.       Мужчина принялся двумя руками развязывать ленты. Он был настолько близко, что девушка невольно залюбовалась. Муж считал себя не очень привлекательным, но саму девушку ни капельки не смущали его шрамы ни наружные, ни внутренние, а бледность сильно контрастировала с кожей Офелии.       Из раздумий вывели руки, которые нежно спускали бретельки корсета, тем самым побуждая лишиться и этой части гардероба. Губы Торна снова оказались на шее Офелии, мужчина слабо прикусил кожу, а потом провёл языком поэтому же месту, словно прося прощения за свою грубость. Руки в этот момент массировали грудь Офелии, и когда короткий ноготок задел сосок, она проскулила.       Торн поднял голову, и с дразнящей улыбкой приподнял брови. Офелии не понравилась его выражение лица, ей захотелось убрать эту улыбку. Внутри девушки разгоралась пламя, а этот холодный человек смеет так улыбаться. Нагибаясь к лицу для поцелуя, она не учла очки, что сейчас находились на самом кончике носа и вызвали столкновение.       Она хотела поправить очки и уже стала предпринимать действия к этому, как вдруг, большие ладони накрыли её маленькие ручки и в следующий мгновение потянули их на себя. — Но я не буду Вас… тебя видеть. — девушка скорее почувствовала, чем увидела как Торн положил очки на тумбочку, возле радиоприемника. — Вам не нужно видеть меня, достаточно чувствовать.       Поцелуй, более страстный чем прежде, дал понять, его слова скорее всего правда.       Чужой язык прошёлся по верхнему ряду зубов, и от переполняющих эмоций девушка прикрыла глаза.       Левая рука легла на шею и снова начала массировать мышцы давно не знающие ласки. Когда правая вернулась к груди, за дело указательным пальцем сосок, а затем зажала двумя пальцами.       Учащённое дыхание наверняка щекотала Торну уха, но сейчас Офелия не могла думать разумно, не тогда, когда его губы прикусили кожу на ключице и продолжать спускаться всё ниже, ниже, и ниже…       Когда его рука направилась вверх-вниз по позвоночнику, а губы накрыли сосок правой груди, комнату наполнил стон. К своему ужасу Офелия поняла что этот звук исходил из её рта, но не было времени задуматься над этим. Офелия голая сидела на коленях Торна, даже не заметила когда ему удалось снять нижнюю часть её гардероба.       Маленькие ладошки гладили такую непривычно большую мужскую грудь, пытаясь нащупать каждый шрам. Пусть сейчас видеть сложно, мир ощущений всегда открыт.       Руки стали спускаться к ремню брюк. Неумелыми движениями, Офелия пыталась вытянуть кожаный конец из пряжки. Торн прикусила её нижнюю губу и девушка почувствовала как бережным движением спина опустилась на простыни. Хорошо, что роботы не успели застелить кровать. Оторвавшись от таких желанных губ, мужчина встал и снял последнюю одежду на себе. Будь у Офелии лучшее зрение в мире её румянец разошёлся бы куда быстрее.       Осознание того что Торн сейчас абсолютно голый перед ней, как и она перед ним. Заставило жар внизу живота спуститься ниже. Тон стал коленом на кровати, и Офелия не выдержав напряжение потянула руку выше, касаясь. Протягивая руку и переплетая их пальцы.       Офелии хотелось чувствовать его кожу прижимающаяся к ней. Девушка потянула руку на себя. Конечно Торн оказался сильнее её и скорее она подтянулась к нему в руки, чем наоборот. Втягивая носом такой приятный запах, что за последние недели стала самым родным, у Офелии проскользнула мысль, не это или счастья: находиться в объятиях родного человека и чувствовать легкость. Будто три года назад кто-то разбил душу на множество маленьких кусочков, а сейчас склеил заново.       Необычное ощущение накрывали, как цунами: холодные пальцы дотронулись до влагалища и прошлись по клитору. Ещё один стон, и никакого смущения, только не сейчас.       Без очков черты лица стали размыты, но Офелии всё равно удалось разглядеть блеск в серых глазах Торна. Он следил за реакцией девушки ловя каждый стон. Перестав чувствовать прикосновение у себя между ног, она передернула плечами. Решив что Торн ждёт одобрения Офелия сказала: — Можешь продолжать.       Вновь жаркие волны удовольствия обрушились с новой силой. На этот раз мужчина не прервал темп пальцев и вскоре тело Офелии забилось в конвульсиях. Никогда не испытывая такого, она только рвано хватала ртом воздух.       Что-то твёрдое и непривычная оказалась между ног. Она попыталась опустить голову, но Торн перехватил её губы страстным поцелуем. Офелия отдалась этому ощущению и потому не сразу поняла что в теле произошло изменение. Девушка ахнула от секундной боли и попыталась привыкнуть к новым ощущениям.       Торн двигался медленно и осторожно, его мышцы напрягались с каждым толчком. Мужчина опустился, изменив угол, под которым он входил, поразив удивительное место глубоко внутри. Рот нашел горло Офелии и слегка прикусил кожу. Стон сорвался с губ. Глаза девушки распахнулись, встретившись с напряженным взглядом Торна. Она не могла отвести взгляд.       Торн снова приподнялся на руках и ускорился еще больше, врезаясь снова и снова, а затем напрягся, его лицо исказилось от удовольствия, и, черт возьми, он выглядел великолепно, как что-то, что даже скульптор не смог бы создать лучше. Движения Торна стали резкими, он замер с закрытыми глазами, несколько прядей светлых волос прилипли ко лбу. Пальцы Офелии зудели от желания смахнуть их, коснуться его губ и челюсти.       Спустя какое-то время Офелия ощутила покалывание во всём теле, и провалилась в волны экстаза. Торн сделал пару толчком и последовал за ней.       Потребовалось время чтобы Офелия могла прийти в себя, казалось, что она ненадолго заснула. Её голова лежала на груди Торна, а его рука рисовала узоры на её спине. Заметив, что Офелия проснулась, Торн поцеловал её в макушку. Его пальцы начали играть с завитками волос. Спокойствие этого момента нарушил его смешок. Офелия приподнялась на руках, чтобы посмотреть причину улыбки, и конечно ничего не увидела, пока не надела очки. — Что случилось?       Ласковый взгляд Торна вызвал новую бурю эмоций. — Вы помните как всё начиналось? — Его вопрос поставил девушку в тупик. Он пояснил: — Я ничего не чувствую к вам! Я никогда не разделю с вами постель! Я не рожу вам детей!       Он открыто смеялся над ситуацией, и если бы не было этой улыбки на его лице, Офелия бы обиделась. — К тому же, — продолжил он ни капельки не стесняясь, — Ваш шарф спрятался под трюмо, он стеснительнее своей хозяйки — это неожиданно.       Офелия повернула голову в ту сторону куда он указывал. И действительно, шарф лежала на полу, а под взглядом хозяйки и вовсе забился в угол. Девушка улыбнулась, все это делало её счастливой, и она легла обратно крепко обнимая торс Торна. — Я люблю вас, — тихо пробормотал она ему в грудь.       Пусть это неожиданно, пусть дальше их жду всё больше и больше проблем. Офелия знала эти объятья, и этого Торна она хочет помнить вечно.