Важное

Джейсон хреново помнил, что было дальше. Голова начала включаться как только коснулась правым виском грязного фарфора, отдававший в ноздри чем-то неприятным. Его руки были сведены и зажаты сзади, а поступавшие резко в его задницу толчки постепенно возвращали парня в ебаную реальность. Продрав кое-как левый глаз, он снова столкнулся со своим отражением в зеркале. Скривился. Не самое лучше место и время, чтобы на себя глазеть. Особенно, когда сзади тебя долбит в задницу незнакомый хер, так увесисто склонившись над тобой. Не давая даже пошевельнуться. Он почувствовал тошноту. Не от своего положения. Точнее, не только от него. От всего того, что просилось из него наружу. Не только от сожаления, что он решил выбраться в этот день из дерьмовой квартиры наружу. Нет. Что-то еще. Колчеку даже нравилось. Чья-то острая головка хорошенько так проходилась по его девственной простате. Вызывая пусть не самые ожидаемые, но, довольно-таки, приятные ощущения. Легкости что-ли. И долгожданной свободы. Которую он, блять, заслужил. Рука незнакомца резко схватила за взъерошенные волосы Колчека. И потянула назад, к хозяину. Тот, продолжая свои поступательные действия, одарил Джейсона своим горячим, пусть и не самым свежим дыханием в шею. Шепча на ухо непотребные слова. А Джейсон лишь подумал о том, куда бы могла деться его верная кепка. Колчек зажмурился. Слова были совсем некстати. Ему в принципе не нравилось, когда во время секса партнер разговаривает. Так еще и говорит что-то невпопад. Что-то лишнее, заставляющее и так вялый член еще больше опускаться, не давая возможности хоть как-то насладиться этой бесполезной ночью. По его мнению. И вот он кончил. Наконец-то. Джейсон выдохнул. Его очередные мучения закончились. Пусть и было временами приятно. Не так он надеялся на свой первый раз. Анальный раз. Но как получилось. А на что он, блять, надеялся? — Понравилось? — спросил его Джерри, застегивая за собой ширинку. Джейсон не нашел более подходящего ответа, как хмурое «Угу». Но бармену и этого хватило. Он ведь, блять, чувствовал себя сейчас королем мира. В отличие от того же Джейсона, который был не в силах больше сдерживать в себе содержимое, что он так бездонно вливал в себя целый день. Дождавшись пока Джерри, смачно поцеловав его на прощание в сухие губы, уйдет, Джейсон добрался до близстоящего унитаза, перемазанного чем только можно. И наконец-то выблевал из себя все, что только можно. Даже завтрак, что он уплел второпях, лишь бы поскорее уйти из казармы. Больше за день ничего в себя не закинул. Надеялся заказать что-то в баре. А потом просто взял и налакался. А на что он, блять, надеялся? Скрипнула дверь туалета, и к соседнему унитазу подбежал мужчина, также спешащий выпустить из себя все содержимое. От этого Джейсону вновь стало плохо. И теперь они блевали в унисон. Забавно. В какой-то степени. Ему в этот момент показалось, что, хорошенько проблевавшись, сможет даже познакомиться. С другом по несчастью. Были у него теперь друзья? Ник? Этот недавно окольцевавший Рейчел хер, переехавший с ней во Флориду? Навряд ли. Будет удачей, если он вообще о нем вспомнит. О Колчеке-то. Об Эрике Джейсон даже думать не видел смысла. Полковник давно уже взбирается вверх по карьерной лестнице. Утопая в нескончаемой работе после, наконец-то, закончившегося периода после развода. Конечно, он тогда пожелал счастья не только Джейсону, но и Нику с Рейчел. Но кого полковник Книг тогда обманывал? Себя, если только. Да и Джейсона. Какое еще нахуй счастье? Лучше б пива пожелал. Холодного. И нескончаемого. И то реальнее было бы. И вот когда второй парень после Джейсона, находившийся в туалете бара, закончил блевать, Колчек решил заговорить. С чего начать, с разговоров о погоде? Или о том, как тут мешают водку с водой? Уж он то точно узнает этот ебучий коктейль. Хотя заказывал чистый спирт. О чем вообще говорить с незнакомцами? Как знакомиться? После тридцати лет то? В таком возрасте люди обычно уже не ищут друзей. Не то что перепихона на одну ночь. А Джейсон все также не вписывается в ебучие рамки этой не менее ебучей жизни. Иногда, кажется, что эта жизнь сама ебет его ежесекундно. Ставит раком, не используя смазку. И жестко так вытряхивает из него всю надежду на то счастливое будущее. Которое зачем-то пожелал ему Кинг. Чтоб его самого выебали. Дверь в туалет снова заскрипела. Как и голос у той, что, по всей видимости, обозналась. Но, увидев своего кавалера, раздвинувшего ноги и обнимающегося, по всей видимости, с белым другом, тут же заверещала как мышь. — Вот ты где, пупсик! — проскрипела девушка голосом прокуренной женщины. Если бы не ее мини, в котором она так быстро проскочила перед глазами Джейсона, он бы подумал, что за блюющем парнем в бар пришла мама. А нет, всего лишь девушка. В голове тут же всплыла очередная возможная шутка про мамок. От Мервина. Как же его сейчас не хватало. Да хоть кого угодно. Того же Джоуи, вечно скулящего о том, как боится умереть. Не сегодня, так завтра. Или Ника, который храпит по ночам. После того как возвращается за полночь от своей подружки. Кое-как подняв своего парня с пола, девушка, в уже оголившей ее вялую задницу мини, потащилась вместе с ним к выходу. Унося подальше не только бормотавшего на своем пьяном языке мужчину, но и возможность Джейсона хоть с кем-то сегодня нормально поговорить. А на что он, блять, надеялся? Да уже, в принципе, ни на что.