Ten Years

Больничное крыло Хогвартса

2 мая 1998 года

      Дафна Гринграсс устало улыбалась любимому, пока он держал её за руку и с тревогой смотрел на неё сверху вниз. Честно говоря, сама она пребывала в ужасе, но прилагала свои все силы, чтобы этого не показать. После всего, через что он только что прошел, Гарри Поттер заслужил ночь без стресса.       Мадам Помфри сохраняла нейтральное, профессиональное поведение, пока водила палочкой взад и вперед по каждому дюйму тела Дафны, пытаясь определить точную природу проклятия, которым Рудольфус Лестрейндж поразил её во время последней битвы. Дафна почувствовала себя так, словно летит вниз на русских горках, когда увидела, как губы целительницы сжались в тонкую морщинку.       — Что там? — спросил Гарри, увидев то же самое. Учитывая, как часто он занимал одну из здешних кроватей за шесть лет учебы в Хогвартсе, было логично, что он сможет легко прочитать женщину. — Вы выяснили, чем он ударил?       — Да, выяснила, — произнесла пожилая женщина.       Серьезный тон в её голосе не успокоил Дафну. Он напомнил ей тон одного колдомедика, когда он сказала маме Дафны, что бабушке Гринграсс осталось жить всего несколько месяцев. — Проклятие, которым Родольфус поразил вас, должно было привести к мгновенному летальному исходу, мисс Гринграсс, но не сработало.       — Проклятье сорвалось?! — недоверчиво воскликнул Гарри. — Это же здорово! Не понимаю тогда вашу озабоченность!       Дафна кивнула в знак согласия. Она не могла понять, что так повлияло на целительницу, что та всё ещё выглядела мрачной.       — Хотя проклятие сработало не так, как предполагалось, оно каким-то образом отреагировало и вызвало другое проклятие, которое уже существовало внутри вас, — сказала Помфри, серьезно глядя на Дафну. Блондинка почувствовала, как кровь застыла в жилах. Теперь всё встало на свои места.       — Проклятие крови, — прошептала она. Помфри церемонно кивнула. Целительница уже знала о проклятии крови, которое существовало в семье Гринграсс со времен древних предков Дафны. Она должна была знать о таких вещах, чтобы обеспечить наилучший уход в случае возникновения каких-либо проблем.       — Какое проклятие крови? — мрачно уточнил Гарри.       Она никогда не рассказывала ему об этом. Она надеялась, что это было что-то, оставленное в прошлом, что-то, с чем ей самой, сестре Астории, их детям и детям их детей никогда больше не придется иметь дело. Как она ошибалась.       — Мой предок был поражен проклятием, которое с тех пор передается по линии Гринграсс. Оно не проявлялось в течение последних нескольких поколений, поэтому была надежда, что проклятие исчезло, но, похоже, мне всё-таки не так повезло.       — И что делает это проклятие?       Она увидела страх в его глазах, ужас, которого она никогда не видела у него раньше, даже когда он стоял лицом к лицу с Темным Лордом. Это разбило ей сердце, но не так сильно, как-то, что она собиралась сказать, и что, как она знала, это сделает с ним.       — Оно делает меня хрупкой и слабой, — объяснила она, изо всех сил стараясь, чтобы её голос звучал ровно и спокойно. — И в течение нескольких лет, может быть, максимум пяти, это убьет меня.       Её слова оказались для Гарри Поттера ударом ножа в сердце. Дафне пришлось отвести взгляд. Она не могла видеть, как он разваливается на куски прямо у неё на глазах.       — Это не совсем так, мисс Гринграсс, — вмешалась Помфри. Дафна вскинула голову, уставившись на надзирательницу полным недоумения взлядом.       — Что вы имеете в виду? — подняла глаза девушка. Она очень, очень хорошо знала последствия проклятия крови семьи Гринграсс. Что могла знать Помфри, чего она не знала?       — Вы — уникальный случай, — поведала Помфри. — Проклятие крови на самом деле ещё не активировано. И оно вообще не активируется, если вы не спровоцируете его. Кое-что конкретное.       — И что это? Вы знаете? — спросила Дафна, чувствуя, как пробуждается внутри неё надежда. — Этого можно избежать?       — Избежать? Вполне. Но это, вероятно, причинит вам и тем, кого вы любите, сильную боль, — взгляд Помфри на мгновение метнулся к Гарри, прежде чем она продолжила объяснять ситуацию Дафне. — Грубо говоря, вы не можете вступать в половую связь.       — Что? — это было последнее, что Дафна ожидала услышать. — Как это вообще может повлиять на проклятие крови?       — Проклятие вашей семьи и то, которое наложил на вас Родольфус, переплелись. Если вы ничего не будете делать, всё будет хорошо. Но, отбросим скромность, если пенис когда-либо будет введен в любое из ваших отверстий, или если кто-либо, кроме вас, коснется обнаженной кожи любой эрогенной зоны ниже шеи, проклятие будет активировано.       — Значит, я никогда не смогу заниматься сексом, — пробормотала Дафна. — Никогда…       — Верно, — подтвердила Помфри, склонив голову.       — Я умру девственницей, — прошептала она, закрыв глаза. Мысленно проклиная себя за упущенные возможности.       С раннего возраста девушка хотела найти подходящего мужчину, а не продавать своё тело, в обмен на влияние, как это делала Пэнси. Гарри был тем самым правильным человеком, она знала это с самого начала их отношений. Совместное посещение рождественской вечеринки профессора Слагхорна было чистым совпадением; Гарри нужна была пара, их пути случайно пересеклись, и он попросил её пойти с ним, несмотря на то, что они не сказали друг другу больше нескольких слов за все предыдущие годы в Хогвартсе. Она согласилась в основном из любопытства, заинтригованная, почему он пригласил её, несмотря на его очевидное недоверие к слизеринцам. Это маловероятное свидание быстро переросло в отношения и любовь, которые нисколько не потускнели в Дафне, даже когда он порвал отношения после смерти Дамблдора. Тогда девушка знала, что был тем самым, но никогда не позволяла вещам заходить дальше поцелуев и легких прикосновений поверх одежды. Не желая торопить события, она, тем самым, совсем упустила шанс познать того, кого любила.       — Всё будет хорошо, любимая, — произнёс Гарри, крепко сжимая её руку. — Мы пройдем через это. Вместе…       — Гарри, — прервала его Дафна, покачав головой. — Нет.       — Но, Дафна…       — Нет! — повторила она громче, вырывая руку из его хватки. Ощущая холод одиночества, ненавистного, но необходимого. — Это не твоя проблема. Тебе не придётся это расхлёбывать, как всегда.       — Черта с два! — закричал он. — Мы вместе, Дафна! А это значит и в болезни, и в горести!       — Мы не женаты, Гарри. И не давали клятвы перед алтарём, — горько прошептала она. — Ты же слышал её, верно? Под угрозой смерти, мне придётся остаться старой девой. А я знаю, как сильно ты хотел завести семью. Детей. И я не смею требовать…       — Что ты имеешь ввиду? — похолодел он, прищурившись на неё из-за очков.       — То, что у нас было вместе, было… хорошо, — выдавила девушка, поражаясь его непонятливости, и тому, насколько сложны оказались для неё эти слова. — Но мы были вместе всего… сколько? Несколько месяцев? Ты мне ничего не должен, Гарри. Иди и найди себе другую ведьму. Ту, которая сможет сделать тебя счастливым. Ту, кто сумеет дать тебе семью. Она почувствовала, как слезы собираются в её глубоких голубых глазах, и зажмурилась, отказываясь сломаться перед ним.       — В Аду я видел всё это дерьмо! — процедил он. Девушка, шокированная непривычной вульгарностью его слов, подняла взгляд. Поттер выглядел серьёзным и решительным, как тогда, на развалинах Хогвартса. — Я не брошу тебя, из-за скотины-Лестрейнджа. От любви так просто не отделаться. А от меня и вовсе невозможно. Привыкай.       Рот Дафны отвис, не находя слов. Вся эта гадкая ситуация была несправедлива. К ним обоим. Она безумно сильно хотела избавить любимого от настоящей и будущей боли. Даже сумела заставить себя произнести те обидные и горькие слова. Но получила в ответ решительную отповедь.       «Типичный Поттер», — подумала девушка, чувствуя тепло в груди. Кажется, сил на новую попытку отвергнуть любимого у неё уже не осталось.       — Так что же нам делать? — отвернулся к мадам Помфри парень, старательно избегая девушку взглядом. — Существует ли контрзаклятие?       — Контрзаклятие? О, нет, — поджала губы и покачала головой целительница. — Однако существует сложное противоядие, которое может приготовить опытный зельевар. Но ключевым ингредиентом этого противоядия является магическая сердцевина палочки, которая наложила проклятие.       — Проклятие крови или проклятие, наложенное тем Пожирателем Смерти? — уточнил Гарри. Словно в его голове уже сложился план действий. А зная его…       — Последнее, мистер Поттер.       — Хорошо, — сказал Гарри, слегка расслабляясь. — Это упрощает задачу. Родольфус сбежал, так что нужно всего лишь поймать гада и отнять его палочку.       — Гарри, ты не можешь! — не сдержала слёз Дафна. — Ты и так уже слишком много сделал. Не подвергай себя ещё большей опасности. Не для меня.       — Дафна. Всё, что нам нужно сделать — найти Лестрейнджа! И мы сможем…       — Пожалуйста, Гарри! — воскликнула девушка, хватая его руки. — Оставь это аврорам, прошу тебя. Они найдут его. Пожалуйста, если ты любишь меня, поклянись, что не бросишься в погоню.       Гарри совсем не собирался соглашаться, полный решимости отомстить Родольфусу. Но на сей раз, глядя в глаза любимого, девушка была тверда и отступать не собиралась. Наконец он кивнул.       — Хорошо, — выдохнул он, уступая. — Пуская авроры займутся этим делом. Надеюсь, они смогут найти его в ближайшее время…       Дафна смахнула слёзы, чувствуя, как тугой тревожный ком внутри расслабляется. Но, кажется, она не так уж хорошо знала своего любимого.       — Как вы обе знаете, я собираюсь стать аврором, — дёрнул уголком губ гадкий, мерзкий Поттер. — И, если они не найдут преступника раньше, чем я пройду экзаменацию, то… буду вынужден сам найти этого урода. Ну а до тех пор, Дафна, мы будем вместе. Несмотря ни на что.

***

Десять лет спустя

      Дафна Поттер прошла в кабинет своего мужа настолько быстро, насколько позволяли приличия.       Прошлой ночью он отправился в рейд, что случалось не слишком часто, ведь, в начале года его повысили до главного аврора. Оказалось приятно, ради разнообразия, отбросить беспокойство и осознать, что муж пребывает в безопасности. Этакий привет из прошлого, когда ни проклятья, ни проклятого аврорства в их жизни не существовало.       Гарри заперся в своем рабочем кабинете, как только вернулся, и строго приказал никому себя не беспокоить. И всё бы хорошо, но случилось это почти двенадцать часов назад, ранним утром. Ранним настолько, что даже сама Дафна проснулась куда позже. И это она-то — старший замминистра магии, чей рабочий день начинался чуть ли не до рассвета. С тех пор никто не видел его покидающим свой кабинет, а если такое и случалось, то явно не надолго.       И вот, теперь муж попросил её освободить остаток своего дня и прийти к нему. Для замминистра не такая уж и лёгкая задача. Но просьба оказалась столь необычна, особенно для Гарри-трудяги, что женщина выполнила её, даже не задумываясь. Своего избранника она знала прекрасно, шутить с работой он не станет. Потому она практически побежала к его кабинету и ворвалась внутрь без стука.       Гарри повернулся лицом к вошедшей, реагируя на стук двери. И Дафна удивлённо посмотрела на него. Она ожидала, что тот будет занят составлением отчетов о рейде, в котором он только что принял участие. Но, вместо этого, муж явно занимался зельеварением. Стопка пергамента, возможно — рецепты, лежала рядом с котлом. Там же находился и Гарри, только не один. Самым удивительным было то, что в комнате с ним присутствовал Гораций Слизнорт. Её бывший глава факультета ушел из Хогвартса во второй раз много лет назад и с тех пор жил вне поля зрения общественности.       — Профессор? — поражённо произнесла Дафна. Он поднял глаза, и его постаревшее лицо выглядело предельно усталым. Но весьма довольным.       — Здравствуйте, миссис Поттер, — измученно произнёс Слизнорт, слабо улыбнувшись. — Невероятно приятно видеть тебя снова, однако мои старым костям срочно нужен отдых. Так что наше общение откладывается. Ну и кроме того, у тебя есть более важные дела.       — Спасибо, сэр, —хрипло произнёс Гарри, с чувством пожимая руку старику.       — Нет, Гарри, — ответил их бывший профессор зельеварения. — Это наименьшее, что я мог сделать. Для тебя, для милой Лили и для твоей чудесной жены.       Седой старик направился к двери, чуть шаркая ногами, но остановился возле Дафны и с искренней улыбкой обернулся.       — Прощайте, — произнёс он. — Гарри, твоя жена, возможно, самый храбрый слизеринец из всех, кого я имел честь знать. Желаю вам обоим всего наилучшего. Берегите друг друга.       Совершенно сбитая с толку Дафна смотрела, как её бывший профессор выходит из кабинета Гарри. Лишь безмолвно улыбалась и кивала.       — Гарри, милый, а не мог бы ты ввести меня в курс дела?       — Я поймал его, — ровно произнёс он, но низковатый рык, проскальзывающий в его речи, выдавал истинные чувства. Он словно едва удерживал себя в руках.       — Его? — переспросила Дафна. — Кого его? Неужто мистера Слизнорта?       — Лестрейндж, — просто сказал он.       И одно это слово полностью переменило её мир. Несмотря на все усилия авроров, Родольфус ускользал от преследователей все эти долгие десять лет. Гарри потратил долгие часы, работая над этим делом и расследуя любые слухи о Пожирателе Смерти, после того, как стал аврором. Но везло ему не больше, чем остальным его коллегам. До сих пор.       — Ты имеешь в виду… у тебя есть… это? — прошептала женщина и схватилась за стол, чтобы удержаться на ногах. Ноги, почему-то, отказывались её держать — Сердцевина палочки? Это то, для чего профессор Слизнорт был здесь?       — Да, — подтвердил Гарри. А потом осторожно перелил немного зелья во флакон, и протянул его жене. — Я не говорил заранее, потому что не хотел дарить ложную надежду, если что-то пойдёт не так. А оно могло пойти. Но Гораций уверен, что всё сработало, и не доверять ему причин нет.       Она взглянула на флакон в своей руке, едва смея в поверить в то, что происходит. Верный своему слову, Гарри остался с ней. Их любовь только росла последние десять лет, и Дафна Поттер не могла представить свою жизнь без него. Она любила этого человека всем сердцем, но вынуждена была вести себя крайне осторожно во всём, что касалось телесной близости. В то время как пресса часто размышляла о том, когда могущественная и влиятельная пара собирается начать работу над следующим поколением Поттеров, они не только никогда не занимались сексом, но даже никогда не видели друг друга голыми. Она сделала всё возможное, чтобы выбросить это из головы и не позволить этому помешать ей наслаждаться тем хорошим, что было в её жизни, но проклятие всё это время висело над их семейной жизнью, словно грозовая туча. И теперь, удивительно, облако рассеялось. Или, что точнее, его рассеял Гарри Поттер, ровно так, как и обещал десять лет назад. Все считали его героем, но для самой Дафны, он им стал вдвойне.       Она выпила содержимое флакона одним глотком. На самом деле вкус его был неприятным, если не сказать больше, как и у большинства зелий, но Дафне зелье показалось самым вкусным из того, что она в своей жизни пробовала.       — Итак, — тихо произнёс Гарри, глядя на жену повлажневшими глазами. — Как ты себя чувствуешь? Тебе ста… УФ!»       Позже они найдут время для сантиментов и тихих слёз радости, вымывающих застарелую печаль. Но прямо сейчас на Дафну давили эти десять лет вынужденного целибата, полные невозможности даже коснуться тела любимого. И потому она прервала Гарри на полуслове, практически запрыгнув на мужа. Он отступил на шаг, когда она врезалась ему в грудь, но удержался, оперевшись на стол. Его руки обвились вокруг её талии и легли на спину, отвечая на отчаянно-жадный поцелуй женщины. Конечно, они целовались много-много раз за время их отношений, но Дафна всегда заботилась о том, чтобы не дать себе полностью расслабиться. Потерять голову от любви и снедающей похоти было слишком легко. И допустить тем роковую ошибку. Но теперь она могла об этом не беспокоиться и делать всё, что так долго хотелось. Выразить в полной мере всю свою любовь к Гарри.       Он встретил страсть Дафны и вернул обратно. Его язык встретился с её в игривой борьбе за доминирование, а крепкие руки оставили её спину и опустились ниже. Он обхватил задницу через юбку, сжал её, прежде чем задрать помеху, а затем коснулся трусиков и того, что они скрывали. Дафна мягко застонала, приветствуя его действия и полная решимости отдаться любимому полностью.       Её собственные руки не бездействовали. Они попытались было расстегнуть его рубашку, но трясущиеся от волнения пальцы никак не могли справиться с гадкими пуговицами. Впрочем, Дафна и не думала сдаваться. Она просто сорвала рубашку с тела, не обращая внимания на разлетевшиеся в разные углы кабинета пуговицы. Сняв остатки ткани, она провела руками по его груди. Поглаживание его обнаженного торса не было для волшебницы чем-то новым, но прежде на этом они всегда и останавливались. И знать, что, на сей раз, его тёплая грудь — лишь начало долгого и сладкого приключения, было невероятно волнительно и столь же прекрасно.       Гарри наконец разорвал их поцелуй. И если бы он немедленно не убрал бумаги со своего стола, не взял её на руки и не усадил на стол, оставив ножки свисать с края — то Дафна точно подала бы на мужа в суд. За ужасное обращение с женой. Он на мгновение погладил её голые ноги, а затем опустился на колени перед столом, задрал юбку и стянул простые белые хлопковые трусики. И замер, разглядывая то, что открылось ему. Дафна почувствовала, как запекло её щёчки. Ведь любимый муж впервые смотрел на голую киску жены. Неприкрытая похоть в его глазах отозвалась в волшебнице томительным теплом внизу. Задыхаясь от желания, Дафна прикусила губу и заставила себя не сжимать ножки. Гарри выглядел так, словно хочет проглотить её целиком. И чёрта с два она ему помешает это сделать.       Кажется, она верно угадала его желания. Гарри осторожно коснулся её нижних губ пальцами и приник языком к её киске. Сначала всё шло медленно, любимый экспериментировал с разными техниками и пытался выяснить, что ей больше нравится. Немного неловко и слишком осторожно.       Сама Дафна сполна исследовала пределы чувственности своего тела. Все эти годы, лишь её собственные пальчики да некоторые игрушки могли снять часть напряжения. Конечно, они с Гарри сделали несколько неудачных попыток как-то обойти угрозу проклятия: петтинг и межбедренный секс, но об этом очень хотелось забыть. И вот, теперь, когда все невзгоды и препоны остались в прошлом, Дафна отчётливо поняла, что и сама не имеет представления о том, как ей ласкать мужа. Точно как он. Им придется учиться всему этому сообща. Словно озабоченным подросткам, а не успешным, взрослым и женатым людям, которые были вместе более десяти лет.       Однако, у них двоих было кое-что ещё. Опыт доверия друг другу, терпения и внимательности. И потому от подростков они, всё же, отличались, хоть и не в плане озабоченности точно. Их работа в команде, весьма скоро привела к закономерному итогу. И стон Дафны был поистине сладок.       Гарри впервые в жизни оказался столь близок к её телу, но его это не остановило, даже не смутило. Он надеялся и мечтал об этом шансе так же долго, как и сама Дафна, и его желание сделать всё идеально, принести ей как можно больше удовольствия, казалось очевидным. Он поглощал её с таким же вниманием и погружённостью, с каким занимался своей работой. Когда Гарри посвящал себя задаче, ничто не могло помешать ему её выполнить. Как только он находил то, на что тело Дафны отзывалось наиболее чутко, и от чего из неё вырывался нежный стон — Гарри превращался в неудержимую машину ласк. Он принимался лизать, сосать, целовать и тереть, твёрдо и неуклонно желая принести ей наслаждение. Этот безжалостный аврор нисколько не стеснялся зарываться в неё лицом и двигаться вновь и вновь, облизывая и прихлебывая её киску, как будто это деликатес, которым он не мог насытиться.       Силы оставили женщину. Закинув ноги на его плечи и усевшись на стол, она принимала ласки голодного мужа, наслаждаясь их первым в жизни оральным сексом.       Но как бы ни был великолепен Гарри, сейчас больше всего волнения и томного, пронизывающего наслаждения вызывало именно его лицо, смотрящее прямо на неё. Все, что тело Дафны ощущало сейчас, стоило меньше, чем ничего, если бы всё это ей приносил не Гарри Поттер, мальчик, который превратился в мужчину. Её мужчину. Как долго она хотела поделиться с ним своей страстью, и вот, это действительно произошло. Невероятно, восхитительно и волшебно куда больше, чем вся палочковая магия, сколько бы её ни было. Именно потому, Дафна так скоро дошла до самого сладкого оргазма в своей жизни. Поэтому, и, отчасти, потому, что Гарри внезапно атаковал её клитор своим языком. Немножечко, на самую малую малость, это тоже помогло.       Женские бёдра покачивались, крутились у его лица, порываясь сомкнуться, но натыкались на его уши. Недовольно прогудев, Гарри схватил и прижал их к столу, дабы не мешали ему доставлять удовольствие их хозяйке.       Дафна почувствовала, как её накрывает с головой оргазм. У неё не было ни воли, ни опыта, ни даже малейшего желания сопротивляться приходу желанного гостя. Она сильно прикусила губу, чтобы не закричать. С трудом подавив желание попросить мужа наложить «Силенцио». Всё же, не хотелось бы оповещать всё министерство о том, чем занимаются замминистра и главный аврор в его кабинете.       Гарри отчётливо понял, что довёл-таки любимую до самого финала. Даже если бы не слышал её приглушённые стоны, то всё одно понял бы. Дафна никогда ещё не изливалась после ласк самой себя, но сейчас всё произошло само собой, словно так и надо. Когда Гарри поднялся от опавших и дрожащих её бедер, она увидела капли своей влаги на его подбородке и щеках, и, что возможно самое эротичное, они же виднелись и на его очках, искажая лицо любимого. Настолько мокрые, что ему пришлось их срочно вытереть о штаны.       — Извини за очки, — прошептала она, отчаянно стараясь не рассмеяться. Дафна не испытывала ни малейшего сожаления. Оно произошло внезапно, абсолютно случайно, и стало полнейшей неожиданностью для них обоих, но факт оставался фактом — ей было безумно приятно увидеть свою влагу на его очках. Шалость удалась.       — Ничего, — рассеянно ответил он. Его глаза вернулись к киске жены и оставались там, даже когда он поднялся на ноги. — Я мечтал сделать это с тобой долгое, долгое время.       — А я мечтала ровно о том же, — улыбнулась она, вставая со стола. — И ещё о многом, многом другом, милый       — Нет времени лучше настоящего, — с великим трудом поднимая глаза от её пушка подметил Гарри. Впрочем, Дафна не возражала против его похоти. — Я освободил свое расписание до конца дня.       — Я тоже, — отозвалась она.       Два волшебника посмотрели друг на друга, оценивая эту, прежде незнакомую, диспозицию их взаимоотношений. Их обоюдная любовь была невероятно сильной и до этого момента, но меж ними всегда стояло затяжное разочарование от невозможности по-настоящему быть с тем, кого они любили. Теперь у них была возможность, время и, что самое главное, желание сотворить друг с другом несколько безумств. Целый день на воплощение всех своих фантазий.       Они вновь приблизились друг к другу, и одежда очень спешно покидала их тела. Её руки стягивали мужские брюки, а его — расстёгивали кофточку, а после весьма дружно поменялись объектами. Теперь она стояла перед своим мужем в одном белом лифчике, юбке без трусиков и на каблуках. Она никогда не была так обнажена перед ним или перед любым другим мужчиной, если не считать раннего детства. Но смущала и волновала её, по большей части, не своя собственная нагота. Брюки исчезли, Гарри также снял ботинки и носки, так что все, что на нём осталось, это пара красных боксеров. Она могла видеть, как эрекция пробивается, напрягаясь, в попытке вырваться из хлопковой преграды. Она уже чувствовала эту эрекцию вблизи тела и раньше, несколько раз, когда они весьма невинно ласкали друг друга. Но сейчас она замерла на самой границе неизведанного. На миг остановившись перед решительным шагом вперёд. Дафна Поттер, спустя десять лет брака, собиралась наконец увидеть член своего мужа, и ничто не могло её остановить.       — Позволь мне, — прошептала она, убирая его руки с резинки боксеров.       Он стоял неподвижно и позволил ей стянуть с себя нижнее белье, и у Дафны перехватило дыхание, когда она увидела его восставшую плоть. Она так много раз трогала себя, представляя, как он может выглядеть, каково это — прикасаться к нему, сосать его и трахать. И теперь он был здесь, обнаженный, твердый и готовый для неё. Дрожащими руками она протянула руку и схватила его член. Слишком жадно.       — Осторожно! — прошипел он.       — О! Прости за это, — прошептала она. И сразу же ослабила хватку, заглядывая в его глаза. — Лучше?       — Намного лучше, — вздохнул он. У тебя такие мягкие руки».       Она радостно улыбнулась и несколько раз провела рукой вверх и вниз по его члену. Ощущать его в своей ладошке было приятно, и Дафна поняла, что в будущем обязательно проведет много времени, просто играя с его членом. Вот только сейчас ей хотелось гораздо больше.       — Думаю, будет справедливо, если я отплачу тебе сторицей, — прошептала она. Она присела на корточки и отползла назад, под крышку стола. — Присаживайтесь, господин главный аврор.       Она никогда не видела, чтобы Гарри садился быстрее, даже когда Снейп или МакГонагалл угрожали ему наказанием за опоздание. Он сел в свое удобное офисное кресло и осторожно подвинулся вперед, пока не занял идеальное положение.       — Идеально, — подметила она.       Очевидно, что она много думала о том, чтобы сделать ему приятно своим ротиком, но также, у Дафны Поттер была вполне конкретная, и тщательно затаённая фантазия о том, чтобы заползти под его рабочий стол и как следует отсосать член мужу. Какой был бы скандал, если бы старший заместитель министра магии довёл до оргазма главного аврора прямо на работе! В Министерстве!       У Дафны было полно времени, чтобы подумать об этом, представить себе в мельчайших деталях и подробностях член Гарри в плену своих губ. А теперь у неё был шанс попробовать некоторые из них. И всё же, это не получилось в точности так, как всегда было в её фантазиях; она не смогла без проблем наклонить к нему голову. Реальность заключалась в том, что она делала это впервые, и мужу нужно было со многим справиться, так что это никогда не будет так просто. Потребовалось несколько проб и ошибок, несколько остановок и запусков, прежде чем она почувствовала себя более комфортно и вошла в курс дела, способная брать больше его члена в рот.       Она использовала руки, дабы попытаться компенсировать недостатки своей неопытности. Предыдущие неудачи приучили её к невозможности прикосновений, по крайней мере на время, поэтому она наклонила голову, насколько это было безопасно, а затем использовала руки, чтобы доставить удовольствие всему остальному. Одна рука поглаживала низ его члена, в то время как другая обхватила и играла с его яйцами. Судя по тому, как его напряжённые стоны стали громче, а руки принялись играть с её длинными светлыми волосами, Дафна поняла, что приняла верное решение. И это придало ей уверенности в собственных силах.       — Мистер Поттер?!       Из-за двери раздался голос, сопровождаемый стуком. Дафна тут же остановилась. И опешила от неожиданности, когда Гарри подался вперед на своем стуле, случайно засунув в её ротик свой член чуть дальше, чем она могла сейчас его принять. И надула щёки, стараясь заглушить кашель.       — Да?! ответил Гарри просителю, на миг бросив виноватый взгляд на жену.       — Я пришла, чтобы проверить ваш прогресс с отчетом о миссии, — доложила женщина. Ужаснувшись в душе, Дафна услышала, как скрипнула дверная ручка. И облегчённо выдохнула. По крайней мере, они не забыли запереть дверь.       — О! Извините за это, но произошло кое-что очень важное, — сказал Гарри, так и не соизволив вытащить член изо рта жены. Он прочистил горло. — Аврор Смит позаботится об этом для тебя, Бернис.       — Звучит заманчиво, мистер Поттер. Извините, что побеспокоила вас.       Едва заслышав удаляющийся стук каблуков, Дафна тут же вернулась к члену мужа. Этот, едва не случившийся конфуз, вместо беспокойства, лишь добавил новых красок её желанию. Теперь она сосала Гарри ещё более воодушевлённо, наклоняя голову ниже, чем раньше, сильнее натягивая себя на то, что не могло поместиться у неё во рту. Гарри застонал ещё громче, и Дафна понадеялась, что Бернис удалилась достаточно далеко, чтобы услышать мужские стоны. А может ей хотелось и обратного.       — Прекрати… прекрати, — пробормотал он, слегка потянув её за волосы. Она перестала сосать, но на мгновение оставила голову там, где она была, и посмотрела на него сияющими голубыми глазами над обхватившими его ствол губами. Он закрыл глаза и покачал головой. — Если ты продолжишь, я кончу прямо тебе в рот.       Дафна, наконец, смягчилась, медленно откинула голову назад и с хлюпаньем выпустила его член из своих губ.       — Не вижу в этом проблемы, — произнесла она, вытирая слюну с губ тыльной стороной ладони. По её мнению, сперма Гарри на языка была настолько далека от понятия «проблема», насколько только возможно. «Самое то» — подходило здесь куда больше.       — Нет, это проблема. Если я изольюсь сейчас, то ему потребуется пара минут, на то, чтобы вновь отвердеть. И это ровно на две минуты больше, чем я готов вытерпеть перед нашим первым сексом.       Его слова оказались самым интригующим предложением из всех, что старший заместитель министра когда-либо слышала. Но у Дафны Поттер имелась чёткая цель, и она была полна решимости её достичь.       — У нас есть впереди весь день. И вся ночь, — промурлыкала она, медленно скользя рукой вверх и вниз по его члену. — Вполне достаточно времени для всего, что мы хотим сделать. Но прямо сейчас я действительно хочу проглотить твою сперму.       Она увидела, как расширились глаза Гарри при этом признании, и он ничего не сделал, чтобы помешать ей взять его член обратно между губ. Дафна продолжила с того места, на котором остановилась, посасывая и поглаживая своего мужа со всем мастерством и страстью, на которые была способна. Она знала, что с практикой станет лучше, но пока приходилось обходиться тем опытом, что успела наработать в реальности и своих фантазиях. Кроме того, Гарри только что признал, что был близок к завершению, поэтому женщина не ожидала, что это займет много времени.       Конечно же, когда её губы вновь обхватили член мужа, он продержался всего несколько минут. Вцепившись в край стола, он хрипел и изливался в её ротик. Дафна ожидала этого и поэтому с готовностью встретила его сперму. И хотя вкус был не особо приятен, она поняла, что готова повторять снова и дальше. Его пряная густая жидкость была приятна не сама по себе, а потому, что она — его.       Только проглотив всё это, она вылезла из-под стола. Гарри выглядел ошеломленным тем, что только что произошло, но он быстро встал со стула и присоединился к ней, встав перед столом. Он целовал и посасывал её шею, в то время как его руки скользнули к груди, сжимая ту через белый лифчик. Дафна застонала, наслаждаясь ощущением ощупывающих её тело рук, но этого было недостаточно. Она протянула руку назад, расстегнула лифчик и позволила ему упасть, обнажая для него грудь.       Гарри издал полный признательности стон в её шею и принялся играть с обнаженной грудью впервые за все годы их совместной жизни. Он сжал её грудь и с любопытством потер соски, а после и удовлетворил это любопытство, опустив лицо и захватив один из холмов в рот. Дафна застонала и провела руками по его вечно растрепанным волосам, поощряя его настойчивость в исследовании её тела. Он выглядел счастливым, как ребёнок, постоянно переходя от одной груди к другой и посасывая большие сиськи, как будто не мог насытиться ими. Она хихикнула и продолжила играть с его волосами, возбужденная и повеселённая его видом одновременно. Дафна была рада доставить ему такое удовольствие и получить взамен не меньшее.       Пока Гарри сосал её грудь, женщина ощутила пробуждение его члена, там, на своём бедре. От начала и до конца его возвышения, когда он полностью затвердел и заявил о готовности ко второму раунду. Продолжая сосать крупную грудь, волшебник спустил с ног юбку — последний элемент одежды, скрывающий её тело. Но туфли с каблуками всё ещё оставались на ней, и, принимая ласки мужа, Дафна размышляла, хочет ли она снять и их. Ровно до тех пор, когда Гарри принял это решение за неё, подняв жену на стол. Почти как в самом начале, только теперь она лежала на столе, свесив ножки.       — Я так долго этого ждал, — серьезно сказал он.       Волшебница смогла только кивнуть с широко раскрытыми глазами, затаив дыхание от ощущения его члена на повлажневших нижних губках. О, господи, неужели это происходило? Спустя мучительные десять лет, с тех пор, когда Лестрейндж ударил её своей поганой магией, Дафна и возлюбленный муж наконец займутся настоящим сексом?       Гарри промахнулся с первых нескольких попыток, показав, что он был так же озабочен этой проблемой, как и она все эти годы, так же стремился воплотить эту мечту в реальность, и столь же сильно нервничал сейчас. Затем сделал глубокий вдох, чтобы успокоить нервы, обхватил одной рукой свой член для устойчивости, и направил его на место.       — Ах! — вырвалось у Дафны, когда навершие члена скользнуло внутрь. Официально: муж проник в неё. Она и Гарри занимаются сексом. И это реальность.       Однако для секса потребовалось не только неглубоко вставлять, и Дафна вскоре познала и остальное. Он ввел в неё больше своего члена, продвигаясь медленнее обычного, но не сильно. Он так любил её и заботился о ней, что, выбрав одну из самых красивых волшебниц в мире, сохранял свою девственность до этого самого момента. Для неё одной. Понятно было, что Гарри не терпелось начать двигаться быстрее и проникнуть глубже. Дафна только приветствовала это желание и полностью его разделяла. Они оба ждали слишком долго, и смысла сдерживаться не видели.       Дафна вздрогнула, когда он продвинулся глубже и пронзил её девственную плеву. Он увидел, как лицо жены исказилось от боли, понял, что это значит, и постарался сделать всё возможное, дабы облегчить ей момент лишения девственности. На мгновение он перестал двигаться внутри и наклонился к ней, погладив по щеке и вновь целуя шею. Она была тронута его заботой. Несмотря на то, как долго ему пришлось ждать этого момента, он всё же проявил достаточно сдержанности и деликатности, чтобы попытаться позаботиться о ней. Это было мило, но не нужно.       — Всё в порядке, Гарри, — прервала мужа Дафна, касаясь кончиками пальцев его лица. — Продолжай двигаться.       — Уверена? — нахмурился он, поднимаясь обратно.       — Полностью, — кивнула женщина. — Я желаю этого столь же сильно. Наш секс, он стоит небольшой боли.       Гарри кивнул и качнул бёдрами. Сначала он двигался медленно, но вскоре стал входить и выходить из неё в постоянном и слишком напористом ритме. Дафне было очень больно, но она ни на миг не усомнилась в своих словах. Боль действительно стоила этого, потому, что она наконец-то теряла девственность, наконец-то занималась любовью… трахалась со своим мужем, компаньоном, другом и смыслом всей её жизни, в конце концов. Они исследовали эту «терра инкогнита» вместе, вместе переживали все эти новые для них грани отношений, и вместе же решали возникающие проблемы. И Дафна Поттер считала это великолепным.       А кроме того, потребовалось не так и много времени, прежде чем боль притупилась, смешиваясь и растворяясь в чём-то другом, чём-то новом и чём-то лучшем. Его большой член, заполняющий её прежде девственную киску, всё ещё жалил болью, но уже иной, куда более приятной. Этот член, двигающийся быстрее, толкающийся глубже и задевающий ранее нетронутые части её тела, вызвал сопряжение боли и удовольствия. Дафна глянула на мужа и, издав неожиданный для себя стон наслаждения, задалась вдруг вопросом, о чем же Гарри может думать сейчас и какие ощущения он сам испытывает. Даже она уже втянулась в это, несмотря на боль, которая сопровождала их первый секс, а уж для него-то всё было куда лучше.       Выражение чистого, нескрываемого удовольствия на его лице, казалось, подтверждало эту идею. Он продолжал проникать в неё, двигаясь всё быстрее и быстрее, проявляя всё меньше сдержанности с течением времени, убеждаясь, что не наносит ей вреда. Вскоре он трахал её столь сильно, что тело Дафны буквально ездило по столешнице. Как бы не сломать его. К счастью, рабочий стол главного Аврора оказался хорошо сколочен и достаточно прочен для подобного испытания, так что беспокойство вскоре покинуло волшебницу. Она смогла расслабиться и принять все, что чувствовала, принять и отреагировать на это. А главное — сохранить, запечатлеть этот, полный боли и наслаждения, момент в своей памяти.       Дафне нравилось, как член Гарри заполнял её и растягивал. Он ощущался таким совершенным, таким идеально подходящим её киске, словно был создан для это. Как будто они оба были созданы друг для друга.       Второго оргазма за день она могла бы достичь куда раньше. Даже без помощи рук — исключительно от фрикций его сладкого члена. Гарри явно не продержится долго, даже меньше её самой. А рисковать Дафна не собиралась, позволяя мужу кончить раньше неё самой. Так что, ощутив, как наливается и крепнет его ствол ещё больше, женщина протянула руку к низу живота и коснулась клитора. Уж в этом-то она знала толк, от изнуряюще-долгого воздержания она лечилась одним и тем же средством. Как, собственно, и муж.       С таким сочетанием наполняющего её члена Гарри и движений пальцев, играющих с клитором, Дафне не о чем было беспокоиться. Она достигла своего пика без предупреждения, напугав Гарри громким стоном. Он поспешил схватить свою палочку, которая, к счастью, оказалась на расстоянии вытянутой руки, и наложил на дверь заклинание молчания.       — О, Мерлинова борода, ты слишком громкая! — воскликнул он.       — Ничего не могу с этим поделать, — выдавила она, прежде чем закричать ещё громче. Это был далеко не первый её оргазм, но какое-то волшебство, иначе не сказать, сделало его лучше, чем любой из предыдущих.       — Я и не жаловался, — заверил Гарри жену. И продолжил трахать до полного её расслабления. А после, ощутив приближение уже своего оргазма, хрипло и напряжённо произнёс — Я близко.       — Сделай это… — сразу же сказала она. — В меня.       — Ты уверена? — уточнил он, вскинув брови.       — Более чем.       Она не была защищена никакими средствами контрацепции. С чего бы вообще? До сегодняшнего дня в этом никогда не было необходимости. Но она нисколько не волновалась. Родить детей Гарри было её давним желанием, желанием, которое, как она думала, никогда не осуществится из-за всей этой ситуации с проклятием. Хотя они ещё не обсуждали, что означает для них её новый статус, да и вообще ничего не обсуждали, женщина знала, что Гарри любит детей, прекрасно ладит с ними и хотел бы иметь своих собственных. Если она забеременеет от него здесь и сейчас, её это более чем устраивало. А если нет, что ж, то просто насладится первой в жизни спермой в своём лоне.       Гарри, полностью принимая её предложение, сделал ещё несколько жестких, глубоких толчков в ней, а затем начал наполнять её своей спермой. Дафна застонала от ощущения заполняющей теплоты, и провела эти секунды, что его содрогающийся ствол перекачивал семя, отчаянно надеясь, что оно приживётся внутри. Так и должно было быть, так и должно было быть всё время их брака. Теперь они были соединены всеми возможными способами, и, даже если сейчас их постигла неудача, Дафна была уверена, что её беременность лишь вопрос времени. Им предстояло отринуть, оставить позади десять лет вынужденного целибата, так что само собой разумеется’ что в обозримом будущем они будут вести себя как пара похотливых подростков.       Она сидела у него на коленях и обнимала его, прямо там, на стуле, когда вдруг ощутила, как его член затвердел под её ягодицами. Кажется, их попытки заделать ребёнка будут продолжены в самое ближайшее время. Прошло всего несколько минут, с тех пор, как он вышел из неё и вытерся. И вот, возбудился вновь.       — Серьезно? — спросила удивлённая, но вполне довольная происходящим волшебница.       — Извини, — пожал плечами Гарри и улыбнулся ей. — Но разве ты можешь меня винить за это? Я женат на самой сексуальной ведьме в мире уже десять лет, но до сегодняшнего дня не мог прикоснуться к ней так, как мне действительно хотелось. Вероятно, я останусь тверд как скала целый месяц.       — Что ж, если ты вновь готов продолжать, то нет никаких причин тратить этот месяц попусту, — произнесла она, слезая с колен. — Не вставай.       Дафна обошла стол по кругу, бросив короткий взгляд на лужицу спермы и девственной крови, запятнавшие столешницу белесо-розовой меткой разврата, и подняла свою палочку с пола. Сделав нужный пасс и произнеся слово-формулу, она задрожала от приятной прохлады между ягодиц. Достаточно простое исцеляющее заклинание, предназначенное для очищения пациентов, которые не могли контролировать свой кишечник, но сейчас оно использовалось немного для других целей. Убедившись, что теперь чиста там, Дафна отбросила ненужную более палочку       Глаза Гарри с интересом провожали её, внимательно следя за происходящим, до тех пор, пока она не вернулась, занимая привычное место у него на коленях. Но на этот раз женщина села немного по-другому.       — П-подожди, я думаю, это неправильно…       — Я знаю, что делаю, Гарри. Или ты хочешь отказаться?       Муж ничего не ответил, потому Дафна продолжила медленно и осторожно принимать его член в свой зад. Заклинание дало достаточно смазки, облегчая проникновение, но женщина понимала, что лучше не испытывать судьбу. Спуск её был постепенным, так как она не хотела тратить слишком много времени на привыкание к большому члену Гарри.       Он громко застонал, когда задница жены поглотила его ствол. Лица Гарри не было видно, так как стояла к нему спиной, но Дафне было достаточно и того, что она слышала, ощущения его рук на бёдрах и груди. На анальный секс её подбило любопытство и желание по-настоящему расстаться со своей девственностью. Полностью и без остатка. Проклятие помешало отплатить мужу за всю его любовь. А теперь Дафне хотелось показать Лестрейнджу и тому придурку, что проклял предка, за отверженные ухаживания, выпяченный фак. Её возлюбленный муж поимел каждую из трёх дырочек Дафны за какой-то час, так что все ваши проклятия можете засунуть себе в…       Теперь в обоих Поттерах не осталось ничего девственного, и это было именно так, как хотелось Дафне. Ей нравилось, какой непослушной и развратной она себя чувствовала, когда поднималась и опускалась на коленях Гарри, трахаясь на члене своего мужа. Они с ним упустили слишком многое, до этого момента. А теперь они собирались не только догнать, но и перегнать всех своих друзей и сверстников. Поттеры уже были предметом зависти многих, они многого достигли, несмотря на свой юный возраст, и теперь, наконец, они исправили эту долготянущуюся несправедливость. Теперь чету Поттеров было не остановить.       Дафна каталась на члене своего мужа с возрастающей уверенностью, пока, в конце концов, не начала двигать бедрами с чертовски впечатляющей, по её мнению, скоростью для человека, который никогда даже не видел пениса до того, как она вошла в этот офис. Хорошо, что Гарри закрыл дверь, а после и заклинание тишины наложил, потому что она заставила его стонать едва ли не громче, чем она прежде, кончая на его члене.       — Это невероятно, — прохрипел он между стонами. — Не могу поверить, что это действительно происходит с нами.       О, поверь, мне знакомо это чувство, — отозвалась она. Часть неё всё ещё боялась, что вот-вот проснется в любую минуту и обнаружит, что всё происходящее — просто сон. Но даже её сны, какими бы яркими и, в конечном итоге разочаровывающими, они ни были, никогда не оставляли после себя такое наслаждение.       — Боже, ты такая… чертовски тугая! — закричал он. — Я долго не протяну!       — Кончи так же, в меня, — ответила Дафна, продолжая активно скакать на нём и даже не думая менять подход.       Сперма в попке может доставить беспокойство разве что магглам, но волшебница-то избавится от неё одним заклинанием. А кроме того, это будет весьма символично. Переход от полной девственности к принятию его спермы во все три отверстия за один день. Дафна Поттер, в девичестве Гринграсс, словно окончательно прощалась с проклятием крови, преследующим её жизнь в течение последнего десятилетия.       Руки Гарри схватили её в объятия, прижимая к крепкому телу. И, когда крупный член запульсировал в попке, выстреливая спермой, Дафна присоединилась к стонам мужа. Заполненная им задница, чувствовалась странно, но неожиданно приятно. И от ощущений телесных, и от того, что сперма Гарри там символизировала собой.       Дафне понравилось, но последствие анального секса, вытекающее из неё, оказалось чуть менее приятным. Она вывернулась из его хватки и подбежала к своей палочке, сразу же почистив всё необходимое. И как же хорошо, что сперма, которую он выстрелил в её киску, осталась на месте. Это увеличивало шансы того, что они будут приветствовать нового Поттера через девять месяцев.       — Итак, ты сказала, что освободила весь свой день, верно? — спросил Гарри, всё ещё заинтересованно разглядывая обнажённую жену. Его член вновь опал, но Дафна задавалась вопросом, сколько ещё он останется таковым. Вряд ли надолго.       — Гарри, глупенький ты, — с улыбкой произнесла женщина. — Ты действительно думаешь, что одного дня нам хватит? Необходимо срочно пересмотреть наши графики хотя бы на следующую неделю.       — Кажется, настало время для небольшого отпуска.

***

Неделю спустя

      — Готова вернуться к работе?       — Не совсем, — вздохнула Дафна, разглядывая своё отражение в зеркале. — Но каждый отпуск когда-нибудь заканчивается.       Большинство людей отправлялись в интересные путешествия на время отпуска. Поттеры же, напротив, за всю неделю даже дома не покинули, однако, эти семь дней, без сомнения, стали самыми изнурительными каникулами, что Дафна когда-либо проводила в своей жизни, а в её детстве Гринграссы постоянно перемежали дела с отдыхом.       Они с Гарри потратили целую неделю на то, чтобы наверстать упущенное за десять лет подавленных сексуальных желаний. Они трахались практически на всех возможных поверхностях в своем доме. На кровати, по обоюдному выбору, чета провела больше времени, чем где-либо ещё, но это не помешало им попробовать все возможные новые места. У неё было ощущение, что Гарри больше всего нравилось, когда он врывался к ней в душ, а после и в неё саму. Просто поднимал жену и трахал, пока горячая вода каскадом падала на их прижавшиеся тела.       Это, конечно, было весело, но мысли Дафны постоянно возвращались к тому, как она последовала за ним на кухню, сняла с него одежду и делала с ним всякие постыдные вещички, пока Гарри, повар по дому, пытался игнорировать её домогательства и приготовить наконец ужин. Это было захватывающе. Дафна дразнила его и доводила до исступления, пока он, наконец, не сдался, с рыком отбросив кухонную утварь, и не набросился на неё, трахая прямо на кухонном столе, посреди рассыпанных продуктов. Они учились сексуально воздействовать друг на друга, и оба использовали эту силу наиболее удовлетворяющими способами. Она уже продумывала все возможные способы, которыми они могли бы успеть насладиться друг другом в рабочее время.       Тогда, Дафна не могла знать, но у них оставалось совсем немного времени на безудержный секс в каждом закутке дома. Случилось ли это в тот первый раз в кабинете Гарри, или потом, в любой из многочисленных случаев, когда его сперма оказывалась в её киске — узнать точно не представлялось возможным. Примерно через девять месяцев после того, как проклятие крови было излечено, весь волшебный мир мог приветствовать следующее поколение Поттеров.       И в типичной для Поттеров манере, претенциозной и привлекающей внимание, Дафна родила пару близнецов: мальчика с её прекрасными светлыми волосами и девочку с поразительными изумрудными глазами, которые Гарри унаследовал от своей матери и передал дальше.

Конец