Дракон, Предвестник и звезда

Полуденное солнце едва пробивалось сквозь плотно задернутые шторы, осторожно целовало макушку и плечи спящей девы, что спрятала свое лицо в подушках. От них пахло двумя мужчинами, словно они вдвоем делили эту подушку, но девушка в это бы не поверила, как и в то, что они изъяли эту подушку из-под ее головы и немного выплеснули на нее своего одеколона или другие ароматические средства. Ее поясницу и ноги скрывало два одеяла: толстое пуховое из ткани песочного цвета и тонкое льняное темно синее. На ней не было одежды, волосы пушились и напоминали шапку одуванчика. Все тело ломило и ныло, кожа неприятно жгла в некоторых местах и кажется какие-то следы бурной ночи до сих пор находились в ней или засохли на нежной коже . Люмин неохотно приподнялась на подушках, зашипев от боли в теле, когда осознала, что в спальне она совсем одна. Рядом нет никого из ее возлюбленных, что так вчера измотали ее, что она не может встать. Девушка ворчит и ругается себе под нос, поднимаясь на ноги и морщась от холода. Пол почти ледяной, в комнате также прохладно, ведь ее плечи и ладони уже привыкли к температуре вне одеял. Вероятно, кто-то открыл окно на проветривание, а после его закрыл, но не отнес девушку в ванную или просто не вытер ее влажными и тёплыми полотенцами. И она хотела посмотреть в эти наглые глаза, что будут скользить по ее нагому телу. По дому витал приятный аромат благовоний с фруктами и каких-то цветов. Окна открыты, шторы по разным углам, лишь тюль колышет лёгкий горный ветерок, что вместе с солнцем ласкает девичью кожу. Все сверкало и сияло от чистоты, вещи стояли на своих местах, свежая и выглаженная одежда в платинном шкафу или на крючках у входа. Даже пиджак Предвестника висел без складок, а его хозяин развалился на диване, читая какую-то книгу. Рыжие волосы после душа торчат во все стороны, красная домашняя рубаха застегнута не на все пуговицы, а закатанные рукава обнажают его руки до локтя. Он сидел на диване боком полулежа, поставив одну ногу на диван, другую на холодный пол, рукой подпирал голову, не замечая девушку, что уже обошла подлокотник и пыталась понять текст. Книга была написана иероглифами, которым ее ещё не успели обучить. И судя по его лицу, чтиво было не очень интересным, хоть он и хмурил брови, внимательно читая текст. - Попался! - девушка опустилась на его живот, напугав. - Люм?! - дернулся он, чуть не выронив книгу - ты уже... - Как ты посмел принять душ и не искупать меня?! - возмутилась путешественница, оборвав его вопрос и позволив ему лицезреть как от возмущения подрагивают ее искусанные плечи, рассмотреть пару пятен на шее и конечно же оголенной ключице. - Поверь, я хотел! - Ой, ли? Небось тебе было даже лень... - Эта двухчленовая ящерица сказала не сметь тебя будить и даже трогать, неважно для чего. - И ты его послушался? - она тут же округлила свои очи, позволив им блеснуть золотом в свете солнца. - О-о, ещё как, иначе бы он вонзился в меня своими клыками вот здесь - Чайлд слегка надавил на свое горло большим и указательным пальцем, будто душил - у него, как у собак, начался гон, и он тебя пометил. - Поме... Юноша тыкнул ей в плоский животик, что до сих пор казался округлым. Она непонимающе нахмурила брови, опустила взгляд на пупок, но ничего не обнаружила. Скептически подняла бровь и пискнула, когда Предвестник положил ладони на ее талию и большими пальцами надавил на рисунок. Только тогда Люмин разглядела его едва заметное сияние, но Чайлд видел чернила на белоснежной коже, также как видел их Гео Архонт. - Что это? - Это метка и... ты как себя чувствуешь? - спросил он, не давая ей и рта раскрыть. - Что значит эта метка? - Люмин все же спросила. - Для начала ответь на мой вопрос - нахмурил рыжеволосый брови. - Эм... Нормально. - Ничего не болит, ведь в тебя вчера я и он одновременно не только добились, но и... - Ни хочу об этом слышать, но... У меня ничего не болит. - Ну, если его сперма не лечит, то может... Девушка ойкнула, когда руки любимого скользнули к бёдрам, огладив кончиками пальцев вход. Он даже нахмурил брови, тяжело выдохнул и положил голову на ее плечо хихикнув. - Насколько надо было нам тебя растянуть и заполнить, что этому одержимому пришлось даже заткнуть тебя, как винную бочку, дабы его золотая сперма - он скользнул пальцами по внутренней части бедра так, чтобы что-то подобрать - не вытекла и ты не почувствовала эту каменную пробку. Глаза Люмин стали напоминать три копейки, когда она увидела золотые капельки на пальцах Чайлда, что немного отстранился от нее. - Или ты превращаешь наше семя в золото? - Где эта ящерица?! - возмутилась Люмин, попытавшись встать, но юноша опустил ее назад на свои бедра. - Тише-тише, наверняка он сейчас от твоих криков спрячется на кухне или начнет причитать, что тебе нельзя то-то... - С чего мне нельзя «то-то»?! - С его слов, мы теперь ждём пополнение, а его золотое семя это как раз то, что заставило появится наше маленькое... Предвестник расхохотался, когда увидел покрасневшее лицо девушки. У нее смешно и необычно мило дёргался глаз с бровью, а губы растянулись в странной и нетипичной для нее кривоватой улыбке - копирует его и мимику Чжун Ли, что аж ему хочется расцеловались ее щеки. Но он осторожно коснулся кончика ее носа, мило улыбнувшись: - Поверь, он даже меня насчёт этого не спросил, просто поставил перед фактом, так что... Можешь вместе со мной в знак протеста лечь сегодня на диване, пусть он ворчит, что ты не хочешь сберечь ребенка, который ещё... - он посмотрел в книгу - если и сформировался, то точно не почувствует разницы. Избавится от него он нам не даст, так что... бороться с его драконьим повадками и гнездами придется нам двоим - он кивнул на две книги на кофейном столике - как размножаются звёзды я не нашел и... - парень тяжело выдохнул - он уже второй час на кухне что-то кашеварит, и ,пока не закончит, остаток вчерашней ночи ты из себя не сможешь смыть. И пожалуйста, не проси о повторе, мои конечности, как и твои, ещё от этого отходят. Люмин тихонько хихикнула, клюнув его в нос и прижавшись ухом к его плечу. Вздрогнула и благодарно улыбнулась, когда его ладони заскользили по позвоночнику, кончиками пальцев касаясь каждой выпирающей косточки. Юноша замурлыкал под нос какую-то мелодию, касаясь губами ее лба, между слов шепча слова поддержки - знает, она задумается о будущем в любую минуту. - Пойдем посмотрим, что он там кашеварит? - спросил Чайлд, продолжая напевать. - Ты хотел сказать, что он варит, дабы я точно разбухла - фыркнула Люмин, прижимаясь к нему ближе - вы вчера много..? - Чтобы это узнать, нужно из тебя вытащить эту штуку, а она из Гео и наверняка им зачарована - обиженно заявил уже он, огладив пальцами ее поясницу - и с его слов, она должна внутри тебя образовать какой-то барьер, дабы ребенок не сожрал тебя изнутри. - Там точно не дракон? - нахмурила брови путешественница. - Он сказал, что дракон родится у нас не сможет, а ребенок может и с большой вероятностью. Этот говнюк плодовитый - чмокнул рыжеволосый ее в нос. - Ты не утешаешь! - Знаю, но я сталкиваю тебя с вероятной реальностью. И он что-то сделал с твоим животом, так чтобы у ребенка были черты всех нас троих. - Аякс, хватит... - Не-е, он будет это рассказывать тебе не давая и рта раскрыть, наверняка готовит тебе подробную лекцию, где все сложными и нудными словами будет тебе описано. - Убей меня... - С чего он должен тебя убивать, моя дорогая? Люмин вздрогнула, выпрямилась, ощутив в животе тяжесть, к которой уже привыкла. Она напугана и напряжена, сжимает кончиками пальцев красную рубашку и боится даже посмотреть на консультанта. Его распущенные волосы спадают на его плечи и спину, скрытую за просторной рубашкой. Домашние штаны с широкой штаниной, почти не касаются кожи. Золотые очи мягко и взволновано изучают хрупкую спину, взглядом целуют каждую царапинку и косточку. Он становится ещё мягче, понимая чем она встревожена, прекрасно видит злобный взгляд Предвестника. Чжун Ли осторожно подходит ближе, лишь кончиками пальцев касается кожи, привлекая внимание пассии, улыбается ласково, слегка наклоняя голову. - Все хорошо, дорогая? - Ты... - пискнула девушка, а затем прочистила горло, смахнув страх и неуверенность - ты хоть понимаешь что наделал? - Я лишь поддался нашему общему желанию, позволив осуществить то о чем... - мягко начал Архонт. - Ты меня пометил! Заткнул как винную бочку! - возмутилась она, развернувшись насколько было возможно, не слезая с Аякса. - Я лишь создал комфортные для тебя и нашего плода условия - спокойно ответил консультант, выпрямившись - признаю, твое оплодотворение произошло случайно и лишь из-за моих похотливых желаний, но чтобы ты и плод не навредили друг другу и чтобы не повторять процесс, пока ты отдыхаешь мне пришлось... - Не повторять процесс? Аякс, вы что должно были...? - девушка обернулась на возлюбленного, нахмурила брови. - Я не... Я проснулся позже него, когда он уже воткнул в тебя эту пробку. Что он делал до этого я без понятия! И если он... - Вы крепко и безмятежно спали, когда оплодотворение нужно было провести повторно, дабы... Чайлд дернулся, напугав и потревожив мышцы девушки. Крепко обнял ее, стоило ей пискнуть от боли, защищая даже от взгляда старшего. Закрыл рукой ее голову, не позволяя ей смотреть на него. - Я лишь занимался самоудовлетворением и помог сонному... - Ещё хоть одно слово и мы пойдем собирать вещи - рыкнул на него рыжеволосый - и поедем туда, где ты нас не... - Но... - подал голос мужчина, нахмурив брови. - Пойдем-ка, Звёздочка... Чайлд поднялся с дивана, удерживая девушку на руках, как малыша, что всем телом обнимает взрослого. Он понизил голос до шёпота и направился в спальню, наклоняясь то в одну то в другую сторону.

***

Мягкий свет, пение птиц и теплые объятия. Девушка полулежит в объятиях любимого, что прижимает ее спину к своей груди, поглаживая округлый живот. Он тихонько напевает мелодию на ухо, оперившись спиной о кору дерева в саду. Листва прячет их головы от солнца, даёт прохладу, ветер подхватывает ноты и уносит их птицам. Вокруг тишь и благодать, вот что значит жизнь на верхних этажах города у подножья гор, строительство которого закончили пару месяцев назад. Нет никакого шума от строек, грязи и пыли от сыпучих стройматериалов, перекрытых путей до дома, в котором они поселились, загнанных рабочих. Если кто и нарушает покой так дети, когда сильно заигрались на улице в мяч, случайно что-то разбили или разозли кого-то, торговцы, что ещё не привыкли к местным закоулкам и могли не туда свернуть или не там поставить палатку. Но тут не так шумно и пыльно, как в Гавани, нет никаких желающих отправить беременную девушку за ягодами или уничтожать лагеря хиличурлов, лишь молодые семьи, молодожены, старики, что видят и понимают - странница не в том положение, чтобы спасать кого-то. Она тихонько дремлет, положив голову на плечо любимого, что продолжает оглаживать ее живот и напевать под нос. Люмин не беспокоит ничего, даже удобно ли ее любимому рыжеволосому мужчине так сидеть. Доверяет ему, как себе, знает Аякс прибьет даже муху, если та потревожит ее сон. Она позволит ему взять на руки малыша, сидеть с ним в няньках, когда другие будут смотреть косо и пытаться его забрать, будто отец уронит собственное дитя или допустит его смерть, причинит ему вред. Девушка улыбнулась, когда теплые губы коснулись ее лба, но отчего-то нахмурилась, замычав. Вжалась в его тело, оборвав мелодию. Рыжеволосый юноша склонился к ее уху, понизив голос ещё тише и зашептав ей на ухо. Его ладонь скользнула по ее животу, замерла у пупка и дернулась, когда почувствовал удар изнутри. Аякс глубоко вдохнул, закусив нижнюю губу, чтобы не закричать от радости, маленькое чудо внутри его девушки движется, подаёт ему сигналы. Он ёрзает, устраивая девушку в своих объятиях иначе, приподнимает платье, чтобы увидеть узор переливающийся от каждого вздоха и сияющий от каждого нового движения плода. И вероятно, он улыбается, как идиот, когда поднимает глаза и ловит непонимающий взгляд у стоящего в дверях названного. - Он пинается - шепчет Аякс, улыбаясь шире - я чувствую это. Стоящий в дверях тяжело вздыхает и движется к ним улыбаясь, кладет ладонь на живот, но движений никаких не чувствует. Мрачнеет на глазах, опуская уголки губ. - Ничего, в другой раз почувствуешь - приподнимает он грустно уголок губ. - Первые толчки самые важные в жизни любой пары, тебе повезло их почувствовать - с тихим урчанием отвечает тот. - Ой, ты хотя бы ее оплодотворил - фыркнул Чайлд, зная, что он сейчас заявит о совместном труде и прочей чепухе, но тут же сам разрезал зависшую в саду тишину - не только ты их пропустил, Чжун Ли, но и она их проспала. Архонт тихонько рассмеялся, прикрыв очи, и мягко коснулся своей большой рукой лица девушки, убирая шелковистые пряди челки за ухо. - Ее нужно отнести в дом, иначе она простынет, уже холодает - заметил Чжун Ли, снимая с себя пиджак - и тебе не пойдет на пользу сидение на холодной земле. - Ой, мы дожили до того дня, когда ты стал волноваться обо мне?! - синие глаза стали как два блюдца, а на лице расцвела улыбка - спустя каких-то три месяца? - Зато я могу сказать, что там бьётся не одно сердечко. Чжун Ли загадочно улыбнулся, поднимая возлюбленную на руки. В его объятиях она казалась крошечным котёнком наевшим пузо, что тянул свои лапки к теплу. И он, не дожидаясь растерявшегося Предвестника, понес ее в дом укладывать на огромную трехместную кровать. Девушка тут же нахмурила свой носик, оставшись без теплых объятий. Сжалась, когда Архонт освободил ее от тяжёлого платья и шорт, натянул на нее хлопковое платье для сна. Успокоилась лишь от мягкого прикосновения к виску сухих губ, утробно урчания и теплого одеяла, что скрыло ее хрупкие плечи. Люмин с мычанием перевернулась на бок, зарывшись носом в подушку и обняв живот одной рукой, мягко улыбнулась. Она была такой милой и хрупкой, ее хотелось защищать и носить на руках, не обращая внимания на все возмущения девушки. Не хотелось ждать, когда она с трудом начнет вставать с мягкой постели, когда живот будет таким большим, что от его тяжести она начнет ругаться и желать никуда не идти, когда боль в спине и ногах станут веской причиной, чтобы Моракс не выпускал ее из своих рук, только и носил бы ее на руках. Держал бы ее в своих объятиях, не выпускал бы из них, пока на свет не появилось новое чудо и Люмин не смогла бы вернуться в прежний режим. А чтобы в это время делал Чайлд? Вероятно чистил бы дом от различной пыли, приносил припасы, готовил пищу, сидел бы с детьми, пока дракон носил бы возлюбленную на руках и сторожил дом. - Думаю, ее лучше оставить одну до ужина - заявил рыжеволосый, заглянув в комнату - она не смогла поспать днём, так что пусть отдыхает. - Конечно - выдохнул он, поднимаясь на ноги - но не хотелось бы пропускать наши беседы за чашкой чая... - Ты поишь ее травами для беременных, а не чаем. И не разрешаешь пить ничего кроме них.

***

Большое скопление людей редкое явление в пределах одной торговой лавки, но почему-то они здесь, смотрят на развернувшееся шоу. Девушка в свободном платье, что скрывает живот только-только начавший выпирать, тычет пальцем и спорит с высоким мужчиной в строгом костюме, что пытается говорить спокойно, но в его речи слышно рычание. - Я хочу фрукт харра! - заявляет она, как ребенок топает ножкой, надувает губки и скрещивает обиженно ручки. - Дорогая, тебе нельзя есть слишком острое - заявляет он, продолжая держать руки за спиной и возвышаться над ней - это слишком... - Я хочу фрукт харра! - продолжает белокурая, надувшись сильнее - и я возьму фрукт харра! - Не нужно, мы пришли за спелыми закатниками и лотосом, которые ты... - Я хочу... - Дорогая, ты хотела совсем... - А Аякс бы уже купил... От этого заявления у Архонта задёргался глаз, понимая сколько гадостей мог уже купить без его ведома Предвестник по прихоти беременной путешественницы. Она уже как минут десять спорила с ним насчёт покупок и была не прекословна. - Он слишком много тебе позволяет, и с ним на этот счёт я поговорю позже - подал голос Чжун Ли, глубоко вздохнув. - Плевать, когда ты с ним поговоришь! Я хочу фрукт харра сейчас! - она вновь топнула ножкой, но мужчина так и не попросил продавца вернуть зелено-рыжий плод в корзину - Сколько с нас...? Бывший Архонт не успел спросить, как девушка в наглую схватила с прилавка пару фруктов. Вцепилась в них с ногтями и прижала их к своей груди, завизжав на всю улицу, когда мужчина попытался их вернуть. В итоге ушли они с рынка без корзины и без продуктов. Они остались у лавочника, что с открытым ртом наблюдал, как господин Чжун Ли покрасневший и злой перекинул путешественницу через плечо и понес прочь. Девушка кричала очень долго, стучала по спине, пару раз напомнила о ребенке, закрыв глаза и уши на то, что у них пакт о молчании, пока живот нельзя будет скрыть. К тому моменту они должны будут решить кому на публике будет принадлежать малыш, хотя слушки и сплетни касаемо их постели ходят очень давно. Своим визгом девушка напугала задремавшего после работы на диване Аякса. Он вздрогнул, вскочил на ноги, обнажив водные клинки, захлопал глазами и молча смотрел на кулачный бой в спину покрасневшего дракона. Рыжеволосый хотел его о чем-то спросить, но Люмин вновь взвизгнула, а Чжун Ли пронзил его злобным взглядом, заставив проглотить язык. Предвестник дернулся, направившись за ними в спальню, видел, как дракон бросил на кровать возлюбленную на втором месяце беременности. И вновь не смог ему возразить, тот громко рыкнул, напугав и Люмин в том числе: - Раз ты не бережешь ребенка, почему я должен его беречь?! - Чжу...Чжун Ли - шепнула она, медленно отползая к изголовью, смотря прямо в золотые очи. - Эй, не трогай ее - Аякс положил ладонь на его плечо, попытавшись того оттащить, но тот скинул его руку. - С тобой мы тоже сейчас разберемся! - рявкнул он, посмотрев уже на него. - Давай ты выговоришь все мне, а я потом перескажу ей - твердо заявил рыжеволосый, вновь попытавшись его оттащить от кровати. - О, не думай, что мы сейчас идём на диалог. Ибо, раз Люмин так хочет есть что ей запрещено, почему бы нам не заняться тем, чем нежелательно сейчас заниматься? - Блять! Она дрожит от страха, кретин! И если у тебя новый гон, то купи себе уже какую-нибудь игрушку! - юноша оттолкнул дракона и подскочил к девушке, схватив ее за руки и притянув к себе, сцеловывая ее слезы, что катились по ее щекам, дракон просто их не заметил - ну же, малышка, перестань плакать, тебе же он не сделал сейчас больно? Он тебя не бил, не кусал, ничего такого? Мне его просто побить за его слова? - девушка помотал головой, прижимаясь головой к его ключице - нет?! Мне даже его один раз ударить нельзя? А подзатыльник дать? Эх... А так хочется. Губы Предвестника коснулись ее макушки, ладони скользнули по ее плечам и спине, путешественница напряглась всем телом, а тяжёлый вздох сорвался с его уст. - Что он тебе сделал? - Он... Он не дал мне... - Ну-ну, не торопись... Дыши, нам до родов ещё месяцев шесть или восемь - он потерся носом о ее щеку, положив голову на ее плечико, готовый в любую минуту ее поцеловать или поменять положение своей головы и всего своего тела - дыши, крольчонок, а то он решит, что загнал тебя в угол и может сожрать. Я хоть ему это не позволю, но мой внутренний демон может возжелать того же... - он чмокнул ее в районе уха, прижав к себе ближе - ты сейчас так беззащитно и мило выглядишь, мне даже хочется сейчас загрызть этого Архонтичку, подхватить тебя на руки без вещей и прочей мелочи и унести далеко-далеко, где тебя никто не обидит. Там я зацелую каждый дюйм твоей кожи, даже когда твой живот будет больше моей руки или арбуза, спрячу тебя и нашего малыша за большим-большим забором, чтобы никто тебя и его не обидел и не посмел украсть.... Люмин всхлипнула, прижавшись к нему ближе и сомкнув очи. Ее покрасневшие щеки блестели от капелек слез, что впитались в рубашку рыжеволосого юноши. Ноготки впивались в его спину, но не царапали его кожу. Дрожащие губы скрывались за плечом Аякса. Она поджимала пальцы на ногах, согнув свои бледные ножки в коленках, отчего ее обувь смешно и неестественно повторяла ее стопу. Чжун Ли усмехнулся, понимая как может быть ее ногам больно и что все ее внимание захвачено Предвестником. А сам же юноша ей просто одурманен. Отчего мужчина спокойно опустился на матрас с другой стороны от Аякса, склонился к ее коленкам, мягко поцеловав каждую, привлекая к себе внимание. Консультант осторожно стягивал с ее ног сапоги, целуя белоснежную кожу до самых пальцев. К ним Чжун Ли подошёл ещё более бережно. Осторожно устами коснулся самой ступни, словно целовал тоненькую ручку, следя за лицом девушки, что выглядывала из-за плеча Аякса. Он уже повернулся к нему, следил за действиями безумного Архонта, но в его глазах не было ни злобы, ни осуждения, просто озорство. Губы коснулись внутренней стороны ступни, от пятки поднимались к пальцам, целуя каждый, рукой массируя "подушечку". С другой стопой он поступил точно также, но после поцелуя мизинца, скользнул назад к коленке, устремляясь к внутреннему бедру. Люмин тихонько пискнула, хотя он даже ее не укусил, осторожно наблюдал за попытками рыжеволосого юноши ее уложить на матрас, целуя тонкие и хрупкие плечи и острые ключицы. Консультант медленно поднимался к ее животу, приподнял ее платье, обнажив бедра в нижнем белье и пупок. Он как и Аякс желал сорвать с нее это платье, когда целовал ещё выпирающие косточки. Его руки только оглаживали ее бедра, а руки Предвестника уже стягивали с нее этот просторный элемент одежды, обнажив уже и грудь в черном топике. Рыжеволосый виновато поцеловал ее в плечо, тихонько хихикнув, когда уста бога коснулись ее пупка, а после и его подбородок лег на ее живот. Он тихонько заурчал, своим лицом скрывая лёгкое свечение печати, которую заметили мужчины, но не возбудившаяся и зардевшаяся девушка, что громко простонала на весь дом. - Буду считать это согласием на прощение - с урчанием прошептал Чжун Ли - хоть я ещё не сорвал его со своих уст, как ты свои сладкие стоны.

***

Люмин ворочалась, переворачивалась с одного бока на другой, что-то бурча под нос. Большой живот мешал лечь и зарыться носом в подушку, как раньше, когда за окном бушевал ураган и гром. Ее покою не мешал свет лампы, что лишь немного освещала комнату и огромную кровать, позволяя Архонту читать. Он сидел рядом, краем глаза следил за ней, но боялся коснуться, потревожить ее сон. Архонт мог ее успокоить, защитить от кошмаров, но продолжал читать и вслушиваться в обеспокоенно дыхание. Будь рядом Аякс, то уже бы ударил мужчину за безразличие, а потом бы выслушал, поняв почему тот бездействовал. Согласился бы с ним, но все же лег бы рядом, приобняв ее. Сам же Архонт это сделает только в крайней необходимости, достаточно выслушал жалоб от самой девушки. Мужчина носит ее на руках, когда дома, не позволяет ей вставать с кровати или дивана, не позволяет ей в руки взять острые и режущие вещи, даже пиджак Аякса из-за всех тех шевронов и висюлек. Не позволял ей делать дела по дому, разделяя их с рыжеволосым, жутко злился, когда узнавал что она простояла у плиты или простирала какие-то вещи, пока Архонт не видел. Аякс также лелеял ее и оберегал, но позволял ей чуточку больше чем передвижение по дому. Придерживал за талию, когда она хотела что-то взять с полки, хоть он и мог ей просто это подать, массировать ее плечи и ноги, когда дева начинала только тяжело вздыхать, помогал одеться и раздеться. Брал девушку на руки и нес в ванную комнату, всегда шел с ней на рынок по мелочам. Но сейчас его куда-то направили в его родной стране. Запретили сообщать подробности или даже скользкие детали, чтобы успокоить возлюбленную девушку на седьмом месяце. Запретили ему писать, откладывать или передавать дело кому-то ещё из-за чего дева и сходила с ума. Нервничала, кусала губы и ногти, ходила по дому туда-сюда, хватала какие-то вещи, ловя обеспокоенные взгляды мужчины, тут же ложила их назад. Даже кидала. Его объятия и поцелуи немного успокаивали ее, но не надолго. Она иногда сама пересекала комнату, хоть ей и было велено отдыхать в кровати, спускалась к нему и заключала его в объятиях. Не позволяла ему двигаться или просто делать резкие движения, пока она не успокоится. Чжун Ли вновь задумался, как ее состояние отражается на малышах. Прислушался к шуму в комнате, как бьётся обеспокоенно, а затем ровно ее сердце, как малыши спокойно спят. Кончиками пальцев ощутил тепло и свет от энергии излучаемой малышами - ещё такие крошечные, нерождённые на свет, но уже защищающие и оберегающие свою мать. Он не мешает им ее успокаивать, пока девушка не изворачивается на постели, не прижимается к его боку своим телом, отрывая от чтения. - Я тебя разбудил? - полюбопытствовал он шепотом, приобнимая ее плечо одной рукой. - Ммм... Нет - прошептала она на выдохе, уткнувшись носом ему под ребра с боку - гроза тревожит. - Знаю, ты смяла все подушки - улыбнулся Чжун Ли уголком губ и на тяжёлом выдохе помрачнел - но не хотел тревожить твой покой и мешать малышам. - Они пинаются - пробурчала она под нос - ещё и гроза... - Помню, с победы над Осиалом ты ненавидишь такую погоду - носом консультант зарылся в ее пшеничные волосы - но малыши не только пинаются, они говорят с тобой и пытаются тебя... - Это бред... - Ты носишь детей Архонта и Одиннадцатого Предвестника, что безумно тебя любят. В них уже наши черты и наши силы, наши переживания и наша любовь. И если меня или Аякса не будет рядом, то они защитят тебя и передадут нашу любовь. - К чему ты это говоришь? - К тому что они не пинаются, а делятся с тобой любовью как своей, так и нашей и говорят тебе, что все с нашим рыжим балбесом будет хорошо. Люмин тихонечко усмехнулась, положив голову ему на грудь и закрыв глаза. Спрятала от него золото, что светилось во тьме ярче его глаз. Печать под ее платьем засияла ещё ярче и Архонт только с ее позволением мог коснуться ее своей рукой, почувствовал пинок ладонью одного из малышей. Его губы тут же растянулись в нежной и теплой улыбке, из горла раздалось утробное и мягкое урчание. Чжун Ли уложил ее на спину, приподнял платье, чтобы с ее позволения поцеловать печать и успокоить малышей, что словно от голоса отца уснули, обняв друг дружку. - Теперь они не пинаются и позволят мне приласкать тебя и утешить пока ты спишь - сообщил он, поравнявшись с ее лицом и поправив платье, поцеловал ее в висок, тихонько заурчав. - Там точно не маленькие дракончики? - спросила девушка, чувствую как ее тело захватывает тепло или усталость - или это печать мной не управляет. - Будь там хоть один дракон или бы наша метка имела над тобой контроль, я бы давно соорудил гнездо в нашем доме или в какой-нибудь башне, в которой ты бы жила, не покидая ее до родов. Туда бы даже Аякс не смог попасть, какие бы идеи не пришли ему в голову. Только я и никто другой туда взбирался, ложился к тебе в гнездо в зверином обличие и грел бы тебя не хуже теплого одеяла или камина. Девушка тихонько замычала, почувствовав поцелуй уже в нос. Она осторожно помотал головой, найдя куда ткнуться своим маленьким носом в отместку, приобняв мужчину за плечи, понизив голос до самого едва уловимого вздоха: - Ты можешь соорудить гнездо в нашей комнате? Консультант на секунду опешил, приподнял голову, встречаясь с уставшим и печальным взглядом золотых очей, и тихонько заурчав с грустной улыбкой на устах - Я принесу ещё одеял и тех мягких игрушек что мы успели накупить малышам. Но думаю тебе хватит того большого плюшевого кита, на которого ушло около двух миллионов моры. Люмин замычала, не охотно отпуская мужчину, что урча поцеловал ее в щеку и в одну из тонких ладошек. Девушка вновь задумалась о рыжеволосом юноше, которого не видела пару недель, а роды будут очень-очень скоро. Аякс просто сможет не успеть на них и тогда только дракон и звезда первыми коснутся своих чад. Ее лишь успокаивали слова и поцелуи Архонта, что уложил ее спать свернувшись калачиком поперек огромной кровати. Уснуть она смогла с первыми лучами солнца в его крепких и нежных объятиях. И не просыпалась даже от громких или тихих посторонних шумов.

***

Прохладный ветерок едва проникал в одну из лавок внутри здания, касался ступней и обнаженных плеч девы в лёгком платье, что приспустила вязанную кофту со своих хрупких плеч. Ей было все равно на прохладный и морской бриз, лучи солнца, что отражались от стеклянных украшений на потолке, разных бутылочек и баночек. Золотые очи бегали от одной вещицы, сверкали и искрились, когда замечали что-то интересное, а пальчик указывал на заинтересовавшую вещицу, привлекая внимание мужчины. Он тут же расплывался в улыбке, подходил ближе, коснувшись губами ее щеки, рассматривая вещицу. Мягко и тихонько спрашивал ее мнение и стоимость у продавца, что улыбался во все тридцать два зуба молодой паре, рассказывая им какую-нибудь сказку про эту или ту штучку, к примеру вот этой бутылочкой пользовался такой-то богатый или именитый человек в данном поколении. Пара слушала и тихонько хихикала, когда продавец отвлекался на другого человека, обнимали округлившийся живот на пятом месяце, ища глазами уже другую вещицу. Прекрасно знали, будь с ними тот, кто вручил им мешочек с морой, он бы уже скупил весь магазин. - Смотри! Люмин приобнимая одной рукой живот подбежала к какой-то мягкой игрушке. Она рассмотрела ее из кучи других, двумя руками вытащила какую-то лапшу с пришитыми к ней оранжевыми облаками и коричневыми конусами похожие на ветки. Мужчина подумал, что это плющевое дерево, пока не распознал лапы и девушка не повернула к нему игрушку лицом. - Это плюшевый дракончик! Такой большой и длинный! - заявила она, обняв его. Игрушка была примерно с нее ростом, лишь кончик хвоста валялся на полу у ее ног. Но Архонта заинтересовало не это, а то как мило она смотрелась с этим чудом. Женщина низкого роста с круглым животиком, где два дитя ждут прикосновения двух отцовских рук, поцелуев матери и ее объятий, держит в руках плющевого дракона с грустной мордочкой. Ее глаза горят, улыбка милая и любящая смотрит прямо на него, заставляет его сердце очень-очень быстро биться. Они точно возьмут эту игрушку, если не ей и их детям, то дракону, чтобы он тайком подкладывал ее девушке во время сна. Чжун Ли бы любовался ее сном в обнимку с этим плюшевым чудом. - Давай возьмём его! - его сердце пропустило удар - и вон то! Он обернулся, найдя взглядом подвесную игрушку из разноцветного стекла с облаками и драконами. Стекло было окрашено красками из кор ляписа и нефрита. Мужчина уже увидел как они звенят и переливаются в лучах солнца над кроватками. - А ещё это! Вон того плюшевого птенца бирюзового цвета! - взгляд устремился на шкафчик с детскими и подготовительными для будущих родителей книгами - он похож на Ся... Кхм. - Согласен с тобой, дорогая, но вон тот кто больше похож на нашего общего друга. - Не... Он похож на Венти - она смешно надула губки и прищурила глаза - хоть у него на них аллергия. Ой! Я тебе не... Смотри-смотри какой костюмчик! Интересно он для мальчика или девочки? - Мы можем в любой момент спросить - улыбнулся дракон, представляя, как будет гнать незваных и нежеланных гостей, но переключая внимание на костюмчик дракона - господин, это костюмчик дракона на мальчика или на девочку? - Смотри какие пеленки! А какие бутылочки! - Люмин вновь переключила свое внимание на различные вещицы, отвлекая и дракона - интересно... у нас будет мальчик или девочка? Вопрос сорвался с ее уст уже в его объятиях, когда его ладони оглаживали ее живот. Он уже подметил, что девушка рассматривает вещи драконьей тематики и приближенных к нему с ее представления живых существ среди их общих знакомых, но не смотрит на различных морских существ. Путешественница даже не обращала внимания к его счастью на такие плюшевые игрушки как: осьминоги, молюски или водные змеи. Поэтому, когда они вернулись домой с покупками, обиженный Аякс приготовил на ужин что-то из морепродуктов на следующий день и купил помимо огромного плющевого нарвала, в котором Люмин души не чаяла, такие же подвесные игрушки, костюмчик и пленки, но с китами и нарвалами.

***

Глубокая и холодная ночь, где множество звезд сияют над уснувшим городком. Первые холодные ветра касаются построенных стен и домов. Все уже должны спать, но в нескольких домах то и дело загорается свет, жильцы выходят на улицу посмотреть кто это шумит на всю улицу, а после вернутся в дома и ждать утра. Лишь в одном доме свет не мерк, огни горели в каждой комнате, а возле калитки стоял экипаж. Из окон на втором этаже доносился слишком громкий девичий крик, словно ножи или множество игл врезались в ее плоть. Но это лишь глупые догадки, что разрушались в тот же миг о факты и сроки. Путешественница кричала, ногтями вцепившись в ладонь Архонта, что спокойно и стойко терпел ее хватку, рассматривал покрасневшее лицо, искривляющиеся от боли. Роды начались раньше, чем они думали, через пару часов, как Люмин с Предвестником и Архонтом легли спать. Девушка начала ворочаться и жаловаться на пинки, а после громко закричала, схватившись за живот. Она возмущалась и ругалась, пока Чжун Ли выгонял из дома встревоженного Аякса за врачами. В тот момент девушка хотела, чтобы консультант, как и предлагал когда-то, принял роды сам, а второй ее мужчина крепко сжимал ее руку и никуда не уходил. Но грозный взгляд шатена и его напоминание, что те двое сами от этого отказались, приковал ее к постели. Сейчас рыжеволосый был на первом этаже, дабы не крутиться под ногами и не мешать врачам, но он после каждого крика бежал к двери и стучал в нее спрашивая: - Все хорошо? - вновь постучал он в дверь. - Да! - ответил тут же Архонт, проведя рукой по слипшимися белоснежным прядям челки от пота, убирая их с лица. - Н-Е-Т! - заверещал уже Люмин в плаче, стиснув руку Архонта. Врач у ее ног тут же завозмущался, что девушку отвлекают такими расспросами, но больше ничего не сказал и дёрнул своими огромными ушами. Лишь приказал сосредоточиться на родах, а рыжее нечто наконец-то зайти и замолчать, если не упадет от картинки замертво. Девушка тут же закричала с согласием, требуя Аякса войти и сжать ее руку. Он тут же ворвался, замер на секунду, а с новым криком подбежал к девушке с другой стороны, переплетая пальцы их рук. Юноша тут же с ней заговорил, призывая и Архонта включится в беседу, забыв о просьбе врача. Любимую нужно отвлечь, спасти на миг от боли, что разрывает ее на части, пообещать все богатства и прелести этого мира, поклясться в вечной любви и запросить ее бесконечной любви в ответ. Конечно вместо ответов мужчины услышат крик, сами поморщатся от сильной хватки, пока врач не вытащит на свет хотя бы одно дитя и передаст его своей ассистентки или одному из отцов, дабы отмыть от крови и принять другого. Крик боли и агонии от женской хватки, что вскоре медленно или слишком резко сменяется на детский плач, а после затихает в новом крике, пока врач принимает второго ребенка, вновь дёргая ушами. Первый младенец уже в руках Архонта, что показывает пассии и второму родителю крошечное дитя. К тихому ужасу Аякса с намеками на будущие рожки на макушке и хвостиком дракона. Для Люмин же сейчас ничего не важно, только родить второго и перестать изгибаться и страдать от боли. Но малыш не спешит, от чего врачу приходится ворчать и немного злиться, вынуждая девушку уставшую после рождения первенца напрячься ещё сильнее. Закричать во всю глотку и пасть с тяжёлым дыханием на постель, когда комнату заполняет ещё один детский плач. Она не слышит его пола, как и не слышала пол первого, не видит его лица и маленьких ручек, что как и первенца цепляются за отцовские пальцы. Ее глаза наполняются свинцом, а ноги наконец отпускают на мягкую постель, позволяя вдохнуть аромат благовоний полной грудью. Люмин засыпает, чувствуя поцелуй в ее ладонь, как что-то помимо мужской руки касается ее ладони, как смахивают с ее лица мокрые пряди, обещая тихим шепотом позаботиться о малышам, отнести ее в ванную и исцеловать каждую слезинка и каплю пота. Малыши гуляют по рукам отцов, что слушают врача в пол уха. Они всматриваются в малышей, ищут черты что достались этому крошечном у комочек света от него, другого отца и спящей мамы, о которой позаботятся, как только малыши уснут, а врачи покинут дом. Две звёздочки в их руках, яркое светило в их постели, ждёт их поцелуев и объятий. Их большая семья, где спальня и детская украшена игрушками нарвалов и дракончиков. - Такая светлая и чистая - шепчет с хрипотцой Чжун Ли, проводя рукой по волосам спящей девы и посмотрев на одного из своих малышей, что уже уснул в его руках завернутым в жёлтую простыню - способная родить на свет такое крохотное и сильное чудо. Он довольно заурчал, сжав маленькую ручку и заметив дернувшийся хвостик. - Боже... - выдохнул рыжеволосый, посмотрев на малыша с драконьей кровью в руках Архонта и на того, что укладывал рядом с Люмин в синей простыне - говоришь так, будто она не смогла бы. - Немногие выживали после рождения дитя божьего - пояснил он, рассматривая личико младенца и медленно переводя взгляд ко второму малышу и отцу, что устраивался спать уже на чистых простынях и Люмин недавно покинувшей ванную - почему у тебя такой недовольный взгляд? - То есть ты не только изменил детородные органы Люмин, но и она могла умереть рожая? - прошипел Предвестник, сверкнув злобно глазами - у тебя тогда хоть на каплю мозги работали, ящерица? - Последний раз я застал рождения дитя от бога несколько столетий или тысяч лет назад, за это время многое в мире изменилось - спокойно ответил он, протягивая ему малыша из своих рук - но это не отменяет всей той силы, которой наше золото обладает. Его уста коснулись женского виска, урчание уничтожило тишину в комнате, а длинный хвост, что вырос вместе с рогами скользнул по чужим ногам, натягивая хлопковое одеяло даже на плечи Аякса. Кончик хвоста коснулся его спины, придвигая ближе к детям и прижимающейся к его спине Люмин, чья ладошка уже нашла два маленьких тельца и руку Предвестника. Маленькие ручки и хвостик обняли засиявшую руку матери, белоснежное крылышко дернулось от дыхания рыжеволосого и его губ, когда малыши прижались к друг дружке в объятиях родителей. Синие глаза с блаженной и довольной улыбкой пробежалась по детям. Взглядом поцеловал их ручки и особенности, что любого будут пугать и вызывать у чужаков косые и недобрые взгляды, пока они не научатся их скрывать. Синева скользнула к щекам и обнаженной ключицы любимой, улыбнувшейся во сне из-за поцелуев Аякса в тонкую ладошку, и замерла, встревоженно осмотрев Архонта. Он заулыбался ещё шире, заурчал громче, мягко поцеловав плечо звёзды, засиявшей ещё ярче, подхватывая свет детей.

***

- Ути-боже! Какие маленькие! Какие крошки! - лепетал и прыгал вокруг них синеволосый юноша, дёргая за пухлые щёчки одного малыша и другого, что сидели на руках Архонта и пытались с них сбежать, встать на дрожащие до сих пор ножки и куда-то потопать - какое крошечное яблочко! Какая милая лапшичка! А как назвали? Как величали? Венти осматривал малышей, но не помогал Чжун Ли переловить того, что перелез через его плечо и чуть не упал, если бы не Адепт, что грозно посмотрел на барда держа младенца от своего бога к верх ногами. - У них пока нет имен - фыркнул тот, переворачивая смеющегося белокурого мальчика с крыльями и вернувшись к проживанию Венти взглядом. - Как нет? Старый пень, что не придумал ничего извращенного? - спросил тот, забирая из рук Сяо младенца - вот же ваш папочка старый хмы... - Ты здесь не за этим - сообщил ему шатен, усаживая дочь на стол и трепля ее волосы между рожек, улыбнувшись, когда хвост малышки довольно дернулся - ты должен помочь Сяо за ними присмотреть, пока я, моя пассия и рыж... Аякс будем отдыхать. Сын уже научился хлопать крыльями так, что стал отрываться от земли, а дочка подхватила его любопытства и стала ползать по всему дому, как ты за каждой бутылкой. - Эй! Радуйся, что ни я, ни моя бутылка не помешала Люмин от тебя прятаться неделю! - возмутился Анемо Архонт, а затем подбросил малыша - значит ты птенец-летун! Буду звать тебя... - Я могу и передумать - ответил наконец-то консультант, нахмурив брови. - И тогда в помощь к Сяо отправишь свою начальницу или кого? Того кто не подумает что Люмин изменила вам или переспала с кем-то другим под вашим ведом? Или позволишь им решить, что ты какой-то демон или... О боже ты Моракс?! Ты разве не должен... - Я уже жалею об этом Барбатос - заявил тот тяжело вздохнув - Сяо, следи за ним. Не хочу узнать, что мои дети сидят на каком-то дереве или их воспитывает дракон... - Эй! Двалин по сравнению с тобой душка!

***

Солнечный свет заливает двор, теплый ветер ласкает листву и играет с волосами девушки, что наблюдает за играющим с детьми Аяксом. Он как ребенок подхватывает их плюшевые игрушки, что они могут пока только грызть и кидать, делает из них кукольный театра и рассказывает какую-то сказку, что малыши пока не понимают. Но ему все равно, улыбка до ушей освещает его лицо, он с лёгкостью подхватывает сбежавшего с пледа малыша, кружит его над головой, подкидывает немного вверх и целует в живот. Их первенец с русыми почти белыми прядями и золотыми очами консультанта самым первым начал изучать окружающий мир. Хватать его своими ручками, тянуть на себя и тащить в рот, пробуя на вкус, стуча ладошкой или ножкой, если его отрывали от знакомства с новым. Маленький путешественник, что только выбравшись из кроватки на мягкий ковер уже быстро куда-то полз. Особенно он любил ползти за длинными волосами или хвостом Архонта, а иногда за шарфом Предвестника, как кошка за игрушкой на верёвочке. Малыш уже четвертый раз стремился сбежать с пледа, ползти по траве, вероятно к матери, передергивая маленькими белыми крылышками. - И куда ты так спешишь? - спросил рыжеволосый, улыбаясь ещё шире и рассматривая смеющиеся лицо сына - сокровище ты наше любопытное? Все успеешь. - Что ты будешь делать, когда он научится летать? - смеясь спросила Люмин, направляясь к пледу и смеющимся в голос детям. - Буду отправлять за ним Чжун Ли, иначе отрежу ему хвост - сообщил он посадив сына на свои ноги - либо же буду гонять того Адептишку, что после твоих родов поселился в нашей детской на... - Ты, как и Чжун Ли, боишься, что с нами что-то произойдет, пока вы занимаетесь своими важными рабочими делами - закатила она глаза, поймав уже сбежавшего с ног отца ребенка - или что я от вас сбегу и найду кого-то боле... - Продолжишь и я покупаю тебя вместо дочери и соглашусь с этой ящерицей, что беременной ты выглядишь более... - О, не-не! Ты не посмеешь! Вы оба! - Что не хочешь вновь быть наполнена двумя своими любимыми мужчинами? Стонать между их сильных тел и вынашивать... - Так, я ухожу! Пойдем те малыши, теперь мы живём без... Люмин подхватила двух малышей, тут же услышав недовольное ворчания Аякса, которого к земле привозили какие-то корни, обвив его ногу. Он смеясь просил у нее прощения, следя за фигурой уходящей в дом, слыша как хлопает входная дверь. Это Чжун Ли вернулся со смены и теперь тоже не может пошевелиться, растерянно хлопает глазами и наклоняется, чтобы заглянуть во двор. - Что смотришь?! Она пошла вещи собирать! - Золотко! - позвал ее Архонт, ударив по корням хвостом и клацнув зубами. - Все! Ищите другую дуру, что будет вынашивать ваших... - крикнула она откуда-то сверху, хлопая дверцей шкафа и кидая что-то на пол - я ухожу и малышей забираю с собой! - Вот же! Аякс резанул корень водой и взбежал по лестнице, ворвавшись в комнату вместе с Чжун Ли. Девушка просто держалась за дверцу шкафа, из которого просто скинула половину одежды на пол, переводила взгляд с малышей, что стянули с большой кровати одеяло и плюшевого дракона за хвост, на застрявших в проходе мужчин. Она тут же нахмурила бровки, надула губки, вздрогнула, когда Аякс к ней дернулся, заключая в объятия, целуя ее щеки, пока Архонт сгребал в свою охапку детей, отходя дальше от них двоих и хлопая хвостом по полу. Своим телом загораживает дверь и хмуро смотрит - не даст ей уйти или забрать с собой детей. Но его глаза округляются, в них появляется испуг, когда путешественница заливается смехом, целует рыжеволосого в нос и выбравшись из его хватки, подбирается к Чжун Ли, целуя уже его скулу. - Никуда я не пойду - смеётся она - но, если вы решите меня в ближайшее время или без моего согласия обрюхатить, я заберу детей и уеду далеко-далеко.... Найду более достойных мужей или мужа и заведу детей от него. Консультанта передернуло от этих слов, от злой улыбки на лице девушки, но вот Предвестник расхохотался на весь дом, понимая к кому на самом деле пойдет девушка в таком случае.

***

Золотая листва сияла в лучах восходящего солнца, лягушки прятались в сухих стеблях конского хвоста, лишь немногие выпрыгивали на пожелтевшую от лучей траву или каменную дорогу под колеса редких экипажей. Они наслаждались прохладной водой в отличии от других их липких и скользких тварей, как стал считать Адепт, когда ему принесли целое ведёрко с разноцветными ящерицами, напугав не только его, но и девочку. Бессмертный сидел с малышами недалеко от гостиницы Ван Шу, подальше от чужих глаз, в тени дерева, внимательно следил за округой и прислушивался к каждому шороху, пока маленькая девочка с длинными каштановыми волосами, уходящими на концах в рыжий не протянула ему книжку с картинками. Она неловко поджимала губки, ее щёчки заливались румянцем, со слов опьяневшего барда она по секрету рассказала тому, что ей безумно нравится Сяо, кончик хвостика дракона, что она не умела ещё прятать, ерзал по земле, небольшие рожки немного сияли в лучах солнца. Девочка хотела, чтобы он ей почитал детскую книжку, пока ее старший брат-двойняшка скачет по мелководью, ловя глупых рыбок и тех самых лягушек. Ему не интересна книжка, не интересны идеи сестры и ее робкие просьбы, будто она не дочь Архонта, шумного Одиннадцатого Предвестника Фатуи и путешественницы Люмин - не жаждет приключений, узнать что-то новое или поймать «опасное» морское чудище и его изучить. Он продолжает прыгать в воде, баламутить воду, что-то ища, даже не заметив пропажу сестрицы. Тогда Адепт и согласился почитать, понимая, что лучше держать одного малыша при себе, а за другим следить краем глаза. Его хриплый голос завораживал кареглазую девочку, в чьих очах утонули солнце и звёзды, неловкие объятия ничуть не смущали и не вызывали страха. Она спокойно начала тыкать в какое-то слово или на изображение в книжке с каждым разом всё увереннее и увереннее его о чем-то спрашивая, пока перед их взором не появился белокурый мальчик. Он мягко приземлился на траву босыми ногами, улыбался широко-широко, понимая что кончики его волос и края штанины до сих пор мокрые. Его ведёрко полное ящериц было у камня где мальчишка ловил лягушек и рыб, но почему-то пришел он без него. Карие очи прекрасно видели, что на него не обращают внимания, продолжая читать книжку. Даже не услышали его тяжёлого дыхания, пока остывшее расстояние он не пробежал, изобразив самое испуганное личико: - Аи! Аи! - кричал он, взбегая на небольшой холм - я нашел... я нашел...! Наш! Наш папа! Наш папа он стал! Сяо едва заметил в его руках огромную коричневую ящерицу, что выскользнула, когда мальчик споткнулся, упав на землю. А коричневое нечто приземлилось на странички книжки, напугав Аи. Она заверещала, подскочила на ноги, уронив книжку. Затопала своими ножками, пытаясь напугать ящерку, что пробежала по ее ступням, а затем забежала на самого Адепта, что подскочил от визга, скинув ящерицу с себя и вспоминая, какие отличия может принимать его Архонт. Его лимонные глаза стали, как две монеты, дыхание сбилось, когда малышка вся в слезах, схватилась за его ногу. - Сяо, убери ее! Убери! - кричала она, всхлипывая, не слыша, как ее брат заливается смехом. - Ты чего, глупая?! Это же... это же - попытался белокурый что-то сказать, задыхаясь от смеха - это же папа! Он... Он ведь может становиться...! Ну, скажи, что эта ящерица на него похожа! Как и на тебя! - Сам ты ящерица, Юн! - всхлипнула Аи, сжав штанину бессмертного, что становился ещё более бледным, осознавая, что ящерица убежала без хвоста - Самая противная и мерзкая ящерица! - Да, брось они не противные! А милые! Сейчас - Юн убежал за ведёрком, решив не использовать свои крылья - Вот смотри! Но его сестрица от вида целого ведёрка закричала, спрятавшись за спину ещё сильнее встревоженного Сяо. Двойняшка нашел ещё три таких же коричневых ящерицы, что напоминают очень сильно Гео Архонта в годы его часто перевоплощения в данных существ. Малыш пытается ее утешить, когда неподалеку слышится оклик их мамы, что идёт держась за руку Аякса, скрываясь от сильного солнца под зонтиком, что так любезно нес сам Моракс. Бессмертный издалека видит, как его бог сузил зрачки, поддал губы и нахмурил брови, только приоткрывает рот, заметив, что его плащ короче, чем он помнил, как Аи отпускает его брюки и бежит к родителям, крича «Па-па!». Ее перелавливает рыжеволосый, подхватывая на руки и начиная что-то расспрашивать, пока Люмин с непониманием смотрит на Адепта, а шатен продолжает их смирять взглядом. Юн уже недовольно вздыхает, понимая, что двойняшка до сих пор плачет и опустив голову идёт к старшим, оставляя Сяо так и стоять. Под его сапогом как раз лежит коричнево-золотой хвост той ящерицы.

***

Двойняшкам почти с пелёнок рассказывали о различных приключениях родителей. О том как их отец ходил по пустырю, взбирался на каждую гору, покорял небеса, взмахивая своими огромными крыльями. Как их второй отец путешествовал по всем странам Тейвата, склонял к земле и уничтожал различных монстров, как радовал детей по всему миру. Как мама со своим братом перемещалась между мирами, изучала каждую травинку, знакомилась со всеми своими друзьями и их отцами. Последние они любили особенно, так легче вообразить себя на месте папы или мамы, оказавшись в схожей ситуации, ведь у папы Чжун Ли нет братьев или сестер, у папы Аякса старшие либо младшие, а у мамы близнец, хоть и похожий на нее, как две капли воды, но близнец! Одного с ней возраста, одного роста, не нужно спросить кто будет играть роль папы, а кто незнакомца или какого-то монстра, ведь монстрам теперь может стать любая игрушка или собственный папа уснувший после работы. Но чем чаще они играли в путешественников, тем чаще спрашивали у родителей: "А где дядюшка Итэр?". Интересовались каждой мелочью о нем, от одежды до длины ногтей, пока ажиотаж не разбивался о печальное лицо матери, что прекращала свой рассказ и ссылалась на другие дела, а папы просто замолкали, обещая рассказать в следующий раз. Только малыш Юн продолжал настаивать и искать ответы, Аи просто успокаивалась и шла искать чем себя ещё занять. У нее не было того огня в глазах, желания докопаться до истины, узнать все-все о пропавшем дяде! Найти его следы в Тейвате, пройти мамин путь или свой собственный, дабы обнять дядю и вернуть его в семью. Привести его к маме, познакомить с папами, показать дом и свои игрушки. И это желание не исчезает спустя годы. Малыш Юн даже в том возрасте, когда мама ступила на земли Тейват, заплетает свои вьющиеся, немного кудрявые и торчащие во все стороны отдельные пряди в длинную косу, обматывает вокруг шеи шарф, что ему подарили, в сотый раз изучает различные книги или записи Люмин. И в миллионный раз сбегает из дома, когда считает что дядя где-то поблизости, что он был там или появится. За его спиной рюкзак, что изредка бренчит, когда он начинает бежать или взбираться по какой-то горе. В нем в основном карты и книги, какая-то посуда для быстрого перекуса и бутылка с водой, сменная одежда и обувь, ничего такого тяжелого и страшного, но может быть плюшевый талисман в виде маленького дракончика. Редко в нем могло быть что-то лишнее или чужеродное на его взгляд, но это означало что он просто кинул в рюкзак что-то впопыхах, к примеру какой-то камень. Он легко ложился в его руку, иногда сиял златом или огнем, как кор ляпис в лучах солнца, но минерал покрыт камнем или чем-то на него похожим. Возможно это был необработанный кор ляпис, что сиял под действием Гео силы, просто Юну это было неинтересно. Рассматривая его в течение трёх минут, пока в небольшом котелке грелась вода, он только хмурил брови и искал скрытые смыслы, но ничего такого в этом минерале не было, так что он кинул его назад в рюкзак, вдруг случайно утащил что-то из коллекции папы Чжун Ли, передернул плечами, удобнее располагая крылья, что вскоре должен будет спрятать, и осмотрелся. Его родные уже должны были заметить пропажу первенца, а если не заметили, то скоро поймут и будут его искать, а он только добрался до Заоблачного предела, скал что возвышаются над озером. Юн хотел дойти окольными путями до дерева, под которым по рассказам запечатан Аждаха, своими глазами увидеть печать, а после подняться на гору, где по слухам видели пропавшего брата мамы. Местные Адепты уже давно закрывали глаза на визиты посторонних, даже Сяо, что скорее всего гулял с его сестрицей, не поведет ухом, если кто-то здесь случайно сломает деревянный заборчик у края. За последние годы здесь появилось слишком много туристов и желающих отблагодарить божества за помощь в битве с Осиалом. Говорят даже Адепт этой горы, название которой он по случайности или сущей наглости забыл, уже собрал свои вещицы и нашел новую берлогу и теперь никто не следит за скучающим под землёй драконом. Мальчишка фыркнул себе под нос, решив расплести свою косу и заново заплести ее, рассматривая тропинку, дерево в далёкие и скалы, которые ему придется покорить. Юн с самого начала решил, что не пойдет по тропе, а именно полезет по камням, прямо возле водопада, наслаждаясь исходящим от него холодом. И владей он Гидро Глазом бога, то просто всплыл бы по нему вверх, как его сестрица, но все что он может, это кидать камни в стену. Белокурый переплел свою косу, нахмурившись, когда его взгляд скользнул на самую вершину. Лезть очень высокого и долго, но подозрительную фигуру там видели во время заката, а до него ещё долго. Конечно, по тропе поднялся и сиди себе, следи за округой, но где же опасность, где же риск, где же ажиотаж или где дух приключения? Его не будет просто, пройдя по тропе, а взобравшись на гору по влажным камням, да и ещё какой. Особенно у его родителей, если они решат ему помешать. Юн будет кричать, что спрыгнет и разобьётся, если они его остановят или помешают. Он будет искать близнеца мамы, будет дальше сбегать из дома, взбираться на гору или лезть в самую опасную пещеру кишащую монстрами, лишь бы его найти. Его руки в полуперчатках цепляются за камни, носки ботинок застревают между камнями, а глаза загораются огнем, когда он преодолевает только первые метры. Рюкзак гремит за его спиной, немного тянет в низ, как и тяжёлая коса. Его одежда пропиталась потом и ледяной водой из водопада ещё до того, как он преодолел половину пути. В Ли Юэ разгар лета и неудивительно, что в обед температура стала горазда выше и ему было бы лучше снять побольше лишней и верхней одежды, пока он был внизу, но теперь придется терпеть до какого-либо уступа. Но приходится терпеть, в том числе и выбившиеся из прически пряди, что так нагло липнут к его лицу, усыпанному маленькими едва заметными веснушками на щеках и носу. И он не собирается переплетать волосы, и не снимает лишнее, когда взбирается на уступ и падает на сухую траву звёздочкой. Каре-золотые очи рассматривают облака, грудь тяжело вздымается вместе с порывом ветра, что приподнимает сухие стебли. Солнце целует его щеки, перебирает пряди и давит на грудь, когда приходит осознание, что ему ползти столько же вверх. Пальцы сами находят рюкзак, ему нужна бутылка с водой, промочить горло и сполоснуть лицо перед тем, как возобновить подъем. И ему становится легче, будто он не взбирался на гору пару минут назад, подъем происходит быстрее, аккуратнее. Возможно, его благословили в последний момент Архонты, открылось второе дыхание или он привык к трудностям, но когда до конца осталось чуть-чуть, примерно четыре прыжка, камень выскользнул из-под его ног, полетел вниз решив его опоры и чуть не упал кому-то на голову, если судить по вскрикам. Юн ругнулся, попытавшись сдвинуться в сторону, чтобы найти более устойчивую позицию и посмотреть что там происходит внизу, позволив в низ полететь ещё паре камней. Куда они упали в этот раз юноша не знал, но что на него кричат родители понял после первого баса отразившегося эхом от камней. По спине пробежал холод, когда ушей достиг голос матери, так его нога соскользнула сама, не из-за камня. На секунду опустив взгляд, он осознал, что они уже просят его не двигаться и бегут к тропе, от которой можно добежать до уступа за пару минут, а на вершину за полтора часа, если не призвать... От мысли об Адепте хочется выругаться и полететь камнем вниз, дабы его не снимали, как кошку с дерева, не позволили самому взобраться на вершину и разочароваться в слухах. - Не трогайте меня, иначе я спрыгну! - кричит Юн, когда мама с папой поднимаются на тот уступ - не думайте подходить! - Юн, пожалуйста, не надо! - голос женщины был наполнен тревогой, она попыталась сделать шаг, но ее переловили мужские руки. - Тише-тише, не надо, иначе он спрыгнет - шепчет папа, придерживая супругу за локти - не волнуйся. Второй папа остался внизу, чтобы сразу подбежать к его телу. Но он не упадет, хоть и ускорится. Быстрее будет взбираться по камням, цепляться за каждую ветку, если придется. Юну плевать на сбившееся дыхание, что из под ног выскользают камни, ему главное добраться до вершины, увидеть тень или призрака, что развеет сомнения, или пустоту, подтверждающую даже самую худшую мысль. Юноша тянет руку, желая схватиться за подушку из мха, сделать последний рывок, когда из под ног вылетает ещё один камень и он соскальзывает. Крик матери разрезает Заоблачный предел, когда ее сын теряет равновесие. Юн уже чувствует, как рюкзак тянет его вслед за камнем, как коса бьёт его по щекам, как свист разрезает гору вместе с криком мамы, пытается раскрыть крылья, но тут же вспоминает, что для надёжности он их перевязал поверх одежды тряпками. Парень не успевает подумать, чем закончится его падение, когда его за руку хватает чья-то рука. В его голове прошло уже несколько минут, а в реальности лишь несколько минут. Кто-то грубо тянет его наверх, помогает взобраться на вершину и отползти от края. Возле него незнакомец, что тяжело дышит и знакомо хмурит брови, смотря на обрыв. Он медленно переводит на него взгляд своих карих глаз, наклоняет голову, поджав губы, а затем расслабляет лицо и смеётся. - Ты не знал, что есть дорого или просто решил залезть сам? - Ага... - кивнул он, осознав, что рюкзак все же улетел вниз. - Ну и дурак - улыбнулся тот - кто лезет без страховки? Или в гильдии, как их там, вам о ней не рассказывают. - Я не из гильдии, но мама от туда - бросил Юн, попытавшись встать на ноги, но тут же упав назад, когда закружилась голова. - Лучше сиди, пока не станет лучше или кто-то сюда не придет - хмыкнул мужчина, вставая на ноги и подходя к обрыву - высоковат, как ты говоришь зовут твою маму, чтобы сказать ей, чтобы она научила своего сына пользоваться... - Люмин. Незнакомец обрывает свою речь, кажется вздрагивает, на секунду округлив глаза, но тут же расслабляется, пробегает глазами по уступу и земле, а после снова поворачивается к Югу, улыбнувшись. - Значит, к великой путешественнице стоит учить сына не только страховке. - Ага - фырчит он, насупившись, а когда мужчина улыбается и собирается уходить, бросает ему в спину - у меня ещё сестра есть! Ее зовут, Аи, если вам интересно, может видели девушку шатенку с рожками. А я - Юн! - Нет, не видел, но если увижу, то помашу ей рукой. До встречи, Юн.

***

Карие очи с разными оттенками золота в них, рога, хвост и крылья, белоснежная, как молоко, кожа, белые волны и темные, как шоколад, прядки, которые испачкались на концах в меде. Маленькие ножки и ручки, тоненькие носики, слишком хмурый и активный характер. Нет ни одной рыжей пряди, синей крапинки, теплого отлива кожи, дерзкой или игривой нотки. Может когда они начнут говорить проявятся черты Аякса, а может, в них ни капельки не будет от него. В их жилах течет кровь Архонта и путешественницы, а сам консультант ему просто нагло наврал. Обманул, дабы ему жилось спокойнее, и он бы воспитывал чужих детей, как своих собственных. Юн ползал по полу за кончиком хвоста Чжун Ли, что нарочно принял полудраконью форму, дабы те с пелёнок привыкали к образу отца -Архонта, Аи сидела на ручках мамы, улюлюкала и хватала ее за пряди. Вероятно, будь у них третий, то он бы унаследовал все его черты или бы просто был охвачен сейчас его вниманием. Но Люмин четко сказала, что ближайшие лет пять или десять ни какой беременности, секс втроем с одновременным проникновением можно, если у них чешется, но без последствий в виде родов. Словно, после всех его подозрений, он вообще захочет лечь рядом с этой ящерицей, что проскользнув на кухню, прижалась к его любимой, поцеловав ее в щеку и что-то мурлыкнув на ухо. От этого невинного жеста и того, как он с легкостью подхватил малыша на руки, в горле появилась желчь, в животе кишки заплелись в узел и что-то захотело вырваться через глотку наружу. Помещение полное тепла и уюта стало чёрствым и холодным, как и бумаги, что он сейчас проверял. Их хотелось порвать, кинуть в камин и сжечь, оставить гореть вместе с чернилами и уйти из дома, хлопнув дверью. Но Аякс сдержался, просто оставил работу и молча направился на задний двор, понимая почему его отец когда-то начал курить. И ему очень захотелось попробовать, но он не покупал табак или сигарет, что привозили торговцы из Снежной, оставался верен своим принципам, что убивать должны монстры или люди, а не какие-то изделия из пороха свёрнутые в бумагу или заправленные в трубку. И, чтобы себя чем-то занять, он скользил рассеянным взглядом по дворику, детским качелькам и горке, столикам и стульям, забору, деревьям и облакам, вслушивался в шум природы, голоса с улицы, бас с детским лепетом и нежный голос девушки из глубин дома. Предвестник стоял в траве босиком в одних штанах и рубашке с расстегнутым воротником. Чувствовал, как кожа покрывается мурашками, как земля стынет под пальцами. Ощущал, как ветер ерошит его волосы, кусает за ключицу. Наслаждался прикосновением солнца к его щекам, где весной проклевывались веснушки. Облака медленно плыли за высокие горы, целовали сине-розовое одеяло. Ветви деревьев танцевали от шума ветра. Звезды и луна захватывали небо в оранжевых лучах солнца. Постепенно становилось холоднее. Аякс глубоко вздыхал, прокручивая в голове все последние месяцы, все мелкие детали, что могли сказать - в этих малышах, что он носит на руках, целует в носики и в животики, укладывал спать, рассказывая сказки и напевая различные колыбельные, есть хоть что-то от него. Но ничего такого, даже морщинки не приходило в голову, одни сравнения с любимой и сожителем в их доме. Вновь вздохнув, мужчина запустил ладонь в свои волосы, пальцами расчесал спутанные пряди, скользнул ей на загривок, помассировав шею, вспомнил, как впервые Люмин взяла малышей на руки. Ее глаза светились, бледные руки удерживали крохотные тельца, губы осторожно касались их лобиков, носик утыкался в ещё короткие пряди волос. Она улыбалась, слушая что уже шепот Архонта. Мужчина уже тогда заметил в их маленьких личиках, какие черты они унаследовали от кого, но с его уст не сорвалось ничего о нем, ни какой-нибудь маленькой, едва заметной детальки. - О чем задумался? - юноша вздрогнул, когда Люмин обняла его со спины, напугав тихим вопросом. - А? Я? Ни о чем - помотал Аякс головой, посмотрев на девушку из-за плеча - а где дети? - Чжун Ли ушел их укладывать спать - промурлыкав девушка, зарывшись куда-то носом - мы подумали, что ты слишком устал после работы, так что решили не беспокоить. Но ты уже не сидел над бумагами, вот он и пошел на верх, а я за тобой. - Ага, конечно - кивнул он головой, всматриваясь вдаль. - Все хорошо? - Да-да, я просто вышел подышать. - Аякс? (Поблагодарили фикбук, что перезагрузился, не сохранив большой кусок текста, который я почти дописала! Теперь восстанавливать, я его почти день писала его -.-) Люмин нахмурила бровки и поджала губы, всматриваясь в лицо любимого, что развернулся к ней всем телом. Его руки обняли ее за талию, пальцы сквозь ткань оглаживали кожу. Уголки губ мужчины слегка приподнялись, а после он устами коснулся ее лба. - Все хорошо, правда. - Тебе нужно ехать в командировку? - спросила она, позволив его голове упасть на свое хрупкое плечо. - Нет, я просто жутко устал - его теплое дыхание обожгло шею и ключицу, коснулось длинных светлых прядей. - Конечно - усмехнулась девушка, скользнув руками по его груди к плечам и остановив их движение за его шей, кончиками пальцев касаясь рыжих прядей - но ты мне лжешь. - Люми, я правда устал. - Ты сжимаешь мои ягодицы. - Прости. Его руки скользнули ещё выше, в голове даже не мелькнула мысль, что эта шутка, а голова оторвалась от плеча. От него не ускользнуло, как Люмин нахмурилась, но его глаза просто цеплялись за каждую ее ресницу и едва заметную морщинки, искали сходства с его детьми. Предвестник не обращал внимание на пристальный взгляд карих глаз прямо в его потухшие синие очи, пока теплую руки не коснулись его щек, а губами путешественница не коснулась кончика его носа и уст, улыбнувшись. - Пойдем, я знаю, как тебя развеселить. Девушка переплела пальцы рук и потянула его в сторону дома, довольно улыбаясь. Она довольно улыбалась, ведя его на второй этаж, где вероятно хотела остановится в спальне и заняться быстрым перепихоном. Но у Аякса не было на это настроение, он осторожно смахнул ее ладонь своих рук, вновь натянуто улыбнулся уголками губ и медленно помотал головой. Только девушка тихонько рассмеялась, коснулась губами уже щеки и потянула его дальше, минуя спальню. Она остановилась у входа в детскую, обняв рыжеволосого за руку и расплывались в улыбке от взгляда на Архонта. Мужчина сидел в кресле в полурастегнутой рубахе и очками на носу, читая какую-то детскую книжку. Волосы в низком хвосте спадали ему на плечо и касались ног в домашних штанах. Он читал очень тихо, а заметив пару и во все отложил книгу, жестом показав, что малыши уснули. Люмин тут же потащила его к кроваткам, остановилась на против, прижавшись щекой к его руке и улыбнувшись кажется ещё шире, рассматривая спящих малышей. - Смотри. Аякс склонился над кроватками, всматриваясь в малышей и пытаясь понять, что именно хотела показать ему любимое. Но Юн сладко спал, вытянув ножки и ручки в синем пушистом костюме нарвала, посасывая соску с изображением осьминога, а Аи свернувшись в клубочек, как дракончик, обняв бирюзового плющевого птенца. Они были укрыты своими одеялами, также мило морщились от яркого света или постороннего шума, но ничего такого. - Люми, милая, я много раз видел, как они спят - сообщил он, нахмурившись и посмотрев уже на девушку. Предвестник вздрогнул, когда Чжун Ли тихонько рассмеялся и приподнялся с кресла, подойдя к кроваткам и приподняв белокурую головку. Малыш тут же замерзал, хотел перевернуться на бок, но под тихий голос отца, лишь повернул голову в другую сторону. - С той стороны не видно - сообщил он, поправив одеяло, а затем огладив маленькую и пухленькую щёчку - да и я сам с трудом это на днях заметил, но присмотрись вот тут. Юноша всмотреться и заметил едва заметные точки на щеках сына, а потом посмотрел на малышку Аи, наблюдая за тем, как Люмин осторожно приподнимает ее на руки, тихонько лепеча и также светло улыбаясь. - Я с Ся... Кхм... Заметили у нее их на щечках и на носу, когда были на улице - заявила девушка, передавая свою дочку ему в руки - но присмотрись. У не такая же прядка, как и у тебя. Аякс тут же тихонько рассмеялся, поцеловав в дочку в голову, прижав к себе, как можно крепче, и опустившись на колени возле кроватки Юна, чувствуя, как по щеке катится слеза. - Аякс, все хорошо? - Чжун Ли осторожно коснулся его плеча, а юноша лишь смахнул слезу, улыбнувшись шире и посмотрев на девушку. - Да, все хорошо, лучше чем обычно. Он встал на ноги, передал Аи в руки путешественницы и поцеловав ее в щеку, обняв ее крепко-крепко. А оторвавшись от нее, улыбнулся шире, посмотрев на растерянного Архонта, обняв уже и его.