Последний катаклизм

- Леденец! - вопил малыш-великан, шагая по уже полуразрушенному Парижу. - Хочу ледене-ец! Знакомые вопли. Ледибаг выпрыгнула из окна на втором этаже коллежа и с помощью йо-йо помчалась вслед за уже чуть подросшим ребенком, который, казалось, вообще не видел перед собой никаких преград в виде столбов или домов. Всё, что оказывалось на его пути, было смято, обрушено или отброшено. Ледибаг каждый раз невольно вздрагивала, глядя на те разрушения, что оставлял за собой малыш. Вдруг и на этот раз сила чудесного исцеления не сработает, оставив Париж в столь неприглядном виде?.. Пытаясь не вспоминать о событиях месячной давности, героиня в пятнистом трико летела меж домов и размышляла над ситуацией. Теперь движения карапуза уже не были столь косолапыми, как ещё полгода назад, а во рту даже показались несколько зубов. Маринетт подумала о том, что сейчас не решилась бы, наверно, притвориться троянским леденцом, чтобы заманить мальчишку в ловушку. Однако это не значило, что у неё нет плана. - Талисман удачи! - крикнула она, бросив йо-йо высоко в небо. В розовом волшебном сиянии появилось красно-чёрное ведро, которое тяжёлым грузом упало в руки героини. Та едва успела его поймать и резко прогнулась от неожиданной тяжести. - Ого. Карамель? Ледибаг осмотрелась, выискивая недостающие части будущего плана. Несколько секунд - и её сосредоточенное лицо осветила лёгкая улыбка. На этот раз план вырисовывался кристально-ясно. Приметив высокое, округлое здание, выкрашенное в нежно-пастельный цвет, она поспешила в его сторону. Именно к нему столь стремительно двигался малыш Огюст, который принял его, видимо, за огромное, соблазнительное блестящее на солнце лакомство. Но, как бы сильно не вырос и не окреп мальчик, за Ледибаг ему всё же пока что было не угнаться. Стараясь не попадаться малышу на глаза, героиня мчалась вперёд по опустевшим улицам Парижа. Прибыв на место, героиня с ведром наперевес осмотрела здание. Примерно оценила рост ребёнка-великана и вылила содержимое ведра туда, где, по её мнению, должны были оказаться его руки, когда мальчик захочет попробовать здание на вкус. Чудом не вымазавшись в липкой карамели, Ледибаг отбросила ведро в сторону, спряталась за билбордом и стала ждать. Золотистая жижа аппетитно сверкнула на солнце и чуть затвердела. - Ну же... давай... - нетерпеливо прошептала она, чуть высунувшись из-за своего укрытия. Всё, что ей оставалось, - наблюдать и ждать, пока Огюст вновь попадётся в её ловушку. И это было кошмар как скучно. Без Кота её схватки не стали сильно тяжелее. Но они определённо стали более медленными и... унылыми? Не было уже того огонька и задора, что так заводил её во время боя или преследования. Не было радости полёта и чувства гордости на идеальную слаженную работу. Ледибаг справлялась без Кота, но... ей его очень не хватало. "Наконец-то", - пронеслось в её голове, когда юный великан наконец подошёл к нужному зданию и жадно обхватил его руками. Маленькие (но огромные) ладошки попали куда нужно. И Ледибаг, не видя смысла дольше прятаться в своём убежище, вылетела из-за билборда. Огюст, с рвением пытающийся откусить кусочек здания, не замечал ничего вокруг. Ему не приходило в голову, что столь аппетитно выглядящий предмет может оказаться несъедобным и даже противным. Лишь когда до него дошло, что вкус на языке совершенно не походит на леденец, он с недовольной миной отстранился и уже принялся хныкать, когда понять, что проблема не пришла одна. Мало того что "вкусняшка" оказалась совсем невкусной, так ещё и руки не желали отцепляться от этого лживого леденца. - Попался, - с доброй ухмылкой констатировала Ледибаг, подлетев к ребёнку, и стукнула своим йо-йо о его браслетик. Огюст, замерев, посмотрел на Божью Коровку. А фиолетовая бабочка тем временем вылетела на волю, где была немедленно поймана и обезврежена. - Пока-пока, акума! Подняв с земли откинутое ведро, девушка подбросила его в воздух. - Чудесная Ледибаг! - крикнула она максимально задорно и весело: рядом уже ошивались несколько зевак и репортёров. Девушка встряхнулась. Постаралась расслабиться. Натянула на лицо самую доброжелательную и уверенную улыбку и повернулась к толпе. - Мадемуазель Ледибаг, поздравляем с очередной победой! - протараторила Надья Шамак, протиснувшись между несколькими очевидцами происшествия. Оператор за спиной дал знак, что запись идёт. - Скажите, когда нам ждать возвращения Кота Нуара? Жители Парижа соскучились по своему герою. А некоторые действительно переживают о нём. - Я не могу сказать ничего конкретного, Надья, - с непринуждённой улыбкой ответила Ледибаг, покосившись на протянутый ей микрофон. - Как я уже говорила, у моего напарника есть неотложные дела. Но поверьте - если мне понадобится его помощь, я смогу его вызвать, - соврала она. - Городу ничего не угрожает. - То есть вы знаете, где сейчас Кот Нуар? - не унималась Надья, ждущая хоть какой-то новой информации. - Конечно. Мы же не только напарники, но и хорошие друзья, - сказала девушка не своим голосом, чувствуя, как грудь будто бы сжало верёвками. - Пусть Париж спит спокойно, - добавила она хрипло и прокашлялась. К счастью, небольшое интервью прервал писк серёжек. - А теперь извините, мне пора бежать, - с облегчением выдохнула Ледибаг и открыла свой йо-йо, чтобы проверить, успеет ли она вернуться на урок, не вызывая особых подозрений. Но, посмотрев на коммуникатор, она застыла. Её дыхание остановилось, а глаза, не моргая, смотрели на экран небольшого волшебного устройства. - Ледибаг, ещё один вопрос!.. - попросила Надья, но девушка её не услышала. Вдруг очнувшись, она посмотрела в сторону коллежа, а затем, приняв единственно возможное для себя решение, двинулась в обратную сторону. Туда, где судя по коммуникатору, находился Кот Нуар. - Постойте, куда же вы?.. Оставив репортёршу без ответа, Ледибаг помчалась к восточной части Парижа, на улицу Муро. Так быстро она ещё не бежала никогда. Ни один акума, ни один патруль не мог сравниться с этим моментом. Воздух острыми лезвиями полосовал лицо, ветер вбивался в грудную клетку. Но она не могла опоздать. Используя йо-йо во время движения, она порывалась остановиться, включить коммуникатор и проверить, не ошиблась ли она? Не показалось ли ей? А если нет - то не ушёл ли её напарник в другую сторону? Но остановиться означало рискнуть и упустить своего друга. Этого она допустить не могла. "Котёнок. Котёнок. Котёнок, - эти слова, словно мантру, Ледибаг повторяла про себя, гоня прочь страшные мысли, что этот Кот Нуар мог оказаться совсем не её Котёнком, а просто новым владельцем талисмана. - Пожалуйста, пусть это будешь ты. Мне не нужен другой напарник". Громкие мысли заглушили очередной писк серёжек. Да к чёрту. Сегодня Ледибаг была готова рискнуть всем, лишь бы вернуть своего напарника. Остановившись на крыше самого высокого дома на улице Муро, девушка огляделась. Пусто. Грязные крыши домов, чёрные торчащие трубы, похожие на омертвевшие, обугленные пальцы. Париж был на удивление мрачным без... Ледибаг глубоко вздохнула, пытаясь выровнять дыхание. Она знала, что обязана оставаться спокойной. Но сердце, от волнения и бега ускорившее ритм, заколотилось ещё быстрее. "Упустила. Неужели я его упустила?" - мысленно кричала девушка, всё ещё пытаясь зацепиться взглядом за знакомую, хвостатую фигуру. Но ничего, кроме унылых сооружений да голубей, она не видела. Оставалась последняя надежда. Ледибаг сняла с пояса йо-йо, чувствуя, как от страха дрожат руки. Сглотнув, она медленно подцепила крышку волшебного коммуникатора. - Моя Леди. Йо-йо выпал из рук. Ледибаг ощутила, как от знакомого голоса по её плечам прокатились мурашки. Стук ударившегося о крышу коммуникатора выключил все звуки. Заложил уши. Голова закружилась, превратив весь мир в абстрактный пятнистый водоворот. Медленно, очень медленно героиня повернула голову, боясь, что от недосыпа у неё просто разыгралось воображение. Или того хуже - начались слуховые галлюцинации. Что-то такое она помнила из фильмов про Фредди Крюгера. Звуки вернулись, когда Ледибаг поняла. Перед ней действительно её Кот. Грустный, уставший, очень виноватый и оттого непохожий на самого себя - но это был Кот Нуар. Однако, вид его Леди, видимо, был не лучше, потому что первым, что слетело с уст героя, были оправдания. - Прости меня, миледи. Я никак не мог прийти раньше. Мне так жаль, что я оставил тебя так надолго. Ледибаг нахмурилась. Она сделала шаг в сторону напарника, сверкнув недобрым взглядом. - Я чувствую самым ужасным котом на свете. Пожалуйста, скажи, что ты сможешь простить меня. Правда ведь, моя Мур-рледи? - с надеждой прошептал Кот, рискнув пустить в свою речь привычный каламбур. Ещё шаг. Ледибаг упорно молчала. - Но если нет - я готов принять любое наказание. Я даже согласен на неделю без шуток. И, может... ты любишь шоколад? Ледибаг усмехнулась. Господи, ну какой шоколад? Какие извинения? Её Кот оказался жив. Жив! Разве может быть что-то важнее этой новости? Остановившись в сантиметре от напарника, она тяжело посмотрела на него снизу вверх, и Нуар не смог выдержать этот взгляд. Но стоило ему опустить голову, как его спину и грудь обдало теплом. Ледибаг порывисто прижалась к Коту. Так крепко, как, пожалуй, не прижималась ни разу до этого. Её руки сомкнулись за его спиной. - Никогда. Слышишь, никогда больше. Так меня не пугай, - нежные и железные нотки смешались в этих невероятных словах, которые Кот даже не надеялся услышать. Неужели она не злится?.. - Хорошо, моя Леди, - выдохнул он, обнимая её в ответ. Уткнувшись носом в шею девушки, он тяжело вздохнул. - Прости меня. - Прдр-р, - всхлипнула брюнетка спустя минуту молчания. - Что? - Придурок, говорю! - вдруг взвизгнула Ледибаг, вырываясь из объятий и вытирая рукой влажные щёки. - Ты вообще представляешь, как я испугалась? Господи, Кот, я думала, ты... ты... - Я знаю, - послушно кивнул Кот Нуар, морщась от мысли, что эти влажные дорожки от слёз на лице его Леди - его вина. Он никогда не хотел быть причиной её слёз, но всё-таки стал... и, как это ни больно осознавать, станет ещё раз. Пронзительный писк прервал словесный поток девушки. Ледибаг коснулась пальцами серёжек и строго посмотрела на напарника, одним лишь взглядом задавая ему единственно важный сейчас вопрос. - Не бойся. Я не исчезну опять, - верно прочитав мысли девушки, сказал Кот и позволил себе взять её за руку. Брюнетка посмотрела на длинные, чёрные пальцы, обхватившие её ладонь, а затем вновь перевела взгляд на лицо напарника. Руки она не отдёрнула. - Я приду сегодня на патруль. Вечером. Как обычно. На нашем месте. Ледибаг смерила напарника долгим взглядом. И в его тёплом, молящем взгляде она не видела ни одной причины не поверить ему. - Не опаздывай, - бросила она коротко и убежала так быстро, как только могла. Ей ещё следовало появиться в коллеже. *** К счастью, Маринетт успела добраться до учебного заведения вовремя. Влетев в открытое окно женского туалета, она спряталась в одной из кабинок и перевоплотилась. Тикки без сил упала на ладони брюнетки. Маринетт, чувствуя себя донельзя изнурённой, но, скорее, не битвой, а съедавшими её эмоциями, вытащила из сумочки розовый макарон, после чего угостила им квами. И та, подкрепившись, наконец смогла с улыбкой взглянуть в глаза девушки. Та улыбнулась в ответ. Вернувшись в класс, Маринетт обнаружила, что на уроке собрались не все. Ученики вечно пользовались нападениями акум, чтобы хотя бы чуть-чуть прогулять занятия. Сегодняшний день не был исключением. Несчастный мсье Шеннон, не привыкший к такой традиции, растерянно сидел на учительском месте и делал вид, что пишет что-то в журнале. Те же ученики, что всё-таки соизволили вернуться в класс, тихо занимались своими делами. Тем же была занята и лучшая журналистка Парижа - мадемуазель Сезер. Просматривая видео последнего нападения акумы, она вырезала слишком долгие и скучные моменты, чтобы залить файл на Ледиблог. - Всё хорошо? - шёпотом спросила Алья, когда подруга села на своё место. От неё, конечно, не укрылось то, с каким лицом Ледибаг покинула поле боя, устремившись в непонятном направлении. Всё это было очень подозрительно, и Сезер всеми своими репортёрскими фибрами чувствовала, что грядёт сенсация. Маринетт, закрыв лицо ладонями, энергично закивала. Алья ждала продолжения. Но Дюпен-Чен оставалась практически неподвижной и, кажется, не была настроена на разговоры. Тогда рыжеволосая с подозрением приблизилась к девушке и слегка отодвинула её руку. Брюнетка не сопротивлялась. - Эй, подруга, ты плачешь? В ответ Маринетт лишь с улыбкой шмыгнула носом, подтверждая и без того очевидный факт. - Господи, да что случилось-то? Что ты молчишь? - уже громче спросила Алья, пытаясь растормошить подругу. Так и не сумев сдержать подступившие рыдания, Дюпен-Чен, не ответив, опустила голову на руки. Алья положила руки на её подрагивающие плечи. Поговорить можно будет и потом.