Часть 1
4 сентября 2022 г., 16:10
Последним, что он услышал, был внезапный рык и взрыв. Нетрикса не успела предупредить об опасности. Или он просто не заметил всех её сигналов — не успел. Однако из тёмного угла колонны, когда местность уже считалась зачищенной и наступила долгожданная тишина, выбежал клир, а за ним безголовый ракетчик. Стоун ушёл в сторону, дав клиру лишь царапнуть себя. Ракетчик, бежавший позади ожившего скелета, целился в человека, но траектория выстрела слегка отклонилась. Его снаряд угодил точно в пол. Клир болезненно взвыл. Сэма качнуло. Он упал, а дикая боль на левом бедре пригвоздила его к полу.
— Блядь! — он не сдержал крика и схватился за ногу, бросив двустволку.
Ракетчик, пол, факелы, стены и египетские рисунки поплыли. Голова в миг потяжелела. Сэм посмотрел на ладонь, прижавшую рану, — вся она окрасилась в багровый цвет, а из ноги торчало нечто острое, и от любого движения боль искрами рассыпалась по телу.
Мир сильнее закружился. Нетрикса посылала импульсы, стараясь помочь восстановиться. Но было поздно. Стоун лёг на пол, будто засыпая сладким сном. Слабость навалилась на его сильные плечи. Он попытался подцепить двустволку едва шевелящимися пальцами, когда подошедший ракетчик толкнул её в сторону и, придавив ногой его ладонь, скрылся в темноте век.
Это конец, решил Сэм. Спустя несколько секунд всё заволокла темнота. Холодом обдало тело. А за ним наступило странное, ни с чем не сравнимое блаженство.
***
Мрак постепенно рассеялся. Сквозь его плотную пелену пробился жалящий глаза синеватый блеск. Разлепить веки удалось не сразу. Сэм шевельнул руками и, ощутив движение пальцев, улыбнулся. Уже открыв глаза, он аккуратно привстал. Туманные воспоминания о последнем сражении и о боли давали о себе знать. Да, бедро всё ещё болело. Он заметил, что оно забинтовано. Только повязка очень эластичная и как будто клейкая. То, что он лежал на койке, Сэм осознал позже. И то, что с него сняли сирианский браслет и его любимые очки, через которые он видел послания вживленного компьютера. Да и компьютера он в голове больше не ощущал. А ведь ему обещали, что если достать Нетти, он уже не выживет. Голову атаковали воспоминания. Сражение с инопланетянами, потеря друзей и близких, Ключ к Вечности, Древний Египет, неловкий манёвр в сражении с клиром и безголовый ракетчик, толкнувший ногой двустволку… Это казалось сном. Бредовым, долгим, словно он был в коме после не менее глупой, чем манёвр, автоаварии из-за вождения в нетрезвом виде. Сэм протёр глаза. Он сидел в тёмном углу помещения, больше похожего на тюремную камеру, чем на госпиталь или Рай. Это значило лишь то, что он либо не умер, либо его посадили как потенциально опасного для социума в изолятор. Либо Сэма кто-то спас. Либо его представления о Рае искажены Библией. В раздумьях он просидел больше двух часов. От него до мерцающих синим цветом, как световые мечи в «Звёздных воинах», прутьев решётки было всего каких-то пара ярдов. Подойти к ним он отважился лишь в конце второго часа. Никаких ангелов с белыми крыльями или рогатых чертей с трезубцами. Чем дольше он смотрел, тем отчётливо видел, что коридор освещают длинные лампы с белым светом. Он покинул койку и, цепляясь за гладкую серую стену, медленно подобрался к сияющим прутьям. Кроме загадочного свечения от них исходило тепло. Сэм зябко поёжился. Это устройство напоминало лазер. Пальцы совать туда он не стал — не решился проверять, как сильно эта херовина прожжёт ему кожу, но не отходил от решётки. — Эй! — крикнул Стоун в коридор, надеясь, что кто-нибудь подойдёт. — Есть кто?! Память выдала имя, которое точно могло бы принадлежать спасителю: — Квинн?! И тут же как водой холодной окатила мысль — Квинн мертва. Людей больше нет. Да и помещение не походило на изобретённое человечеством. Закралась мысль, что его спасли пресловутые сирианцы из прошлого. Звук мерного шага послышался откуда-то справа. Вместо сирианца, которого он усиленно представлял как египетского фараона, перед ним появилось знакомое лицо. Или скорее морда. Безголовый ракетчик стоял напротив, по другую сторону прутьев, и пялился своими пустыми глазами. — Вот же… — Сэм резко отпрянул. Боль пронзила всё левое бедро и отдалась в икроножную мышцу. Сэм приготовился сражаться, хоть голыми руками, но ракетчик тупо стоял около камеры. Он не говорил. Даже если бы он мог, ничего не сказал бы. Возникла мысль попытаться пройти сквозь решётку, но она тут же отверглась логикой. Очевидным в этой ситуации было лишь одно. Сэм в плену. Его не убили, а доставили прямиком к Менталу, либо одному из его генералов. — Иди к чёрту, — бросил Стоун. — Я лучше сдохну, чем дамся вам живым, безмозглые ублюдки. Хотя этот ублюдок на самом деле когда-то в прошлом был таким же человеком, как Сэм, к ракетчику ничего кроме ненависти и презрения Сэм не испытывал. Молчаливый собеседник достал из-за пазухи ту самую двустволку и опустил перед решеткой на землю. За его спиной вылетел дрон с голограммой, и дрон проговорил на английском языке роботизированным голосом: — Великий и могучий Вечный, владыка Тах-Ум, предоставляет вам, Сэмюэль Стоун, возможность расправиться с этим уродом, как пожелаете. — А нахер он сходить не хочет?! — Стоун подошёл к решётке так близко, что лицо едва не прожгло. На миллиметр ближе — точно бы лишился носа. Решётка опустилась. Ракетчик стоял неподвижно, не поднимая оружия. Сэм взял двустволку. Всё, что он мог бы ожидать и не ожидать от Ментала, уже случилось бы в течение первых пяти секунд. Грёбаный Вечный не отличался изысканным вкусом в искусстве ведения войны, и все познания его в стратегии заключались в том, чтобы давить количеством, и насрать на качество. Поначалу руки страшно чесались выстрелить в этого урода напротив. Но отсутствие сопротивления с его стороны быстро охладило пыл. Сэм только направил дуло на передатчик, мигающий на его груди: — Веди к своему сраному боссу. Голограмма позади него замерцала красным и через пару минут дали ответ: — Он будет рад принять вас. Что за херня? Стоун качнул головой, пытаясь избавиться от этого дурмана, если тот действительно был в нём. Вдоль коридора располагались другие камеры, но в них Сэм никого не увидел. Двустволку он грел руками и прижимал к груди, как спасительный щит. Глупая надежда, но ведь удавалось выбираться и не из такого дерьма. Ракетчик вёл его через несколько этажей, заполненных другими тварями Ментала. Одних из них он встречал не раз, других разглядывал дольше, однако ракетчиков, кроме этого, он не обнаружил. Кто-то косился в его сторону с подозрением, кто-то недовольно порыкивал, и всё же никто не покинул свой пост, не изъявил желания получить свою дозу свинца. В целом эта футуристическая авангардная постройка выглядела пчелиным ульем. Они словно двигались к тому месту, где сидела жирная пчеломатка. — Ментал не догадался поставить лифты? — пробурчал Сэм, остановившись на очередном лестничном пролёте. От взгляда вниз голова закружилась, и он оперся на плечо ракетчика, чтоб не упасть. — Лифты не работают, они поглощают слишком много энергии, — объяснил дрон. — Если чувствуете себя плохо, присядьте на кресла, отдохните, а затем продолжите путь. — Сервис, однако, — хмыкнул Стоун и толкнул в сторону сопровождение. — Пива и девочек тащи. И может быть, я хоть ненадолго задержу раздачу звездюлей галактического масштаба. Чёрта с два он отложит встречу с поганым инопланетным тираном. Это шанс всей жизни убить виновного в гибели Земли. Раз и навсегда. Ментал — Дьявол, Сэм — охотник на таких выродков, и его единственная цель в жизни должна быть удовлетворена. Поэтому Стоун зашагал бодрее, стараясь не обращать внимания на тупую боль в бедре. Пожелай Ментал его убить, он бы сделал это сразу. К чему тянуть? Кабинет Тах-Ума находился в самом верху. Перед Сэмом открылись мерцающие синим блеском высокие металлические ворота. Ракетчик указал рукой в огромный зал с высоким потолком, а сам замер у входа. Стоун помедлил входить. Залитая светом явно не Солнца комната казалась больше, чем всё здание, что он успел пройти. Высотой потолка она напомнила отдалённо Собор в Париже. Только стены ближе к потолку, который не знал конца, сужались, образуя тем самым грани пирамиды. В центре располагался длинный стол, около которого расставили стулья с высокими резными спинками. Всё здесь светилось, всё испещряли трещины, по которым текла незнакомая жидкость или энергия, издающая свечение. Сэм остановился около начала стола. У противоположной стороны стояло кресло чуть больше, чем стулья. Прямо трон. Оно было повернуто спинкой к столу. Сидящий в нём обратился к панорамному окну, выходящему своим видом на плывущие по небу кремовые облака. Само небо и здесь было синим, как на Земле. Никакого фантастического разнообразия, что представляли себе люди. Просто небо, просто облака, просто солнце. Просто очередной конференц-зал командования EDF, разве что немного больше. Он вскинул двустволку и специально громко перезарядил её. Но Ментал не отреагировал на звук, резанувший тишину. Сэм прицелился в кресло, ожидая, что чудовище рано или поздно повернётся, а у него появится возможность покончить с ним раз и навсегда. — Я достаточно терпелив, чтобы взбеситься из-за твоего жеста, но всё же не советую испытывать моё терпение, — раздался вполне человеческий голос с другой стороны зала. — Положи эту пукалку на стол. Патроны на мне и царапины не оставят. Спокойное предупреждение, сказанное на английском, а не на сирианском, вывело Сэма из себя. — Моё терпение уже давно закончилось, — сквозь зубы вымолвил Стоун. — Мужчины сперва разговаривают, а после берутся за оружие, если слова не помогают, — Ментал не повернулся, продолжая пялиться на свои облака. — Для разговора поздновато. Сэм не решался двинуться дальше, пока Ментал не перейдёт к действиям. Нетрикса куда-то исчезла. Лишь она могла проанализировать ситуацию и выдать совет, как устранить ублюдка. Без неё Стоун чувствовал себя беспомощно и жалко. — Люди высылали к тебе дипломатические миссии, и что ты с ними сделал?! — напомнил Сэм. В ответ раздалось непереводимое рычание. — Люди стали высылать ко мне свои миссии, когда уже было поздно, — голос Ментала не изменился — тот же мерный темп речи и тон, выдающий стальную выдержку. В том случае, когда перед ним находился его заклятый враг, Ментал пребывал в абсолютном спокойствии. Наверняка знал любой шаг Сэма наперёд, вот и не рыпался. Врезать бы ему так, чтоб вышибить мозги. — Мне с тобой разговаривать не о чем, либо я убью тебя, либо погибну сам. — И потому уже пару минут торчишь около начала стола и не переходишь к активным действиям, — констатировал Ментал. — Ты долго шёл, присядь, отдохни. Восстановление твоего бедра, повреждённого осколком, отняло у меня некоторое время. Сэм фыркнул. — Как мило с твоей стороны, — съязвил он, присаживаясь на стул. — Признаться, перед встречей с тобой, раньше, я воображал, как бы убить тебя более жестоко. Изучал самые изощрённые человеческие пытки. А когда тебя наконец поймали, сам починил твою ногу, склеил кости, раздробленные осколками. Едва не убил того ракетчика, потому что просил его просто вырубить тебя, а не убивать. Ты едва дышал, когда тебя принесли сюда. — Полагаю, я должен сказать «спасибо»? — Сэм нахмурился и положил двустволку перед собой. — Как минимум, — в размеренном тоне послышались нотки удивления. Сказанное заставило Стоуна буквально подскочить со стула: — А максимум что? Отсосать? Ментал замолчал. — Отсосать… — промолвил он с толикой задумчивости. — Не знаю, что это значит, наверно, нечто унизительное. По-твоему я унизил тебя, раз спас? — Спас, — повторил Сэм, скрестив на груди руки. — Позволь узнать, с чего такая щедрость? Почему я не на операционном столе в твоих лабораториях? Почему ко мне ещё не пришита никакая пушка? Почему вместо головы не динамит? Почему мы базарим на английском, а не на твоём языке, который я не потрудился выучить. Нихрена не верится во весь этот блядский цирк. Я сто процентов обожрался не тех грибов, и меня торкнуло по самое не хочу. — Потому что я так хочу, — отрезал Ментал коротким рыком. — Ты не тот представитель человечества, которого я жажду убить. Сэм деловито промычал. — Я бы предпочел орать под пытками, чем сидеть здесь, с тобой за одним столом, пусть он и длиннее египетского Нила. — Осторожней с желаниями, Сэм, — Ментал понизил тон. Кресло его резко развернулось на 180 градусов, и Сэм наконец увидел своего злейшего врага. — Ещё одно разочарование, — выдохнул Стоун. — Думал, что ты хтоническая хрень неебических масштабов, а ты… Человек? Человек с более бледной кожей, на который множество непонятных выпуклых узоров, приближенных стилем к греческому или египетскому орнаментам, с бесцветной радужкой, заметной лишь благодаря золотому блеску по краю. Человек с белыми волосами до плеч и чёрно-золотой короной в виде тяжеленных рогов. Человек, одетый лишь в темные брюки и плащ, будто сотканный из мглы. Сэм признал, что Ментал находился в лучшей форме. Плащ не прикрывал открытый накачанный торс и бугры мышц на руках, которые, казалось, так натянули кожу, словно она вот-вот лопнет. — Гуманоидная форма, — поправил Ментал, задрав мощный квадратный подбородок, на котором тоже блестело золотое украшение. Для ублюдка, тиранящего миры, выглядел вполне прилично. Лучше, чем его представляли. — Люди ошибочно полагали, что во Вселенной, где всё образовалось одним и тем же способом, существуют создания, абсолютно не похожие на них. Обыкновенно это низшие формы. Но я бы даже сказал, что и гнаары отдаленно напоминают нас, только в сто раз глупее. — Я наслушался лекций о мирах от твоих генералов, — Стоун подтянул к себе двустволку. Ментал проследил за этим движением со скукой во взгляде. — Ты символично сидишь на том стуле, где я расщепил первого Угх-Зана. Моего первого генерала. Остальных поубивал ты. И убил бы ещё одного, доберись ты до Великой пирамиды. — А сейчас он где? — Я ещё не захватил их мир. — То есть? — Сэм прищурил глаза, пальцем поглаживая поверхность двустволки. — То есть ты в том временном промежутке, в котором я уже прославился кровожадным тираном, но захватил не все известные тебе миры. И к тому же вскоре я возьму в жёны сирианскую принцессу, чтобы избежать войны с ними, она родит мне дочь, но позже её завербуют бунтовщики, и она вместе с ними укроется на Земле, когда я буду вырезать всех жителей Сириуса за нарушение договора. — Сирианцы мрази, всё из-за них, — качнул головой Стоун, и пальцы его крепко сжались на оружии. — Хотелось бы и с ними повстречаться. — Люди тоже виноваты, — вздохнул Ментал будто с сожалением. — В чём же? В том, что ты жестокий мудень? — Они сунули свой любопытный нос не туда и поплатились за это. Тут Ментал встал и зашагал по комнате, будто разнервничался. — Ты видишь меня кровожадным, но тебе неведомо, насколько я забочусь о своем народе. Выйдешь на улицы города и поймёшь. Никто здесь не проклинает меня и не желает мне смерти. Я дал своим подопечным бесплатные больницы и учебные заведения. Им плевать на тех, кого я захватываю. У нас есть это право. Это естественный отбор. — В школе нам говорили, что естественный отбор происходит без оружия, — припомнил Сэм. Ментал остановился около середины стола, простучал по поверхности чёрными ногтями и хмыкнул с улыбкой. Внезапно чёрный цвет сменила карта звёздного неба. Некоторые звёзды были выделены красным кругами. — Сперва мы были клетками, затем обитателями водного мира, после эволюция дала нам ноги, и мы вышли на сушу. На суше мы научились ходить прямо, разводить огонь, работать мотыгами. После изобретения мотыг нас было уже не остановить. Мы построили города, высокие дома, сумели покорить воздух и вышли в открытый космос. Но мне этого не хватало. Я понимал, что хватит тратить время впустую. — И начал вырезать планету за планетой. Ментал подошёл ближе. — Вы, люди, не прекратили тратить его впустую. Большинство не постигали науку, а вели образ жизни праздный и бессмысленный. Вы до сих пор верили в существование бога, в то время как мы верим в себя. Если мы можем толкнуть спутник на планету более слабой, но агрессивной расы, то почему это не естественный отбор? Скажи мне, те ваши ублюдки, которые решили исследовать окрестности моей солнечной системы, делали это просто так? Вам только дай возможность, вы научитесь создавать подобное и используете в целях исследования, а затем расширения своих границ. — Ох, какой ты бедный, я сейчас расплачусь, — Сэм положил ноги на стол. — Давай уже заканчивай. Скучновато становится. Передоз пафосом. — Я пытался защитить свою цивилизацию от потенциально опасной. Вам не следовало лезть сюда. — Слава богу, ты не маньяк, Ментал, а всего лишь охуевший сбрендивший психопат. — Психопат, который управляет естественным отбором, а не он мной. — В стратегии ты явно не разбираешься. Иначе бы просчитал вероятность того, что хотя бы один человек успеет прыгнуть в Ключ к Вечности и выжить. Собеседник пожал плечами. — Наивно полагать, что ты бы меня убил. Дуло двустволки уставилось на Ментала. Он холодно осмотрел оружие и подошёл ещё ближе. — Отрикошетит, — без интереса предупредил Ментал. Сэм выстрелил. Кожа Ментала выглядела такой же хрупкой, как и у него. Однако патрон и вправду отскочил от его груди и упал на пол позади Стоуна. — Ещё один выстрел, я сломаю её о твою башку, — прорычал Ментал и присел, закрыв собой свет, на стол рядом. Этот жест насторожил Сэма пуще предыдущих, пуще всех слов заклятого врага. — Убить меня ты бы смог, пока я ещё не родился. Когда так перед ним так садились мужчины, это могло значить только… Ээээ, он не такой! И если надеть браслет ещё можно, то тут подозрительно попахивало обилием сладенького в мозгах Ментала. — Я хочу дать тебе возможность возвыситься над своей расой. Ты получишь всё, что пожелаешь, взамен. Если захочешь, даже её… Ментал щёлкнул пальцами. В воздухе появилась Хеллфаер. Она куда-то шла и улыбалась. На рыжих волосах играли солнечные блики. Сэм крепче сжал двустволку. «Сэм? Это ты? Ты живой?» — раздался её голос в голове, но не в реальности. Холодок пробежал по коже. — Не смей, — насилу вымолвил Сэм. Он представил ожившую Хеллфаер. Представил её в своих руках. Представил, как она узнаёт, на какую он сделку согласился… — Не смей, мразь, — подскочил Стоун. Его лицо оказалось слишком близко к лицу Ментала. Тот спокойно смотрел в глаза Сэма. В этот момент никто бы не заподозрил в существе напротив жестокого, кровожадного властелина. Он взял Сэма за подбородок. Так крепко схватили его пальцы, что заострённые ногти упёрлись в кожу и царапнули до крови. Пришлось не разрывать с ним зрительного контакта. — Ты в том мире, где я ещё не начал войны с людьми. Всё может обернуться иначе. Мы убьём сириан, которые попытаются скрыться на твоей планете. Люди не найдут этих технологий и не полезут на мою территорию. А это значит, я оставлю их в живых. Твоих друзей, родных, знакомых. Заманчивые слова. — Откуда мне знать, что ты не соврешь? — хрипло спросил Сэм, схватившись за запястье Ментала. — Ниоткуда. Придётся поверить мне на слово. — Ментал положил ноготь большого пальца руки на нижнюю губу Сэма и оттянул слегка вниз. — Зачем мне люди? Я гонялся за сирианской цивилизацией. Если ты станешь моей правой рукой, я никогда, клянусь тебе, не уничтожу Землю. — Правой рукой? — задумался Сэм. — А что, свои уже устали? Ментал вдруг засмеялся. Понял шутку. — Именно так, Стоун, они не справляются. Его широкая теплая ладонь скользнула вниз по футболке. Сэма прошибло лёгкими разрядами странной энергии, и тело на эти импульсы отозвалось резким притоком крови к низу живота. — Твою ж… — выдохнул Сэм. Тут же его, налитые кровью глаза, обратились к Менталу: — Убери от меня свои лапы. Он понимал, что Ментал ждал ответа. Ждал с замиранием сердца, почти не дыша. Он знал, что у Тах-Ума есть некая слабость. Обязательно есть. Но он её не откроет никому. Если только… эта тайна сама раскроется тому, кто ближе всего подойдёт к нему. И у Сэма появился такой шанс. — Почему ты спрашиваешь, хотя можешь заставить меня? — задал он последний вопрос перед принятием решения. — Это называется «уважение», Стоун. Сэм протянул ему руку. — Так скрепляют договоры у нас, — пояснил он. Ментал пожал ему руку и резко придвинул к себе. Его ладонь легла на голову Сэма. Зал озарился белым огнём. Сэм оказался не здесь. Он словно парил в облаках, в невесомости, и не чувствовал ни боли, ни тревог. Всё позабылось. Он ощущал движение крови по венам, каждое биение сердца и импульсы в черепной коробке. Ни один наркотик в мире не приводил к такому состоянию полного удовлетворения. Не на физическом уровне, но на всех остальных. Очухался он уже не в конференц-зале, а на широкой кровати, застеленной чёрным бархатом. Нельзя не признать, что организованное Менталом путешествие было чуть более, чем охуительным, но для выражения такого восторга слов ещё не изобрели. Стоун кое-как дополз до края постели и присел, потерев виски. Вновь объявилась Нетрикса. Анализ физиологического состояния показал стопроцентные результаты. Прежде всё время что-то да падало. Ментал сидел в кресле у огромного камина, читал какую-то книгу, написанную позолоченными иероглифами. Сэм даже отсюда, с двухсот метров, мог разглядеть письмена. Звуки он тоже слышал лучше. Брезгливо осмотрев себя и кровать, он встал и подошёл к окну. — Всё далеко не так примитивно, как ты думаешь, — Ментал оторвался от чтения на несколько секунд. — Сношаться таким диким образом, как это делают люди… нет. Для этого у тебя будут существа женского пола. У меня с тобой связь иная. Сэм прикрыл глаза. Его желваки заметно напряглись. Он двенадцать лет провёл в армии, и не следовало ему говорить о всяческих связях и сношениях. Неужели на всё это он пошёл ради землян? Если это стоило сохранения миллиардов жизней, жизни Хеллфаер, которой не придётся учиться пилотировать вертолёты и стрелять из пулемётов, то… что ж… он всегда терпел. А связь с Менталом даже принесла немыслимое удовольствие. Ещё немного, и он привыкнет к новой роли. Станет Дьяволом, а не Охотником. Не круто ли? Ему даже тело оставили прежнее. Только футболка стала чёрной, а около левого кармана, прямо напротив сердца, вышили золотой знак Ментала. Золотой, потому что алый носили только солдаты. Его пушечное мясо. Сэм чересчур долго был пушечным мясом. — Не разочаруй меня, Стоун, — перелистнув страницу, сказал Ментал. Сэм хмыкнул. Уж что-что, а разочаровывать он явно не умел.
