Drunk and Horny

***

— Вот, будешь сидеть тут. — Открыв шкаф и выходя из него сказал Йен, оглядываясь на Микки, который лежал на кровати, но приподнялся на локтях для того, чтобы было удобнее смотреть. — Какого хуя? — Возмущённо простонал парень. — Конечно, я могу его трахнуть и сам забрать день… — И ты решил мне устроить рай для куколдов? — Перебил его Микки. — Типа, если я буду в шкафу, то это уже командная работа? — В ответ на это Йен усмехнулся и в один шаг уже оказался рядом с кроватью. — Нееет. — Пропел Галлагер, седлая бедра брюнета. После чего он наклонился и едва ощутимо провёл пальцами по плечу Микки. — Когда он решит начать, то ты сможешь это увидеть и остановить его. Блядь. А вот такого Микки не ожидал. Тело Йена было так близко. Он буквально чувствовал на лице дыхание этого невероятно красивого парня. Все эти месяцы его мысли были заполнены только этим юношей. Задиристым, столь самоуверенным, дерзким, а также добром, наивном, ранимом, милом Йене Галлагере. Как только Йен ушёл в армию, Микки отрицал то, что ему не похуй. Этот Галлагер — доступный член. Просто парень, который может его хорошенько трахнуть. Он просто найдёт ему замену, вот и всё. Только за всё время его отсутствия, в его задницу вторглась кость таза рыжей пьяной бабы. И то, только потому что она рыжая. И это никак не связано с его бывшей шлюшкой. Просто… Ему нравятся рыжие. Этот Галлагер так долго оставался его шлюшкой только, потому что хорошо трахал и был рыжим. Так если он был просто членом, с которым в комплекте шёл неуклюжий и глупый паренёк, то тогда почему он был единственный, кого постигла честь трахать брюнета? Или почему Микки всё-таки пошёл его искать, а когда нашёл, то пустил по пизде свой и без того шаткий брак и не хотел отпускать Рыжика ни на секунду? Ещё и позволял себя целовать? Да, возможно он что-то да значит. И да, он пиздец как скучал по нему. Он сглотнул и придал своему голосу максимальную стойкость. — А чего это мне портить тебе вечер? А, Галлагер? — Йен расплылся в улыбке, поднял правую ногу, чтобы слезть и свалился рядом с Микки. — Может потому что я планировал провести этот вечер с парнем помоложе, у которого ооочень красивые голубые глаза и ужасный характер. — Последние слова он уже протягивал, шепча и уверенно смотря в глаза брюнета. После чего сощурил свои зелёные глазки и улыбнулся, будто знал всё на свете. — Ну, ладно. Я возвращаюсь в холл за своим невероятно прекрасным красавчиком. Будешь куколдом или моим прекрасным принцем? — Сказав это, он встал и пошел к двери. Но перед тем, как уйти обернулся и с вызовом посмотрел на Микки. Как только дверь закрылась, Микки тяжело опустил голову на кровать, устало проведя рукой по лицу. А что ему оставалось делать? Придется стать тем прекрасным принцем для Галлагера.

***

В шкафу было жарко. Осматривая его внутри, он усмехнулся, т.к. понимал, что Йен сюда тяжелее влез, учитывая его 3-ех метровые конечности, которые вечно свисают с кровати. Он до сих пор не может поверить, что когда-то этот невероятно красивый, маленький, глупый мальчишка залез к ним в дом, уверенный в том, что Микки сдастся без боя. И с того дня началась их история. Йен, поняв то, что Микки не собирается его отпускать, стал более уверенный в своих действиях по отношению к старшему. Он понимает, что если он чего-то захочет, то скорее всего получит это. Хочет, чтобы ему отсасывали, когда он захочет? Окей. Хочет, чтобы парень оставался в доме Галлагеров? Зашибись. Хочет целовать его при всех в «Феюшке», тем самым заявляя на него права? Микки и не против. Иногда он замечает, как Йен на него смотрит. Такой нежный взгляд, в котором читается: «Не могу поверить, что ты рядом». Ему стыдно смотреть ему в ответ, т.к. Йен не заслужил того, чтобы считать его нахождение рядом — наградой и достижением. Также часто в этом взгляде, Микки вспоминает напуганное и детское лицо глупого мальчика, когда сказал, что оторвёт ему язык, если он попытается его поцеловать. Или когда он сказал, что этот милый мальчик всего лишь давалка для него. Или распухшее от ударов и в крови лицо наивного мальчика, когда он пришёл на заброшку, чтобы попытаться поговорить с ним. Или полные надежды и отчаяния большие зелёные глазки этого смелого мальчика, когда он пришёл к нему до начала свадьбы. После объявления того, что он и Светлана — муж и жена, Микки вернулся в то место, где он последний раз видел Йена и курил. Йен сказал, что если он что-то для Микки значит, то парень не должен был жениться. Хотя это и есть одна из причин, почему он это сделал. Он хотел, чтобы Йен забыл его и двигался дальше. Стал офицером, как он и мечтал и не тратил своё внимание и время на Микки. Но когда, он пришёл и сказал, что уходит осуществлять мечту, Микки решил прыснуть яда. Но какого же было его удивление, когда Йен сказал: — Я и не к тебе пришёл. По сути, Йен сделал то, что Микки и нужно было. Но кто говорил, что не будет больно? Он только смог выдавить жалкое — Не надо. — И в ответ получил: «Не надо что?» Не то, чтобы Микки мог сказать: «Молодец, Галлагер! Поделом мне!», но по сути он так думал. Йен всегда добивался того, чего хотел. Эта черта всегда восхищала брюнета. Хотел поцеловать? Сделал. Хотел прийти, не смотря на то, что Милкович был явно в не настроении? Сделал. Хотел сделать так, чтобы Микки было больно? Легко. Блядский Галлагер.

***

Сейчас Микки сидит в шкафу, дожидаясь, когда этот самоуверенный выскочка приведёт сюда какого-то виагроида. Он решил, что для пущего эффекта сфотографирует его. Пусть сильнее дрожит, в то время, как мелочь из его карманов будет сыпаться. И вот, момент «Х» настал. Дверь открылась и он слышит глупый лепет рыжего придурка. Затем, они заходят в спальню номера. Он слышит звук металла ремня, и по его спине проходит холодок. — Ну что, малыш? Как хочешь это сделать? — Спросил своим мерзким голосом старик, облизывая глазами Йена, который уже снял футболку. Он подошёл ближе и прошептал ему на ухо, попутно расстёгивая ширинку джинс. — Грубо или нежно? Йен разворачивается и улыбается ему. — Как тебе милее. Тот противно улыбается и одним махом снимает с себя рубашку, после чего резко переворачивает Рыжика. Микки понял, что он не будет дожидаться титров, поэтому открыл камеру и выскочил из шкафа. — Скажи сыр, старый пидорас. — Делая попутно фото, крикнул Микки. — Какого хрена? — Этот ублюдок резко оттолкнул от себя Йена, за что получил кулаком по своему морщинистому еблету от Микки. Пока Йен вставал, брюнет решил уже начать рассматривать награбленное. — Ммм. Козырные часики. — Прокручивая часы на указательном пальце сказал Микки. — За баксов 300 можно сбыть. Мужик начал переводить взгляд с одного на другого. — Что чёрт возьми происходит?! — Он вскочил, схватившись за телефон в номере. — Я сейчас вызову ебаную полицию. — Давай, только как ты думаешь, что Клэр с малышкой Элинор скажут про фотку, которую я только что сделал? — О ком ты, чёрт возьми? — Спросил мудак. — Да срать мне, как их зовут. — Сказал Микки переворачивая телефон, на заставке которого была девушка с ребёнком. — Хочешь его слить? — Сказал Йен. Микки развернулся и увидел, что он уже застегивал джинсы. То-то же. — Если придётся. — Микки положил телефон в карман к часам. Затем он начал подходить к старику, доставая деньги из кошелька. — Слуушай, а давай-ка спустимся. Ну, к банкомату там сходим. — Если ты хочешь забрать все мои деньги, заставь этого рыжего твинка мне отсосать. — Сказав это, он вызвал усмешку у Йена. — Ммм. — Микки перевёл взгляд на Рыжика, а потом обратно посмотрел на старого мудака. — Вот кто он для тебя. Какой-то там твинк. — У меня от него хуй встал. — Да ты чё? — Со всей злостью сказал Микки, после чего зарядил ему между ног. — Теперь ещё и яйца зазвенели. Мужик всхлипывал от боли, что начало подбешивать Милковича. Он кинул в него одежду, после чего крикнул: «Хватить хныкать. Вставай и одевайся, чёрт возьми.» Микки не хотел смотреть на Йена, т.к. знал, что тот ухмыляется такой острой реакции парня. И когда он перевёл на него взгляд, то не удивился тому, что не ошибся. Когда их глаза встретились, Йен кивнул в сторону почти одетому старику и усмехнулся.

***

Микки не боялся идти с ним до банкомата, т.к. знал, что тот рыпаться не будет. Когда тот вводил пин-код, брюнет курил, думая о том, что если останутся деньги, то Йен сможет не ходить на работу некоторое время, и они смогут провести хотя бы пару дней вместе. После их воссоединения прошла неделя из которой, они не успели даже нормально поговорить. Йен разбирался с семьёй и работал в клубе, а Микки разбирался со Светланой и «Алиби». Теперь он не будет себе отрицать то, как он хочет провести время с морковкой наедине. Но надо разобраться со Светланой, которая так и норовится создать «крепкую семейку». Надо было ей догадаться, что когда Терри исчезнет с поле зрения, Микки перестанет ей пятки облизывать. Увеличению его раздражения помешал звук банкомата. Микки подошёл и схватил деньги. 950 баксов. Маловато, но не так уж и плохо. Мужик в страхе убежал, в то время, как Микки с предвкушением пошёл обратно в номер. Как только он вошёл, то почувствовал запах сигарет, которые будто только Йен курит. Микки не за что не сознается, что после того, как Галлагер уехал, он начал курить только такие. А также на фоне был лёгкий шёпот музыки, которую Йен включал ему, когда они работали ещё в «Kash and Grab». Его пробрало до мурашек от стольких воспоминаний. — Ты всегда куришь подобное дерьмо? — А ты всегда такой мудак, Микки? — Иди на хуй. И выключи своё бабское дерьмо. Галлагер закатил глаза, забирая обратно себе сигарету. Он хотел ему что-то ответить, но в магазин зашли. Рыжик посмотрел на Микки, сощурив свои глаза, шепча: «Продолжим позже.» Только после того, как какой-то пацан ушёл, они просто закрыли магазин и пошли в холодильную камеру. — Йоу, дай и мне! — Микки кинул пачку налички на тумбу и подошёл к Йену. Тот рыскался в мини-баре с сигаретой во рту. Он одел уже и футболку, которая не пыталась и скрыть накаченные мышцы парня. Также была видна россыпь веснушек на его шее. — Смотри! — Йен встал и протянул ему бутылку шотландского виски «The Macallan». — «Fine & Rare». Нихуёвинько. Йен подошёл сзади и посмотрел на бутылку через плечо Микки, после чего вытащил сигарету изо рта и вытянул на уровне губ брюнета. Ему ничего не оставалось, как губами обхватить сигарету и кивнуть. Галлагер отошёл от спины, что немного расстроило Микки и пошёл в сторону шкафов, ища в них стаканы. — Мне рассказывали, что эту марку, но коллекционную и винтажную продали за 250 тыс. фунтов стерлингов. Так она попала в книгу рекордов Гиннеса. — После этих слов, Йен вытащил 2 небольших бокала для вина. — Тут только такие. Галлагер подошёл и поставил стаканы на небольшую тумбу рядом с диванами на которые они сели. Микки перевёл свой взгляд на Йена, который с детским лепетом наблюдал за тем, как он открывал бутылку. Его пронзило дежавю. Оставалось 2 часа до закрытия «Kash and Grab», что означало, что скоро они разойдутся. Они оба не хотели друг с другом прощаться, но только один осознавал это, пока другой укутывался в свой шарф. — Уже уходишь? — Слегка с грустью спросил Галлагер. — Ага, Терри сказал, что надо обчистить одного мудака. — И как он провинился? — Да хуй его знает. — Под нос пробормотал себе Микки. Он не задумывается о таком. Если Терри говорил что-то делать, то все молча это делают. — Если Линда спросит, то скажу, что сам тебя отпустил. — Сказал пацан, выходя из прилавка и проходя в сторону стеллажей. — Ага, договорились. — Это значит: «Спасибо» на языке Милковичей. Может Галлагер поймёт то, как Микки благодарит и не посчитает его неблагодарным мудаком, которым он пытается казаться. — Не за что. Конечно же, он всё понял. Микки повезло, что ему особо ничего не нужно было делать. Он просто стоял, пока Терри вместе с братьями пиздили парня из Норт-Сайда. Он решил подняться на второй этаж. Его дом выглядел, как дворец. Свежий и красивый ремонт, всё чистенько и вылизано. Он заметил в углу дверь. Не долго думая, он зашёл. Оказалась, что тут парень держал свою винную, и не только, коллекцию. Микки пробежался взглядом по бутылкам и схватил ту, что выглядела подороже. Это оказалась «Domaine de la Romanée-Conti». Аккуратно завернув её в куртку, Микки незаметно прошёл мимо своих и вышел на крыльцо, где спрятал бутылку в вазоне. Последнее чего он хотел, так это того, чтобы кто-то из братьев или сам Терри забрали то, что нашёл он. Когда всё закончилось, все решили пойти в «Алиби», а Микки сказал, что пойдёт к Энджи, но сам вернулся обратно к крыльцу, где забрал свою бутылку. Прокручивая её в руках, он задумался о том, что ему некуда идти. Ноги сами привели его к «Kash and Grab». Ну, Галлагер какая никакая компания. Микки зашёл и сразу же наткнулся на скучающего Рыжика за прилавком. Тот что-то записывал. — Здаров! Чё как? — Сказал Микки и облокотился на стойку. На него уставились удивлённые, немного счастливые зелёные глазки. Никто так не смотрел на него. Никто не радовался, когда он приходил. — Чё делаешь? Микки пытался сдержать смех от того, как он удивился тому, что тот спрашивает его об этом. — Э, математику? — Неуверенно ответил Галлагер. — Сам не знаешь, что решаешь? — Нет. То есть. Да, математику. — Будешь? — Сказал Микки достав бутылку. Удивлённые глаза Галлагера стали ещё больше. Он вскочил, чтобы перевернуть табличку и закрыть дверь. — Ты откуда достал это? С вылазки с Терри? — Ага. — Явно ухмыляясь тому, как удивлённо и испуганно тот вёл себя. Рыжик подошёл ближе и начал рассматривать бутылку. — Чёрт, ты представляешь сколько она стоит? — Не плевать? Давай просто откроем и выпьем. — Стаканов нет. — Галлагер, а мы тут оказывается принцесски? Из горла попьём. Он начал открывать бутылку и заметил то, как тот смотрел на него. Маленький веснушчатый мальчик с восхищением наблюдал за ним и тем, что он делает. Почему? Он разве дохуя интересный? Или вежливый и дружелюбный с ним? Чёрт, да он к нему по имени даже не обращается. Ему плевать на него. Разве? И как долго он будет делать вид, что это восхищение не взаимно? Будь бы он более свободен, то подарил бы Галлагеру те же взгляды, тот же интерес к его жизни, ту же заботу. Он открыл бутылку и встретился взглядом с Йеном. Тот протянул свою ручку, чтобы забрать бутылку и начать наливать виски по бокалам. Микки отошёл и выключил свет, поэтому комнату освещали две небольшие лампы по обе стороны кровати. Йен протянул бокал и улыбнулся ему. Микки обратно сел на диван, не сводя глаз с рыжего инопланетянина. — За нас, Мик! — Он легонько стукнулся об бокал. Микки сразу же сделал глоток, пока Йен нюхал содержимое бокала. По его рту разлились идеальное сочетание имбиря, корицы, мускатного ореха и гвоздики. Невероятно вкусный пряный бэнд. — Пахнет лимоном, яблоком, ванилью и ещё чем-то. — Боже, просто пей Галлагер. — Они одновременно стукнули друг друга по ногам, после чего Йен ему улыбнулся и отпил, но почти сразу же закашлял и зажмурился. — Чё не так, а? — Не сдерживая смеха сказал Микки, наливая ещё себе. — Иди на хуй. Я не так много виски пробовал. Я не ожидал такого. — Извини, забыл, что у нас тут малыш. В следующий раз, если он вообще будет, то принесу тебе сока или детского шампанского. — Ха-ха. Так смешно. Видимо для тебя неожиданность, что я, как представитель рода Галлагеров не так сильно дружу с алкоголем. — Сказал он, слегка кашляя и жмурясь. — Ты точно сын Фрэнка Галлагера? — Кстати, так то нет. Галлагер, это была просто шутка. Последнее, что сейчас будет делать Микки, так это расспрашивать все детали твоей семейки. — В смысле? А чей тогда? Миссия провалена. Микки отпил ещё немного, но не успел глотнуть, как Йен впился в его губы, слегка поглаживая большим пальцем шею. Микки инстинктивно слегка приоткрыл рот, почувствовав, что этот рыжий демон кроме его души высасывает у него и виски. Затем он отодвинулся, напоследок чмокнув его. — Так просто вкуснее. — Сказал Йен будничным тоном, словно не перевернул мир Милковича в очередной раз. Они оба уставились друг на друга. Микки, не разрывая зрительного контакта, взял стакан Йена и протянул его. — Давай-давай. Пей, Галлагер. Он, всё также не отрывая своего взгляда от парня, встал и поднес бокал прямо к губам. Йен сделал глоток, а Микки оседлав его колени начал целовать. Боже, как чертовски мало у них было поцелуев. Зачем он делал вид, что он не хочет целовать Йена? После того первого раза, как Йен потянулся к нему за поцелуем и получил грубый отказ, Микки в ту же секунду пожалел об этом. Он уже понял, что инициатива их первого поцелуя должна будет исходить от него. И когда он всё-таки решился, то понял, что не испытывает какого-либо отвращения. Наоборот, у него словно открылось второе дыхание от этого детского, неловкого и очень быстрого соприкосновения губ. Удивлённое лицо Йена и подстреленная задница стоили этого. Их языки переплетались. На вкус виски был хорош, но Йен был намного лучше. Если Микки и будет ещё раз что-то пить, то он сделает так, чтобы вместо бокала у него был рот Йена. Он крепко зажал апельсинового цвета волосы одной рукой, а второй царапал спину сквозь футболку. Йен поглаживал его колени, поднимая руки выше, перейдя к бёдрам, а после чего обхватил его талию и придвинул ближе себе. Его губы перешли на шею брюнета, покусывая и сразу же зализывая. Затем он стал медленно расстёгивать пуговицы рубашки. Микки будет винить во всём алкоголь. Определённо, это он. Но чёрт, какой же милый пьяный Галлагер. В очередной раз, он лепечет о том, что хочет быть офицером. Ну и дурак. Да, навалять он кому-то и может, но не более. Хоть, в форме он выглядит так, что яйца так и норовят отвалится. Галлагер предлагал присоединиться к нему на тренировках, но ему хватило его один раз увидеть, чтобы понять, что тренироваться тот не сможет. К тому же, они просто трахаются. Ну, они и работают вместе, потому что, конечно же, Галлагер хотел помочь ему с работой. Ну, и видятся иногда, т.к. Рыжик лучший и единственный друг Мэнди. Но они не друзья. Но Микки не может себе представить, чтобы тот уехал из Саут-Сайда для того, чтобы его пристрелили где-то. Не то, чтобы Галлагер плохо стрелял. Нет, даже лучше Микки этот уёбок стреляет. Просто, Галлагер — не такой. Ему скорее не отнимать жизни, а спасать. Микки будет винить во всём алкоголь. Да, конечно же это он. Но тот факт, что Галлагеру реально интересно слушать все эти глотки информации из котла под названием “Жизнь Микки Милковича”, его жутко воодушевляет рассказывать тому хоть что-то почаще. Он смеётся с глупых историй, дополняя шутки так, что они потом чуть-ли не по полу валяются от смеха, как тупые малолетки, пытается как-то поддержать, когда Микки переходит в более мрачную часть истории. И хоть он отнекивается, говоря о том, что ему не нужны сопли и обнимашки Галлагера, ему всё равно становится легче продолжать рассказ, когда тот “невзначай” сталкивает их ноги или дотрагивается до него локтём. Галлагер вылитый эмпат. Окей, может эту фразу он услышал от Мэнди, которая также объясняла кто это и с чем его едят Галлагеру. Но это так. Микки будет винить во всём алкоголь. Нет же других причин для этого? Микки никогда не позволял Галлагеру прикосаться к нему губами, если их траектория это не член. Ему не нужны его слюни. А также, он только стягивал свои штаны вместе с боксерами, отворачивался, пока тот делал своё дело, а после быстренько одевался и уходил. Но сегодня, он полностью разделся. Может это из-за алкоголя и возбуждения, но Галлагер смотрел на него, как на произведение искусства. Может это из-за алкоголя и возбуждения, но он уверен, что смотрел на Галлагера также. На следующий день, Микки увидел небольшой засос у плеча. Он мог сказать об этом Йену, даже побить, но он провёл по нему рукой и продолжил одеваться. Не дожидаясь того, чтобы Йен расстегнул последние пуговицы, Микки стянул с себя эту проклятую рубашку, игнорируя треск рвущихся ниток. Избавившись от неё, он потянулся к футболке Йена и махом раздел его, после чего обхватил его шею руками и снова потянулся за ещё одной серией поцелуев. В это время Йен игрался с пряжкой джинс Микки, после чего разом расстегнул ремень и засунул руку в боксеры, начав медленно поглаживать член. Не то, чтобы ему дрочило так много людей, но то, как это делает Йен, повторить никто не мог и уж точно не сможет. А если кто-то и захочет, то ему и не позволят попытаться. Второй рукой Йен поглаживая спину, медленно спускаясь к его заднице, чтобы крепко сжать её. Микки до конца будет уверять всех тех, кто попробует открыть рот, что он не всхлипнул. Парень на пределе уже с того самого момента, как зашёл в этот номер. Его терпению приходит конец. Ему давно и срочно нужен этот член глубоко в заднице, желательно в ближайшие сроки. Микки сильнее обхватил шею этого рыжего демона и встал, потянув его за собой в сторону кровати. Йен видимо только и ждал его хода, чтобы обхватить парня за бёдра и поднять на руки. Зная и видя, обладателям каких мышц является Галлагер, Микки спокойно прижался к груди парня, всё также не разрывая поцелуй. Он бы вряд-ли хоть когда-нибудь сделал хоть что-то из того, что делал с Йеном с кем-то другим, но… это же Йен, других объяснений не требуется. Этот пацан добивался хоть какого-то расположения и менее грубой реакции, поэтому пусть купается в том, что Микки может ему дать. А он готов на очень многое ради этого засранца. Столкнувшись ногами с кроватью, Йен упал на неё, потянув брюнета за собой. Да, поцелуи это очень круто, но Микки уже есть 18, поэтому пора переходить к более интересной части этого вечера. Микки, уже не скрывая своего нетерпения, потянулся к ремню. Радуясь тому, как он перестаёт как-то скрывать свои эмоции, Йен радостно улыбался в их поцелуи. — Галлагер! — Сначала Микки хотел его избегать. Он не хотел смотреть на его выражение лица, т.к. сам Микки Милкович его поцеловал, т.к. Йен уже давно перестал пытаться сделать это сам. Но зайдя в магазин, он никого не увидел, поэтому он направился в сторону дома Галлагеров. Он не ожидал, что когда-то громкий и полный дом сможет так легко стать тихим и пустым. Что, чёрт возьми, происходит? Оказалось, что Фрэнк в больнице, и они все поехали узнать, что с ним. Йен не раз рассказывал истории о своём отце. Да многие знают о его похождениях. Но семья Галлагеров… Они просто семья. Фрэнк — мудак, но они всё равно поехали, чтобы удостовериться, что с ним всё в порядке. Никто бы из Милковичей не сделал это. Ноги Микки сами повели его в сторону больницы. Он увидел, как Йен и мелкая ( вроде Дебби ) играют с маленьким мальчиком, Лиамом. Микки стоял в стороне и наблюдал за его улыбками. Он не хочет думать о том, что он не тот человек, который смог заставить его улыбаться, но помнит каждую подаренную ему улыбку. Микки стянул его джинсы вместе с боксерами, пока Йен отзеркаливал его действия. На секунду, Микки почувствовал дикую неловкость и неуверенность от того, что он лежит полностью раздетый на кровати с другим парнем, на котором одежды было не больше. Терри его бы убил. Но как только он встретился с глазами Йена (который не был каким-то там парнем), наполненные восхищением, страстью и чем-то безумно нежным, то понял, что все его переживания беспочвенны. Йен уже начал отпускаться вниз, попутно целуя каждый участок кожи, но как бы это приятно не было — это не входит в план Милковича. Микки притянул обратно к себе и перевернул его, нависая над ним, тем самы меняясь ролями. Теперь он посыпал веснушчатое и горячее тело этого невероятного парня небольшими поцелуями. Было видно, как в нём борются два желания: отпустить голову и получать наслаждение и наоборот, не отпускать и наблюдать за всем этим. Микки обхватил член Йена одной рукой, а второй провёл тупыми ногтями по бедру. Он начал безумно медленно надрачивать, распределяя естественную смазку по всей длине. Микки легонько и даже робко лизнул головку члена, а после более уверенно обхватил его губами. У него нет большого опыта, да и сам Йен учился этому с ним. К тому же вздохи сверху не дают развиваться в груди липкому и неприятному сомнению, который он всякий раз испытывал до. Микки понемногу начал вбирать член, зная, что вряд-ли у него получится взять всю длину этого десятидюймового монстра, поэтому компенсировал оставшиеся участки рукой. Его голова потихоньку набирала темп, качаясь сверху-вниз под тихие стоны Йена. Он слегка сжал тёмную макушку, тем самым посылая электрический разряд по всему телу, от чего Микки сам тихо застонал вокруг члена, посылая ответный разряд Йену. В прошлом, Микки и не подумал, что он когда-то вообще притронется своим ртом до члена. А уж тем более не представлял, что сам откажется от получения в пользу выполнения минета. Просто… это Йен. Микки не может найти объяснения лучше. Он готов на очень многое для того, чтобы этот рыжий засранец чувствовал комфорт и заботу, которую он точно не испытывал с ним до. Может то несказанное вслух чувство, которое они испытывают друг к другу, подсказывает, что всё-таки приятнее доставлять удовольствие, а не получать? Почувствовав, что если он продолжит в таком духе, то всё закончится не так, как он это себе представлял, Микки с неприлично громким (лично для него) звуком выпустил член изо рта. Йен сразу же потянул его к себе за порцией горячих поцелуев, пока его руки сильно сжимали ягодицы Микки. Потянувшись к джинсам, Йен быстро достал пакетик смазки и вслепую разорвал его, вылил содержимое себе на пальцы, после чего обвёл указательным пальцем по сжимающему отверстию. Затем аккуратно ввёл первый палец. Микки не какая-то там ранимая принцесса, поэтому не обращая внимание на недовольное цыканье, он начал сильнее насаживаться на длинный палец. — Мик, я не хочу, чтобы тебе было больно. Просто дай мне это сделать, а потом вытворяй всё, что хочешь. Микки выбирает между: вмазать за слащавость или поцеловать. Он решает просто немного замедлиться. Взамен на это, он получил короткий поцелуй в ключицы, что сразу же растопило сердце брюнета. Перейдя уже на три пальца, Микки хотел кричать о том, что если прямо сейчас этот член не окажется в его заднице, то он привяжет Йена к кровати и взял бы всё управление в свои руки, но его хватило только на хриплое, полное недовольства: — Йен… — Да, понял. — Он быстро клюнул в губы в качестве извинения, после чего аккуратно вынул пальцы. Неужели это сейчас произойдёт? Микки надо отмечать этот день себе в календарике? Пора уже открывать шампанское? Наконец-то его молитвы были услышаны. Йен аккуратно поменял их позиции, нависая снова над Микки, после чего развёл его ноги пошире. Упёршись одной рукой о кровать, рядом с головой Микки, Йен потихоньку начал вводить член, под тихий вздох снизу. Микки обхватил задницу Йена, чтобы он быстрее уже вошёл. — Мик, иди нахуй. — С этим я тебе и помогаю. — Милкович, блядь… Ёбанный Галлагер. Микки перевернул Йена, тем самым седлая его бледные бёдра одним махом садясь до упора. Большие руки сразу же по собственнически схватили задницу, слегка сжав её. — Бляядь… Так бы сразу, неженка ёбаная. Микки упёрся руками о веснушчатую грудь, пытаясь не обращать внимание на щипания его хрупкой и нежной задницы, которые пришли на смену лёгким поглаживаниям. Зная, как успокоить этого рыжего идиота, он просто наклонился и поцеловал его. И это сработало, т.к. одна из его рук закрутилась вокруг его талии, а вторая поглаживала шею и затылок, углубляя поцелуй. Так они и дошли до того, что Микки в позе наездника выжимал все соки из инопланетянина под ним. Чем дольше это продолжалось, тем сильнее Микки начал сомневаться в своей физической подготовке, т.к. его бёдра начали немного болеть, а поясница ныть. Словно в очередной раз поняв его без слов, Йен начал поглаживать его напряжённые и усталые мышцы. Милкович хотел как-то пошутить о том, что из всего, что Рыжик мог погладить, он выбрал явно не лучший вариант, но, не дав ему и этого сказать, Йен уже обхватил своей рукой давно жаждущий внимания член. Микки видимо никогда не узнает то, как Йен его всегда так легко понимает. Даже когда он пришёл к нему на заброшку, в не самый подходящий момент, то уже знал всё за брюнета. Он озвучил всё то, что особо не приходило в голову Милковича, особенно в свете последних событий, но, чёрт возьми, он соврёт, если скажет, что Йен был не прав. А врать Йену он больше не хочет. Ускоряя свой темп движений, подстраиваясь под скорость веснушчатой руки, Микки почувствовал приближение своего освобождения. Он соединил их лбы и обхватил руками шею Йена. Рыжик одной рукой обхватил шею, царапая загривок, а второй не переставал двигать. Неожиданно для Микки, Йен без каких либо предупреждений укусил его за плечо, что помогло им обоим переступить за край. Почувствовав, что тело Микки обмякло, Йен уложил его голову себе на плечо и обнял. Окружение тепла быстро их двоих усыпило.

***

Проснувшись, Микки понял, что кое-кто вытер его, сложил их вещи и укрыл. И сейчас этот кое-кто прижался сзади и дышит в шею. Вчерашний день начался не самым приятным образом. Как бы Светлана его не бесила, но при всём своём отвращение со всем, что с ней связано, ему надо ей помогать. Может поставить ей условие, что она должна перестать пытаться его забрать у Рыжика? Так, он будет с Йеном, но даст слово о том, что он будет помогать и минимально, но будет участвовать в жизни ребёнка. Звучит хорошо. Микки надо перестать со всеми воевать. Надо научиться находить компромисс, особенно, если ты плох в наступлении. Он уже как-то хотел послать всех нахуй и отгородиться, но то, что Микки сейчас не один лежит в этом гостиничном номере доказывает, что он, видимо, недостаточно убедителен. Его мысли прервал всё тот же кое-кто, который закинул на него свою 3-ех метровую ногу. Да, то ужасное утро определённо стоило того, чтобы он от отчаяния пришёл за такой сомнительной помощи к Йену и оказался вчера, сегодня, сейчас с ним. Да. Определённо того стоило.

***

Никогда не видел парня красивее.

Микки — произведение искусства.

Я влюблён в то, как ты выглядишь. Твои чёрные волосы, вечно в движении густые брови, маленькие, но сильные руки, небольшие и стройные ноги, прекраснейшие глаза.

Не могу не сказать и о твоём характере. Как же я скучал по твоёму резкому голосу и острым словам. Твоё мнение для меня самое важное. Я знаю, что ты со мной честен, хоть сам этого и не понимаешь. Обожаю то, как ты заботишься, в своей манере. Как ты предан тем, кто тебе дороги.

Я так хочу кричать тебе о том, как ты прекрасен и уникален.

У меня в голове тысяча и одна мысль меняется одна за другой. Ощущение, будто я схожу с ума.

Светодиоды клуба ослепляют меня, пока я просто делаю своё дело. Но пару самых красивых и ревнивых голубых глаз, я замечу при любых обстоятельствах.

Не могу передать то, как я просто рад снова находится рядом с тобой. Я не верю, что мы в какой-то мере вместе. И с другой стороны, у меня ощущение, что мы никогда не расставались.

Словно всё, что было до — дурной сон. Будто только вчера ты воровал из под носа Кэша.

Нет.

Только Микки.

Никто другой.

Хочу забыть имена и лица всех тех, кто был до тебя.

Никто не может быть после. А если и будет, то всё это не то.

Только ты.

Я не могу поймать свои собственные мысли в этом водовороте, но могу сказать то, что у них схожий посыл, и они все твердят одно:

"Я влюблен в тебя, Микки Милкович.

Нет. Даже больше.

Я тебя безуумно люблю".

Может когда-нибудь, я осмелюсь сказать тебе это.

Не бойся. У нас схожие мысли.