Самый вкусный кофе.

Баки всё же решил предпринять вторую попытку, но уже более мягкую, и медленно подошел к Жози, наклоняясь к её губам. Она взглянула в его глаза, слегка улыбаясь, а после сомкнула свои руки в замок за его шеей, прикасаясь к мужским губам, целуя их. Кухня заполнилась характерными для поцелуя звуками, такими тихими и такими манящими. Мужчина утробно зарычал, прижимая к своему телу девушку и углубляя их поцелуй. Бартон немного потянула на себя Баки, а сама совсем немного прогнулась в спине, продолжая целовать его, сплетать их языки. Барнс подхватил девчонку за бёдра и рывком усадил её на столешницу, спускаясь губами к девичьей шее. Рыжеволосая стала дышать чаще, принимая ласки мужчины, а её ладошки водили по плечам Баки. Барнс утробно рычал от удовольствия, набрасываясь с ласками на тело девушки. Жози стала водить руками по спине мужчины, слегка задирая его кофту, но делала это неосознанно. Почувствовав то, что Бартон пыталась снять с мужчины футболку, тот ухмыльнулся. Она тоже этого хочет. Сняв с себя верхнюю одежду, он начал тянуть низ платья девушки к её бедрам. Она машинально стала раздвигать ноги в стороны, сама того не понимая, а лишь продолжала целовать мужчины, стукаясь с ним зубами. Мужчина окончательно снял платье с тела девушки. — Чёрт… ты идеальная… — стонал мужчина, взяв набухший сосок Жози в рот. — Баки… Баки… — тихо звала его Жозефина, понимая, что сюда может зайти кто угодно. — Мы же на кухне. — Правда, что, — шептал мужчина. — Тебе стоит быть тише, — ухмыльнулся Барнс и начал оставлять засосы на женской груди и ключицах. — Я… Я не знаю, — ответила рыжеволосая, принимая ласки мужчины на своём теле, а её ноги прижимали Баки за бёдра к себе ближе. — А камеры? Тут их нет? — Камер нет. Тише, девочка… Доверься Сержанту, — он ухмыльнулся, крепко взявшись за бёдра Жози. С губ девушки слетел стон от прикосновений мужчины, а затем её ноги прижали его ещё сильнее, едва соприкасаясь губами с его, начиная шептать: — Я тебе доверяю… — Хорошая девочка… — нахально сказал Барнс, оглядывая с ног до головы девчонку. — Ты такая красивая… Баки начал спускаться поцелуями от груди и до низа живота, томно вздыхая. Жозефина лишь жадно хватала воздух ртом, смотря на Баки, который спускался ниже, и затаила дыхание, продолжая смотреть на него, а её ноги слегка дрожали, а после она спросила: — Может, погасим свет? — Нет, — жёстко произнёс Барнс, снимая с девушки трусики, и положил одну её ножку себе на плечо. Её живот содрогался от частого дыхания, а нога продолжала дрожать из-за такого положения. Поза только набирала пикантные обороты. — Почему нет? — осторожно спросила девчонка. — Это заставит тебя больше молчать. Или ты хочешь быть плохой девочкой и громко стонать, чтобы все остальные пришли сюда посмотреть на то, как я тебя трахаю? — ухмыльнулся Барнс, опуская свою голову ещё ниже, находясь на опасном расстоянии от половых губ. Его язык вмиг провёл по влажности девушки, наконец-то пробуя её. — Н-нет, — тихо ответила она, сдерживая стон, откидывая голову назад, а от такого наслаждения глаза стали заказываться вверх; женские ноги сами, непроизвольно, стали раздвигаться шире. — Моя девочка… Будь тихой, — тихо проговорил Баки, нападая на клитор девушки. Мужчина активно лизал половые губы Жози, чуть ли не до синяков сжимая её бёдра. Горячий воздух, который опаляя возбуждённое место Жозефины, просто сводил с ума и заставлял её закусывать губу, чтобы лишний раз не начать громко стонать. Но она и так сдерживалась, а вечно делать это не получится, когда было длительное воздержание. Барнс ввёл в тугое лоно девушки один палец, лаская её клитор языком. Он не был уверен, что Жози девственница, но всё же решил быть мягче. Девчонка наконец-то получала мужские ласки. Её тело просто кричало о том, что ей этого так долго не хватало, но теперь всё иначе. Холодный стол, на котором она сидела, остужал горячее тело. Спустя пару минут движений Баки добавил второй палец, ускоряя движения рукой. Ему стоило бы растянуть её тугую дырочку. Бартон закусила губу и начала не то скулить, не то стонать, а держать всё в себе просто не было сил. Раздвигая ноги ещё шире в стороны, она сама насаживалась на его пальцы. Мужчина самодовольно ухмылялся, ускоряя движения языком и смотря в глаза Жози, вставляя третий палец. Взгляд девушки стал темнее и таким, словно она опьянела от таких горячих действий и касаний Баки. Адреналин быть замеченными — только усиливал всё возможное желание. — Кончай на мои пальцы, куколка, — прорычал Барнс, ещё сильнее ускоряя свои движения и надавливая на её бугорок внутри. Ноги Жозефины стали подрагивать, а после слов мужчины, так вообще, до боли приятно свело низ живота. Зажмурившись, дабы сдержать финальный стон, девушка ощутила, как между ног стало горячо, а после обильную влагу. — Да… хорошая девочка, — ухмыльнулся мужчина, аккуратно вынимая пальцы из влагалища девушки и поднося их к её рту. — Оближи. Девушка смотрела на мужчину сквозь небольшую пелену, ощущая, как ещё трусит всё тело. Подняв голову чуть выше на слова мужчины, она приоткрыла свой рот и слегка высунула язык, проводя им по мокрым пальцам Баки. — Хорошая кукла, — сладостно прошептал Барнс, поднимаясь с колен, касаясь эрекцией о бедро Жози. Рыжеволосая дышала так быстро, будто пробежала целый марафон, её грудь часто вздымалась, как и всё тело. Она будто прилипла к этому столу, что даже пошевелиться было сложно, а её серые глаза смотрели на мужчину. Бьюкенен аккуратно взял девчонку за подбородок, проводя большим пальцем по губе, слегка оттягивая её. — Готова, куколка? — спросил Бьюкенен, облизав свои губы, ощущая на них ещё вкус женской сладости. — Постарайся быть тише. Или ты хочешь, чтобы Стив увидел такую тебя, когда я трахаю тебя? — томно говорил Барнс, опаляя кожу девушки горячим дыханием. Жозефина молча кивала ему, не в силах даже подобрать слова, на фоне такого возбуждения. Её удивило то, что Барнс вообще может что-то сейчас говорить. Она представляла, как завтра будет сидеть здесь, после того, что тут произойдёт. — Я жду слов, — рыкнул Баки, довольно грубо схватив Бартон за подбородок и щеки. — Да… Готова, — прошептала девушка, стараясь сохранять тишину, облизывая пересохшие губы, бросая взгляд на мужчину и вниз, на обнаженную себя и ремень Барнса. — Послушная девочка, — грязно сказал Барнс. -Хочешь помочь мне раздеться? — Хочу, — ответила Жози, опуская свои руки ниже к ремню, начиная его расстёгивать, а после принялась к остальным застёжкам, опуская молнию вниз, с характерным звуком, который в такой наколенной атмосфере, казался очень громким. После того как девушка спустила с мужских бёдер оставшуюся одежду, налившийся кровью член, выпрыгнул из боксеров, ударяясь о пресс Баки. — Как тебе, то, что ты видишь, куколка? — развязно спросил Барнс, ухмыляясь, довольно грубо хватая девчонку за бедро от переполняющего его желания. Жози от резкой хватки не удержалась и всхлипнула, смотря на мужчину с широко раскрытыми глазами. — Мне нравится, — тихо проговорила рыжеволосая, закусывая губу, ведь ей он говорил быть тише, а она кое-как, но держится. — Умница, девочка, — Баки погладил женское бедро, чмокнув её в лоб. — Чего ты хочешь, куколка? Скажи Сержанту… — У меня низ живота сводит до безумия, — начала она, шепча, а после, немного двинулась бёдрами в сторону мужчины. — От твоих слов… Пожалуйста, — Бартон двинула бёдрами, показывая свою готовность. — Пожалуйста? Чего ты просишь? — Солдат дразнил девушку, поглаживая её живот. Живот Жози быстро поднимался и опускался, а от его прикосновений новая волна мурашек прошлась по всему телу. Найдя в себе силы, она ответила: — Я прошу, чтобы ты взял меня на этом столе… — Я не расслышал, куколка. Что ты хочешь, чтобы я сделал с твоим маленьким телом? — он продолжал дразнить её, сжимая упругую грудь и крутя соски между пальцами. На самом деле, со стороны выглядело так, что Жозефина очень маленькая на фоне мужчины, будто годится ему в сёстры. Девчонка заскулила от горячих прикосновений Баки. — Войди в меня… — рыжеволосая не была такой развязной, как мужчина, а после собственных слов её щеки залечились румянцем. — Хорошая девочка, — ухмыльнулся Барнс, приставив головку члена к дырочке. — Ты девственница? — Нет, — ответила она, ощущая мужчину на своём разгоряченном месте, немного спуская бёдра ниже, чтобы совсем немного почувствовать его в себе. Мужчина старался сдерживать зверя внутри себя, дабы не накинуться на несчастную девушку и просто не согнуть и грубо выебать её маленькое тело. Осторожно приставив головку, он вдавил внутрь лишь часть своей длины, давая привыкнуть Жози к растяжке. Девчонка затаила дыхание, лишь слушая стук собственного сердца и, опустив взгляд ниже, она увидела, как член мужчины находится наполовину внутри неё, и она просто физически не смогла сдержать сладкого и протяжного стона, приоткрыв рот. Мужчина еле держался, дабы окончательно не начать врезаться в девушку, поэтому остановился, приводя дыхание в норму. Всё тело свело в приятной судороге. Ощущая мужчину внутри себя, девушка начинала совсем слегка двигать бёдрами к нему навстречу, давая понять, что всё хорошо. Чувствуя нетерпеливость в движениях Жози, Баки выдохнул и втолкнул оставшуюся длину в тугую дырочку девушки, чувствуя, как мокрые и тесные стенки сжимают его толстый член. Весь женский стан продолжала бить небольшая судорога, а её ноги непроизвольно стали раздвигаться ниже, чтобы мужчина устроился между ними поудобнее. Довольно застонав, мужчина вошёл глубже, нежели было, сохраняя устойчивый, нежный и медленный темп. Ладони Бартон легли на мужские плечи, размеренно поглаживая их, проводя по шее, затрагивая мочки, слегка оттягивая их, а другой рукой она зарылась в его волосы, немного сжимая их, смотря прямо в глаза мужчине. Барнс утробно зарычал, схватив руки Жозефины, и потащил их над её головой. — Если ты не перестанешь трогать меня, я сорвусь и действительно трахну тебя здесь, как чёртову плохую девочку, — утробно рычал мужчина. Эти слова были словно катализатор, срывая все барьеры того, чтобы сдерживаться и сдерживать свои желания. С одной стороны — Жози безумно хотелось прикасаться к Баки, а с другой — она переживала, что после прикосновений, у них двоих не получится быть тихими. Поэтому рыжеволосая даже не вырвалась, а продолжала смотреть прямо в мужские глаза, от его слов представляя, как бы всё это выглядело на самом деле, и стенки влагалища неконтролируемо сжали плоть Барнса. Мужчина тихо простонал, отпустив женские руки, и взял девушку за бедра. Барнс понимал, что ещё какое-то время и он действительно сорвется на Бартон. Ему так сильно хотелось вколачиваться в хрупкое тело девушки, крепко держась за её бёдра. Но он понимал, что она заслуживает лучшего отношения к себе. Такая маленькая девочка должна мягко носиться на руках, а не быть согнутой над столешницей, словно шлюха. Девчонка крепко держалась за край стола, но руки желали найти пристанище на теле Баки, на его широких плечах. Когда движения мужчины стали более размеренными, то она, не боясь удержать вес на одной руке, свободной провела по его шеи, а затем к плечу, проводя по тёплой руке. Схватив руку девушки, Бьюкенен начал целовать нежную кожу её запястья, смотря в прекрасные глаза юной особы. — Ты идеальна, чёрт возьми… — рычал Барнс, стараясь двигаться размеренно, но всё же иногда срывался на грубые разовые толчки, ведь зверя в себе было трудно сдерживать. Особенно рядом с этой чёртовой женщиной. От слов Баки, низ живота вновь свело, а стенки внутри сжимались вокруг мужской плоти, выделяя ещё больше влаги, которая стекала по всей длине прямиком вниз, отчего кухня наполнилась липкими звуками. Когда мужчина сильнее вдалбливался в податливое тело Жози, то она никак не могла сдержать стонов, а её руки обхватили мужскую шею, обнимая его, покрывая поцелуями сильную грудь. Мужчина утробно рычал, почувствовав резкую смену поведения Бартон, и ухмыльнулся. — Ох, моя милая маленькая кукла любит пожёстче? — Барнс улыбнулся, грубее и глубже толкаясь в узкую дырочку. — Оказывается ты не милая и невинная? Ты плохая девочка? Ты любишь, когда тебя нагибают и жестко трахают, да? — усмехаясь, дразнил Баки молодую особу, грубо врезаясь в её податливое тело. Девчонка закатывала глаза вверх от блаженства, которое растекалось по всему её телу, вызывая табор мурашек. Она хотела не сдерживать себя, не искусывая свои губы — но не могла. Рыжеволосая опаляла горячим дыханием кожу на его груди, отчего он мог понять, как сильно ей хочется быть громкой. Слова Баки были настолько приятны, что Жози была возбуждённа до предела. Кажется, что смазка скоро начнёт капать на пол, стекая по столу. Женские ноги стали подрагивать, а через пару грубых движений тазом Баки, они затряслись ещё сильнее. Девушка понимала, что скоро получит разрядку, да и Барнс это ощущал. — Я жду ответа, — прорычал мужчина, наматывая волосы на свою руку и грубоватым движением потянул вниз, заставляя её взглянуть на себя. — Давай, кукла, — рычал Джеймс, ускорив свои движения и чувствуя сильную дрожь в ногах у девушки, что сильно подталкивало его возбуждение на высоту. — Д-да, — ответила она со стоном, который эхом раздался по всему помещению. Девушка тут же прикусила язык, просто кивая, хоть это было и тяжело из-за натяжки волос, смотря на Баки, на лбу которого появилась лёгкая испарина. Стенки влагалища стали чаще сжиматься, а дыхание сильно участилось. Уткнувшись Баки в грудь, девчонка подумала, что заглушит стон, пока её будет накрывать волна удовольствия. Напор был таким сильным, ведь давно у неё не было такого хорошего интима. Тело ещё трусило. — Да… хорошая девочка, — рычал мужчина между своими грубыми и требовательными толчками. — Тебе стоит быть тихой. Или ты хочешь, чтобы кто-то услышал тебя? Хочешь, чтобы Стив тебя услышал? Твои прелестные вокальные стоны… Ох, куколка, ты такая развратная… Ты, наверное, хочешь, чтобы сейчас на моем месте был кто-то другой, да? Хочешь, чтобы он трахал тебя? — Барнс грубо толкался в уже сжимающееся лоно девушки, которая вот-вот готова была кончить. — Но это я. Я сейчас трахаю тебя. Только я. И никто больше. Теперь ты моя. Только моя. Я никому тебя не отдам. Ты моя, — стонал Баки, крепко сжимая бедра Жози. Девушка никогда бы не подумала, что Барнс способен на то, чтобы такое говорить. Но чёрт возьми, это вызвало особые чувства. Слушая его слова, даже кончив, Жозефина всё равно сжималась вокруг его члена, пока тот продолжал входить в неё. Это возбуждение опьяняло хлеще алкоголя, и сейчас ей не стыдно, но вот с утра будет очень. Опустив взгляд вниз, она смотрела на то, как из последних сил входит Баки, прежде, чем кончить. — Я не хочу… чтобы кто-то слышал, — единственное, что она смогла выдавить из себя, продолжая смотреть на мужскую эрекцию, вперемешку со своим завершением. Почувствовав сладостное сжатие женских стен лона, Барнс довольно простонал, ещё крепче прижимая девушку к своему телу, грубо входя в неё. — Не хочешь? Ох… — мягко произнес Баки, нежно поглаживая её бедро большим пальцем. — Но ты стонешь. Я уверен, ты хочешь, чтобы здесь был Стив. Ты хочешь, чтобы он увидел, как я трахаю тебя? Как я просто использую твою маленькую и тугую дырочку? Или может, ты хочешь, чтобы Стив тоже почувствовал эту прекрасную вагину? — наигранно ласково говорил Баки, пока его жёсткие движения контрастировали с его мягкими словами. — Но он не сможет. Только я буду трахать эту вагину. Никто другой. Только я, — с утробным рыком мужчина кончил, быстро выйдя из девушки и изливаясь на её бедро. Жози никак ещё не могла прийти в себя. Всё тело звенело, гудело, тряслось, а бедро согревала тёплая сперма мужчины, которая растекалась по ноге. Она никогда бы не подумала, что тот парень, с которым девушка познакомилась, который был застенчив и стеснителен, мог быть способен на такой разврат. Это в прямом понимании Бартон разврат. Рыжеволосая старалась перевести дыхание, осматривая столик, на котором, как удачно были бумажные полотенца, которыми она вытерла сперму мужчины. Встав со стола, её ноги подкосились и было видно, как ей тяжело стоять на ногах. Выкинув салфетки в урну, она поправляла на себе одежду, приводя себя в подобающий вид, а то вдруг сюда кто-то придёт и увидит это. Говорить было абсолютно нечего. С полученной разрядкой, голова стала холодной и даже стало как-то неловко, что каждый из них поддался этому порыву эмоций. Мужчина отнял у девушки салфетку прямо из рук, вытирая остатки их бурного соития с её бедра. Не успела Бартон нормально устоять на ногах, как Барнс тут же поднял её на руки, ласково водя носом по её помеченной бардовыми засосами шеи. — Ты так хорошо справилась со всем, моя маленькая, — чуть ли не мурлыкал Солдат, ласково бодаясь носом о нос молодой особы. — Я так горжусь тобой… Барнс занёс Жози в ванную, раздев её и себя окончательно, а после включил теплую воду, дабы смыть с них их телесные жидкости. Девчонка никак не ожидала это от мужчины. Это было странно и так необычно. Вода приятно остужала разгоряченное тело. Жозефина встала под напор воды; её волосы сразу же стали мокрыми, и она смотрела на мужчину сквозь водную пелену. В голове роилось много мыслей. Слишком много, что голова готова была лопнуть. Охладившись, рыжеволосая вышла из душевой, которая была не её, а Баки, и взяла полотенце, обматываясь им. Теперь нужно было как-то дойти до своей комнаты. Мужчина помог девушке обмыть своё тело. Он преданно верил в то, что после этого всего у них отношения и сейчас Жози останется с ним. Поэтому он просто, словно потерянный щенок, вышел вслед за сестрой Клинта, обмотав полотенце вокруг своей талии и аккуратно, до ужаса нежно, взял её за талию, ведя вглубь своей комнаты. — Сейчас я дам тебе свою футболку. Она будет велика, но я сомневаюсь, что такая скромница, как ты, согласится спать здесь без одежды, — усмехнулся Барнс, взяв свою чистую белую футболку и протянул ей. — Держи. — Спать? Здесь? — переспросила девчонка, беря мужскую футболку в руку, прижимая её к своей груди. — Ты хочешь, чтобы я осталась на ночь у тебя в комнате? Не дожидаясь ответа от Баки, Жози почувствовала, что полотенце стало соскакивать из-за того, что женская грудь стала вздыматься чаще от того, на что, возможно, намекнул мужчина, а может и сказал прямо. Но девушка не сразу поняла смысл. Скрывшись немного за спиной кресла, она повесила на неё полотенце и ловко натянула на себя футболку. — Здесь. Ты что, хотела уйти? — первые слова Жози практически разбили сердце Баки. — Естественно хочу, ты же моя девушка, — он непонимающе смотрел на неё, словно она сказала самое нелепое, что можно было только сказать. Конечно он хотел, чтобы она осталась. В душе он переосмыслил всё, что чувствовал к сестре Бартона. Она ему нравилась. И даже очень. Он влюбился, словно мальчишка в эту маленькую девчушку, которая украла его сердце. Барнс хотел заботиться о ней, ласкать, дарить всю свою нежность, любить её. Она была словно лучик света в его темной гнилой душе. Жози дарила ему всё, чего ему так не хватало. — Твоя девушка? — вновь переспросила Бартон. — Да, моя девушка, — мужчина непонимающе хмурился, вглядываясь в глаза молодой особы. И нет, она не была глупой. Просто такое услышишь не каждый день, тем более, как поняла девчонка, мужчина решил это всё в голове, а сама девушка не была в курсе, и это её не пугало, а просто повергло в шок. Пока она стояла за креслом, то успела несколько раз осмотреть обнаженные участки тела Баки, пока вокруг его бёдер было повязано полотенце, а после она заметила его взгляд и продолжила: — Не думай ничего плохого, — на её лице появилась лёгкая улыбка. — Просто ты об этом не сказал. Просто… ну, как сказать, чтобы это не звучало грубо. Сейчас некоторые могут просто заняться сексом без обязательств. Вот. Она не хочет? Это было для неё несерьёзным? Она просто игралась с ним? Тысяча и одна мысль крутилась в голове Солдата, пока та не продолжила. Чёрт. Он должен был сказать, это же не сороковые. Девушкам нужно кольца, прочие подарки и предложения. — Чёрт… — прорычал Барнс. — Ты подумала, что это несерьёзно? Это всё из-за кольца, да? Будет тебе кольцо и букет, — рычал Баки, чувствуя, как злость на самого себя накатывает всё сильнее. — Жди здесь. Как он мог этого не понять? Мужчина стал быстро одеваться, не собираясь медлить и идти за подарком. — Баки, — девушка позвала его, подходя к нему ближе, но он словно не слышал. — Баки! Стой! — она положила свою ладонь на его плечо, тем самым останавливая, а после юрко оказалась перед ним. — Не нужно никуда идти. Я не думала, что это несерьёзно — это, во-первых, а во-вторых, мне не нужно кольцо и букет. Послушай, меня, хорошо? — Жози стала смотреть в мужские глаза. — Ты мог просто сказать мне об этом, просто, сейчас совсем другое время. В общем, идти никуда не нужно. Хорошо? — с добротой спросила рыжеволосая, улыбаясь, а её глаза блестели. Мужчина сощурился, внимательно вглядываясь в глаза Бартон, пытаясь понять врёт та или нет. — Хорошо, — всё же сдался Баки, почувствовав нежное и такое нужное прикосновение возлюбленной к своему плечу. Подхватив девушку на руки, Барнс отнёс её на кровать, укладывая и ложась рядом с ней. Укрыв их двоих одеялом, тот придвинул сестру Бартона к себе за талию и прижал. — Спокойно ночи… — тихо произнес мужчина, целуя возлюбленную в лоб. Жози поджала свои губы, улыбаясь, прикрывая глаза. Раз всё так получилось, то ей стоит о многом поговорить с Баки, чтобы ввести его в курс дела нынешних отношений и прочего. — Доброй ночи, — ответила она, а после повернулась лицом к мужчине, утыкаясь в изгиб его шеи, вдыхая мужской запах кожи, а её рука обняла Баки за торс, большим пальцем проглаживая его рельефные кубики пресса. Мужчина чуть ли не урчал, лёжа рядом с ней. Ему было очень хорошо рядом с девушкой. Конечно, ситуация с тем, что девушка подумала, что он сделал все несерьёзно и хотела уйти к себе в комнату — сильно задела его. Но его чувства при этом не уменьшились. Он всё хотел подарить ей всё, что только может. Он даже начал думать о том, сколько у них будет детей. Чёрт. Ему уже не терпится надеть кольцо на её безымянный палец.