Феликс, ты идиот?

За окном стоит теплый сентябрь. Опавшие листья пролетают мимо окон, блуждая по свободному Сеулу. Дождь давно прекратился, уступив место палящему солнцу далеко в небе. — — Хенджииииин, — протяжно доносится из ванной комнаты, перебивая звук телевизора. Хван глубоко вздыхает, уже предугадывая то, что Ликси где-то застрял, ибо по пустякам тот не зовет, да еще и из ванной. — Принцесса попала в беду? Еë схватил огромный трехглавый дракон? — усмехается парень, открывая дверь. Перед ним появляется Ли Феликс, сидящий на стиральной машине. Растрёпанные волосы, румянец на щеках и приоткрытые губки, которые замерли в ожидании реакции. — Это не совсем то, что ты мог подумать. — Да я вообще не могу ничего подумать. Зачем ты позвал меня сюда, если твоими занятиями являются посиделки на стиралке, малыш? — Хенджин не знает, какие эмоции сюда подойдут лучше всего, поэтому остается на стороне под названием: «Лучше просто ждать чудной истории, которая разложит все по полочкам». Ли устало закидывает голову назад, жмуря глаза. Его рука находилась позади этой шайтан-машины. Как бы он не дергал — не выходит. — Нужно отодвинуть провод у моего кольца, он зацепился и я руку вытащить не могу. Я устал стоять, поэтому просто сел на нее, этот робот сдвинулся и моя рука прошла еще глубже! — блондин яростно дергает рукой, подтверждая свои слова. Минуту молчания заканчивает звонкий смех Хенджина. Парень сгибается пополам, чувствуя, как в животе начинает колоть от такой резкой смены эмоций. — Феликс, ты идиот, — смахивая слезинку, цедит Хенджин, параллельно хватаясь за свой живот. — Может ты соизволишь оказать мне услугу и вытащить меня? У меня такое чувство, словно я в плену у стиральной машины, — а пострадавшему сейчас, кажется, совсем не до шуток. Брюнет небрежно собирает передние пряди волос в хвостик, приближаясь к «захватчику» принцессы. — Тебе придëтся потерпеть, я не смогу пролезть туда рукой по другому. — О чëм т… — глаза Ликси округляются, когда тело старшего чуть ли не ложится на него. Одна рука Хенджина уместилась на ноге блондина, а вторая — отчаянно ищет тот самый провод между стеной и машинкой, который держит в своем плену ручку Ли. Младший прикрывает глаза, ему совсем не нравится реакция тела на касания Джинни. Сам же парень даже и не думал убирать свои пальцы с феликсовой ляжки, уж больно удобно было держаться. Да и вообще, сам виноват. Нечего было лезть туда. Как Хенджину еще держаться, чтобы самому не свалиться? — Зачем ты сюда вообще полез, хуй найдешь еще этот провод, — старший поворачивает голову в правую сторону и сталкивается взглядом с прикрытыми глазками младшего, на которых подрагивали реснички. Испугавшись, что Феликсу стало плохо, Хенджин хотел уж было побежать за чужой помощью, но вспомнив, где находится его рука, сразу отбросил все планы. Теперь ему хочется поиграть и потрепать нервы тому, кто все это учудил. Длинные пальцы скользят вверх, чувствуя очертание нижнего белья сквозь ткань домашних штанов. — Хенджин, давай быстрее, пожалуйста, — Ликси шепчет, не желая открывать глаза. Он думает, что парень по-прежнему ищет провод, но даже не почувствовал того, что его рука на свободе уже около 15 секунд точно. Глаза испуганно распахиваются, чувствуя хенджиновские губы на своих. Парень напротив, в свою очередь, абсолютно спокоен. Его вторая рука, наконец, уделяет внимание другой ножке Ликси, повторяя все те же действия. Горячий язык мокро облизывает нижнюю губу, терпеливо ожидая, пока блондин даст «разрешение», но не проходит и пары секунд, как Ли целует в ответ, прикрывая свои глазки обратно. В груди петарды взрываются, оба не хотят сейчас думать о чем-то, их разум не подчиняется здравому смыслу, поэтому стоит просто наслаждаться моментом. Собственно, это они и делают. Хенджин закрывает дверь на замок, возвращаясь к своей принцессе. Его руки нагло лезут под толстовку, исследуя подтянутое тело младшего. Ликси резко поворачивают лицом к этой жуткой машине, заставляя упереться в нее руками. У паренька пелена перед глазами. Все, что он может сделать — так это просто тяжело дышать от грубых хенджиновских шлепков на своей заднице. Хван теряется в пространстве, заинтересовавшись молочной кожей малыша. Его тело прижимается к телу Ликси, руки перемещаются на оголённую грудь, а губы мягко касаются плеч и лопаток, выцеловывая каждую веснушку и родинку. — Джинни… — младший все еще пытается сообразить что-то, но у него плохо получается. Да и мало у кого получится соображать, когда тебя целует сам Хван Хенджин. Кончики пальцев стягивают штаны вместе с бельем. Ладонь уверенно ложится на спину младшего и давит на поясницу, чтобы тот принял удобное положение. Хенджин опускается на колени, и, недолго думая, языком касается ануса. Блондин стонет, цепляясь руками за стиралку, пока у самого ножки подкашиваются так, что стоять тяжело. Сильные руки Хвана впиваются в бедра Ли, давая тому опору. Губы мягко целуют промежность, языком проникая внутрь. У самого сейчас вулкан взорвётся, но Джинни таким провокациям организма не поддается, не говоря уже о ноющем Феликсе, который сгорит сейчас от пыток. — Хенджин, пожалуйста, — шепот младшего больно отдается внизу. Член напоминает о своем существовании каждый раз, но его упрямо игнорируют. — Ты что, растягивал себя? — удивленно спрашивает брюнет, видя то, как легко он принимает в себя два пальца сразу. Щечки Ли краснеют, а сам он старается спрятать личико в изгибе локтя, не желая раскрывать правду. Хенджин смеется, дотягиваясь до самого верхнего шкафчика, с легкостью достает оттуда смазку и избавляется от собственного белья. — Будь послушным мальчиком, Ли Феликс. После этих слов Хван медленно входит, ощущая каждой венкой всего Ликси. Младший гортанно стонет, хватаясь пальчиками за жалкую поверхность стиральной машины. Брюнет двигает бедрами вперёд, получая новую дозу услады для ушей. «Как же туго… расслабься, малыш…» — проносится в голове у Хенджина, но парень останавливается, слыша поворот ключей. — Ребята, мы дома! — слышится в коридоре голос Джисона. Феликс все еще в прострации, он ничего не слышит и не замечает. А Хван, решив не останавливать игру, ладонью закрывает ротик младшему. Он продолжает двигать тазом, входя все глубже и грубее, наслаждаясь адреналином, который очень сильно бьет по вискам. Шлепки тел слышны все равно, но упавший в сторону шампунь решает всю ситуацию, задев кран с водой. Шум идеально перекрывает все звуки любви этих двух. Ликси закатывает глаза, теряя контроль над собой. Ему нравится все, что он сейчас чувствует. Одна мысль о том, что сейчас за дверью стоит кто-то из мемберов — заводит. И заводит совсем не по-детски. — — Да оставь ты их, Джи, что ты лезешь? — Минхо недоумевает. Любопытство Джисона всегда было и будет, но не настолько часто же. — Ну пусть хотя бы предупреждают, мы бы задержались в кино. Че за подстава? — Ты завидуешь кому-то из них, белочка? — ухмыляется Ли Ноу, подходя со спины к Хану. — Кошатник, отстань, на улице не весна, перебьешься, — Джисон фыркает и скрывается за дверью.