Pills

      Джерард был знаком с Фрэнком уже около трёх лет. Они познакомились как раз в тот момент, когда Джи чувствовал себя особенно одиноко. Дело в том, что когда мальчику было одиннадцать лет, они с семьёй были вынуждены переехать в другой штат, так как его отцу предложили новую работу с более выгодными условиями. Джерарду нужно было переходить в новую школу, в которой он, конечно, никого не знал. В его предыдущей школе у него тоже почти не было друзей, за исключением одноклассницы, с которой он сидел за одной партой.       В новой школе одноклассники с первого дня не обращали на него никакого внимания. К пятому году совместного обучения класс уже разбился по группкам и общался только между собой. Его же просто игнорировали. Первые пару недель он пробовал завести новые знакомства, пытался как-то начать общение, но, казалось, никому не было дела до мальчика. Учителя даже не замечали, что он ни с кем не общается. Ну или им просто было плевать.       А потом он просто сдался. «Наверное я действительно не достоин друзей» — пронеслось в его голове. С каждым днём он всё больше уходил в себя, в свои мысли. Было трудно заставить себя что-то делать. Мальчик теперь даже в кругу семьи вёл себя более отстранённо. Такое состояние у него было ещё два года. Всё было так до того момента, пока он не познакомился с ним.       Это был последний месяц учёбы перед летними каникулами. Май. Месяц, когда зелёная листва уже полностью покрыла ветви деревьев. Солнечные лучи пробиваются сквозь схожие с ватой облака, освещая улицы яркими, тёплыми лучами. В этот день Джерард как обычно отправился в школу. Вообще, его жизнь в какой-то мере была похожа на день сурка. Каждый последующий день был схож с предыдущим, ничего нового не происходило. Иногда доходило до того, что он даже думал, что его жизнь не имеет смысла. Из-за отсутствия мотивации в учёбе, его успеваемость значительно снизилась.       Сейчас Джи сидел на уроке алгебры. Из открытого окна было слышно шум проезжающих машин. Из-за ветра можно было услышать шелест листьев. Учительница объясняла тему, записывая на доске какие-то уравнения. Кто-то из одноклассников внимательно слушал, переписывая все примеры себе в тетрадь, а кто-то перешёптывался, общаясь между собой. Мальчику было не до этого. Он сидел один за партой и думал о чём-то своём, полностью погружаясь в свои мысли. Он был настолько отвлечён, что не сразу понял, что его вызвали к доске. Услышав свою фамилию, он поднялся с места, направляясь в начало класса. Внутри сразу же возросло чувство тревоги. Трясущимися руками взяв мел, он поднял глаза на уравнение, написанное на доске, осознавая, что совершенно не знает, как это решать. Казалось, будто одноклассники в эти секунды прожигают его спину своими взглядами. Учительница стояла сбоку от него, сложив руки на груди.       — Ты снова не готов, Джерард? — она тяжело вздохнула, садясь за учительский стол, — садись, два.       В этот момент его сердце словно пропустило пару ударов. На негнущихся ногах он пошёл обратно к своему месту, слыша в свою спину слова:       — Наилегчайший пример ведь, как можно быть настолько… — она явно хотела продолжить, но не стала. После этого кто-то из ребят пошутил про это. По классу прошёлся смешок. Даже учительница, поворачиваясь к своему компьютеру еле заметно ухмыльнулась. Джерард уже ничего не слышит. Ничего кроме своих мыслей, которые становятся громче происходящего вокруг. Голос внутри снова говорит ему о собственной ничтожности. Случилось то, чего он всегда так боялся. На глаза наворачиваются слёзы, дышать становится тяжелее. Он прикрывает глаза руками, пытаясь сдержаться, чтобы не расплакаться прямо на уроке, ведь тогда он опозорится ещё сильнее. Хочется просто исчезнуть прямо сейчас. Минуты до звонка превращаются в часы.       Вот он слышит его и, буквально срываясь с места, быстрыми шагами выходит из кабинета. Он идёт по коридору, не замечая выходящих из других кабинетов школьников, чувствуя как слёзы начинают катиться по горящим щекам. Мальчик заходит в туалет, закрывая дверь за собой. Он прислоняется спиной к холодной стене, медленно спускаясь по ней на пол. Он сидит, опустив голову так, что чёрные пряди волос почти полностью закрывают его лицо. Джерард плачет и не может остановиться. Слёзы капают, попадая на белую рубашку, на школьные брюки, на кафельный пол; его всего трясёт. Пытаясь остановить слёзы, он почти до крови кусает свою нижнюю губу, специально пытаясь сделать себе больно.       — Хэй, ты в порядке?       Он открывает глаза, видя перед собой ноги в чёрных конверсах. Джерард поднимает голову и видит парня, примерно своего возраста, лет тринадцати. На нём одета серая толстовка с рисунком в виде рёбер по центру и чёрные узкие джинсы. Посередине головы у него недлинные тёмные волосы, образующие чёлку, а по бокам они сбриты и осветлены.       Джи сильно растерялся. С ним впервые кто-то заговорил в этой школе. Он даже забыл, что нужно что-то ответить.       — Вижу, что не совсем. Вставай, — он протягивает ему свою руку. Джерард до сих пор в шоке. Он даёт свою влажную от слез ладонь и, чувствуя, как ее сжимает чужая, поднимается с пола. Сейчас он осознаёт, что стоит перед другим человеком весь заплаканный, с красным, мокрым лицом. Накрывает чувство стыда. Слёзы по новой начинают идти из покрасневших глаз.       — Ну, ну, чего ты… Иди сюда… — мальчик не замечает, как оказывается в тёплых объятиях. Всё, что он может сделать, это ответить на них, так же обвивая руками его тело. Он сильнее прижимается к нему, теперь плача ему в плечо, иногда всхлипывая.       — Что-то случилось? Неудачный день? — предполагает он, понимая, что мальчик всё равно сейчас не сможет дать внятного ответа. В ответ он лишь несколько раз кивает, продолжая плакать, всхлипывая ещё громче.       — Чш-ш… — он успокаивающе гладит его рукой по дрожащей спине. Потом он обязательно спросит, что же всё-таки случилось, но не сейчас. Сейчас нужно просто обнять его и не отпускать.

***

      С того момента они начали дружить. В тот день Джерард выяснил, что парня зовут Фрэнк, и что он совсем недавно перешёл в эту школу и учился в параллельном классе. «Странно, как я не замечал его раньше» — подумал тогда Джи, но не стал предавать этому значения. Фрэнк был младше Джерарда всего на пару месяцев. Общались они в основном тогда, когда оставались наедине, чаще всего встречаясь на переменах в туалете. После школы Джерард часто приглашал его к себе в гости. Они могли разговаривать часами на абсолютно любые темы, во многих вопросах их мнения были очень схожи.       С того момента прошло уже три года. Джерард давно начал задумываться над тем, что он на самом деле чувствует к Фрэнку что-то большее. Парень явно был симпатичен ему, и постоянно казалось, будто это взаимно. К тому же, за это время он успел сильно привязаться к нему. Сегодня, в пятничный вечер, Джерард как обычно пригласил его в гости. Увидев друга в дверях он улыбнулся ему, и они пошли в его комнату. Когда они вдвоём сели на застеленную кровать, Джи не удержался, обнимая Фрэнка, прижимая его к себе, чувствуя, как тот обнимает его в ответ. Рядом с ним он мог чувствовать себя в безопасности. Он положил свою голову ему плечо, прямо как в тот раз. Много что изменилось с того момента. Конечно, они оба в первую очередь повзрослели. Им обоим было уже по шестнадцать лет. Джерард начал стричься короче, и теперь его волосы, ранее доходившие до плеч, были до ушей. Причёска Фрэнка не изменилась, но зато на лице появилось два пирсинга. Парень проколол себе крыло носа и нижнюю губу. Джи находил это очень милым. Вдруг он поднял голову, немного выпуская Фрэнка из объятий.       — Мне нужно столько всего рассказать тебе…       — Давай, ты же знаешь, я готов слушать тебя вечно, — произнёс Фрэнк, улыбнувшись краешком губ. Джерард немного засмущался, но улыбнулся ему в ответ.       Они болтали целый час. Точнее, говорил в основном Джерард, рассказывая о том, как прошёл его день, о своей любимой музыке и вообще обо всём, что его интересует, а Фрэнк всё это время его внимательно слушал. На пару секунд он замолчал.       — Знаешь, мне кажется, я люблю тебя, — вдруг произнёс Джерард, вглядываясь в чужие глаза орехового цвета. Ему самому не верилось, что он правда сказал это.       — Я тоже люблю тебя, — ответил парень, как ни в чем не бывало.       — Ну, понимаешь… Не как друга.       — Я знаю.       У Джерарда было такое чувство, словно внутри что-то ёкнуло. Последовала неловкая пауза в несколько секунд. А потом Джи почувствовал чужие тёплые губы на своих. Он прикрыл глаза, давая волю чувствам. Фрэнк притянул его к себе, приобнимая за талию, проводя своим горячим языком по его обветренным губам. Старший немного разомкнул губы, пропуская чужой язык, положил обе руки на плечи парня. Пытаясь углубить поцелуй, он ощутил, как Фрэнк немного прикусил его нижнюю губу, после сразу зализывая укус. От таких действий где-то внизу живота разлилось какое-то приятное, тёплое чувство.       — Джерард, ты пил сегодня таблетку? — прерывая идиллию, донёсся с кухни женский голос. Джи нехотя оторвался от влажных губ, прерывая поцелуй.       — Это моя мама. Я сейчас приду, — проговорил он, пытаясь восстановить дыхание.       Фрэнк с понимаем посмотрел на него, коротко кивнув. Джерард встал с кровати и вышел из комнаты, прошёл по небольшому коридору, оказываясь на кухне. Мама стояла у плиты спиной к нему, что-то готовя.       — С кем ты там разговаривал? — обратилась она к мальчику.       — С Фрэнком, — незамедлительно ответил Джи.       — Аа, ну да, с Фрэнком, — казалось, она сейчас думает о чём-то своём, — ты опять забыл, — она взяла лежащую на столе упаковку таблеток и, доставая одну, положила её перед мальчиком на стол. После этого она поставила рядом стакан воды.       — Выпей это, милый, — она заметно нервничала, и Джерард решил не расстраивать её, глотая таблетку и запивая её водой.       Последние три года его зачем-то пичкали разными таблетками. Джерард не знал, чем он болеет. Его водили несколько раз по врачам, которые говорили, что с ним что-то не так. Они постоянно говорили про какие-то галлюцинации. Некоторые даже говорили ему, что он выдумал Фрэнка. Но он то знает, что это неправда.       Ощущая какую-то слабость в теле, он пошёл обратно к себе в комнату, но, открыв дверь, не обнаружил там Фрэнка. «Он снова ушёл, не попрощавшись» — подумал Джи, опускаясь на кровать и почти сразу проваливаясь в сон.