Классика в эротическом свете

— Ты обещал не дуться. Настя вошла в комнату без разрешения. О том, что Эрик был обижен, говорил не только его взгляд: протест был виден даже в поведении. Впервые за всю свою жизнь он читал книгу лёжа, хотя бесконечно повторял про вред глазам и спине. Не хватало только гамбургера под рукой для полной картины. Настя легла рядом с Эриком, хотя он нарочно и занял всё место на кровати. Но она умела умещаться даже там, где почти не оставалось пространства. Плотно прижавшись к нему, Настя положила голову ему на грудь и бегло прочитала несколько строчек в книге: «Друг Мор, — ответил Рафаил, — ты дважды ошибаешься: во-первых, в отношении меня, во-вторых, по сути дела. У меня нет тех способностей, которые ты мне приписываешь, а если бы они и были, то, жертвуя для дела своим бездействием, я не принес бы никакой пользы государству…» — Настя перестала понимать смысл уже после первых слов, поэтому отложила саморазвитие. — Ведёшь себя так, словно я тебе по-настоящему изменила, — фыркнула Настя, когда молчание затянулось. — Ты же понимаешь, что этот парнишка слишком много знал? Мы не могли его просто так отпустить. Настя знала толк в соблазнениях. И к её великому сожалению, об этом также знал и начальник. Хотя он и клялся, что её следующая миссия не зайдёт дальше кокетства и неловкостей, слегка обнажающих тело, цель — ещё совсем молодой и недавно вступивший в наследство парень — оказалась не такой уж податливой. Насте пришлось выложиться по максимуму, где-то переступая черту. Сладкая надежда всегда ослепляла. И Насте надо было просто подарить эту надежду. Не больше. — Я обижаюсь не из-за этого, — нехотя признался Эрик, не отрываясь от книги. В тот миг Настя хотела выбросить эту философию куда-то подальше, чтобы он не отвлекался и не скрывал своего взгляда. — Я его даже не целовала! Я тебе клянусь, он меня даже не трогал. — Я знаю. — Ну и в чём проблема? Настя всячески старалась подавить свой гнев. Наверное, она бы не стала даже придавать этому значение и поговорила с Эриком более спокойно, если бы он хоть раз до этого высказал свое недовольство. Настю не впервые использовали, как соблазнительницу. Что сейчас было не так? Эрик вдруг отвёл взгляд в сторону, больше не заинтересованный книгой. Настю тут же кольнуло лёгким смущением, которое перекрыло раннюю обиду. — Обещаю не смеяться, — улыбнулась Настя, когда поняла, что дело было не в «измене». — Ты всегда так говоришь. — Ну… обещаю попробовать войти в положение. Эрик ответил не сразу, и Настя сама еле сдержалась, чтобы не поджать губы от легкого волнения. Тем не менее молчание было недолгим. — Почему ты вела с ним так… а вот со мной не так? Я тоже хочу, чтобы у нас было так же! — О… Настя не могла вспомнить, когда Эрик не мог подобрать верных слов. Он всегда говорил прямо, даже когда ситуация казалось безвыходной, одной лишь речью он мог переубедить истукана. Но сейчас он казался по-настоящему растерянным. Это сбивало с толку. А затем Насте захотелось рассмеяться. Пришлось прикусить язык, хотя её плечи предательски поднимались от внутренних истерик. — Ты обещала! — серьёзно напомнил Эрик. — Прости, но… Боже, Эрик, это же действительно очень смешно! — Настя расплылась в улыбке. — Дай я сформулирую на человеческом… Ты расстроен просто из-за того, что я не применяю все свои подлые и даже дешёвые уловки для твоего соблазнения? Я даже не сделала ничего такого выдающегося! — Тем не менее со мной ты так не флиртуешь. А я, между прочим, твой самый близкий человек! Настя недоуменно взглянула на Эрика, нахмурилась. Когда порыв смеха прошёл, она сказала уже более серьёзно: — Соблазнение придумали, чтобы заманивать малознакомых людей в постель, а потом использовать их страсть против них самих. На крайняк — если совсем не встаёт. Мне казалось, у нас всё вполне хорошо. — Но ведь так будет ещё лучше? Настя на миг задумалась. Может, и правда — их жизнь стала слишком обыденной для удивлений. В конце концов почему бы и не попробовать? Она могла довести хотя бы один из планов до победного конца, а не обрывать его на самом пике, когда чужие руки тянутся к её одежде. — Ну хорошо, сам напросился. — Настя резко поднялась с кровати, отряхнулась и пошла к двери. — Сейчас будет тебе всё, что хочешь. А то опять чувствую себя недающей стервой. — Я тебя же ничего не заставляю… — Поздно! Ты уже активировал режим «шаловливые мыслишки». — Что это за режим такой? — Ну, вот сейчас и узнаешь. Настя быстро направилась к кухне, взяла глубокую тарелку и насыпала туда персики. Они выглядели очень вкусными. И сочными. Настя, довольная собой, вернулась к Эрику с полной тарелкой фруктов. Гордо поставила на стол, нарочито шумно, и улыбнулась ему. Эрик, однако, не выглядел поражённым: — Очень смутное дежавю. Ты давным-давно проворачивала это на мне, когда мы только познакомились! — На это и расчёт. — Ну и какое это соблазнение, если эффекта неожиданности нет? Настя ошарашенно взглянула на Эрика: — Ты когда стал таким наглым? Я тут стараюсь, вообще-то, а ты… — Просто мне кажется, что именно вот это не сработает. Настя наигранно прикусила губу, словно эти слова ранили её в сердце. Однако нарочно ничего не ответила, чтобы повисшее молчание напомнило об уединении. Никого. И ничего. Когда же тишина затянулась, давя сладким ожиданием по нервам, Настя медленно приблизилась к лицу Эрика и бережно коснулось рукой его шеи, пробежавшись пальцами по затылку. Неторопливо, осторожно. Слегка надавливая. Столкнувшись с его выжидающим взглядом, Настя прошептала прямо над ухом: — Ну а что, тебе обязательно нужно что-то особенное, когда сам-то заводишься с пол оборота? Эрик прикрыл веки, глубоко вдохнув. Ему стоило большой выдержки ответить тихо и ровно, не срываясь: — Всё стало слишком обыденным. Хочется что-то новое и… — Новое? — перебила Настя и хитро ухмыльнулась. Она так и не отпустила шею Эрика, продолжая играть пальцами на его коже. — Знаешь, а ты первый, кому не нравятся мои методы. Считаешь, они устарели? — Я не… Настя резко, без предупреждения, стянула с себя футболку и бросила на стул, даже не проверив, долетела ли она или оказалась на полу. Она хотела видеть, как Эрик от неожиданности нервно сглатывает и отводит взгляд, как старается подавить возбуждение… Однако Настя не успела уловить момент, когда Эрик обхватил её за плечи и осторожно уложил на подушку, взяв над ней верх. Сердце предательски ёкнуло, когда Настя поняла, что его пальцы уже пробрались под лямку лифчика. Ещё чуть-чуть — и всё выйдет из-под контроля. Из-за этой тонкой грани Настя ощутила, как она теряет власть над всем самообладанием, как чувствительнее стала её кожа. — Твои планы действительно терпят крах, — прошептал Эрик, и от его тихого, вкрадчивого голоса Настя сильнее сжала ноги, — Кажется, это ты должна держать всё в своих руках и контролировать меня, а не наоборот. — Мог бы и подыграть для приличия, — фыркнула Настя. — Если уж девушка раздевается — надо стеснительно отвернуться. — Я не дурак, чтобы не любоваться полуголой красавицей. — Ты всегда можешь мной любоваться вообще-то! — Но без одежды ты красивее. Настя готова была окончательно сдаться и потеряться в чувствах, но Эрик вдруг отстранился от неё. Она с удивлением взглянула, как он передвинул тарелку с фруктами поближе, переставил на стол и взял первый персик. — Хорошо, я всё испортил. Давай переиграем. — Эрик на миг замолк, наблюдая, как Настя, ухмыльнувшись, потянулась к нему поближе, чтобы облизнуть фрукт. — Буду исправлять свои ошибки. Она игралась языком, а затем резко откусила небольшую часть персика. Несколько вязких капель упали на обнаженную кожу. Внутренняя дьяволица ликовала, наблюдая за плотоядным взглядом Эрика. — Тем не менее мои «старые» методы ещё действуют на тебя, — усмехнулась Настя. — Не переоценивай себя. Я будто не вижу, как ты сама заводишься от моего голоса. — Ну а ты — от моих стонов. Эрик удивлённо поднял бровь: — Я их не слышал. — А ты хочешь? Новый надкус — сок медленно стек по губам, очерчивая изящный подбородок, опускаясь по шее и скапливаясь в ложбинке между ключиц. Настя медленно проглотила, потянувшись к новому персику, на этот раз — самому большому и сочному. Теперь она уже не стремилась слизать сок со своих губ — прикрыла веки, стараясь как-то унять грохочущее от предвкушения сердце. Сначала это был поцелуй. Лёгкий, почти незаметный. Настя сильнее ощутила, как руки Эрика настойчиво обняли её, как пальцы тоже стали быстро-быстро бегать по её плечам и спине. Эрик снова навис над ней, не давая на этот раз и шанса увильнуть от ласк. Настя не сразу почувствовала, как его губы постепенно переместились к подбородку, спустились к шее. Когда она ощутила язык на собственной коже, низ живота сжало болезненное возбуждение. В тот миг только одна мысль вертелась на уме: как хорошо, что на ней не было майки. И как ужасно, что она не догадалась расстегнуть лифчик. Дорожка поцелуев дошла до плеч, затем — до рук и запястий. — Помнишь, я говорила, что с друзьями есть намного вкуснее? — прохрипела Настя. Она нащупала в тарелке новый персик и снова надкусила. Однако сок потёк вновь по рукам, минуя грудь. Как же у неё получилось так в прошлый раз? И почему сейчас, когда она искренне желала повторить трюк, ничего не выходило? — Ч-ч-ч, — прошептал Эрик, положив палец на её губы. Он, однако, сразу же понял её намерения. Осторожно отобрал у неё персик и, приблизив фрукт к её телу, крепко сжал. Настя закусила нижнюю губу, когда холод коснулся её груди, проникая под ненужную ткань лифчика. Но не успела она опомниться, как щёлкнула застёжка и белье слегка сдвинулось вверх, обнажая её тело. Настя не успела приготовиться. Всё произошло настолько быстро, что волна наслаждения снесла прочь остатки рассудка, срывая с её губ громкий стон. Эрик слизал сок сначала с шеи, а потом опустился ниже и ниже, пока не остановился возле набухших от возбуждения сосков. Его пальцы резко впились в её грудь, начали мять с невообразимой силой, а язык жадно слизывал капли с её кожи. Настя сжала ноги, стараясь подавить вспышку удовольствия. Не выдержав, она застонала, откинув голову на подушку и прогнувшись в спине. С наслаждением она чувствовала, как пальцы Эрика сильнее сжались, настойчивее ласкали её ноющую кожу, как язык быстрее и хаотичнее лизал её, опускаясь всё ниже. Настя хотела, чтобы Эрик как можно быстрее избавил её от оставшейся одежды и продолжил ласку в самой горячей части её тела, но вместо этого он резко схватил её за плечи и развернул спиной. Не успела Настя осознать, что происходит, как Эрик перехватил её руки и прижал их к её же груди. Она завороженно наблюдала, как собственные ладони под его контролем ласкали полные полушария, однако повисший лифчик загораживал собой всё зрелище. — Сними… — сипло попросила она. Говорить удавалось с трудом. — Сними сейчас же. Когда лифчик бесцеремонно был отброшен, Эрик нагло направил руки Насти к соскам. Стон сорвался с её губ. Настя вновь прогнулась в спине, желая упереться ими во что-нибудь и слегка унять пыл. Услышав сбивчивое дыхание и приглушённый рык, Настя сразу же вырвалась из ослабевшей хватки Эрика и быстро перехватила инициативу. Хотя грудь предательски заныла, требуя продолжения ласки, руки действовали решительно: одной Настя схватила Эрика за воротник и крепко сжала, притягивая к себе, второй — расстёгивала пуговицы, начиная снизу, иногда нарочно касаясь торса. Едва он попытался снова взять контроль, Настя надавила коленом между его ног. Закатив глаза, он тут же сдался и на некоторое время позволил ей взять вверх над собой. Когда Настя отбросила ненужную кофту, она прижалась к груди Эрика, крепко обняв его за шею, и быстро прильнула к губам. Её тело сразу же отозвалось на поначалу лёгкие прикосновения его пальцев, которые медленно изучали её спину, двигались ниже к пояснице. Настя прикрыла веки, чтобы полностью отдаться чувству. Не прерывая поцелуй, Эрик резко вошёл пальцами под её джинсы и нижнее бельё, сжал ягодицу. От неожиданности Настя откинула голову, чувствуя, как волна мурашек и возбуждения окончательно сносят крышу. Едва его пальцы соскользнули чуть глубже, лаская клитор, Настя забылась в долгом стоне. Было слишком хорошо. — Какая же ты у меня громкая, — хрипло рассмеялся Эрик. Настя улыбнулась и, наверное, хотела что-то ответить, но мозг отключился окончательно. Она извивалась, стараясь получить новые ощущения, двигала бёдрами и постанывала. Момент, когда Эрик высунул пальцы, оставив её неудовлетворённой, показался Насте ужасно несправедливым. Внизу всё горело, изнывало от болезненного возбуждения… Резко Настя вспомнила и о самом Эрике. Она толкнула его обратно на подушку и, не давая времени опомниться, уселась на его коленях. Дрожащими пальцами расстегнула ширинку, отбросила брюки, не заметив, как что-то звякнуло и с грохотом разбилось. Каждая секунда превращалась в томную вечность. Хотелось получить желаемое как можно быстрее. Покончив с одеждой, Настя передвинулась ближе к Эрику, разместившись на его животе. Он выжидающе смотрел на неё снизу вверх, слегка приподнявшись на локтях. Настя опустила голову, чтобы поцеловать его в губы, но сразу же увильнула от его языка и так же, как и он её совсем недавно, начала покусывать его чувствительную кожу на шее и плечах, стараясь не обращать внимание на его настойчивые руки, сжимающие её поясницу. Но игнорировать ласки не получалось. Чем дальше пальцы двигались по спине и сильнее давили на неё, тем слабее и покорнее она становилась. Она выгнулась, с трудом сохраняя равновесие, и этим сразу же воспользовался Эрик. Настя недолго возвышалась над ним, наслаждаясь приятным состоянием доминирования: Эрик резко схватил её и повалил на спину, прижимая к постели. Хотя она пыталась вырваться, делала она это намеренно слабо и только из вредности. Ей нравилось смотреть на Эрика снизу, нравилось, когда он нависал над ней, нравилось чувствовать его силу. Но ей не нравилось признавать это. Теперь Эрик помог ей раздеться. Настя даже не заметила, что только на ней ещё оставались джинсы. Пока он осторожно стягивал с неё бельё, она нетерпеливо схватила его за плечи и напряглась, чтобы дотянуться до его шеи и покрыть быстрой дорожкой поцелуев. Нарочно сжала ноги, чтобы Эрик не отвлекался, и вновь перехватила инициативу, но ненадолго — он ловко высвободился из её объятий. На миг они замерли. Увидев на себе плотоядный взгляд, Настя только сейчас поняла: она осталась абсолютно голой. Беспомощной. И ей это нравилось. Но что ей абсолютно не нравилось — это ждать, пока тело, не получая прикосновений, горело от желания. Хрустнула пачка презервативов, которая сразу же отлетела в сторону, но всё равно каждое мгновение промедления ощущалось болью по чувствительной коже… Резко Эрик развернул её спиной, крепко сжав за грудь, и Настя инстинктивно развела ноги, прикрыв веки, когда его пальцы погладили внутреннюю сторону бёдер. В тот же миг низ живота пронзила острая вспышка наслаждения. Внутренняя пустота, которая истязала тело и доводила до безумия, постепенно заполнялась. Не зная, куда себя деть, Настя схватила руки Эрика, сжимающие её грудь, и стала давить сильнее, чтобы острее чувствовать ласку. Наслаждение кружило голову, и Настя, даже если бы она хотела, не могла прекратить стоны. Бёдра непроизвольно, бесстыдно двигались навстречу. — Быстрее… — бессознательно срывалось с её губ. — Ах… быстрее! Темп ускорился, Настя, окончательно забывшись, как можно сильнее прижалась к телу Эрика. Она слышала его сбивчивое дыхание, хриплые стоны, чувствовала, как сильно он сжимал её кожу, возможно, до боли, но она тонула в удовольствии, чтобы это заметить. Он не ласкал, не гладил её грудь, а именно давил, потеряв над собой контроль, что приносило больше ощущений. В тот момент им обоим снесло крышу. Для них не существовало ничего, кроме острого наслаждения, заполняющего тело. Настя чувствовала, как Эрик неистово тёрся о неё всем телом, хаотично перебирая пальцами по её коже. Смотреть, как руки, не принадлежащие ей, дерзко и с наслаждением изучали её тело, было мучительно и в то же время возбуждающе. «Хорошо… М-м, слишком хорошо!» — судорожно билось в мыслях, но произнести Настя так и не смогла: она задыхалась в собственных стонах. С каждым толчком Настю захватывало все большее блаженство. И через плотную пелену наслаждения, застилающую разум, она поняла, что скоро не выдержит. Она готова была взорваться и погрузиться в бесконечную истому. — Я… я… Она не смогла сказать. Язык заплетался. Казалось, всё тело противилось тому, чтобы осознать приближающийся конец. Тем не менее Настя почувствовала, как ласки стали хищнее, лишь быстрее двигая её к оргазму, будто Эрик только и ждал знака. Ей казалось, что у неё ещё осталось немного времени, чтобы продлить забвение, но резкая и оттого неожиданная волна неги накрыла с головой. «Нет, нет… Это же рано!» — хотелось кричать ей, но в то же мгновение она забыла обо всём на свете. Её тело пронзили ни с чем не сравнимое удовольствие, и она забилась в конвульсиях. Тело, казалось, полностью разорвало. Когда нега прошла, уступая место реальности, Настя почувствовала невообразимую усталость. Тяжело дыша, она повалилась на бок, стараясь унять грохочущее сердце. В глазах потемнело. Насте казалось, будто она превратилось в выжатый лимон — такой же уродливый и никому ненужный. Тело её продолжало дрожать, но уже не от удовольствия — а от усталости, которая выедала её органы и кости. Настя закрыла глаза, но лучше не становилось. Теперь она сильнее чувствовала, как кружилась голова. «Словно десять километров без остановки…» — сбивчиво пронеслось в мыслях. — Тебе принести воды? — раздался голос совсем рядом. Настя нервно сглотнула. Последнее, что она хотела — это пить. Наверное, её желудок сделает пируэт и сожмётся, выбросив всё содержимое наружу. С трудом открыв глаза, Настя взглянула на Эрика, который обеспокоенно оглядывал её. «Как он вообще так быстро оправляется?!» — с завистью подумала она. Складывалось ощущение, что он вообще не уставал. — Да ладно… — тихо просипела Настя и вяло подняла голову, чтобы посмотреть Эрику в глаза. — Я же не настолько паршиво выгляжу! Эрик улыбнулся и лёг рядом с ней, сжав её за руку. Настя поёжилась: теперь вместе с усталостью её одолел лёгкий озноб. Из-за недавнего жара она и не заметила, что в комнате было довольно прохладно. — Слегка потрёпано. — Он осторожно убрал прилипшую из-за пота прядь с её лица. — Сильно устала? Настя едва заметно кивнула. Обычно секс для неё заканчивался именно так, просто раньше она это замечала не так сильно. Но на контрасте с Эриком Настя всё чаще ощущала себя дряхлой старухой. — Значит, сегодня не пойдёшь в душ? Даже если я тебя понесу? — Я брёвнышко, — выпалила Настя. — Брёвнышкам полагается лежать и ничего не делать. Честно, Настя понятия не имела, как она в таком состоянии могла принимать душ. Даже с учётом Эрика как вспомогательной силы. Она думала, что и на ногах простоит не больше двух секунд. Да ещё и мозг отказывался работать. Он выключился ещё тогда, когда Настя поставила тарелку с ягодами на кровать. Эрик рассмеялся. Осторожно приблизился к Насте, поцеловал её в лоб: — Моё ты брёвнышко. Настя вяло улыбнулась, готовая уже завернуться в одеяло и уснуть, однако кольцо вдруг укололо обидой и печалью. Она понятия не имела, что могло так расстроить Эрика в одно мгновение, поэтому быстро перевернулась на бок, чтобы проследовать за его взглядом… На полу лежали осколки тарелки. И разбросанные персики. Настя охнула. Только сейчас она вспомнила про бьющиеся звуки, на которые ни она, ни Эрик не обратили внимания. А теперь на полу царил беспорядок. Эрик ненавидел беспорядок. — Прости… — с искренним сожалением сказала Настя. — Давай я уберу? Хотя она не имела никакого понятия, как в таком состоянии она могла убраться. Эрик, хотя явно расстроенный тем, что всё так произошло, лишь качнул головой: — Нет, всё нормально. Я сам. Всё равно здесь и моя вина тоже есть. Настя нахмурилась, но усталость мешала ей возразить. Оставалось только спрятаться под одеяло, чтобы не замёрзнуть, и накопить силы для нового дня. Однако сон не лез ни в один глаз. Настя слышала шаги, шуршание веника, лязг осколков. Как назло, всё это продолжалось слишком долго, давя на совесть. Затем Эрик ушёл в душ, и в комнате ненадолго воцарилась тишина. Но и это не помогло уснуть. В конце концов, когда Эрик вернулся, Настя приоткрыла глаза и посмотрела на него. Взгляды надолго пересеклись. — Ещё не спишь? — с удивлением спросил Эрик. — Тебя жду. Эрик вздохнул, проведя рукой по ещё мокрым волосам. Они забавно взъерошились, и Настя даже хихикнула от их вида. Эрик бросил рядом пижаму, которую уже успел принести из её комнаты — значит отдых ее был не долгим. «И когда он всё успевает и ещё не устаёт?» — с лёгкой завистью подумала Настя. Она нехотя взглянула на одежду пастельных цветов, чувствуя, что силы до сих пор не вернулись, чтобы даже подняться. — Не будь как Маргарита, — с лёгкой иронией сказал Эрик, слегка боднув Настю. — Иначе замёрзнешь. — У меня есть одеяло и ты. — Всё равно. Настя закатила глаза, но долго возражать не стала: на споры потратит больше времени, чем на переодевание. К тому же Эрик помогал ей одеваться. — И кто это такая ваша Маргарита? — с наигранной ревностью спросила Настя, пока он застёгивал пуговицы на её кофте. — Моя первая любовь. — Вау. Мне казалось, что я — твоя первая любовь. — Это было после того, как ты меня отшила. Настя фыркнула, но не смогла подавить интереса: — Выходит, это твоя вторая первая любовь. И что за девушка? — Женщина. — Ещё лучше. Старше тебя? — Думаю, что до сих пор. — Значит, тебе нравятся постарше? — Скорее, мне нравятся властные и горделивые, которые не в силах устоять перед обаянием мужчины. Настя приподняла бровь, смерив Эрика недоумённым и слегка растерянным взглядом. Тот робко улыбнулся и слегка коснулся её руки, чтобы она не обижалась. — Но, признаться честно, Мастер такой себе соблазнитель, — наконец признался Эрик, когда молчание стало слегка неловким. — Думаю, я всё же немножко лучше. — Мастер? — Насте казалось, что сильнее удивиться она не может. — Это из книги что ли? — Да. Настя едва не рассмеялась от собственной глупости. Ну конечно же, в те давние времена ещё тогдашний Эрик не мог элементарно подойти к девушке, не то, чтобы как-то проявлять к ней внимание и заботу. А книжные героини были такими податливыми, следовали сценарию… С ними было невозможно что-то испортить. Покончив с пижамой, Настя с шумным вздохом откинулась на подушку. Эрик осторожно уместился рядом, положив руку под её голову, чтобы обнять. Настя посильнее прижалась к его груди. — И почему это я Маргарита? — спросила Настя. — Она полфильма и полкниги ходит голая. Совсем как ты. — Да? — Настя взглянула на Эрика неверящим взглядом. — Как это не зацензурили? — А вот так. Она ведьма. Ходит, всем мстит за своего возлюбленного, летая полностью обнажённой на метле. Потом приходит на бал Сатаны и там всем позирует… — Как интересно. — С тобой намного интереснее. Настя улыбнулась и посильнее прижалась к Эрику, чтобы забрать всё его тепло. Его голос продолжал звучать звонко, несмотря на то, сколько он успел сделать за небольшой промежуток времени. Настя никогда с таким не сталкивалась. Обычно это ей завидовали из-за того, что после секса у неё оставались хоть какие-то силы. Парни всегда вырубались. Даже Рейчер, который был переполнен бурлящей силой, чуть ли не замертво падал на кровать. Но Эрик… это было что-то совсем другое. Настя никак не могла понять, откуда в нём было столько энергии. Редко когда ему хотелось спать после страстной ночи, зачастую он уходил работать или занимался мелкими хозяйственными делами, чтобы куда-то деть эту энергию. Эрик никогда не уставал. — Ты удивительный, — прошептала Настя. — Ты знаешь это? — М? Эрик непонимающе взглянул на неё. Настя, однако, уже не хотела отвечать. Она просто закрыла глаза и наконец спокойно могла уснуть.