Тебе нужна помощь.

Принятие душа — довольно обычное занятие, правда? Для некоторых душевая кабинка — единственное место, где они позволяют себе полностью погрузиться в собственные мысли. И получить порцию расслабления от истязания души и тела. В число этих «некоторых» входит и Феликс. Ему всего двадцать, но, кажется, он в своем познании настолько преисполнился, что как будто бы уже сто триллионов миллиардов лет проживает на триллионах и триллионах таких же планет. Ритуал принятия душа у него начинается с мытья головы. Её обязательно нужно помыть прохладной или чуть тёплой водой (это он в тиктоке увидел). А холод Феликс не любит больше, чем себя. Придется потерпеть. И холод, и свою персону. Почти сразу в этой самой голове появляется примерно тысяча самых разных мыслей. Ладно, может, их чуть меньше тысячи. Завтра семинар у Чона, который наверняка завалит Феликса при ответе. Просто Ликс ему почему-то не понравился с первого курса. С самого первого практического занятия. Хотя, Чону как будто вообще никто и ничто в этом мире не нравится. Третьекурсники рассказывали, что из-за этого препода однажды чуть не отчислили целую группу. Возможно, это просто факультетская страшилка, но Феликс в неё до сих пор охотно верит, потому что Чон — тот ещё душнила. Наконец-то голова помыта. Можно немного прибавить температуру воды и заняться телом. Феликс очень постарается быть смелым завтра во время пары. Очень постарается не прикусывать щёку изнутри до появления вкуса металла на языке. Это помогает ему сосредоточить всё напряжение в одной точке и не трястись позорно перед всей группой. Он, кстати, только недавно понял, где именно нужно кусать, чтобы это минимально отразилось на лице. Чтобы никто вокруг не заметил. Какой молодец. А ведь раньше Феликс даже не волновался перед публичными выступлениями и всегда любил находиться в центре внимания. Да… раньше — это до… Вода становится горячее. Первая школьная любовь сильно измотала душу Феликса. Сейчас он, конечно, видит кучу красных флагов ещё в самом начале тех отношений. Всё буквально кричало о ненормальности этого зарождающегося нечто, но разве было до этого какое-то дело Ликсу, на которого впервые обратили внимание? Зато за три долгих года «великой любви» выяснилось, что у него есть человек, готовый принять его со всеми бедами. И этим человек был не тогдашний парень, а Джисон — друг навсегда-навсегда… Кстати, где он? Написал, что «скоро придёт домой», ещё час назад. …Прямо до тех пор, пока кто-то из них не умрёт естественной смертью. Они поклялись в этом друг другу ещё в восьмом классе. Не на крови, конечно, хотя Джисон предлагал. Жаль, что Феликс тогда не рассказывал ему и половины дерьма, с которым ему приходилось сталкиваться в этих чудесных, совсем-не-токсичных отношениях. Горячее. Отлично. Феликс опять думает об этом прошлом. Его взгляд падает на шрамы — самое главное напоминание о прекрасных днях старшей школы. Ладонь тянется к ручке крана и поворачивает еë до упора. Идеальная температура. Больше всего Феликсу нравится подставлять под кипяток именно части тела со шрамами. Руки и бедра по очереди попадают под струи воды, а красная кожа скоро начинает всё сильнее чесаться. И Феликс чешет её. Чешет особенно рьяно в местах уже зашивших ран. В голове всплывает образ Хёнджина. Третьекурсник-душка (а не душнила, как Чон, господипрости), которого Феликс впервые увидел ещё два года назад на дне открытых дверей. Именно после его выступления Ликс окончательно определился с направлением, на которое будет поступать. Изначально Феликс хотел отучиться на детского психолога, но вступительные были слишком сложными для его истинно гуманитарного мозга (биология — даже близко не его конёк). Работать с детьми хотелось. В итоге все звёзды в мысленном небе Феликса сложились в форме будущего в роли учителя корейского. Он и сейчас, на втором курсе, хочет стать учителем, к которому такие дети, каким сам Феликс был когда-то, приходили без страхов и опасений. Он очень хочет, чтобы у них был хоть один взрослый, к которому можно обратиться за помощью. У Феликса такого не было. Как-то так получилось, что они с Хёнджином начали общение чуть ли не с первого дня учёбы Феликса. Спасибо тем, кто выбрал Хвана наставником для младшего курса. Сейчас их диалог выглядит так, будто они знают друг друга минимум лет пять, если не всю жизнь. Оказалось, что у них куча общих интересов и схожее чувство юмора. Плюс, они оба бисексуальны (жирный такой плюс). Разве не круто кидать друг другу мемы и тиктоки с шутками про детские травмы, любимыми группами, смешными «котёнками» и красивыми парнями и девушками? Круто, конечно. Ещё круто, что Хёнджин иногда наливает ему напитки за свой счёт в кофейне напротив их университетского корпуса. Не круто, что он влюбился в Хёнджина. Но как же можно было не влюбиться в длинноволосого-блондина-бариста-краша-всея-факультета, так мило обходящегося с тобой? Нет, правда, какая влюбленность, Феликс? Ты же испортишь всё. Ты ещё не отошёл от прошлого. Снова сломаешься сам и сломаешь другого человека… Феликс вообще-то давно знает, когда стоит остановиться и выйти из-под кипятка. Но иногда он слишком глубоко уходит в свои мысли. А иногда ему просто хочется упасть в обморок прямо в душевой кабинке и никогда больше не вставать. Жаль, что завтра всё ещё стоит семинар, на котором он обязан присутствовать, чтобы не подвести своих одногруппников. Этого Феликс из принципа не мог допустить. Да и не хочет он пока умирать на самом деле. А Джисон, в случае чего, достанет его прямо из ада и побьёт со злости. Ещё и обидится… Пара секунд напоследок. Он открывает дверцу душевой, и чувствует носом и телом легкую прохладу. Дышится легче, но придется потерпеть часик-другой полуобморочное состояние. Сегодня он явно переборщил.