Неужели это сон ?

Солнце выходит из-за горизонта... На улицах сонного и мрачного мегаполиса не видно ни души. Холодную землю покрывает толстый слой ослепительного снега. И казалось, что это не снег, а большое белоснежное одеяло, окутывающее всю землю. Квартира Рыковых... На часах 7:00... Звук противного будильника заставил Ольгу открыть глаза. Повернувшись на сторону мужчины, она увидела, что он уже не спит - Доброе утро, моя королева – поправляя прядку волос, начал разговор Паша. - Доброе... И давно ты так любуешься мной? – поцеловав в губы, спросила женщина. Обычно она терпеть не может, когда за ней наблюдают, да еще спящей. Но когда это делает любимый мужчина, то все отходит на второй план. И даже те вещи, которые ты ненавидишь всем сердцем, становятся особенными. - Возможно минут 10… – проведя рукой по обнаженному плечу брюнетки, ответил Паша. - Надо вставать… Ты приготовишь мне свой фирменный омлет? – посмотрев на мужчину голубыми, словно океаны, глазами, спросила Оля. - Для тебя хоть звезду с неба – улыбаясь – Тогда я отправляюсь на кухню, а ты в ванную. Договорились? - Хорошо. Первым из комнаты вышел Павел, отправившийся готовить завтрак для жены. А через 5 минут из двери спальни вышла и Оля. Приняв водные процедуры, нанеся макияж, выпрямив волосы и надев черное платье, брюнетка вышла из ванной комнаты. В это время Паша успел приготовить завтрак, заварить травяной чай и накрыть стол. Супруги стали завтракать... - Ты сегодня такая красивая - посмотрев влюбленными глазами на жену, сказал Паша. - Мне приятно... Хотя ты мне это говоришь каждое утро. - Потому что это правда… - Так хочется сегодня дома остаться… – сморщившись, сказала Оля. - Ну так в чем проблема? Оставайся – серьезно ответил Рыков. - Паш… Ну какое оставайся – пережевывая омлет – Последние дни проверок. Мне нужно быть на работе. - Тогда я буду ждать тебя с ужином – спокойно ответил муж, ведь уже устал убеждать жену – Кстати… Ты не замерзнешь в этом платье? - Вот на такое я согласна… Да не должна. Я еще возьму пиджак, а в кабинете достаточно тепло. Поэтому не волнуйся – послав воздушный поцелуй – А сейчас я побежала – посмотрев на часы, сказала Оля. - Встретимся вечером. - Чмок – закрывая дверь квартиры, крикнула брюнетка. Паша решил прилечь отдохнуть, а ужин приготовить поближе к приходу жены. Чтобы все было горячее. Поэтому отправившись в спальню, мужчина быстро уснул, обняв подушку Оли, которая пропиталась ее духами.

***

13:46... Именно такие цифры Ольга Кирилловна наблюдает на своих часах. Работа в ее кабинете кипит полным ходом. Звонки из Министерства, заполнение финальных документов и завтрашний переезд 70-й подстанции не давали Ольге отдохнуть. Даже сейчас она эмоционально говоря, договаривается о доставке нового оборудования. Женщина прекрасно помнит о своем состоянии, понимает, что не должна волноваться. Но при такой работе это просто невозможно... Единственное, что в этом помещении напоминает о покое, так это стоящий на столе травяной чай. Во время беременности Оля полюбила его по особенному... - Мы уже 3 раза писали обращение с просьбой заменить старое оборудование новым... И каждый раз вы говорите оставляйте заявку, мы оставляем, вы пропадаете - повышая голос, объясняет Ольга. В этот момент в кабинет без стука врывается Лиза. Ведь она услышала то, что не устраивает ее ни в коем случае. - Я занята... Жди – прикрывая динамик телефона, сказала Арефьева. - Я не могу – закрывая дверь, объяснила Васильева. - Значит так... Если до среды на подстанции не будет нового оборудования, я пишу жалобу в Министерство - гневно положив телефон на стол, Оля завершила звонок - Лиза, если я говорю, что занята, значит... - Вас хотят уволить - прервав заведующую, быстро выпалила Васильева - Главой новой подстанции будет Геннадий Сергеевич Ковальков, а не вы... Тишина... Удивленный взгляд... Чашка с чаем легко поднимается рукой брюнетки и плавно прикасается к ее розовым губам. Горячо... И нет, не на губах... Чай успел остыть.... Внутри горячо... Как?... Почему?... Все же было хорошо... Именно эти вопросы появились в мыслях Арефьевой. Однако по внешнему виду брюнетки трудно было сказать, что внутри этой женщины бушуют разнообразные эмоции. - Откуда информация? - От предателя. Я его застукала с телефонным разговором – объяснила Васильева. - Ну и кто у нас предатель? – с желанием узнать правду, спросила Оля. - Сан Саныч. И снова тишина... Да не может быть... Да нет... Я же ему еще план развития подстанции давала посмотреть... Неужели это сыграло злую шутку со мной... - Неожиданно – громко положив чашку на блюдце, сказала заведующая. - А для меня ничего неожиданного – гордо ответила Лиза. Стук в кабинет... Кто-то снова хочет попасть на разговор к Арефьевой. Однако женщина не хочет никого принимать, пока не узнает все до мелочей. - Я занята… Ждите – гневно ответила Оля. "Кто же там еще пришел? Совершенно не хочется с никем говорить, после того как тебе плюнули в душу... Это же надо было пригреть под своим крылом предателя... - Ольга Кирилловна, надо поговорить - заходя без моего разрешения, говорит Щербинин - А я уже поговорила с Ольгой Кирилловной. Не переживайте, Сан Саныч - язвительно ответила Лиза. - Да? И о чем? - зная ответ на свой вопрос, поинтересовался аптекарь. - О том, что ты нас предал... - Это не так – улыбаясь, начал оправдываться Сан Саныч… - Это так… Не отпирайся… Я все слышала. - Мне предлагали вас предать… Этого я возражать не буду. - А ты? – сдавленно спросила я. - А я не… Предал – гордо заявляя. - Ольга Кирилловна, ну не верьте вы ему - умоляя просит Лиза - Ну лжет же... - Ольга Кирилловна, она не знает о чем говорит... Такое впечатление, что меня в кабинете просто не существует... Они говорят между собой даже не обращая внимания на меня. И тут я не выдержала - Замолчали оба... Лиза оставь нас. И рот на замок! Поняла? - Идите Лиза. И готовьте прощения, я скоро подойду – высокомерно заявил Щербина. Послушав меня, Васильева все-таки покинула кабинет. Иногда считаю себя злюкой, которая постоянно кричит на нее. Но это не так. Она стала мне уже родной. Однако сейчас я должна разобраться во всем сама. Показав рукой на кресло, я попросила Сан Саныча присесть. Здесь он рассказал всю историю. Как Ковальков к нему обратился, как он выдумал определенный план и все остальное. - ... Так что согласиться, я согласился... Но на самом деле придерживался своего плана. Был двойным агентом, так сказать. Это Тоня моя придумала. Хмм, кто бы сомневался. Встав с кресла, я подошла к окну. Слезы на глаза так и наворачиваются. Поэтому, чтобы он этого не увидел, я повернулась к нему спиной. - Ваша Тоня, скорее всего, перечитала в детстве шпионских романов... Я в тебе Сан Саныч нисколько не сомневалась... - И вы не спросите, что я узнал, как двойной агент? - свободно разместившись в кресле и взяв мою чашку с чаем, поинтересовался аптекарь. - А я вот с детства шпионские фильмы терпеть не могу… Не моя методика. Поэтому нет – улыбнувшись, отказалась я – И если я правильно поняла… Ковальков уже утвержден в должности. - Да, да утвержден... И все же я скажу, что Ковальков замешан в каких-то темных делах... У них на подстанции оборудование пропало, а они его не списали. Его бы проверить на этот счет. - Сан Саныч, у тебя достоверные сведения или это все-таки фантазия? - Ковальков просил, когда будет объединение недосчитаться того, что есть по бумагам. Даже заместителем готов был меня своим сделать – объяснив, рассказал Щербинин. В этот момент у меня адски защемило в груди. А горло сдавило железной хваткой. Вдохнув носом, мне все же удалось выдавить несколько слов: - Прости... Я сейчас - быстро направившись в туалет, выпалила я. И вот я стою рядом с зеркалом и смотрю на свое отражение, задыхаясь от льющихся из моих глаз слез, с тех пор как я зашла в туалет. Только не сейчас... Я же не смогу без подстанции... Это моя жизнь... Положа руку на живот, я улыбнулась. В последнее время люблю говорить с малышом, рассказывать о своем дне. И даже сейчас я решила с ним пообщаться, но мое желание прервали всхлипы, которые я услышала в кабинке. Вытерев слезы и выбросив салфетку, я тихо подошла и постучала несколько раз. - Занято – послышался голос с другой стороны. - Тартакова ты, что ли? – удивленно спросила я. - Я – полуголоса, ответила Рая. - Открывай давай – приказным тоном – Ну и что с ним снова? - С кем? – не поняв моего вопроса, переспросила. - С кем… С Кулигиным. Ты по его душу обычно слезы льешь. - С Костей все хорошо – махая головой, заверила Рая. - Что тогда? - Я ребенка на вызове не спасла - снова плача - девочку... Она умерла даже не родившись. Я сразу должна была понять, что ситуация критическая. - Я думала, что только мужчины страдают синдромом Бога. Эх, Тартакова, Тартакова... Столько лет работаешь на скорой , и все туда же... Давай иди умывайся. Как же я тебя понимаю... Даже не представляю, как врачи переживают смерть пациентов. Едешь, хочешь помочь, но иногда бывает уже поздно. Однако ты дальше стараешься спасти этого человека... И иногда все напрасно... Зайдя с Раей в кабинет, Сан Саныча мы уже не застали. Ушел... Ну и слава Богу. Видеть его не могу. Теперь по поводу Тартаковой. - Значит так, сейчас идешь домой. А завтра придешь отработать. Поняла? – ласково спросила я. - Угу – все еще всхлипывая, промямлила фельдшер. - И запомни... Рая... - выдохнув - Вы не боги... Бывает так, что не все в наших руках. Я тебя прекрасно понимаю, ведь сама была на твоем месте и неоднократно становилась свидетелем смерти людей. От маленького к большому. И я так же переживала, как и ты. Плакала, винила себя, что не смогла спасти. Однако в один момент, поняла, что жизнь непредсказуема. Нужно жить здесь и сейчас… - Спасибо вам Ольга Кирилловна – улыбнувшись, сказала Тартакова. - Все, иди давай. - До свидания. Отправив Раю домой, почувствовала тоску. Поэтому решила позвонить Паше... Он меня всегда успокаивает... Набрав на телефоне его номер, я нажала кнопку вызова. - Привет. Ты спал? - … - Извини, что разбудила. Можешь приехать ко мне? - ... - Да кое-что рассказать надо. - ... - Это не телефонный разговор. Поэтому жду... Люблю тебя Сев на диван, я запрокинула голову назад... И только мысль о том, что совсем скоро я стану мамой, заставила меня улыбнуться. Что-то делать я не могла, ведь все рушилось из рук... Поэтому решила отдохнуть..."

***

С того момента, как Оля позвонила мужу, прошло 30 минут. Услышав встревоженный голос жены, Паша постарался приехать побыстрее. Зайдя в кабинет, он увидел сидевшую на диване Ольгу. "- Устал? - с заботой спросила меня Оля. - Ну вообще-то у меня сегодня законный выходной. - Извини, Паш, что вытащила тебя - беря стакан воды - Места себе не нахожу... Изнутри меня ворочает. - Что это тебя ворочает - не поняв, переспросил я. - Паша... Это все - обречено. - Подожди... Первый раз вижу Арефьеву такой неконкретной. - Хорошо. Хочешь конкретнее… Меня отстраняют. - В смысле… Как? - А вот так. Это пока не официально, но главой объединенной подстанции назначен Ковальков. - Мама же вроде бы обещала помочь – ища телефон в кармане, сказал я. - Ну... Значит, не получилось - совершенно спокойно, ответила Оля. - Да нет… Это она специально делает. - Паш… Ну что ты такое говоришь. - А ты ее не знаешь, Оль. Зря я ей поверил. Какая была, такая и осталась. Она сначала отца моего закопала, а теперь жену хочет уволить – показывая свое недовольство, объяснил я. - Ты кому звонишь? - Ей я звоню, кому еще? - Паша, это бессмысленно – цыкнув, сказала Оля. - А мы трубки не берем… Ну ладно. - Паш, не дури - успокаивая меня - Когда-то это должно было случится. - Должно, но не сейчас. - Потеря работы всегда бывает неожиданной, если это не пенсия – перебирая воротник моего пальто, сказала Оля – Мне конечно приятно, что ты хочешь мне помочь, пытаешься что-то изменить, но... Я давно в профессии и понимаю, что это все. - Оля все... Это когда мы умерли - собираясь идти, сказал. Однако в один момент вспомнил - А ты, кстати, знаешь, что сердце можно завести на 29 минуте... Когда уже никто не верит... - поцеловав любимую в щеку, направился к выходу. Выйдя из подстанции на улицу, я вдохнул морозный воздух, который обжог изнутри. Как она может так поступить со мной? Сама же говорила, что мы с Олей созданы друг для друга. А сейчас не может помочь с должностью... Пора бы уж запомнить, что делая больно моим близким, она делает больно и мне. План моих следующих действий был чрезвычайно прост... Хочется пойти в бар и напиться... На душе ведь так паршиво... Поэтому найдя на карте ближайшее кафе, отправился туда. Без понятия сколько пробыл там, но выйдя из помещения я застал тьму... Лишь свет в фонарях и мерцание огоньков в квартирах, освещали вечерние улицы города. Выпил я неплохо... Да так неплохо, что на ногах едва стою. Сам не знаю как, но ноги привели меня в квартиру матери. Медленно поднявшись по лестнице, я нашел квартиру под номером 305. Со всей силы хлопнул по дверям, но никто не подошел... Я повторил это несколько раз, и вот эта заветная квартира открылась. - Паша? Ты как здесь? Что произошло? – протараторив, спросила мама. - А я поговорить пришел – сев на пол, ответил я. - Ты что, выпил? - А что, не видно? Ты лучше скажи мне, почему ты такая...? - Какая? – не поняв моего посыла, спросила мама. - Мамы же должны как-то жалеть своих детей – размахивая руками – А ты этого не делаешь. - Таааак… Ясно, что ничего не ясно. Давай заходи в квартиру, а то соседей испугаешь – потянув меня за руку, сказала мама. Переместившись в гостиную, я снял пальто и присел на диван. Тем временем мама сбегала на кухню и принесла стакан с неизвестной прозрачной жидкостью. - Ты вот скажи мне, почему ты всегда делаешь мне больно? - положив голову на ее колени, спросил я. - Сначала отца в могилу загнала, бросила мэн... - начиная засыпать, разъяснил я. - Что сделала? – переспросила. Однако ответа мама так и не получила. Ведь большая доза алкоголя, выморила меня и усыпила."