Рай в панельке

***

Лена: И зачем ты в драку полез? Семён: Он надо мной насмехался. Семён: Говорил, я тебя недостоин. И что хочет тебя. Лена: И ты его решил за это поби-и-ить. Последнее слово Лена растянула, не скрывая удовольствия. Догадываюсь, что в ней происходила борьба. Она продолжала “воспитывать” меня, придерживаясь принципа, что конфликты надо решать словами. Но я не мог не заметить – ей приятно, что мне не наплевать. Лена: Сёма, ну зачем драку делать? Мог бы послать и уйти. Говорила Лена и вместе с тем ласкала меня. Семён: Ну, главное, всё хорошо закончилось. Лена: Да. Давай спать. Завтра целый день проведём вместе и никуда не пойдём. Еда есть, в «Нагорный» не надо. Семён: Чем займёмся? Лена: Ничем. Будем просто лежать вместе. И общаться.

***

Однако лёгким выходной не оказался. Буря произошла после обеда, когда мы разговаривали о том, как жить дальше. Лена: Вот ты переживаешь из-за работы, а вообще-то, если отучишься, работа будет совсем другая. Вдруг Лена затихла на несколько секунд. Лена: Сёма. А как у тебя с учёбой? Семён: Да… нормально. Я соврал, ведь учёбу на заочном я немного запустил. Ленился писать конспекты и разбирать весь материал. Лена: Ну, если ты не против, я гляну, что там у тебя. Спустя пару минут я стоял как школьник на картине “Опять двойка”. Лена отчитывала меня. Ей, отличнице, это казалось чем-то немыслимым. Лена: Сёма, я не поняла! Где конспект за… да это месяц назад было! Лена: Ты так ноешь, что у тебя нет перспектив. Но вот же, тебе дают возможность получить образование! Стать достойным меня, как ты сам говоришь. Лена: И что ты делаешь для этого? Ни-че-го! Пришлось безотлагательно сесть за учёбу. Два часа я писал конспект по самому запущенному предмету. Выходной был подпорчен снова. Хотелось конечно обвинить Лену – ну взялся бы за дело завтра! Но нет, я довёл до этой ситуации. И вновь продолжается бой. Бой за нашу счастливую жизнь. Через пару часов ко мне подошла Лена. Лена: Думаю, хватит на сегодня. Пойдём полежим. Уже в кровати она продолжила. Лена: Я не хотела у тебя забирать выходной. Просто с учёбой нельзя откладывать. Лена: Меня спасает то, что я учусь каждый день. Так есть возможность сдать на «пятёрку». Семён: Мне на «пятёрку» не нужно. Вечерникам же стипендию не платят. Лена: Да, но… Да какая стипендия?! Не будешь учить, тебя отчислят! Лена: Что, думаешь за день всё выучишь? Так у тебя работа! Нельзя за рулём отвлекаться. Лена: В общем, Сём. Всё как в песне – экзамен нельзя на арапа сдавать. Займись учёбой сам, чтобы я не стояла над тобой.

***

Утром понедельника я пошёл на свою горячо любимую работу. Встретил своих собутыльников. Пожалуй, теперь бывших собутыльников. Михалыч: Здравствуй, Семён. Михалыч: Ты как? Семён: Нормально. Семён: Слушай, я там у вас водку пил. Больше не буду. Вот, возьми рубль как оплату. Михалыч: Да ты чо б.., с дубу рухнул! Оставь себе. Тебя угощали, а ты дурак ходишь тут вернуть хочешь. Это невежливо в конце концов. Семён: А про жену мою сплетничать вежливо? Семён: Об гараж меня лицом возить, что, вежливо? Семён: Я просто не хочу быть обязанным этим придуркам. Особенно этому… Михалыч: Ладно, но рубль себе оставь. Всё равно не позовут больше. Иваныч: Мне отдай, нужнее будет. Михалыч: Не давай, он пропьёт. Иваныч: И че, вам жалко что ли? Мы улыбнулись. Михалыч: Э-хе-хе, ладно. С женой-то как? Семён: Непросто. Но помирились. Михалыч: Это главное. Ты её береги, она у тебя хорошая. На душе стало полегче. Хорошо, что поговорили нормально хоть.

***

И снова потянулись одинаковые дни. Однако теперь Лена взяла меня на контроль, и я подтягивал учёбу. Каждый день – конспекты, задачи. Перед сном – краткий пересказ выученного Лене. Лена: Это хорошая методика, чтобы запомнить. Не поймёшь материал, пока не расскажешь другому. Лена: Ещё вечером надо учить перед сном, утром всё лучше в голове вспоминается. Так наш мозг устроен. Я девочкам в группе всегда пересказываю лекции на следующий день, чтобы не отставали.

***

Скоро наступил праздник. Праздник, из-за которого Лена оставила меня тогда наедине со своими мыслями. 7 ноября. День Октябрьской Революции. В детстве остались лишь очень старые воспоминания, как я смотрел на парад. И вот всё пошло по-новой. В тот день я поймал ощущение, будто снова проживаю то время, но во взрослом состоянии. 7 ноября 1990 года состоялся последний парад в истории СССР, посвящённый Дню Октябрьской Революции. Лена увлечённо смотрела парад и праздничные передачи. Даже как-то подозрительно молчала, будто ещё и думала о чём-то своём. Я даже не видел её лица в тот момент. Мы не обсуждали это. Я просто ловил момент и смотрел, как страна постепенно уходит в историю. Мысли ворочались в голове. Скоро девяностые. Нужно было что-то делать. Но я не знаю. Я погрузился в спокойную жизнь, в бытовуху. Так жить приятнее, в этой жизни есть Лена. Нужен был запасной план. Но у меня нет знакомых, которые будут строить бизнес. Я – простой водитель. Мысли увязали и захлёбывались, не приводя к какому-то итогу. Хрен с ним, подумаю потом. Не завтра же страна развалится. Ещё годик простоит.

***

Выходные – время не только для того, чтобы нежиться в постели. Но и для полезной деятельности типа уборки. Мы с Леной убирали весь наш однокомнатный дворец. Когда мы уже закончили с пылью на полках и мебели и настала очередь пола, мне резко стало лень. Семён: Лена, можно я отдохну? Лена: Сёма, ты отлыниваешь! Семён: Давай ты веником подметёшь везде. А я потом полы протру. Лена: А почему я первая? Семён: Дамы вперёд. Лена: Ах ты!.. Ну ладно, пусть так. Лена: Ну, вы мужики, конечно… Семён: Вы, женщины, к этой работе лучше приспособлены. Лена: Что за глупость! Нас просто так воспитывают! Спустя полчаса Лена, довольная своей работой, царственно лежала на кровати и смотрела, как я убираюсь. Даже успела организовать себе чай с бутербродами! Лена: Вот там в углу пройдись ещё. Не помыл нормально по-моему. Лена: Вот, молодец! Заканчивай быстрее, я тебе бутербродов оставила. Но они могут не дождаться тебя, хи-хи! Наконец, я закончил с уборкой, убрал весь инвентарь и лёг к Лене. Она меня угостила чаем с бутербродами, а потом мы снова нежились под одеялом.

***

Один раз у нас произошёл смешной случай. Меня снова понесло на самобичевание. Семён: Лен, я тебя не достоин. Тебе нужен более обеспеченный мужчина. Лена: Да, Сём… Тихо сказала Лена. Стоп, что?? Лена: Я так подумала. Лена: Смысл быть с каким-то нытиком, который не хочет расти. Лена сверкнула глазами и скривила лицо в злобной улыбке. Лена: Ты прав, мне нужен более уверенный в себе мужик, который будет меня обеспечивать. Лена: Я уже присмотрела одного, на своём курсе. Да ну нет… неужели. Мой кошмар стал реальностью. Лена. Выбрала. Другого. Я в шоке сел на кровать. Лена подошла и обняла меня. Лена: Сёма, прости, я пошутила! Просто ты достал уже со своим нытьём… Семён: То есть нет никакого однокурсника? Лена: Нет, конечно! Семён: Ладно… но это было… жёстко. На следующий день Лена, красовавшись своей талией перед зеркалом, заявила: Лена: Сём, мне кажется, я толстая. Теперь уже я ухмыльнулся. Лена успела понять, что я задумал. Лена: Нет, не смей! Семён: Что? Я не мог сдержать улыбки. Лена тоже. Лена: Вот ты какой… Семён: Какой? Лена: Мстительный! Я ему помочь хотела, а он… Лена: Да, метод был радикальный, но действенный! А ведь реально подействовало. Когда я ныл, на самом деле я хотел, чтобы Лена меня пожалела. А тут меня жёстко «обломали» и правильно сделали. После того случая желание ныть пропало надолго. Лена тоже перестала так “ненавязчиво” выпрашивать комплименты.

***

Мы с Леной “подбивали бюджет” – считали, сколько и на что денег ушло в месяце. Обычно с этим проблем не было. Благо выработали привычку записывать все расходы. Лена переносила их из своей записной книжки на лист. Оставалось посчитать эту неделю. Лена: Значит, смотри. У нас оставалось тридцать рублей. Лена: Квартплата – два восемьдесят, за воду – рубль восемьдесят, за свет – рубль, за отопление – рубль пятьдесят четыре, за газ – шестьдесят копеек, да за радио – полрубля. Итого восемь двадцать четыре. Лена: Это я оплатила три дня назад. Лена: Дальше, вот у меня записано по дням. Пять двадцать я потратила в выходные, ходила на рынок. Два рубля потратила сегодня, должно быть четырнадцать пятьдесят шесть. Я пересчитал при ней деньги. Но почему-то… тринадцать шестьдесят шесть? Семён: Не сходится. Девяносто копеек не хватает. Лена почему-то сильно напряглась. Лена: Не знаю… может что-то ещё купила. Неужели забыла записать? Лена как-то странно улыбнулась, будто невпопад. Недостача звучит не очень смешно. Мы вписали, сколько имели на самом деле, поправив расходы. Тем не менее… странно.

***

Один раз я увлёкся учёбой и не заметил, что надо было спать. Об этом мне напомнила Лена – подошла и обняла сзади. Лена: Сёма, я тебя жду. Семён: Ленусик, подожди ещё минут пятнадцать. Лена пришла снова. И была настойчивей. Лена: Всё, Сёма, время вышло. Надо было заниматься, а не ворон считать. Лена: У нас в интернате например после отбоя нельзя было уроки делать. Ходили по комнатам и проверяли. Не успел – сам виноват. Лена пыталась вырвать у меня из рук тетрадь, но я не сдавался. Лена: В принципе, можно и на стуле. Хотя сломать можно. Ну, Сёма сам и будет чинить. Лена просунула ногу, чтобы сесть мне на колени. Я наконец сдался. Пришлось закончить с учёбой и переместиться на кровать. Прямо с Леной. Вот ведь упрямая.

***

Я лежал и никак не мог уснуть. Я слышал звук от потолка в тишине. Будто большой подшипник катали по бетонной плите. Мы же на последнем этаже живём, у нас даже чердака нет. Что это? Лена, кажется, уснула. А я думал о нашей с ней жизни. Коммунизм – рай на всей земле, у нас рай на тридцати трёх квадратах этой однушки. С каждого по способностям, каждому по потребностям. Мы делаем всё, на что способны и стараемся удовлетворить все потребности друг друга. В раю все ходили голыми. Мы сейчас с Леной тоже в таком состоянии. Ну прямо таки Адам и Ева. Будет ли запретный плод у Лены? Тут скорее наоборот, я свой вкусил, но изгнан не был. Только Бога в этом коммунистическом раю нет, на то он и коммунистический. Сами себе боги, решаем свою судьбу. Лена непохожа на того, кто поддастся искушению. Впрочем, знаю ли я её? Скорее да, чем нет. За годы жизни удалось изучить её характер и повадки, но она всегда может выкинуть какой-нибудь сюрприз. Поживём – увидим.

***

И этот сюрприз произошёл. В один день я пришёл домой. Из магнитофона громко играла музыка. Вдруг почуял странный запах… курева? Иногда соседи курили над окном и это чувствовалось. Но тут запах был сильнее и другим. Лены не было ни на кухне, ни в ванной. Раздевшись, я вошел в комнату. Затем на балкон. Напуганные зелёные глаза смотрели на меня. А чуть ниже, в губах… В губах была сигарета. Лена курила. Быстрым, самопроизвольным движением она взяла сигарету пальцами. Из-за музыки она не услышала, как я зашёл. Или была в своих мыслях. Поэтому моё появление лишило её дара речи. Я, правда, тоже не знал, что сказать. Но всё же взял инициативу в руки. Семён: Лена… ты… куришь? Лена: Ну… да… Лена: Сёма… прости… Глаза Лены увлажнились. Она закрыла их и приложила к голове руку с сигаретой. Лена: Какая глупость! Какая я идиотка! Семён: Лен, что случилось? Лена: Господи, смотреть тебе в глаза стыдно даже. Я взял её за другую руку. Аккуратно вытащил сигарету из пальцев, чтобы не обожгла себя случайно. Или намеренно. Семён: Лен, всё нормально. Давай успокоимся. Но Лена не успокаивалась. Плач перешёл в рыдание. Я обнял её. Лена продолжала рыдать, завывая и со всхлипываниями. Но скоро всё же затихла и просто сбивчиво дышала. Семён: Лен, мы можем сейчас спокойно поговорить? Лена: Да. Ответила Лена из глубины объятий. Я аккуратно развернул Лену к окну. Сигарета уже дотлевала. Лена смотрела в окно. Её лицо было красное от слёз. Семён: Где сигареты? Лена молча достала из пальто пачку и отдала мне. Союз-Аполлон. Отец такие любил. Ладно хоть не драла горло каким-нибудь “беломором”. Открыл – полпачки ещё осталось. Семён: Давно куришь? Лена: Ну… нет. Первая пачка… вообще. Семён: Ладно. Семён: А я думаю, чего бюджет у нас не сходится. Лена закрыла лицо руками. Она сгорала от стыда. Семён: Да ладно, Лен, не казнись. Мне не жалко. Я взял одну, затем спички на раме. И ещё одну протянул Лене. Семён: Будешь? Лена непонимающе смотрела и ждала. Семён: Тебе нервы унять надо. Лена молча взяла сигарету. Я зажёг спичку и прикурил нам обоим. Мы оба повернулись к окну и начали смотреть вдаль. Семён: Ну, Лен, рассказывай. Семён: Ты же не просто так начала это. Лена: Устала… от всего этого. Лена: Я, наверное, со стороны такая, «железная леди». Лена: Но у меня тоже есть предел прочности. Лена: Скоро сессия. Первая сессия в этом институте. Не знаю, как она у меня пройдёт. Лена: Нужно всё на пятёрки сдать, иначе слечу с “повышки”. Лена: А значит меньше денег у нас в бюджете. Семён: Деньги должен я приносить. Лена: Сём, я понимаю. Но я не хочу, чтобы ты калымил или шабашил где-то. Лена: Вот сейчас ты на верном пути, я считаю. Работаешь, учишься. Перейдёшь на работу прямо по твоей специальности. Закончишь институт, дадут инженера. Ох, Лен, через год-два всё так поменяется. Да уже сейчас, если подумать. Лена: Да, не всё сразу. Зато у тебя будет образование, стаж по специальности. Семён: И что мне этот стаж, на хлеб намазать? Лена: Это значит ты опытнее будешь и лучше работать. Начальство это заметит и будет премии платить. Если ты, конечно, лоботрясничать не будешь. Лена осеклась. Лена: Извини, что опять нотации читаю. Семён: Так. Что-то ещё случилось? Лена: Ну, ещё та ситуация с тобой. Я не хочу тебя ни в чём обвинять, но это выбило меня из колеи. Семён: И ты решила взяться за меня, ставя себя в роль воспитателя. И это нагрузило тебя дополнительной ответственностью. Лена: Да, повоспитывать тебя немного. Лена: Сёма, ты уж извини. Но из нас двоих я более дисциплинированная. Вижу, Лен, как твоя дисциплина меж пальцев дымится. Лена: Я пыталась тянуть нас обоих. Ты видишь, к чему это привело. Ладно, не время язвить и спорить. Лена так старается, что уже надрывается. Семён: Что ж, признаю вину. Семён: А с людьми как? Никакая тварь тебя не обижает? Вспомнилась фраза из фильма. Пафосно, но пойдёт. Семён: Преподы, одногруппники? Комсомол опять голову морочит? Лена: Нет, тут всё гладко. У комсомола вообще вопросов нет – я в сборной института играю, отличница. Помогаю, если нужно что-то срочно нарисовать. Семён: Лена, у тебя такая нагрузка. Лена: Сёма, ты даже не представляешь, насколько мне важно, чтобы ты был со мной. Терпел меня и мои заскоки. Лена: Я без тебя просто развалюсь. Лена: Я это поняла, когда ты ушёл после нашей ссоры. Ладно хоть вещи не собрал, поняла, что не навсегда. Лена: Ты такой спокойный сейчас. А я тогда так тебя облаяла. Стыдно и вспомнить. Семён: Тебя можно понять. Там была ситуация более экстремальная. Лена: То есть? Семён: Ну, ты же после курения не дерёшься с кем-то чёрт знает где? Лена: Хи-хи, ну да. Ну это только вы, мужики, так делаете. Ну да, Лен. Ты-то у нас морды никому не била. Семён: Мы с тобой друг друга стоим. Уходим, скрываем вредные привычки. Лена: Да уж. Два сапога пара. Мы с Леной немного помолчали. Лена: А почему ты на меня не кричишь? Будто тебе немного безразлично то, что я делаю. Семён: Вовсе не безразлично. Но я не вижу в крике смысла. Семён: Если с тобой это происходит, значит на то были причины. Лена: И за три года вместе мы так и не перестали скрывать. Семён: Что ж, бывает и так. Нам надо работать над этим. Семён: Часто в семьях могут десятками лет скрывать что-то друг от друга. Вещи пострашнее курения. Лена понимающе промолчала. Семён: А как ты скрывала запах изо рта? Лена: Ну… я ещё жвачку жевала. Семён: А, классика. Лена достала пачку жвачки. Лена: Хочешь? Семён: Не откажусь. А то чего мне вонять. Семён: А у нас была жвачка “Love is”. Переводится как “Любовь это…” Лена: Хорошее название. И что, по-твоему, любовь? Я немного помолчал и ответил. Семён: Любовь это… желать любимому человеку только самое лучшее… и помогать, чем можешь. Вот так я подвёл итог. Лена: Хорошие слова. Когда мы возвращались с балкона, я вспомнил. Семён: Надо бы тебя наказать всё-таки. Лена смутилась. Лена: Ну… раз надо. Семён: Итак. За мелкое воровство из семейного бюджета, утаивание о своём плохом моральном состоянии и нанесение вреда своему организму Елена Персунова приговаривается к… Семён:...подробным докладам о своём состоянии своему мужу и к влажной уборке квартиры. Лена широко улыбнулась. Лена: Ух, как строго! Лена: Знаешь, Сём. Лена: Давай ты будешь рулить нашей семьёй. У тебя своя «метода» и она не хуже моей. Лена: Ты такой молодец, что спокойно меня выслушал. Я себя теперь чувствую гораздо лучше.

***

Я пришёл домой после смены. За окном уже была зима, тёмная и холодная. Дома тоже было темно. Вдруг я заметил пламя свечи на кухне. Ко мне вышла Лена. Лена: Наконец-то ты пришёл. Жду тебя на кухне. Я разделся, помыл руки и зашёл. Там меня ждал… торт? Да ещё и со свечой. День рождения? У Лены недавно был в сентябре. Я поднял глаза на Лену. Она торжественно улыбалась. Отблески свечи играли в её глазах. Лена: Сёма, с днём рождения! Семён: В смысле? Лена: Ну как же, твой первый день рождения! Семён: А, ну да! Мой день рождения. В паспорте от Генды в этой графе стоял день прибытия в Совёнок. И я решил праздновать мой день рождения в этом мире именно так. Но Лена помнила настоящую дату, я ей когда-то говорил. Помнила все эти годы и решила поздравить. Семён: Почему решила отметить? Лена: Просто… мне кажется сейчас это очень нужно тебе. Не забывать себя здесь… в этом мире. Семён: Спасибо, Лен. Мне, правда, очень приятно. Я подошёл к Лене, обнял и поцеловал её. Мы постояли несколько секунд. Лена: Не забудь загадать желание и задуть свечу. Я пожелал пережить нам с Леной этот год. На этом мы не закончили. Зажгли ещё свечу и попили чаю с тортом. В тот вечер мне снова захотелось назвать нашу квартиру раем в панельке.

***

Я вышел на балкон. Он как особое место, где мы снимаем маски, забываем о рутине и начинаем думать о вещах поважнее того, что сделать на завтра. Вот уже три с половиной года, как я в этом мире. Я начал вспоминать: Совёнок, райцентр. А теперь и город Горький. Но ведь я жил своей жизнью в конце нулевых. А теперь тут, в конце восьмидесятых. Вот ведь они блаженны в своём неведении – не знают, что произойдёт через год-два. Особенно Лена. Надо бы подумать, что делать. Бизнес делали… да на всём чём угодно. Главное найти знакомого-энтузиаста и… надёжную “крышу”. Да, бизнесмен ты наш будущий, погибнуть не боишься? Лену оставить одну? Но этот страх не отвратил меня от идеи. Да, нужно найти тех, кто будет организовывать бизнес. Только где? В депо таких нет. Там люди живут от зарплаты до зарплаты и их всё устраивает. Одногруппники Лены? Я их не знаю. Да и чем я могу быть полезен? Могу чинить, водить машину. В общем всё, чтобы быть шестёркой у воротил и получать крошки со стола. Мда, вот тебе и бизнес, Семён Семёныч. Пока, пожалуй, поучусь. Может хоть научусь чему и буду полезен. Лена всё-таки права, хоть и в неожиданной ипостаси. Знания – сила. Этот год надо доучиться. А вот следующим летом – что-то пробовать. А сейчас – смотреть, кто вокруг меня. Заводить полезные знакомства, но не за рюмкой водки в гараже, а в более приличных местах. На этом я завершил своё планирование. Довольный этим и собой, что всё-таки обсудил с собой давно наболевший вопрос, я решил повспоминать прошлое. Я не родился ещё не в России, но в ней вырос. Интересно, там время идёт также как и тут? Тогда я там уже четвёртый год как без вести пропавший. А может, время там остановилось или течёт гораздо медленнее? А есть ли там Лена? Хотя почему она там должна быть? Вопрос не давал мне покоя. Почему-то мне явно казалось, что в моём мире можно встретить не только Лену, но и Алису и Славю. Как будто… я их уже встречал. На балкон снова, как в тот раз, зашла Лена. Лена: Чего не спим? Семён: Думаю. Лена: И как, много надумал? Семён: Кое-что надумал. Но не всё. Семён: Разобраться бы с моим попаданием сюда. Лена: Давай подумаем вместе. Семён: Да мне вот интересно, есть ли ты в моём прошлом мире? Лена: А что мне там делать? Я же тут. Семён: А что если ты тоже попала в Совёнок, сев на автобус? Лена: Ну… да. Мы все приехали в лагерь из райцентра на автобусе. Семён: Нет, я имею в виду… что ты попала из того же мира, что и я. Лена: Сёма, это уже какой-то бред. Я родилась и выросла в Лениноморске. Помню всю свою жизнь там. Семён: Ну… возможно ты переродилась и живёшь здесь. Лена: Сёма, хватит дурить! Семён: А, может, это всё сон, который длится уже четвёртый год. Семён: И ты нереальна, а я проснусь у себя в однушке без тебя. Семён: А потом встречу тебя в своём мире. И там мы уже заживём. Лена стояла в шоке. Её напуганный взгляд отрезвил меня. Она наверное подумала, что я сумашед… Ну куда?! Лена убежала из балкона. Чёрт, возможно она даже обиделась. Или расстроилась. Я ей наговорил, что жду, когда встречу другую Лену. То есть Лену, но не ту Лену… Чувак, заканчивай с этим. Ты сейчас своими вымыслами обидел своего любимого человека. Нельзя её оставлять, сходи и извинись. Я зашёл в спальню и закрыл балкон. Лёг обратно к Лене. Семён: Лен, прости пожалуйста. Я наговорил глупостей. Лена: Да не, ничего страшного. Всем нам надо выговориться порой. Я помолчал немного. Семён: Просто, хочу чтоб ты знала. Семён: Неважно, во сне я или нет. После всех этих дней я понял – мне хорошо, когда со мной есть ты. Семён: И я совсем не хочу проснуться без тебя. Семён: Если я и хотел бы вернуться домой, то только с тобой. Лена молча потянулась. В темноте я смог увидеть её улыбку. Она поцеловала меня. Лена: Хорошо. Давай спать. Мы пожелали друг другу спокойной ночи и уснули.