За окном - страх.

— Ты хочешь отчечься от семьи?! Ты станешь посмешищем, Лидия! Ты слишком хороша и умна для улицы! — Я… — Лид, я буду с тобой. Разве тебе не нравилась свобода? Мы найдем нового менеджера и станем ещё более популярными. Ты только представь… — Глэм… Отец… — лепетала девушка. — Иди ко мне, Лидия! Ты станешь достойной женщиной, а не простой проходимкой! — Я не хочу за муж! — сказала Лидия. — Не хочешь — не надо. Будешь учиться и вступишь в брак по любви. Я соглашусь с тобой, Лидия. Разве ты не хочешь остаться дома? Там твоё наследие… — Я... Наверное хочу… — Лида, ты как же ты не понимаешь, он же просто лжёт тебе в глаза! Ты снова станешь страдать, деньги это не самое главное в жизни! — Да… Я тоже так думаю… — Выбирай! — крикнул Густав. — Я не знаю! Какого дьявола мы не можешь жить всей семьёй?! Все вместе?! Чтобы не было всего вот этого! — закричала Лидия хватаясь за голову. — Лид, ты как хочешь, а я пойду… Я знаю, чего хочу от жизни, поэтому смогу быть один, — сказал Глэм и пошел прочь вместе с Чесом. — Лид, а ведь ты мне нравишься… — сказал Чес и тоже пошел вслед за Глэмом. — Все, хватит концертов. Домой! — сказал Густав в приказном тоне. — Глэм! Я с тобой! — крикнула девушка, и догнав брата, пошла вместе с ними. — Лидия?! Что ты выбираешь?! Ты глупа! Ты тоже выбрала хлам! Хлам!!! Хлам! Я вас больше не знаю! Вы не мои дети!!! Я не ваш отец! Ничтожество! Просто мелкие крысы, в банке с формалином!!! — закричал Густав, и сев в машину, поехал домой. По возвращении домой девушка долго и сильно плакала, даже не обосновав причину. Парни долго успокаивали её, поддерживали. Только алкоголь помог Лидии успокоиться. Пила она в первый раз, но под чутким руководством Глэма. Все благо закончилось хорошо и она заснула, выпив половину бутылки виски. Поздно ночью, Чес тихонько прошел в комнату девушки и присел на корточки. — Лид, спишь. — Чес, ты что-то хотел. — Просто помни, что твой выбор правильный. — Хорошо, — сказала Лидия, и перевернувшись на другой бок, заснула. На следующее утро, похмелье дало о себе знать. Девушка еле встала с кровати. Пол дня она приходила в себя и за ней требовался уход. Только ближе к вечеру её состояние устаканилось, и она смогла выйти из комнаты. Глэм как раз ушёл за продуктами и у Чеса и Лидии было время побыть и поговорить на едине. — Чеснок, ты вчера кое-что сказал… О том, что я тебе нравлюсь… Это правда? — спросила девушка, пройдя в комнату парней и присаживаясь на кровать Глэма. — Я… Ну да, ты действительно мне сильно нравишься, — почесал в затылке шатен. — Воспользуюсь твоей фразочкой. Какой странный фетиш… - Нет, отчего же он странный? Вполне себе адекватный фетиш… Ты красивая, хороша собой, приятна в общении, хоть и строишь из себя чёрт знает что. Однако на деле ты другая… — Может быть, — сказала девушка и хотела покинуть спальню. — Стой. А к чему ты начала эту тему? — Просто так. — Просто — огурцы на грядке. Это просто. А ты завела эту тему исходя из каких-либо своих раздумий. — Я просто хотела спросить, ты сказал это тогда просто так или же вложил в свои слова хоть одну сотую смысла! — недовольно дернула бровью девушка и пошла на кухню, что-бы что-то поесть. — Вот за это я тебя и люблю… Можешь из тёплого комочка превратится в надменную стерву… — мечтательно улыбнулся Чес, но Лидия уже не слышала этой фразы.

Прошло три года.

Группа рассталась с прошлым менеджером и теперь решали все сами. Выступали в разных клубах и набирали ещё большую популярность. Их часто узнавали на улице и просили автографы. — Глэм, я кажется голос слегка сорвала, — сказала Лидия, когда они поздно ночью возвращались из клуба тёплой июльской ночью. — А я говорил, что этот скрим слишком высокий для тебя. Ничего страшного. — Лид, ну ты не в дерьмо, так в партию! — ругнулся Чес. Вдруг к ребятам подъехал незнакомый мотоцикл. — Лид, окажешь честь? — спросила рыжеволосая байкерша, снимая шлем. — Простите, я вас не знаю, — не узнала Лилия свою давнюю знакомую. — Ой, ой, ой, не уж то зазвездилась! — сказала Вики. — Виктория? — спросила Лидия, изогнув бровь. — Ага! — кивнула головой Вики. Она сильно изменилась, стала более накачанной, высокой, голос стал более грубый и прокуренный. Рыжие волосы стали очень длинными и были заплетены в косу. — Ну, только недолго, — сказала Лидия, садясь на мотоцикл. — Глэм, я приеду через часик. Парень впал в ступор, поэтому за него ответил Чес. — Хорошо, Лидия. Девушки отъехали. — Чес, … — сказал Глэм с таким странным лицом. — Чувааак, тебя жмыхануло?.. — взял друга за плечо Чес. — Она прекрасна… — протянул Глэм. — Я знаю… И тоже так считаю… — в той же интонации протянул шатен. — Стой! Я про ту байкершу! А ты про кого?! — не понял слова друга Глэм. — Я про твою сеструху… — Аааа… Ты все никак не признаешься? — Я не уверен… Она видит какой я бабник… Вряд-ли я достоин такой женщины как она… Столько лет уже прошло... — Только тебе решать. — А ты, Паганини, нашёл на кого глаз положить? — спросил Чес, слегка толкая друга в плечо. — Ну Чееес, иди ты! — Я то уж думал, что ты из тех. Ну не совсем таких как все. — Чес! Сколько раз ты меня уже подкалывал! Ну не больше чем Лорди и Боб! Поэтому молчи. — Ну так-то да… Я хочу её найти, — решительно сказал Глэм. — Оооой, что-то мне подсказывает, что она гламуром не питается. — Чес! Я тебе как другу, а ты. — Ну теперь нам надо решать… А то я как-то часто с Лидией стал по ночам по городу шастать… Почти привычка. — Разберёмся, не беда, — сказал Глэм и они с Чесом пошли домой. — Ты теперь популярная… — сказала Вики, выпуская дым. — Ну не прям так уж и популярная, но есть немного, — выпустила дым и Лидия. К ней быстро пришла зависимость от сигарет. — Да уж. Я так видела пару раз в клубах ваши номера. Неплохо шпарит. — Чес? Да, он хорош. — Да я про того блондинчика. — Глэма? Это мой брат, — сказала Лидия и выкинула бычок в реку, у берега которой они с Викторией сидели. — Да я поняла. Вы как две капельки, только он выше тебя. — Ну да. Он в отца ростом. Папа тоже был очень высокий. — Ну я бы назвала твоего братца шкафом, но он скорее шпала! Ахахаах! Уж прости! — рассмеялась Вики. — Да ничего. Я тоже его так называю иногда, когда он бесит меня. — Чем же он тебя бесит, позволь спросить? — решила Вики поподробнее узнать о таком не совсем обычном человеке как Глэм. — Ну он до жути чистоплотный и режимный. Еще он всегда всё любит делать правильно. Вот к примеру с начала он наденет обувь а потом куртку, обосновав это тем, что в куртке одеваться не совсем удобно, хоть он и прав. Меня это порой раздражает. — Чистоплюй значит… — А ещё он до жути пунктуальный, что тоже иногда подбешивает. Стой, погоди-ка. А для чего ты про него заговорила? — с подколом спросила Лидия, голосом намекая, что догадалась о симпатии. — Я? Да просто. На хуй он мне вообще сдался? Гламур в чистом виде. — Кто знает, кто знает… — протянула Лидия.

**Спустя неделю.**

— Ребят, я так устал после концерта, — сказала Глэм, надевая чехол со скрипкой. — Я пойду в парке посижу, а перед этим в кофейню зайду. — Да иди, — сказал Чес, который уже второй час подряд репетировал перед зеркалом как будет признаваться Лидии в чувствах. — А ты не теряй времени зря, — подтолкнул друга в плечо Глэм. — Да… Я постараюсь… — замялся шатен. Входная дверь их квартиры хлопнула, оповещая её оставшихся обитателей о том, что они остались одни. Чес отпил немного пива для храбрости и направился в комнату Лидии. Девушка сидела с ногами на кровати и импровизировала на гитаре. — Что именно играешь? — спросил Чес, присев на край. — Да так… Просто легкая импровизация. Ничего интересного. Ты что-то конкретно хотел? — спросила она, оторвавшись он нотных тетрадей. — Да так… Просто попиздеть зашел. — Просто никогда ничего не бывает. — Ну да, я хотел поговорить… — замялся Чес, так как в любви в основном все признавались ему, а не он кому-то. Да и ко всему Лидия была не такой. Он чувствовал к ней что-то особенное. Что-то такое, что заставляло его душу чувствовать покой и умиротворение. С ней он просто чувствовал, что всё хорошо, даже если всё шло через глубокую-глубокую жопу… — Говори, если же нет, то иди занимайся своими делами. — Да. Я хотел сказать, что… Давай встречаться? — без всех тех бесконечных красивых прилагательных сказал Чес. — Эмм… Нет, — сказала Лидия, толком и не подумав. — Почему же? — поднял брови шатен. — Чес, давай будем откровенными. Ванная есть. Я и Глэм ходим туда ежедневно, а то и два раза в день. Ты же ходишь туда, дай Бог, раз в неделю, а то и в две. Это факт. Ещё ты уже три месяца ходишь в одной и той же одежде, что дома, что на концертах. Ты не соблюдаешь гигиену. Уж прости, но я нему быть с человеком, который так относится к себе. Да и с начала разберись с той телегой девушек, которым ты обещал встречаться тоже. Я не могу быть уверена в том, чо ты полностью свободен и мне не придется лезть в драку. — То есть ты отшиваешь меня? — спросил Чес, который так надеялся, что он ей хоть чуточку симпатичен. — Нет. Я тебя не отшиваю. Ты действительно мне очень нравишься. Просо научись следить за собой и разберись со всеми теми девушками. На этом у меня всё. Я не принуждаю тебя это делать. Просто я высказала свою позицию. — Хорошо, я изменюсь. — Нет, изменяться тебе не обязательно, просто следи за своим телом и всё. — Хорошо… Я всегда для кого-то не такой… Тогда буду один… — тихо сказал он, выходя из комнаты. Лидия это услышала. — Чес! Я ведь сказала тебе, что ты мне нравишься. Просто следи за собой и тогда посмотрим. — Да идите вы все в сраку… — махнул он рукой и пошёл пить. — Чес, ну подожди! Чего ты расстроился сразу? — догнала его девушка и положила руку на плечо. — Лид, не надо вот этого всего. — Как скажешь… Глэм же тем временем шёл по улице в ближайшую кофейню…