Душам не нужны слова

Скинув рюкзак на шуршащую ярко-зеленую траву, ты с удовольствием потянулась, разминая уставшие плечи и спину, радуясь легкости без ноши за плечами и с улыбкой посмотрев на ярко-голубое небо с быстро плывущими облаками, устроилась на бревне, которое лежало у старого кострища. Видимо, это место обустроили туристы или местные, уходившие на природу подальше от своей деревни. Отпив воды из бутылки, жмурясь от теплых лучей солнца, ты посмотрела на тропинку, ведущую еще выше на гору, прикидывая, как далеко хочешь зайти сегодня, кивая самой себе на мысли и доставая обед из рюкзака. Но не успела ты открыть его, как взгляд зацепился за каменную скалу, отмечая, что, видимо, тут раньше был вход в пещеру. Сейчас он вызывал смутное чувство тревоги: заваленный огромными камнями, что насыпью скатывались ниже с холма, минуя тонкую тропинку, идущую ко входу пещеры от небольшой естественной площадки, на которой ты и расположилась. Отложив еду, ты подошла к завалу, с интересом проследив за небольшим круглым камнем, покатившимся по резкому склону вниз, вспоминая, не было ли кроме твоего автобуса туристов, прибывших в деревню ранее, которые могли бы оказаться в беде, не вовремя зайдя в эту ловушку природы. Покосившись вниз, ты осторожно подошла к краю пещеры, пытаясь заглянуть внутрь через небольшую щель, в которую даже солнце толком не пробивалось. — Хэй, там есть кто? — Напряженно хмурясь и надеясь, что кроме эха ответом станет тишина, ты все же уже подсчитывала сколько времени заберет экстренный спуск в деревню за помощью, даже если ты возьмешь с собой лишь воду, и мысли были неутешительными, ведь даже так, это займет несколько часов, когда каждая минута сейчас могла быть на счету. И ты уже было расслабилась, долго не услышав ответа, но все же открыв рот, чтобы спросить вновь, достучаться до человека, если он потерял сознание, но не успела и слова сказать, как из темноты послышалось размноженное эхом, протяжное, но громкое шипение, заставив отпрянуть от щели, резко выдохнув и затаив дыхание. Сердце забилось гулом в ушах от испуга и неожиданности, а пальцы онемели, пока ты невидящим взглядом смотрела на завал. И лишь цель приезда в эту местность позволила тебе не сбежать в страхе, когда перед глазами стояла картинка ярких, разномастных огней глаз, светящихся в темноте пещеры. Прерывисто выдохнув, ты быстро начала оглядываться, наконец, замечая подходящую палку недалеко от тропинки, по которой ты поднялась на площадку для привала. И все время, что ты тащила ее к завалу, а после по принципу рычага разобрала его, глядя на то, как с сильным грохотом камни покатились вниз по склону, поднимая пыль, ломая маленькие тонкие деревца и шурша травой, из головы не выходило это громкое шипение, не похожее на то, какое могла бы издавать даже самая крупная из змей, которую ты могла себе представить, исключая... ламий. Голова закружилась от понимания, что, возможно, ты действительно встретила именно это создание. Тех, кого большинство считало лишь легендой, но не ты. Годы увлеченности этими существами, и ты нашла множество людей, подтвердивших, что ламии существуют не только на словах. И в эту деревню ты прибыла именно потому, что один знакомый раньше жил здесь, среди тех, кто видел их не единожды, более остальных считая их сродни божествам, хотя хранили секреты, известные лишь им и самим ламиям... Ты заглянула в пещеру, куда, наконец, стал попадать солнечный свет, на который из темноты медленно переместился кончик толстого белоснежного змеиного хвоста, от которого взгляд побежал выше, разглядывая длинное тело ламии. Монстр-скелет в белой, испачканной куртке с пушистым капюшоном, с усилием приподнялся на локтях, протяжно предупреждающе шипя, ведя в воздухе лиловым языком и зло мигая гетерохромными глазами: красный и белый огоньки словно стали ярче на некоторые время, тут же угасая, вместе с тем, как скелет опустился обратно на землю, напряженно смотря на тебя. — Поверить не могу... — Невольный шепот срывается с губ, пока ты, во все глаза глядя на существо, которое мечтала увидеть столько лет, медленно подходила, заставив его отползи подальше, издав странный гул, похожий на утробное рычание. — Я- я хочу помочь. — Выставив руки перед собой, ты тихо проговорила, осматривая ссадины на руках скелета, не уверенная, поймет ли он твои жесты и зная, что он точно не понимает человеческую речь. И все равно, ты хотела помочь и продолжала говорить, как можно более тихим и успокаивающим голосом, медленно подходя ближе. — Я не сделаю плохо, прошу, спокойно. Пойдем вниз, в деревне люди помогут. Они знают больше меня про ламий. — Лиловый язык протрепетал в воздухе, когда ты подошла совсем близко, садясь рядом буквально на расстоянии вытянутой руки, а после монстр шумно втянул воздух носом, спокойно прикрыв глаза, вызывая твою довольную улыбку. — Так... ты змея, так что давай вытащим тебя на солнце, дружище. — Подползая ближе, ты осторожно коснулась костяной руки, проверяя не будет ли змей против, и он, вопреки страху, в котором билось твое сердце, лишь молча смотрел за твоими действиями усталым взглядом. Ламия позволил помочь ему. Оперевшись на твое плечо, придерживаемый за спину, он медленно выполз из пещеры, и вы устроились на освещенной солнцем площадке. И пока ты дала монстру поесть, сама вытащила из рюкзака все, что было возможно, скрепя сердцем, оставляя вещи тут, понимая, что вряд ли уже вернешь их себе. Рюкзак был закинут на плечи с минимумом еды, которой можно было перекусить и водой. И весь путь вниз ты чувствовала, как что-то подобное человеческому сердцу медленно гудит за клеткой ребер скелета, скрытое его курткой, мех на которой щекотал щеку, а пах... ветром и лесом. Вы спустились вниз только к тому моменту, когда деревню, находящуюся в долине, перестало освещать солнце. Ты потянулась, тут же дрожа от прохлады, когда одеяло спало с плеч и недовольная уселась на кровати, вспоминая как поздно вчера легла спать. Стоило обратиться к местным с просьбой помочь ламии, которую ты спустила с гор, они отправили к тебе чудну́ю бабушку, которая осмотрела монстра и дала травы, какими стоило бы его поить. И, вопреки твоим мыслям, змея не забрали, сказав, что такова судьба – со слов бабули. И если уж взялась спасать, то заканчивай дело сама, не перекладывая свою прихоть на других – со слов ворчливого деда, который заселял туристов в немногочисленные домики для них и предназначенные. Место было диким и мало кто сюда приезжал, а потому, вместо компании гор тебе теперь светила лишь компания... монстра. Нет, ты не имела ничего против ламий, как и любых монстров, существовавших в вашем мире, по легендам, в которые ты не углублялась. Только пара "но" все же маячила в голове. Одним из них было то, что он был огромной, возможно ядовитой, змеей. И существом относительной разумности. Насколько он понимал происходящее, ты знать не могла, лишь предполагая, что что-то они да понимают, вопреки мнениям людей, что считают их существование лишь легендой. И тем не менее, опасение перед таким существом било в гонг, разгоняя кровь с шумом в ушах, что после недолгого сна было очень некстати, раздражая. Рассудив, что кофе сделает тебя чуть бодрее и добрее, ты таки встала с постели, выходя из единственной комнаты в гостиную, соединенную с кухней и останавливаясь у закрытой двери. На диване у противоположной стены спал змей, а укрытый одеялом длинный белый, расписанный черным узором, хвост выглядывал из-под него кончиком, свесившимся с постели монстра. Ты неторопливо прошла на кухню, что находилась правее, косясь на необычного гостя, решив, что раз он частично зверь, то резких движений и громких звуков издавать не стоит, это может стать глупым способом спровоцировать его, и мало ли что придет в голову больному существу. Кстати о болезни. Ламия довольно долго пробыл за завалом и помимо изодранной шкуры хвоста и стесанных в попытке выбраться костей, бедный монстр заработал истощение. Не совсем такое, как у людей, но магическое, не сильно отличавшееся симптомами и методами лечения от человеческого. Лечебные травы помогут быстрее восстановить ту часть магического резерва, которую не сможет еда. А в остальном – отдых, сон и вкусно, сытно кушать. — «Лишь бы не мной.» — С опасением усмехнулась ты, прилипая к столешнице поясницей с чашкой кофе в руках, который, видимо, сильно пах, потому что скелет потрепетал в воздухе раздвоенным языком, который, как сейчас ты заметила, светился, а после ламия открыл глаза, сонно посмотрев на тебя. И словно одумавшись, резко сел, хватаясь за голову одной рукой, а другой упираясь в подлокотник дивана, чтобы не упасть. Ты почти не дышала, не зная как вести себя с монстром, понимая, что вы явно друг друга опасаетесь. Довольно быстро пришла мысль, и ты поспешила заварить чай из трав, что передала бабуля, явно чувствуя среди других ароматов запах малины, которую сама очень любила. Развернувшись к скелету, ты замялась на месте – в животе снова скрутилось волнение, особенно, когда монстр сфокусировал взгляд на тебе, словно пытаясь вспомнить вчерашнее, и именно это дало тему для разговора. — Ты в деревне в горах, помнишь? Я вчера привела тебя сюда, вытащив из завала. — Неспешно подходя к скелету, ты крепче сжала ручку чашки, чувствуя, как руки начали немного дрожать. А этот разговор ощущался чем-то очень необходимым, несмотря на то, что ламия ни слова не понимал из твоей речи, лишь тихо прошипев, когда ты протянула ему напиток. — Это поможет восстановить твою магию. Бабушка из деревни дала, тут просто травы. — Разномастные глаза сощурились и, снова прошелестев языком, монстр втянул аромат чая, паром расходившийся от чашки и принял напиток, довольно жмурясь, отчего-то оглядывая твои руки внимательным взглядом. И ты сама осела напротив него на пол, словно завороженная глядя в светящиеся огоньки, которые были тусклыми в сравнении со вчерашним днем, когда ламия пытался напугать тебя, предупреждающе шипя. И пока вы внимательно смотрели друг другу в глаза, скелет сделал первый глоток, а глаза налились цветом, заставив тебя улыбнуться и, осторожно поднявшись, уйти к кухне, чувствуя цепкий взгляд монстра на своей спине. Следующая пара дней прошла... странно. За окном капал не прекращаясь небольшой дождь, и пусть было достаточно тепло, сырость отбивала всякое желание пойти погулять, к тому же... Ты нашла то, зачем приехала сюда, только теперь совершенно не знала: а что дальше? Первый день ламии в одном доме с тобой был напряженным для обоих: ты ходила едва ли не по стеночке, дергаясь от громких звуков, которые сама и создавала попыткой приготовить поесть или запнувшись о ковер. Монстр так неотрывно следил за тобой, что казалось любое неосторожное движение спровоцирует его напасть. Но ни шум, ни даже то, что ты подходила близко, не заставили скелета даже зашипеть на тебя – он лишь предупреждающе щурился и трепетал в воздухе языком, то ли показывая, что не беззащитен, то ли проверяя – хочешь ли ты причинить ему вред. Ближе к вечеру даже принял еду, что ты приготовила, принюхавшись к тарелке с картошкой и мясом, таки принимаясь есть, когда живот шумно заурчал – ты хохотнула на это, тут же замирая. На скулах ламии проступил фиолетовый свет, а сам он потупил взгляд, начав есть медленней, словно... смутившись. И одна мысль о том, что он понял причину твоего смеха и мог почувствовать стыд от такого почти кричала о том, что понимает монстр ничуть не меньше людей. Тогда ты задалась вопросом, может ли он разобрать твою речь. Еще один день вы переглядывались. Ты развела камин, поняв, что змей мерзнет – он плотнее кутался в пледы, поправляя один из них на белом хвосте, а стоило принести ему отвар из трав, он долго грел о чашку костяные руки, довольно жмурясь, когда отпивал теплый напиток. Ты еще со вчерашнего вечера пыталась читать книгу, но едва ли могла вспомнить хоть что-то, постоянно отвлекаясь на монстра, который в ответ смотрел на тебя. И сегодня все усугубилось тем, что ламия выполз из-под пледов, устроившись прямо на ковре у камина, и теперь ты могла разглядеть его хвост во всей красе. Монстр словно специально улегся на кольца так, чтобы не закрывать тебе обзор, вытянув кончик хвоста чуть в твоем направлении, и пусть глаза он держал закрытыми, ты точно знала, что он не спит, иногда пересекаясь с его гетерохромным взглядом через плечо. По окну стучали капли усиливающегося дождя и вкупе с теплом и треском поленьев в камине, глаза начали закрываться, погружая тебя во сны. Но и там ни на секунду не оставлял образ чудесного существа, что до этого момента найти казалось чем-то нереальным, теперь сбивая с толку таким неожиданным присутствием рядом. И не одна ты не знала как быть. Скелет, впервые встретившийся с человеком напрямую, спустя столько лет жизни, был не только заинтересован, но и хотел просто сказать "спасибо". Что не прошла мимо, увидев его, что не побоялась помочь и тем более, находиться и дальше в одном доме. И хотя змей чувствовал и видел, что ты все же его опасаешься, прекрасно понимал, отчего это было. Ты не могла знать, насколько он разумен и вела себя с ним, как с хищником, которым, он собственно и являлся. И все равно голова немного кружилась от запаха любимой ягоды, что всегда витал вокруг тебя, заставляя ламию коситься и трепетать языком, чтобы уловить больше. Взгляд гетерохромных огоньков он снова перевел с огня, покосившись на тебя через плечо и замер, так и не спрятав длинный раздвоенный язык – ты спала. Так доверчиво спала в одной комнате, всего в паре метров от того, кого еще вчера очень опасалась. Скелет вздохнул и неспешно привстал, разминая чуть затекшую спину и недовольно глянув в окно, развернул кольца хвоста, неотрывно глядя на тебя, готовый в любой момент замереть, если ты проснешься – пугать еще больше совсем не хотелось. Осторожно приблизившись, парень с интересом рассматривал твое спящее умиротворенное лицо, руки, держащие раскрытую книгу, и то, как медленно вздымалась твоя грудь в размеренном дыхании. Монстр вдохнул, снова чувствуя сладкий малиновый аромат рядом с тобой и сожмурился в удовольствии, наклонившись ближе, касаясь пальцами тыльной стороны ладони и шумно выдыхая от того, какой теплой и нежной была на ощупь кожа. Словно лепестки дикого шиповника, росшего недалеко от старого дома монстра, который дернулся, убрав от тебя руку, когда ты что-то пролепетала во сне. А ламия засмотрелся на то, как с волос соскальзывает резинка, распустив хвостик и разметав сладкий ягодный запах еще сильнее, отчего картинка перед глазами скелета поплыла, словно от вина, заставляя его приблизиться, поднимаясь на хвосте и упираясь руками в подлокотник и спинку дивана, буквально нависнув сверху, рассматривая твое лицо и прошелестеть в воздухе языком, ловя вкус аромата тихо и протяжно шипя. И ты бы так и спала, но слишком близкий звук и холодный кончик гладкого хвоста, что неконтролируемо метнулся в сторону, обвивая лодыжку, буквально выдернули тебя из сна, заставив крупно вздрогнуть и распахнуть глаза, тут же замирая в непонимании. Гетерохромные огоньки в черных провалах глазниц не сразу помогают понять ситуацию, но когда положение становится четко понятно, ты с тихим писком, дергаешься назад, вжимаясь в спинку дивана под обиженный взгляд, медленно отстранившегося монстра. — Тишшше, я ничего тебе не сделаю. — Расстроенно щурясь, ламия садится на полу, глядя на тебя снизу-вверх внимательным взглядом, жмурясь и мотнув головой в попытке сбросить наваждение, сковавшее сладостью не только обоняние, но и душу. — А… — В шоке отрыв рот, это все, что ты смогла озвучить, не мигая смотря на существо перед собой, отчего змей нахмурился. — Только не кричи. — С мольбой глядя тебе в глаза буркнул монстр, а ты шумно выдохнула, закрывая рот и ослабляя хватку на несчастной книге, что затрещала по швам от твоего напряжения, теперь медленно, но верно перерастающего в восторг. Ламии говорят на вашем языке и понимают речь. Рука дернулась прикоснуться к монстру, но ты лишь ущипнула ей себя же, убеждаясь, что это не сон, под недоумевающим, кажется, совсем немного недовольным взглядом парня. — Не буду. — Запоздало ответила ты, откладывая книжку, и выпутываясь из-под пледа – стало слишком жарко от волнения, а в голове проносилась сотни тысяч вопросов, все из которых при ближайшем рассмотрении казались неуместными и глупыми, заставив тебя проморгаться, словно в попытке очнуться ото сна. — Так… ты понимаешь людей. Почему раньше не говорил? — Склонившись ближе к ламии, ты во все глаза разглядывала его лицо, цепляясь взглядом за линию шрама под глазом, пока сам змей, было подался назад, но замер, тут же возвращаясь в привычное положение, ближе к тебе – то ли из-за аромата, что магнитом тянул быть ближе, то ли от неясного теплого чувства в груди, смешанного с интересом. — Это тайна, мало людей знает о том, что мы разумны. Но раз уж ты мне помогаешь, то можешь знать. — Разочарованно проследив за тем, как ты отстраняешься, падая на спинку дивана, скелет отвел взгляд на место рядом с тобой, удобнее устраиваясь в кольцах хвоста, полагая, что напугает тебя, если сядет рядом. А мелькнувшая на краю сознания мысль, что он может быть неприятен, выкрутила душу до ощутимой и взволновавшей монстра боли. — А еще не хочу, чтобы ты боялась меня… — Неосознанно растянув фразу, словно прося на нее ответа, вздохнул парень, получая твою добрую улыбку в ответ. — Ну, ты же сказал, что не собираешься делать чего-то плохого, так что у меня нет причин бояться тебя теперь. — Ты сцепила руки в замок, неловко глянув на место рядом с собой. — Сядешь? Мне не по себе, что ты на полу. — Потянув плед, ты убрала его со свободной части сиденья, забирая так же и книжку, откладывая ее на подоконник и встречаясь с удивленным выражением лица монстра. — Тебе не противно? Я… отношусь к малоприятному для людей виду монстров. — Ты о чем? — Склонив голову к плечу, ты недоуменно улыбнулась, поджав плечи, рассматривая оголенные кисти рук скелета и длинный, бликующий в свете огня белый хвост, расчерченный по всей длине зигзагом черного узора перекрещивающихся линий. — Я много лет узнавала про вас, считая… восхитительными, так что ни о каком отвращении не может быть и речи. — Указав на диван, ты устроилась спиной на подлокотнике, ободряюще улыбаясь змею, что подарил скромную улыбку в ответ, забираясь на диван, устраиваясь подобно тебе, собрав хвост зигзагом, свешивая кончик с дивана, чтобы не касаться твоих ног и устраивая голову на руках, сложенных на спинке дивана. Вы оба с интересом смотрели друг на друга, пока не пересеклись взглядом. — Как тебя зовут? Я (Твое имя). — Кросс. Я рад знакомству с тобой, (Твое имя). Вы так и просидели весь оставшийся день рядом, поочередно спрашивая и рассказывая все, что приходило в голову, увлеченные необычной для обоих компанией и удивленные тем, как легко оказалось общаться, несмотря на то, что иногда приходилось останавливаться и объяснять, что вы имели ввиду, из-за того, насколько по-разному жили. Кросс рассказал о том, как живут ламии, том, что совсем недавно начал жить один, достигнув совершеннолетия, прожив век. Объяснил, как по глупости попал в завал, решив переждать в пещере дождь, недовольство которым выразил и сейчас, сказав, что мерзнет от истощения, обычно местные ламии были горячее людей. Рассказал о семье, братьях, которые наверняка отчитают его, узнав, что он умудрился попасть к людям. Монстр мягко рассмеялся, признаваясь, что оно того стоит, раз нашелся человек, который его не боится и не считает отвратительным чудовищем или мифическим созданием, достойным поклонения, вызывая смущенную дрожь у тебя в груди, совсем не заметив, что и сам парень смутился сказанным по наитию словам. И после этого разговор сам собой закрутился так, что вы рассказывали кто, что любит или нет, а к ночи вы уже не могли точно сказать, о чем именно говорили, если вас спросить. Остались лишь эмоции, и вы двое, накрытые одним пледом на двоих и кончик змеиного хвоста, что обвился вокруг твоей лодыжки, пригревшись на нежной коже. И уже никто не был против, но каждый опасался оттолкнуть интересом к прикосновениям. Поздний вечер и совместный ужин за разговорами быстро перетекли в ночь, и в очередной раз глянув на тебя, стоило закончить рассказ, монстр замер, прошелестев в воздухе языком, чтобы убедиться, что ты спишь, снова пощекотав собственную душу сладким ароматом малины, теперь вкупе с твоей улыбкой, радующей скелета, даже когда ты спишь. Он смотрел на тебя, поражаясь тому, какой ты была честной и открытой, рассказывая ему все, что он спрашивал и даже больше, слушая его и искренне восхищаясь им, его магией и тем, как он жил, очень смущая парня, со скул которого весь ваш разговор не сходил едва заметный гиацинтовый свет румянца. Душа счастливо, тихо звенела, говоря о том, что он нашел родственную душу. Пусть человека, пусть едва знакомого, но того, с кем хотелось быть дольше и ближе, узнав много нового и рассказав о себе. Кросс осторожно поднялся, спускаясь с дивана и закутав тебя в плед, которым вы оба укрывались, поднял на руки, поражаясь тому, какой горячей ты была, а голова снова закружилась от аромата, заставляя ламию склониться над твоим лицом и прижать ближе к себе, опомнившись лишь тогда, когда провибрировав языком в воздухе, он мазнул по твоему носу, оставив своеобразный змеиный поцелуй, в котором не было ничего... предосудительного, но вы слишком мало были знакомы. Смутившись, скелет усмехнулся, думая, что наверняка получил бы пощечину за такое. И он совсем не заметил, как внес тебя в спальню, вспоминая рассказ старшего брата о том, почему именно ламии не приближаются к людям. Монстры были способны привязаться раз и навсегда, так быстро и сильно, а люди... зачастую ничего не чувствовали в ответ, раня чувства и души монстров, чувствительных к той древней магии, что осталась в этом мире. Опустив тебя на кровать, Кросс смял кофту на собственной груди, растерянно разглядывая твое лицо, прислушиваясь к собственным эмоциям, не желая верить, что единственная встреча с человеком и судьба сыграла с ним злую шутку, встретив именно с той, к кому он мог проникнуться симпатией, раз и навсегда сделав присутствие рядом необходимостью. Ты повернулась на бок, выпутывая руки из-под пледа и протянула одну к монстру, нечаянно касаясь хвоста, заставив ламию вздрогнуть и обратить на горячее касание взгляд, расплывшийся теплом, когда вместо того, чтобы убрать руку, ты сквозь сон погладила гладкие чешуйки, заставляя монстра придвинуться ближе, прижимая хвост к неожиданной ласке и ловя твою улыбку, заставляя на момент усомниться, что ты спишь. Но то, как ты заворочалась, удобнее устраиваясь на подушке, пытаясь выпутать ноги из пледа, развеяло сомнения. — Такая теплая... — Прикрывая глаза, шепчет монстр, наклоняясь, поправляя твою подушку, отчего ты перестаешь ворочаться и довольно мычишь, тихо произнося имя скелета, а он в удивлении наклоняется ближе, в попытке услышать слова. Но ты более ничего не говоришь, снова поглаживая приятную гладкость хвоста, на что змей улыбается, чуть неловко, укладываясь рядом, начав засыпать от ласки и тепла, заставляя монстра сдаться и лечь рядом, накрывая вас обоих мягким одеялом поверх пушистого пледа, что по мнению почти уснувшего змея не шел ни в какое сравнение с тем, как приятно ощущалась твоя кожа, стоило обвить хвост вокруг ног. Ты совсем не ожидала проснуться рядом с монстром. Тем, кого буквально вчера перестала бояться, словно дикого зверя, вздрогнув, стоило открыть глаза и увидеть перед собой лицо скелета, который прошелестел в воздухе аметистовым языком, чуть сильнее стягивая на тебе свой хвост. Только сейчас ты поняла, что не только обнимала во сне парня, но и он буквально прижимал к себе, спеленав гладкостью хвоста ноги, пригрев его кончик на животе под одеждой, иногда щекоча им. Былое желание растолкать ламию и возмутиться, отчего он спит с тобой в одной кровати, отступило, сначала перекрытое растерянностью, а потом воспоминанием о словах монстра о том, что он мерзнет. И хотя это не могло быть достаточной причиной пускать к себе в кровать почти что незнакомца, ты и сама испытывала большой интерес к змею и замерла, разглядывая лицо скелета так близко. Рука невольно дернулась к красной линии шрама, но парень в этот момент открыл глаза, фокусируя чуть расплывшиеся после сна огоньки, в которых ты только так близко смогла разглядеть черные вертикальные полосочки хищных зрачков, сильно сузившихся в испуге, стоило змею осознать в каком вы положении. Кольца хвоста на теле ослабли, а ты быстро села и неловко пригладив волосы рукой, которой едва не коснулась лица спящего скелета, ретировалась из комнаты на кухню – душа колотилась в груди без ритма, вспугнутая неожиданным пробуждением сожителя. Перед глазами стояла картинка с разномастными огоньками монстра, когда ты, цыкнув, вытирала со столешницы насыпанный мимо чашки сахар, после нервно постукивая ногтями по деревянной поверхности, сверля напряженным взглядом чайник, дернув плечом, когда дверь в спальню тихо скрипнула, и за спиной послышалось шуршание чешуек хвоста. Ты развернулась, кажется, слишком нервно и резко, потому что только собравшийся что-то сказать скелет, отпрянул и замер на секунду, после виновато потупив взгляд в пол. На белоснежных скулах гуляла дымка почти пурпурного света, а сам парень неловко провел пальцем по шраму под глазом. — Прости, я-… — Сильнее прежнего засветившись, скелет прикрыл ладонью нос, поджимая плечи и тихо зашипев, похоже, от стыда. И эта картина была настолько милой и забавной, что ты не удержалась, тихо прыснув от смеха в кулак, привлекая растерянный взгляд монстра. Нервозность как рукой сняло, а ее место заняла вина от того, что ты заставила парня так нервничать из-за мелочи. Ты ведь… совсем не злилась, более того, на ногах все еще гуляло приятное ощущение хвоста змея, подкидывая постыдную мысль, что ты в отчего-то не была против такого. — Все хорошо, я просто растерялась. — Потерев шею, ты чуть улыбнулась скелету, который ответил скромной улыбкой, прошелестев в воздухе языком, который ты поймала взглядом и на несколько секунд зависла, глядя в ту точку пространства где мелькнул аметистовый чуть прозрачный змеиный язык. И следующие пару дней ты абсолютно не могла заставить себя не ловить его взглядом каждый раз, когда Кросс шелестел им в воздухе, пробуя запахи на вкус. А ламия едва ли не ругал себя за то, что не мог перестать делать это рядом с тобой, ведь душа теплела от ягодного аромата, но теперь еще и смущенно дрожала, видя твои взгляды на собственном языке – парень думал, что ты прекрасно видишь, что он делает это чаще именно рядом с тобой. И даже ненароком однажды подумал, что ты могла-таки не спать в тот момент, когда он поцеловал тебя в носик, что заставляло скелета вообще покрываться светом смущения. А ты в эти моменты беспокоилась, что ему стало хуже и из-за холода он заболел. Но на самом деле Кроссу становилось лучше. И через пару дней он утянул тебя ночью на улицу, наслаждаясь тем, что прошедший день был необычайно жарким, прогревая землю и воздух, что до сих пор пах солнцем, как и ты, хотя выходила из дома не столь надолго. — Куда мы, Кросс? — Заинтересованно спросила ты монстра, который, загадочно улыбаясь в ответ, вел тебя недалеко от деревни, к озеру, которое словно зеркало, отражало темное, усыпанное звездами небо. И ты замираешь, восхищенно выдыхая, не веря своим глазам. — Вау... — Насколько я знаю по рассказам, в городах такого не бывает, захотелось показать тебе. — Сворачиваясь в кольца на небольшом холме чуть выше от озера, объяснил парень, тут же позвав тебя по имени, обращая на себя взгляд. — (Твое имя), садись... ко мне. — На выдохе произнес монстр, рукой указав на удобно свернутые кольца хвоста, наслаждаясь твоей неловкостью, от которой его собственная душа едва ли не звенела, настойчиво подталкивая владельца к подобным действиям все больше и больше. — Давай, а то на земле замерзнешь, я не кусаюсь. — Мягко, едва ли не мечтательно, улыбаясь, протянул парень, видя твое замешательство и лишь после его слов ты неловко села в своеобразное гнездышко, которое тут же зашевелилось, буквально укладывая тебя в кольцах хвоста, который был непривычно теплым. Ламия восстановился за эту пару дней почти полностью, отчего стал теплее, как ему и положено было, но кончик хвоста продолжал липнуть к твоей лодыжке, обвивая ее то ли по привычке уже, то ли... просто потому что хотел. Ты едва ли заставляла себя дышать в такие моменты, чтобы не выдать то, что не хотела спугнуть это касание. Оно буквально вызывало восторг не меньше, чем то небо, что сейчас нависало над вами синевой с рассыпанными на ней блестками. А когда несколько звезд упали, а следом понеслись и другие, то ты вообще не сдержалась, тихо пискнув в восторге, хватая скелета за руку, остановив себя от того, чтобы по-детски воскликнуть "смотри-смотри!". Кросс и так смотрел. Но не совсем на небо, а в твои глаза, в которых отражались падающие звезды и восторг, в котором ты переплела ваши пальцы сама того не заметив. А вот парень с небольшой тоской отметил, что уже который день все сильнее тянется к тебе, и даже то, что ты уходила из дома прогуляться, неприятно отзывалось в груди желанием пойти следом несмотря на ненавистный дождь. От этого хотелось быть ближе, когда ты была рядом, и монстр искал предлоги, не очень желая отдавать себе в этом отчет и вдаваться в то, что сейчас происходит с ним. Уже поздно. Он уже привязан так, как люди не умеют. Не любовь, не дружба, не семейные узы, но что-то, что давало необходимость быть рядом. — Спасибо за все, Кросс. — Шепчешь на выдохе, отрывая монстра от не самых светлых размышлений, заставив встрепенуться и отпустить твою руку, которой ты потянулась поправить волосы, заправив за ушко – парень едва не урчал от такого милого на его взгляд действия, снова трепетал в воздухе языком, ловя запах любимой ягоды. — За что ты меня благодаришь, это ведь ты меня спасла... — Скелет тепло улыбается, а после непонимающе смотрит на то, как ты замялась, отводя взгляд и начав неловко перебирать пальцы. — Я должна была провести этот отпуск одна, в поисках волшебной легенды. И... уехать в пустой дом ни с чем, но встретила тебя. Это лучший отпуск, что мог быть, и не потому что я повстречала ламию, а потому что подружилась именно с тобой, Кросс. Спасибо за доверие и компанию. — И ты счастливо улыбаешься монстру, но в груди неприятно теснилась душа от одного простого слова "друг". И ни ты, ни Кросс в ту ночь не знали о том, что каждый беспокоился именно из-за этого, чувствуя, что эта деталь была неправильной. Что ваши души уже противились быть друг другу лишь друзьями. Утро разбудило солнечными лучами, что ярко светили в окно, пригревая настолько сильно, что под одеялом становилось жарко. Ты тяжело вздохнула и приоткрыла глаза, жмурясь из-за света и тут же втягивая приятный запах чего-то ягодного, кажется, пахло малиной. Сев на кровати, непонятливо обернулась на дверь в гостиную комнату, где и располагалась небольшая кухня, пытаясь проснуться и осмыслить, что вообще происходит, ведь ты совершенно не помнила, как ложилась в кровать. Провела рукой по нагретой простыни и решила, что Кросс, видимо, снова донес тебя в кровать, но на этот раз не уснул рядом – щеки тут же вспыхнули от стыда из-за того, как разочарованно эта мысль прозвучала в голове. Живот тут же стянуло странной щекоткой, стоило представить ламию рядом с собой как в тот раз. Хвост и кости монстра были очень приятными на ощупь, и ты уткнулась в ладони, потерев ими лицо, желая прогнать непонятные мысли, что ленивым потоком текли в голове, заставляя стыдиться не только их, но и того, как приятно от них становилось под ребрами… тепло и немного щекотно. Быстро подскочила с кровати, тут же выходя в гостиную и замирая. Вибрируя в воздухе языком и мягко улыбаясь, Кросс стоял у плиты, помешивая что-то в маленькой кастрюльке. Под диафрагмой от такой картины все сжалось и ты, пискнув "доброе утро", скрылась в ванной комнате, намереваясь умыться холодной водой и прийти в себя. Только мысли еще сильнее разбежались, стоило задать себе один вопрос: — Мне что, нравится Кросс? — И стоило прошептать эти слова, глядя в зеркало рядом с умывальником, как уши тут же загорелись, а ты обернулась к двери и прислушалась, чтобы понять, не слышал ли этого сам монстр. Монстр… сама мысль о симпатии к нему была странной. Ты никогда не думала, что они понимают людей, не говоря уже о чем-то подобном. Но долго думать тебе не дал сам объект волнений, осторожно постучав в дверь. — (Твое имя), у тебя все в порядке? Ты так убежала… — Д-да! Кхм, уже выхожу… — Голос предательски дрогнул и сорвался на высокие ноты при ответе, заставив стушеваться и поспешить выйти, отбросив пришедшую так неожиданно мысль куда подальше, чтобы лишний раз не беспокоить парня. Кросс взволнованно вглядывался в твои глаза, лишь после улыбнувшись. — Выглядишь здоровой, я уж подумал, что простудилась ночью. — Нет, я в порядке, а что ты готовишь? — Отрицательно мотнув головой, ты тепло улыбнулась такой заботе от скелета и с любопытством глянула ему за спину, где на тарелке на салфетке лежали золотистые тосты. — А, ну… я не умею готовить из того, что есть в холодильнике, так что… собрал малину и сделал джем, чтобы позавтракать. Ты ведь любишь малину, (Твое имя)? — Начав немного неуверенно, переплетая пальцы, объяснил ламия, после посмотрев на тебя с какой-то надеждой и тепло улыбнулся, отчего душа приятно дернулась в груди, разливаясь там тягучим теплым мёдом. — Люблю... — Протянула в ответ, кивая с благодарной улыбкой и ласковым взглядом, отчего парень замер на секунду, а после поспешно развернулся, пряча яркий свет румянца, залившего скулы гиацинтовым блеском мелких веснушек. Следующие дни вместе потекли приятной сладкой чередой. В груди постоянно теплело и дрожало рядом с монстром, что уже полностью восстановился и в подтверждение дал потрогать собственный хвост, что на удивление, вопреки физиологии привычных тебе змей, был едва ли не горячим. Как и его руки, каждый раз заставляя твои уши гореть, когда Кросс заправлял прядь волос за ушко, ласково улыбаясь и едва заметно мигая разномастными глазами, как сделал и сегодня, предложив сходить искупаться. На твое удивление, ламия мягко рассмеялся. — Здесь есть теплое озеро, я часто там бывал еще до встречи с тобой. Пойдем? — И ты без сомнений соглашаешься, горя любопытством увидеть это чудесное озеро – кроме того на улице уже несколько дней было очень тепло и солнечно, только больше подстегивая желание сходить к воде. И Кросс привел тебя в чудесное место. Темно-лазурное небольшое озеро, что блестело на солнце словно осыпанное блестками из-за ветра, разгонявшего множество маленьких волн по поверхности воды. Она была действительно теплой, такой, какой не могло быть обычное озеро в горах после стольких холодных дней, несмотря на то, что им на смену пришло тепло. Трава сменялась золотым песчаным берегом, словно это был специально сделанный пляж, но вокруг лишь лес, прятавший вас ото всех на свете. — Вау, как же красиво! И почему тут нет деревенских, я бы купалась постоянно… — Пораженно бормочешь, проводя в воде рукой, наблюдая, словно загипнотизированная, за бликами солнца. — Это место ламий. Они знают и считают, что нас, подобно богам, нельзя злить, иначе мы наведем беду. — Немного смущаясь под твоим пораженным взглядом, поясняет Кросс, тут же неловко почесав метку под глазом. — А вы можете? — Мы обладаем магией, но не такой. Да и ни к чему нам вредить кому-то, но такое их мнение насчет этого места очень удобно, так что пусть дальше так считают… — Хохотнул парень, все еще немного неловко потерев шею и с интересом наклоняя голову к плечу, когда ты подошла ближе, лукаво улыбаясь и складывая руки за спиной. — Нравится, когда считают подобным божеству, м-м-м, Кросс? — Тянешь, хитро щурясь и тут же получаешь то, чего добивалась – смущение гиацинтового цвета залило лицо монстра, раскрашивая веснушками белые кости, а сам змей растерянно затрепетал в воздухе языком. — Н-нет, что ты- — Попытался объясниться скелет, смущенно потупив взгляд, а ты лишь мягко рассмеялась, невольно погладив его от локтя до запястья. — Да я же шучу, Кросс. — Признаешься парню, но тут же убегаешь в воду, с разбега ныряя, вметнув блестки брызг, а после выныривая и со счастливой улыбкой глядя на скелета на берегу. Кросс отказался купаться с тобой, сославшись на то, что другой одежды у него не было, как и чего-то подходящего на замену, а ламиям нужна длинная одежда, что прятала частично их хвост, открыть верхнюю часть которого было неприличным. Парень мило тушевался, объясняя это тебе, когда ты попыталась утащить его с собой, но после лишь мягко посмеялся, сказав, что он с радостью просто погреется на солнце, пока ты не накупаешься. И действительно, наблюдать за тобой было чем-то успокаивающим, сродни медитации. Так уютно, что ты была рядом вот так: играла, махала ему рукой и улыбалась, снова ныряя и наслаждаясь природой. Только вы вдвоем. Душа приятно гудела за ребрами, мягко толкая скелета в грудину, словно подталкивая к тебе, и Кросс чуть печально улыбался, растянувшись на траве и уже признавая для себя окончательно то, что влюбился. Способность монстров привязываться душой не обошла его, да еще и выбрала самый сложный вариант – любовь. Не просто привязанность как к другу или семье, а именно любовь, что случалась у таких как он единожды за всю жизнь. От этого чувства было так сладко и тревожно разом, что парень совершенно терялся, стоило остаться с мыслями наедине. А обычно он просто не мог ни о чем беспокоиться, полностью отдаваясь общению с тобой. Присутствию рядом, запаху, голосу, тому, что ты рассказывала и спрашивала. А от улыбок и смеха душа звенела в унисон. Кросс мечтательно вздохнул, глядя на то, как ты вышла из воды, направляясь к нему и поднимая рюкзак с земли, чтобы пойти переодеться в то, что взяла с собой специально для этого. И каково же было смущение и шок монстра, когда ты только зашла за его спину и сказала одно: "не поворачивайся", тут же зашуршав одеждой и полотенцем. Кросс уткнулся в воротник кофты, жмурясь стыдливо от того, как сильно сейчас чувствовал твой запах, от которого едва ли не кружилась голова. Но ты достаточно быстро переоделась и села рядом, ёжась и сжимаясь в комочек, словно маленький королёк, заставив монстра умильно улыбнуться и подняться, скручивая хвост в кольца. — Иди сюда, (Твое имя). Погреешься. — Негромко предложил скелет протягивая руку, и ты ее приняла, поднимаясь на ноги и устраиваясь в действительно теплом подобии гнездышка из колец ламии, который нежно смотрел на тебя, заставив смутиться. — Что? Ты так смотришь… — Ты неловко отвернула голову к озеру, заправляя прядь влажных волос за ухо, тут же ловя тихий смешок монстра, чей взгляд снова приковала маленькая сережка в твоем ухе, что висела золотой цепочкой, блестя на солнце. — Просто рад, что встретил тебя. — Ответил Кросс, словно загипнотизированный, наклоняя голову к плечу и приближаясь к тебе, заинтересованно вибрируя языком в воздухе, отчего вы тут же оба замерли, распахнув глаза – он лизнул тебя. Сначала шокировано замерев, ты резко повернулась, тут же сталкиваясь почти нос к носу с парнем, душа которого испуганно заколотилась, стоило понять, что он сделал, но когда на твоем лице помимо растерянности расцвел румянец смущения… Душа ламии опустилась ниже, словно растаяв от той нежности что он испытал, сначала очень испугавшись, что тебе будет неприятно. Но вы оба были смущены до такой степени, что гудело в ушах. А души… уже звенели в унисон, признаваясь раньше вас. — Вот так я и решилась наконец отправиться, раз терять мне нечего. — Вздохнула ты, идя вдоль песчаного берега озера, глядя под ноги и изредка поглядывая на монстра, который отчего-то завалил кучей вопросов о том, как ты жила вне этого места, стоило отогреться и предложить прогуляться. Семья, работа, дом, друзья – все это стало предметом интереса ламии, который часто трепетал аметистовым языком в воздухе и, пусть ты того не знала, ловил твой запах. То, как он менялся пока ты рассказывала все это, могло подсказать Кроссу как ему быть, ведь когда-нибудь ты уедешь. И он совершенно не знал, как скоро кончается твой отпуск, а спрашивать было боязно. Но судьба словно сама толкала вас обоих друг к другу. — Смотри, (Твое имя), янтарь. — Уловив в песке цепким взглядом округлый камушек переливчатого огонька, ламия остановил тебя, легко обхватив за запястье, заставив вас обоих на секунду замереть, как то сделали и потеплевшие души. Хотелось касаться друг друга. И парень вновь сделал это, долго задержавшись своей ладонью в твоей, когда вкладывал туда прогретый в песке янтарь, только его руки все равно горячее. Кросс ласково улыбается тебе, пока вы долго не отрываете взгляда, словно ища и видя что-то важное в глазах другого, то, что не озвучено словами, но душами, ведь им слова не нужны. Монстр нехотя убирает ладонь и, кажется, что стало холоднее в целом, как не может быть без протянутой руки, но может быть без того, кто так нужен. Улыбаешься парню, поглаживая большим пальцем гладкий бок камушка, поглощающего солнце, словно светясь изнутри от этого – хотелось увезти это солнце с собой. А лучше – остаться. — Будет напоминать мне об этом времени… — Говоришь, а голос предательски срывается на шепот, чтобы не сорваться на слезы, пока улыбка, гуляющая на лице, тускнеет, становясь печальной. А Кросс дергается к тебе, обхватывая своей рукой твою ладошку, зажимая в ней маленький случайный подарок. Его душа кричит "останься", но сам он испуганно смотрит тебе в глаза, не зная, может ли просить о таком. И вы молча возвращаетесь в дом, погружаясь в свои мысли, а души тонут в каком-то отчаянии и холоде, что предшествовал льду пустоты друг без друга. Дверь домика скрипнула, и ты замираешь на пороге, видя как Кросс сидит на диване, задумчиво глядя в окно, за которым занимается закат, встреченный вами обоими в задумчивости. И душа толкается вперед, словно сильный магнит тянет тебя к монстру, хвост которого блестит пурпурными оттенками из-за закатного солнца, словно переливы драгоценного граненого кристалла, который ты видела однажды. — Ангельский кварц… — Что? — Скелет непонятливо смотрит на тебя, поворачивая голову, и чуть жмурясь из-за солнечных лучей цвета розового пламени, расчерчивая белоснежные кости теплым оттенком, таким, какой был весь он – теплый и нежный, рождая то же чувство и в твоей душе. Улыбаешься, мягко и восхищено смотришь на хвост змея, подходя ближе. — Твой хвост словно этот камень, так красиво. Я рада, что ты поправился, и он перестал быть бледным. — Садишься рядом, не переставая улыбаться и касаешься кончика горячего и гладкого хвоста, осторожно поглаживая, пока Кросс заливается румянцем смущения, выдыхая неловкое "Спасибо" и прикрывает лицо рукой. Ведь ты того не знаешь, но он изменился так отнюдь не от того, что поправился, а потому что влюбился. Душа светилась ярче, даря перелив и внешности змея, чтобы очаровать ту, о ком пела жизнь монстра. И твой взгляд, тепло голоса и нежность касания, дарят ему надежду. Этой ночью Кросс сбежал из дома, чтобы проверить одно место и убедиться в безопасности, ведь он хотел показать тебе маленькое чудо. И тихо прокравшись обратно в дом, устраиваясь на диване и глядя в тлеющие угольки в камине, скелет мечтательно улыбался, пока душа дрожала в предвкушении, сжимаясь вместе с тем от волнения, словно… он уже отдал ее в твои руки, и лишь тебе решать, что с ней сделать. — Куда мы идем? Расскажи уже, а то я умру от любопытства. — Посмеиваясь, и с помощью Кросса перелезая через поваленное дерево, спрашиваешь его в который уже раз, вызывая смешок, но вместе с тем змей все же теперь отвечает. — Местные не знают много мест, а если и знают, то не ходят туда, как и на теплое озеро, (Твое имя). Я хочу показать тебе одно такое место. — Монстр останавливается у крутой скалы и смотрит вверх, после неловко протягивая к тебе руки и просяще глядя в глаза. — Ты мне веришь? — Мягко и с надеждой спрашивает скелет, пока его душа снова сладко сжимается, и опускается, наливаясь теплом, когда ты доверчиво тянешь руки к высокому парню. Он осторожно подхватывает тебя, прижимая к себе и не удерживается от того, чтобы снова не провибрировать языком в воздухе, когда ты так близко. Нежная и мягкая, пахнешь солнцем и его любимой малиной. Его возлюбленная. И пока ты держишься за его шею, уткнувшись в пушистый воротник куртки, вдыхая его запах и краснея от того, как душа дрожит в груди от этой близости и тепла, ламия легко взбирается по дереву вверх. После по толстой ветке переползает на небольшой уступ на скале, нагибаясь и оказываясь в темной пещере, но не выпускает тебя, а перехватывает удобнее, ласково прижимая к себе и шепча. — Я отпущу тебя позже, хорошо? — Вопрос, не требующий ответа, ведь ни одному из вас не хотелось отпускать другого. И ты киваешь, сильнее сжимая объятия и прерывисто выдыхая парню в шею от волнения. И вскоре темнота сменяется бледным светом, что становится все ярче, а после, повернувшись, ты видишь разнообразные кристаллы, что растут из сводов пещеры, освещая ее не хуже, чем то делал огонь камина с вашим домом. Свет переливается, смешиваясь оттенками и рождая новые, отражаясь кое-где на драгоценных жилах в стенах пещеры, подсвечивая их, как тот самый янтарь светился маленьким солнцем в твоих руках. Теплым солнышком, каким был скелет, показавший это чудо. — Вау, как волшебно, Кросс… Спасибо… — Выдыхаешь, все еще обнимая парня за шею, а он и не торопится тебя отпускать, глядя на тебя смущенно и просяще, словно ты могла понять его желание. Он садится у стены, усаживая тебя в теплых кольцах своего хвоста и не переставая обнимать. — В этих горах много волшебства, о котором не знают люди… — Шепчет ламия, очень близко к тебе, странно растянув фразу, словно вы озвучиваете то, о чем договорились заранее. Словно ты могла знать, как должна продолжить, а он что сказать после. — Я бы хотела увидеть все это… — Шепчешь в ответ, поворачиваясь к монстру, всматриваешься в его разномастные, такие яркие сейчас глаза, и не можешь оторвать взгляд от его лица, где белоснежные кости освещают голубые и розовые оттенки кристаллов и гиацинтовый туман смущения с россыпью веснушек, словно драгоценная пыль. И молящий взгляд. — Я покажу… С радостью раскрою все тайны, только... останься, пожалуйста... со мной… — С придыханием шепчет змей, выдыхая весь воздух, обжигая им твое лицо и, если бы ты не ответила, кажется, он в ту же минуту погас, не имея более возможности вдохнуть. Но ты медленно киваешь, пока душа колотится о ребра радостно и взволнованно, сбивая голос, который садится и обрывается на словах, которые вы говорите вместе: — Я люблю тебя. И души срываются в пропасть, ярко светясь через одежу и тело, чертя на его груди разлет ребер, а под твоими ключицами цветное горячее сердечко, которого он касается ласково пальцами, поднимаясь ими к подбородку. Вопросительный заставляет смутиться, и ты отводишь взгляд, шепча одно: — Ты же сам знаешь… — Кросс улыбается, и притягивает тебя к себе, вовлекая в поцелуй, которого вы оба так желали. И действительно, стоило сказать вслух, вы поняли, что души знали заранее, ведь им не нужны слова.