Ведь на экране твой любимый герой

      Кир, выслушав приглашение в кино, испуганно отрезал:       - Ни за что!       Макс, не ожидавший этого, опешил. Макаров улыбнулся и распространил ответ:       - Ты не видел отзывы на нового “Тора”, да?       - Неа.       - А я видел. Лучше потом глянем пиратку в качестве под пивас, если будет желание.        Макс рассеянно кивнул - Кир устроил ладони на поясе его джинсов, сполз ими на задницу и улыбнулся:       - Пойдём в парк аттракционов? Американские горки, сахарная вата, комната страха…       - А ты обладаешь тайным знанием, как есть сахарную вату, не уделывая ею всё лицо? - поинтересовался Макс.       Кир ухмыльнулся.       - Неа, - хитро сказал он и демонстративно облизнулся. - Но я знаю, что с этим можно сделать.       Когда Макс сделал круг по парку за преступником, вызвал и дождался группу и вернулся сказать, что ему нужно ехать в отделение, вату Кир успел доесть, запить и залипнуть в телефоне.       - Ты нормально? - сразу спросил он, и получив утвердительный ответ, улыбнулся. - Прямо как в кино.       - Извини, - покаялся Макс. - Увидел, как он сумочку срезал, некогда было объяснять.       - Я догадливый.       - Мне в отделение теперь нужно, оформить этого козла.       Кир чуточку нахмурился.       - Понятно.       Макс хотел спросить “Может, вечером заедешь?”, но остановился, так и не сказав ни слова. Класс, Ковалёв, десять из десяти: испортить свидание и, не моргнув, заявить “ну, вечером же потрахаемся?” Никогда не сдавайся, позорься до конца.       Макс предпочёл сдаться, пока окончательно всё не испортил.        - Я поеду. Извини ещё раз.       - Да всё нормально, чего ты, - Кир улыбнулся, кажется, даже искренне, шагнул было ближе, но покосился на стоящих поодаль полицейских. - Топай, лейтенант Ковалёв.       Счётчик дней без запоротых свиданий позорно обнулился.       Макс терпеть не мог лажать - за каждой невыученной темой, запоротой лабой или неверной версией, которую слышал из его уст кто-то, кто не являлся Бану, следовал тот самый взгляд. Взгляд говорил “ага, понятно” и ставил на Максе размашистую печать.       Просиживает штаны. Папочкина протекция. Сам ничего не может - нет, ну а что, ему же и не надо.       Это у остальных косяки были просто косяками. Байка, как тот же Игорь Гром уделывал в торте Каменного и как разрывал на нём рубашку, до сих пор была по сердцу операм, об этом говорили с ностальгией и какой-то даже нежностью. Бывало, что и с завистью, конечно - ему-то, мол, всё сходило с рук.       Макс думал иногда, что если так облажается он, реакция будет совсем другой.       Конечно, чего ещё следовало ожидать.       Он научился зубрить параграфы ночами, задалбывать репетиторов по физике и работать, работать, работать, научился держаться на плаву и не давать повода, но тут случился Кир, тут продолжился Кир, и это, кажется, переросло во что-то очень серьёзное - и Макс принялся выдавать провал на провале.       Запланировать идеальное свидание, а с утра понять, что организм отказывается даже подниматься с постели? Было.       На час опоздать в кино, потому что свидетель мялся и блеял? Пожалуйста.       Секститься и дрочить в туалете, чтобы не скорострелить вечером, и в итоге приезжать после задержания за полночь в состоянии выжатой половой тряпки? Сколько угодно.       У Кира взгляда никогда не было, но желание поймать всех преступников в городе и нести справедливость было неотъемлемой частью Максовой натуры, взять и оторвать это от себя он не мог, и, в общем-то, не сомневался, что к “мент есть мент” они и движутся.       - Извини, я снова сливаюсь.       Кир долго молчал, и Максу подумалось вдруг, что вот сейчас-то его и пошлют.       - Звучишь ужасно, - сказал Кир. - Температуру мерял?       - Да.       - Ну?       - Баранки гну, - пробормотал Макс. - У мужа тридцать семь и два. Чувствую себя так, как будто по мне проехался асфальтовый каток.       - До двери дойти и открыть сможешь? - деловито спросил Кир.       - Ага. Да я сам доставку закажу…       - Жди, - непреклонно бросил Кир и отключился.       Вместо курьера с заветным жёлтым ящиком за дверью обнаружился Макаров с двумя пакетами. Заспанный Макс, в мятой спальной одежде и с растрепанной головой, уставился на него с ужасом.       - Чего застыл? - весело поинтересовался Кир. - Могу донести принцессу до кровати на руках! Ты только пакеты тогда перехвати, принцесса.       Макс обалдело посторонился, пропуская его в квартиру, и даже прокомментировать целование заразных ментов в щёку как-то забыл.       - Ты приготовил мне суп.       - Ну да, - Кир громко отхлебнул чай. - Ты же будешь жрать безвкусную хрень из яндекса, а у меня сегодня нет свидания, значит, весь день свободен.       Он мягко ткнул Макса в нос.       - Если гора не идёт к Магомету…       - Спасибо.       Максу не понравилось, как звучало его “спасибо” - оно и сотую долю не вмещало того, что он сейчас чувствовал. Может, конечно, и хорошо - чувствовал он себя сейчас героем аниме, сидящим в кровати по уши в соплях, с сердечком, делающим “тудум”. Нет, даже “Т У Д У М”.       - У тебя такое лицо… - задумчиво начал Кир.       - Лица?       - Хуйца, - закатил глаза Макаров. - Как будто тебя это удивляет.       - Ну…       Кир прищурился.       - Жги.       - Это третье запоротое свидание подряд.       Кир помолчал, ожидая, когда он продолжит, но Макс закончил основную мысль.       - И чё? - не выдержал Кирилл. - Подожди, у тебя что, нет правила о количестве свиданий до секса, но есть правило для чего-то ещё?       - Я имею право хранить молчание, - сдался Макс.       - Вот же жопа ментовская! - фыркнул Кир, но давить не стал. - Я тебе отомщу.       - Давай-давай.       Кир злодейски потёр руки и встал, взял ноутбук и пристроил его по центру длинного столика для завтрака, потеснив чайные чашки. Потом подумал, сцапал опустевшую Максову тарелку, щёлкнул на кухне чайником, вернулся за чашками, включил ноут и открыл торрент, послал воздушный поцелуй и снова усвистал на кухню. Макс следил за этими мельтешениями с интересом и ткнулся лицом в ноут.       - Эй, ты же говорил…       - Я же говорил, - решительно заявил Макаров, ставя на столик дымящиеся чашки. - Ты наказан.       Макс хмыкнул - звучало, кстати, чертовски сексуально.       - Какое феерическое дерьмище! Я тебя умоляю, давай посмотрим что-то другое!       - Я же сказал - ты наказан.       - Супергероика в полной жопе, - с чувством сказал Макс на титрах. - Никогда ещё так не гордился тем, что я больше люблю диси!       - Зануда, - хмыкнул Кир.       - А ты чудовище. Это была самая настоящая пытка!       - О да. Но вдруг на тебя сработает, и ты перестанешь думать всякую дурь.       - Да легко. Теперь мой самый страшный свиданческий косяк - это пригласить тебя в кино на "Тора"!       - Чего ты так запарился на косяках? - спросил Кир, и теперь отвертеться от ответа уже не получилось бы. - Я же в курсе, кем ты работаешь. Ну, глупо ожидать чего-то другого от мента, правда?       - Да ну тебя.       - Я даже не в плохом смысле, - посерьёзнел Кир. - Ты же реально, блин, как из кино, а не из реальности. Работа до ночи, беготня за похитителями сумочек… В такого даже не зашкварно в…       Кир замолчал на полуслове и покраснел до кончиков волос. У Макса в груди жидкий огонь разлился.       В идеальном мире без насморка они уже должны были страстно целоваться, в существующем Макс попытался перевести тему:       - Ну, у меня был не такой уж плохой пример для подражания. Тоже занудой оказался, конечно…       - Бэтмен? - хмыкнул Кир.       - Ага, местный. Игорь Гром.       - Это который во всех дырках затычка и который в психушке сидел?       - Ага.       - Тебя, - замялся Кир, - это не наталкивает ни на какие выводы?       - Например? - не понял Макс.       - Например, что иногда себя нужно… поберечь?       Ковалёв недоуменно моргнул.       - Ладно, - сдался Кир. - Я буду над этим работать.       Утром Кир собирался на учёбу, не включая свет и тихонечко чертыхаясь. Макс сонно завозился.       - Не вставай, - Макаров погладил его по голове. - Я украду твои ключи.       Запасной комплект призывно лежал в коридоре недели две, и Макс отказался бы прокомментировать это даже под пытками.       - Кради, - пробормотал он и ткнулся лицом в подушку.        Свою глупую улыбку он тоже не показал бы даже под пытками.