пиво, сигареты, ночь и пик.

я быстро схватил кожанку, телефон, и обулся, выбежав из дома. дул прохладный ветерок. темную улицу освещали слабые фонари. черт. сигарет осталось мало. а из дома я не взял.. сука, придется купить. все еще бежав по улеце я забежал в маленький круглосуточный магазинчик. попросив у продавщицы самые дешевые сиги, показал паспорт. приходится носить его с собой. иначе из за моей якобы «детской» внешности мне хуй че продадут. расплатился и так же быстро поспешил скрыться. добежал до центрального парка и уже можно расслабиться. перешел на шаг и сел на ближнюю ко мне скамейку, что б отдышаться. люблю сбегать из дома. нету надоедливых этих разноцветных бошек. черт, я даже рюкзак не взял. отклонившись на спинку скамейки, достал сигу. закурил. господи, как же я люблю посидеть один в парке, держа в руках сигарету. сказал бы, что это даже атмосферно. я снял резинку с руки и заплел волосы в неаккуратный хвост, ибо заебли мешать. хули лезут в лицо прям. прядки все равно умудрились выпасть из хвоста, прям в ебало. ладно, хуй с ними. сейчас меня больше волнует то, что бы сюда никто из клонов не пришел. какая это была по счету сигарета? пятая? седьмая? пятнадцатая? я не считал. вторая пачка, которую я купил недавно, закончилась. это значит – надо переть за новой. желательно, за двумя. я начал оглядываться и смотреть по сторонам, нет ли где работающего магазнчика. оп, нашел! и направился к нему. продавщица увидев меня вздохнула и сказала: — тебе как обычно? — как же я ее не узнал! это ж маринка! — ептить! маринка, дарова. что, место работы поменяла? — я ухмыльнулся и подошел к кассе, облакотившись на нее же. — да, две пачки самых дешевых. — да вот, тот магазин продали и всех поувольняли. пидоры блядские. — она закопашилась где то под кассой и дала мне затем две пачки сиг. я оплатил, попращался и ушел обратно на свою скамеечку. снова закурил. если пик или курилка узнают, что я столько курю, то мне точно придет пиздец. еще и карманных лишат. и все по новой. пятая. седьмая. девятая. одиннадцатая. сука, сижу курю. и ко мне подсел какой то мудак. — ээ, мужик, это мое место. вон иди на соседнюю скамейку! — я посмотрел на него и побелел. это был, мать его, пик! вспомнишь говно, вот и оно блять! — ты че тут еще забыл.. — ну и херли столько куришь? организм вообще не жалеешь? — он отобрал у меня сигарету и сам выкурил ее остатки. — сам то. не меньше ведь куришь. и вообще, ты мне теперь сигарету должен! — я стукнул его кулаком в плечо. не сильно. так, тип, по–дружески. — хоть пачку тебе куплю. но с одним условием. ты перестанешь курить как хуй знает кто. — он наконец то посмотрел на меня. его глаза блеснули при свете фонарей. — да блять! еще скажи на работу устроиться! псина блядская.. — я скрестил руки на груди и откинулся на спинку скамейки. — какого хуя ты из дома опять свалил? — он заговорил после пяти минут тишины. вот, блять, уебок. — захотел – свалил. заебали все. — я скатился по скамейке, словно масло по сковородке. — феликс мне все уши продудел, что я должен за тобой валить. в итоге не выдержал, сбежал за тобой. когда домой то собираешься? — он забрал у меня последнюю пачку и достал одну сигарету, закурил и отдал мне. я тоже. — когда подадут заяву о пропаже. деньги есть. если что, пойду у эмки просить. или у хелен. — не думаешь, что это слишком долго? заяву они минимум через месяц подадут. — он закинул ногу на ногу и дунул мне в лицо, хихикнув. — в какой гостиннице хоть будешь? — федькиной. он меня всегда принимает. да и за небольшую сумму скроет, что я у него. ты один знаешь, что я там бываю. почему не палишь меня? — я так же в ответ дунул в него дымом. — люблю. поэтому не палю. тем более, смысл? — он вздохнул. я так подахуел. люблю? он что, ебанутый? — любишь? че? ты из этих что ли.. ээ.. блять, вот из за тебя слово забыл! — я пихнул его локтем, он хихикнул. — пидорас. да. знаю. честно, когда тебе почти за тридцать, поебать на все. особенно, на блядскую ориентацию. — что будешь делать, если я скажу что это не взаимно? пойдешь венки резать, как зонтик после отказа? — нет. я не мазохист, как ты. я такой хуней страдать не буду. откажешь – твое дело. пошлешь на хуй – пожалуйста. примешь – окей. — у него настолько расслабленный вид, словно он кололся. никогда за свою пиковскую жизнь я не видел его таким спокойным. — ты принимал? — я окинул его обеспокоеным взглядом. — нет. даня в чай коньяк подлил. потом сказал, мол: "тебе нужно расслабится и просто признаться. так, ты облегчишь свою ношу." хз, как он там сказанул, но что то тип того. ну я хуякнул стопочку и попиздил к тебе. — даже мне коньячка не принес. еще и паренем назвается(( капец. — я наигранно обиделся, а потом рассмеялся с его ахуевания. — парнем? бережки попутал? — да не. все на том же. — я вставил сигарету в рот, освободив руки, закинул их за голову, скрестив пальцы. — это мне считать как за взаимно? или пошел я нахуй? — он докурил и выбросил бычок в рядом стоящую урну. — хмммм.. выбираю первое! — он немного так в шоке, а я просто смеюсь. — что блять... так. ладно. — и снова тишина. но теперь ее хотелось нарушить. неловкая пугающая тишина. это дело взял на себя я. — Пикушаа, а купи пивасикааа — промурлыкал я. он взглянул на меня, словно я разрисовал его комнату. — ты не мал еще для него то? — он ухмыльнулся. падонок. — мы одного возроста блять! тебе двадцать девять и мне, сука, тоже! стоп. блять.. мы пиздец какие старики.. ебаныврооот... — я взялся за голову. ощущение, что только недавно мы вышли из карточного и зажили свободной жизнью.. а это было сука четырнадцать лет назад.. — ох, ваще. скоро будем с тросточкой хромать и сканворды решать. кошек заведем, газеты читать будем. ахах. — очень смешно. некоторые вон подохли и им нормас. чилят где то на небесах наверное. — я взглянул на небо. вдруг, наши собратья там? я так скучаю по пошлым шуточкам ромы и тупым вопросом габри.. эх.. — скучаю по ним. — я тоже, вару. мы все по ним скучаем. — он положил свою ладонь мне на колено, немного поглаживая. я абсолютно не против. как сказал пик: когда тебе почти за тридцать, поебать на все. — пошли домой.. там тепло. есть пиво, сигареты и балкон. — потупив минутку, я все же кивнул и встал со скамейки. наши лица не выражали никаких эмоций. он обнимал меня одной рукой, держа ее на плече, а я просто шел. мы курили по дороге. а что бы от нас не воняло перегаром зашли к маринке и купили дохуя жевачки, потому что от меня за километр табаком несло. мы дошли. я скинул с себя кожанку, бросил ее на вешалку и так же киданул конверсы. пик проделал тоже самое, а я дожидался его. мы зашли на кухню, достали из холодильника по банке дешмаского пива, под недоумеющие взгляды куромаку и фела утопали на балкон, забежав в нашу комнату за сигами. пиво, сигареты, ночь и пик. все что надо для счастья, когда тебе почти за тридцать.