Разбитые

В центре трудных подростков нет места радужным сказкам, тут место реальности. Жестокой и суровой реальности. Здесь каждый сломан, каждый разбит, и каждый ищет спасения, не смотря на внешний похуизм. Юле было не все равно на кучку потерявшихся ребят из группы Б, она была готова убить за каждого из них, хоть и никогда в этом не признается даже себе. Сейчас брюнетка стояла перед входом в центр и все никак не могла решиться войти. За три месяца ее отсутствия много чего изменилось. Они все изменились. -Ну чего встала как не родная, Юль?-отозвался голос из-за ее спины,-Ссышь? -Антон Вадимович,-девушка медленно развернулась, на распев произнося его имя, чтобы увидеть горячо любимого педагога,-А вы совсем не изменились. Все так же малолеток гоняете? -Я тоже рад тебя видеть, Бондарева,-Ковалев по родному обнимает девушку, прекрасно зная,. что свалилось на ее хрупкие плечи,-Как ты? -Как видите,-ухмыльнулась та, пряча истинные эмоции в его "отцовском" плече,-Жива. -Дома как?-бывший футболист выпустил ученицу из объятий, подталкивая ближе к входу. -Стабильно,-коротко кивает Юля,-Я сейчас там почти не появляюсь. -Все так же отец?-на этот вопрос Юля лишь поджимает губы. Ковалев попал в точку. Футболист был единственным, кто знал факт, что Юля периодически подвергается домашнему насилию. Собственно, по этой причине девушка не появлялась в центре так долго. Последняя встреча с "любимыми родителями" закончилась сотрясением и переломанными ребрами. Мужчина не докучает расспросами, а лишь коротко кивает, давая понять, что в любой момент может прийти на помощь. В актовом зале, где проходили уроки психологии царил привычный хаос. Эдуард Валентинович, или Эдик, в очередной раз бормотал что-то для самого себя, пока ребята спокойно занимались своими делами. Это идиллию прервал скрип двери. -Только не говорите что у нас еще новенькие?-раздраженно бросил Платон, но тут же осекся, видя, кто стоит в проеме. -С вашего позволения, господа долбаебы, я нарушу вашу закрытую вечеринку,-оперевшись на дверной косяк, произнесла Бондарева. -Да ну нахуй,-орал на весь зал Макс, снося девушку с ног ради теплых объятий. По его примеру подтянулись и все остальные, зажимая девушку в углу между стеной и дверью. -Рад вновь тебя видеть, Юля,-с улыбкой произнес психолог и указал на полупустой зал,-Присаживайся. Брюнетка сразу же приземлилась на свободное место рядом с платоном, закидывая ноги на следующий ряд. -Эдик, я пописал и покурил,-ввалился в зал Никита и сперва даже не заметил, кто сидит на его привычном месте,-Съеби, красотка. Тут я сижу. -Не припомню, чтобы слева от Егора сидел ты,-улыбается та,-Обычно ты сидел слева от меня. Бойко как током ударило от ее голоса. Он поднял взгляд и встал как вкопанный, глядя ей прямо в глаза. Никита сейчас не верил тому, что видел. Перед ним она. Такая родная и одновременно чужая девушка, заставившая его сердце по-детски трепетать с первого дня ее появления в центре. -Ну может обнимешь старую подругу, рыжий?-голос Юля, наконец, вывел его из транса. Он тут же поднял ее в свои объятия, вдыхая аромат шоколада в перемешку с вишневыми сигаретами и цветочным парфюмом. По свойски усадив девушку на свои колени, Бойко сделал вид, что слушает очередное мега интересное занудство Эдика. После занятий вся группа, как и всегда, стояла в импровизированной курилке. Лена и Яна в очередной раз обсуждали шмотки и новый маникюр Фокиной, Женя стояла в объятиях Дрочера, а Никита, Макс, Фил и Платон окружили Юлю, расспрашивая о причинах ее исчезновения. -Почему мне не позвонила?-хрипел Белов, с осуждением глядя на подругу. -Со своей жизнью разберись,-хмыкнула в ответ Бондарева,-У тебя она и так не сахар. Напомнить тебе про калаши? -Такое хер забудешь. -И все таки,-вмешался Егор,-Почему нам не сказала? Мы был помогли. Там переночевать пару недель, с деньгами помочь.. -Отца отпиздить,-подхватил Макс. -Герои блять,-рассмеялась брюнетка, затягивая сижку,-Вы не смогли бы мне помочь. А даже если бы и сунулись, то оказались бы либо в ментуре, либо в морге. А так отделалась малой кровью. -Ну да,-протянул Платон,-Три месяца в больнице, и хуй знает с какими травмами. -Вывезу,-бросила девушка, туша окурок. -Тебе есть куда идти?-с нескрываемым беспокойством спросил Бойко. -Ну у меня же есть дом. Туда и пойду. Мне кстати уже пора. -Тебя проводить?-обнимая на прощание, спросил Макс, а Юля лишь мотнула головой. -Звони, если что,-кивнул Фил,-Все таки я живу рядом, помогу, если что. Бондарева добиралась до дома крайне долго, в надежде, что к ее возвращению пьяный отчим уже будет спать, а мать свалит куда подальше к очередному мужику. С виду она была очень сильной в моральном плане и никогда не показывала боли и страха, но сейчас она боялась очередных побоев и домогательств. Кто ж знал, что бояться нужно не родного дома, а темного переулка около него.