Твои нежные руки

Итак, учебный день завершён. Мы с Маринетт договорились сходить в компании Али и Нино в кафе, недавно открывшееся возле университета. Прогуливаясь до него минут пять, мы перекидывались мнением о сегодняшнем дне с друг другом. У каждого оно получилось разным: Нино, например, очень вымотался, Аля, наоборот, ожидала большего, Маринетт уже готовится все мысленно к фестивалю, а я… попутно скучаю. Хочется больше проводить времени со своей подругой, не думая ни о ком и ни о чём. — Эх… — вздохнул я. — Мы уже пришли, Эдриан, — сказала Аля, — вот оно! — Рука девушки взмахнула, буквально представив новую картину. Коричневое, видно свеже построенное здание, входило в кирпичную стену квартирного дома. Окна, то бишь витрины, были очень большими. Они уходили в пол, раскрывая внутренний тёплый вид сооружения, где за столиками уже сидела парочка людей. Возле окон был разложен красивый ландшафтный дизайн — Сансевиерия переплеталась с красным ярким Гибискусом. Удивительно, но там были посажены даже цветы Хиганбана. Не знаю, кто занимался дизайном и архитектурой, но это человек тонкой и чёткой натуры. Человек с знатно интересным вкусом. Создать такую красивую картину, оспаривая типичные видения, нелегко. Налюбовавшись наружной красотой, мы, наконец, ступили на порог.

***

— Вау… — резкий аромат натурального кофе заставил моё тело вздрогнуть. Кажется, человек стоящий за барной стойкой, занимался перемалыванием кофейных зёрен. — Давайте присядем вон там. — Нино показал на столик в самом углу от окна. Присев, мы и вправду поняли, что этот выбор друга очень кстати. Оттуда видно все прелести кафе — как внутри, так и снаружи. — Здесь так чудесно, не правда ли? — Восхищалась Маринетт. — Да, принцесса, точно. — Согласился я. — Я уверена, мы ещё ни раз прийдём сюда. — Верно подметила Аля. К нам подошёл официант, одетый в коричневую красивую форму — тёмно-коричневые брюки и светло-коричневую рубашку с завёрнутыми рукавами, которые дополни короткий фартук, повязанный на талии. Слева на его груди над корманом золотыми буквами было вышито его имя и название кафе: “The opened flower”*. Я обратил внимание на это красивое название ещё при входе. А вот Маринетт зациклилась на имени официанта: «Люка?», — вдруг спросила она.