Прогулка по кладбищу

Тимофей проиграл в карты на желания, а Егор и Вадим не придумали ничего лучше, чем предложить ему прогуляться ночью по кладбищу. Возле центрального входа находилась будка сторожа, поэтому туда весёлая компания соваться, конечно же, не решилась. Но две небольшие калитки, расположенные с двух сторон кладбища, никем не охранялись. Было решено, что начнётся маршрут у западного входа, а закончится у восточного. Автомобиль с тремя друзьями остановился у назначенного места. — Давай! — напутствовали Тимофея Егор с Вадимом. — Будем ждать тебя у противоположной стены. Тимофей вздохнул: по правде говоря, он побаивался. Одно дело — соглашаться на прогулку по кладбищу в атмосфере куража и всеобщего веселья, и совсем другое — реализовывать задуманное. Егор, почувствовав нерешительность приятеля, стал подшучивать: — Да что ты, чего там бояться? Ну, подумаешь, призрак какой-нибудь попадётся. Ещё вопрос, кто из вас кого испугается! Тимофей сердито засопел и вышел из машины, хлопнув дверью. — Эй! — Вадим выглянул в окно. — Но если вдруг что… ну там, заблудишься… звони! Тимофей, не оборачиваясь, махнул рукой на прощание. В ночной тиши он перешёл через опустевшую дорогу, через трамвайные рельсы и оказался перед кладбищенской калиткой. Её створки были наполовину прикрыты и даже перетянуты цепью, но пробраться внутрь оказалось несложно. Само кладбище было старым, появившимся здесь задолго до того, как город разросся и поглотил его. Наверное, именно поэтому его оградили высоким каменным забором: мало кто из проезжающих по оживлённой городской трассе хотел бы видеть старинные надгробия и склепы. Тимофей на секунду замер перед калиткой, почти желая, чтобы его заметили и прогнали. Но снаружи было так же тихо и безлюдно, как, вероятно, и внутри, поэтому никаких причин отказаться от сомнительной затеи не осталось. Тимофей пролез под цепью и оказался на территории кладбища. Как же тут темно! Рассеянный свет придорожных фонарей не проникал за ограду, только луна разгоняла сгустившийся мрак. Замерев недалеко от калитки, Тимофей медленно осмотрелся. Справа и слева от узкой тропинки высились надгробия и мощные столетние деревья. Всё, что было дальше, терялось во мраке, но наличие утоптанной тропинки радовало: это значит, что можно просто идти вперёд. Тимофей приободрился: в самом деле, ему же не нужно блуждать между могилами, достаточно целенаправленно двигаться прямо по маршруту. Какой-нибудь час, максимум полтора, и он достигнет финиша! Тимофей медленно пошёл вперёд. Луна неярко освещала деревья и надгробия. Тимофей давно не слышал такой всепоглощающей тишины. «Разве тут не должны быть какие-нибудь цикады или сверчки?» Единственным звуком было неровное дыхание самого Тимофея. Лёгкий ветер растрепал его волосы и охладил влажный лоб. Вспотел? Тимофей поднёс ко лбу руку и обнаружил, что кисть сжата в кулак. Так, надо успокоиться. Здесь никого нет. Совсем никого. Бояться нужно темноты на городских улицах, там намного больше шансов встретить нехороших людей. Здесь их нет. Те, кто лежит в земле, уже и не хорошие, и не плохие. Им нет до него никакого дела. Нужно идти дальше… Какое-то существо быстро пересекло тропинку и исчезло во мраке. Вскрикнув от неожиданности, Тимофей замер, обливаясь холодным потом. Он уже почти почувствовал, как его хватают призрачные руки. Мгновения бежали одно за другим, но ничего не происходило. Мозг вышел из ступора и оформил одну единственную мысль: «Кошка!» Конечно, это кошка. Или собака? Нет, движения совсем другие. Но ведь и на кошку не очень похоже. Может быть, ёж? Тимофей неоднократно видел ежей у бабушки на даче и помнил, что они ночные животные. Восстановив дыхание, Тимофей медленно пошёл, глядя под ноги. Вдруг попадётся ещё одно животное? Он не хотел бы, чтобы эта встреча стала слишком неожиданной. Но оказалось, что к неожиданностям на кладбище невозможно подготовиться. В следующий миг дорожку пересекли уже две тени. По размеру как кошка, но тонкие длинные хвосты не оставили никаких сомнений. Крысы! Огромные! Усилием воли Тимофей подавил желание развернуться и убежать со всех ног, благо не успел отойти слишком далеко от входа. Но следом в голову пришла мысль о том, как будут потешаться его приятели. Нет, так не пойдёт. Ему нужно оружие — крепкая палка. Тимофей достал из кармана телефон и включил подсветку. Оглядываясь по сторонам, он пытался высмотреть палку или сухое дерево, от которого можно было бы отломить ветку. Рядом с ним не было ничего подходящего, но чуть дальше, кажется, виднелся сухостой. Тимофей стал пробираться к нему, изо всех сил пытаясь не касаться могильных оград. Это было сложно: никакой тропинки здесь не было, а старинные надгробия располагались хаотично. Тимофей уже почти подошёл к дереву, как вдруг краем глаза уловил еле заметное движение слева от себя. Что-то пошевелилось на уровне его пояса. Тимофей вскинул руку с телефоном, и в одно мгновение тусклый свет выхватил из тьмы подслеповато моргнувшее человеческое лицо. Тимофей шарахнулся в сторону и тут же споткнулся обо что-то. Неловко взмахнув руками, он попытался устоять, но судьба была к нему неблагосклонна. Тимофей упал назад и ещё успел почувствовать оглушительную боль от соприкосновения головы с оградой, но после этого сознание оставило его… …Тимофей медленно открыл глаза. Над ним смыкали кроны деревья, но свет луны как будто стал ярче. Тимофей ощупал голову, почти чувствуя под пальцами кровь, но, на удивление, её не было. Просто лёгкая заторможенность и головокружение. Сотрясение? Тимофей с трудом приподнялся на колени. Какая-то мысль не давала покоя. Он вспомнил, что перед падением резко дёрнулся, но почему? Глаза настроились на окружающий мрак, и Тимофей без труда различил силуэты надгробий. А вместе с ними — человеческую фигуру. Правда, какую-то странную. Тимофей с немым ужасом смотрел на того, кто пытался казаться как можно незаметнее, прижавшись к покосившемуся надгробию. У него что-то было с ногами. Точнее, их вообще не было… — Кто… что вы тут делаете? — тихо спросил Тимофей. — Беда, ой беда, — прошелестело в ответ. — Испугал я тебя, испугал. Не сердись на меня! — Я не сержусь. Вы… вы же человек, правда? — Человек, человек. Старый, немощный. Сторожу покой целителя, батюшка благословил. Целитель тут лежит. Ежели проведу на могиле сто ночей, ноги вырастут. Не гневайся на меня, не хотел я дурного! — Да всё в порядке. Дед, долго я в отключке был? — Не сердись на меня, не хотел дурного! Ноги мои, ноги. Проведу у могилы целителя сто ночей, получу новые. Батюшка благословил. Тимофей вздохнул. Голова перестала болеть, а встреча с человеком, пусть и сумасшедшим, не так уж страшна. Тимофей пошёл по направлению к тропинке, оставив безного сзади, как вдруг услышал: — Ты бы не ходил никуда. Заплутаешь, не сможешь вернуться. Посиди здесь, может, всё и обойдётся! — Пока, дед, надо идти мне. Кажется, безногий что-то ещё сказал, но Тимофей уже не вслушивался. Он хотел как можно быстрее покинуть кладбище, хватит с него приключений! Тимофей шёл, внимательно глядя под ноги. Ещё одно падение его бедная голова может и не выдержать. Сколько он уже идёт? По ощущениям, половина пути точно пройдена. В конце концов, это кладбище не может быть слишком уж большим. Поскрипывали ветви деревьев. Луна задумчиво освещала печальный пейзаж. Тимофею казалось, будто он бредёт на грани сна и яви, настолько нетипичной была сложившаяся ситуация. Вдруг справа отчётливо послышались голоса нескольких человек. Тимофей замер. Скосив глаза, он увидел четыре фигуры, стоявшие на коленях перед могильной плитой. Перед ними лежала большая книга, рядом с которой находилась свеча. Один из незнакомцев неторопливо зажёг её. — Ну что, вы готовы? Начинаем! Негромким, но звучным голосом он стал зачитывать текст, подозрительно похожий на заклинание. Тимофей был далёк от мистики, но догадывался, что призывы какого-то господина и обещание жертвоприношения не означают ничего хорошего. Во всяком случае, для непрошеного свидетеля. Очень медленно, еле дыша, Тимофей придвинулся к ближайшему дереву и спрятался за ним. Оставалось надеяться, что жутковатый обряд долго не продлится, а люди скоро уйдут. Что они, кстати, говорили о жертвоприношении? Тимофей ужаснулся: «Неужели жертва — кто-то из них? Или… может быть, они кого-то уже…» Тимофей затруднялся сказать, сколько времени прошло, но стало светлее. Близится рассвет! И если незнакомцы в ближайшее время не уберутся, то непременно увидят дрожащего за деревом человека! — Прими нашу жертву, господин! — раздалось от могилы, и чтец, закрыв книгу, плеснул на камень содержимое небольшой бутылки. Что-то тёмное… Люди склонили головы и замерли на несколько минут. После этого главный поднял голову, задумчиво осмотрелся и сказал: — Пойдём! В следующий раз попробуем живую кровь! Его товарищи встали с колен и принялись отряхиваться, а один из них, к ужасу Тимофея, направился прямо к нему. — Я сейчас, — сказал он остальным, подходя к укрытию Тимофея и на ходу расстёгивая ширинку. «Нет, нет, только не это! Иди к другому дереву!» Но отчаянная мольба осталась неуслышанной. Затаив дыхание, Тимофей мог думать только о том, что сейчас его обнаружат. Минута. Целая минута отчаяния и страха, в течение которой он не смел шелохнуться. Но вот человек развернулся и направился вслед за товарищами, которые, собрав вещи, пошли к выходу — по счастью, не к тому, который нужен был Тимофею. Тот осторожно выглянул из-за дерева, и в этот момент незнакомец обернулся. Их глаза встретились. Человек нахмурился. Он уже развернулся было, чтобы подойти, но потом пожал плечами и поспешил за своими спутниками. «Показалось. Он не заметил меня. Или решил, что это обман зрения. Боже мой!» Тимофей вышел из-за дерева на подгибающихся ногах. Скорее, скорее к выходу! Тимофей почти бежал. Он и так уже слишком задержался, это затянувшееся приключение должно закончиться. Калитка уже видна! Неподалёку от выхода какая-то старушка рвала траву у могилы. Она не показалась Тимофею ни страшной, ни опасной, а когда обернулась и посмотрела на него, он кивнул ей. Старушка молча проводила его взглядом. Калитка оказалась распахнутой настежь, Тимофею даже не нужно было протискиваться через полуприкрытые створки. А вот и автомобиль через дорогу! Вадим и Егор сидели, рассматривая что-то в телефоне. С победной улыбкой Тимофей выбежал с территории кладбища и… Нет. Он не выбежал. Какая-то неведомая сила оттолкнула его назад. Что за бред? Тимофей снова и снова пытался выйти, но невидимая преграда не пускала его. — Что ты делаешь? Разве не знаешь, что за ограду хода нет? Тимофей обернулся и диким взглядом уставился на старушку, которая прервала своё занятие по сбору травы и теперь внимательно смотрела на него. — Что здесь происходит? — хрипло спросил Тимофей. — Кладбище могут покинуть только живые. Ещё одна сумасшедшая! — Вадим! Егор! В предрассветной тишине друзья не могли не услышать его, но ни один из них даже не вздрогнул. Тимофей перестал бросаться в проём и попытался миновать его очень медленно, продвигаясь буквально на пару сантиметров, но ничего не получилось. Его по-прежнему отталкивало таинственной непреклонной силой. Забор! Можно попытаться перелезть через него! Тимофей подпрыгнул, чтобы уцепиться за край забора, но и эта попытка оказалась неудачной — его снова отбросило назад. — Вадим! Егор! Я здесь! — Они не услышат тебя. Старушка подошла ближе, глядя на него с возрастающим недоумением. — Ты новенький, что ли? В последнее время тут никого не хоронили. Как же ты тут оказался? — Что… что вы такое говорите? Почему я не могу выйти? Я поспорил с друзьями, что пройду через кладбище, и всё! Вот они в машине, ждут меня! Что происходит? — А ты вспомни свой путь. Ничего странного не происходило? Может, встретил кого? Тимофей прищурился. Были какие-то сектанты, но они его не заметили. Были крысы, но они его не тронули. Был безногий дед, с которым они перебросились парой фраз. Дед просил прощения. Деду было страшно, хоть Тимофей и не обвинял его. Почему он так испугался? Тимофей вспомнил, что потерял сознание после удара головой. Но ведь когда он пришёл в себя, всё было в порядке! Даже крови не было! Даже светлее как будто бы стало и зрение улучшилось. Он встал и пошёл дальше… Или… Нет. Этого не может быть. Тимофей развернулся к выходу и изо всех сил устремился наружу. Он снова и снова бился о незримую преграду, заходясь в отчаянном крике. Это не может быть правдой! — Егор! Вадим! Друзья были совсем рядом… и в то же время неизмеримо далеко. Наверное, в этот момент они смотрели забавное видео, потому что оба смеялись, глядя в телфон. Тимофей опустился на колени и, закрыв лицо руками, зарыдал. Всё кончено. — Возможно, я смогу помочь тебе, — голос старушки, о которой Тимофей уже забыл, прозвучал прямо над ухом. Он вскинулся и дико посмотрел на неё: — Помочь? Старушка кивнула: — Если тело твоё никто не потревожил, то да. Вижу, что у тебя с ним ещё есть связь. — Бабушка, пожалуйста, помогите! Я так хочу вернуться! Старушка щёлкнула пальцами, и на ладони у неё заплясало пламя: — Это ведьмин огонь, он поможет душе воссоединиться с телом. Твоя задача — донести его в целости и сохранности. На месте поймёшь, что делать. Ведьма протянула Тимофею огонь, и тот дрожащими руками принял его. — С-спасибо. Большое вам спасибо! Но ведь идти далеко. Что, если он погаснет? — Сейчас ты не ограничен телом и можешь двигаться быстрее. Просто помни о том, чего ты хочешь и к чему стремишься. Лети! И Тимофей… полетел? Нет, вряд ли это можно было назвать полётом. Он двигался рядом с землёй и даже перебирал ногами, но мир вокруг него как будто ускорился. Впрочем, Тимофей почти не смотрел по сторонам: он думал лишь о своём теле, одиноко лежавшем у могильной ограды, и об огне, который нёс в призрачных руках. Несколько раз пламя колыхалось, и Тимофей вздрагивал вместе с ним. «Только не погасни! Пожалуйста, только не погасни!» Мир прекратил движение, и Тимофей понял, что вернулся в то место, где встретился с безногим стариком. Вот и он — дремлет, привалившись к надгробию. Тимофей медленно осмотрелся по сторонам: если старик, испугавший его, был слева, значит… Он не ошибся. Тимофей подошёл и опустился на колени рядом с телом. Это было невыразимо странно. Он смотрел на самого себя и не мог поверить, что всё происходит на самом деле. Вот этот бледный неподвижный парень — он? В зеркале выглядит совсем по-другому… Где-то совсем рядом чирикнула птица, и Тимофей осознал, что ночь почти закончилась. Пришло понимание, что если он не соединится с телом до рассвета, всё будет кончено. Но что же делать? Тимофей вспомнил слова ведьмы о том, что он разберётся на месте. Если верить фильмам, душа должна либо нырнуть в тело, либо лечь в него. Тимофей аккуратно переместил ведьмин огонь в левую руку, а правой коснулся тела. Он предположил, что призрачная рука не встретит никакого препятствия и просто скользнёт внутрь, но ничего подобного не произошло. Тело ощущалось как обычный непроницаемый объект физического мира. «Неужели я опоздал? Неужели та связь, которая оставалась между телом и душой, уже порвалась?» Рядом запела ещё одна птица. Лёгкий ветерок прошелестел в листьях и мягко скользнул по щеке Тимофея. Взгляд его затуманился, по щекам потекли слёзы. Тимофей почувствовал, как затрепетал ведьмин огонь, и понял, что сейчас тот погаснет. Подчиняясь необъяснимому порыву, Тимофей поднёс огонь к телу, и тот, вздрогнув напоследок, исчез. Ничего не произошло. Тимофей лёг рядом с телом и отчётливо понял, что это конец… …Какой-то назойливый звук упорно пробивался в голову, которая и так гудела от боли. Тимофей с трудом открыл глаза и увидел над головой деревья. Разве он не… умер? Непонятный звук снова раздался прямо под ухом, и Тимофей вдруг осознал, что это мелодия его телефона. Он с трудом повернул голову и увидел светящийся экран. Кто-то звонит! Тимофей протянул руку и принял вызов. — Ну, наконец-то! Ты где?! — закричал телефон голосом Егора. — У тебя что-то случилось? Тимофей, ты слышишь меня?! — Я… — прохрипел Тимофей и откашлялся. — Ты… ты слышишь меня? — Я тебя слышу! Что случилось? — Ты слышишь меня… Я… У меня… — Тимофей! — прозвучал голос Вадима, который, очевидно, забрал телефон у Егора. — Тебе плохо? На тебя кто-то напал? Ты не можешь идти? — Ребята… Всё нормально. Я просто… ударился головой и был без сознания. Но сейчас уже всё хорошо. Вернитесь за мной, я ближе к первому входу… — Уже едем! Тимофей нажал на сброс и уставился на экран телефона. Пара десятков вызовов! Последние полчаса друзья непрерывно названивали ему. Тимофей медленно встал. Голова по-прежнему болела, но это уже было неважно. Он поедет в больницу. Пусть его обследуют. Пусть хоть на неделю запрут в больнице, он не будет против. Он жив. Всё хорошо. Он жив! Дойдя до кладбищенской ограды, Тимофей замедлился. Он слишком хорошо помнил, чем закончились его предыдущие попытки покинуть кладбище. Шаг. Ещё один. Калитка открыта. Тимофей глубоко вздохнул и… беспрепятственно покинул кладбище. Наступил рассвет.