Один бардак на двоих

Сны и болезненные воспоминания могут слиться в один большой комок боли, когда ты не умеешь разделять собственные чувства. Микелла всегда жила ветром, единым порывом, испытывая одновременно огромную гамму эмоций. Она была любопытным ребенком, и с того времени так не изменилась. И, вроде как, было не красиво сбегать от сестер, заставляя их самих разбираться с распаковкой вещей, но Микки хотелось драйва. Хотелось ветра в голове и наконец-то долгожданной свободы, когда она могла на своем верном скейте, наконец, рассекать улицы неизвестного ей города и радоваться жизни. Как там этот город Донна назвала? Не важно. Телефон неразрывно пиликал, и Микки пришлось поднять трубку, хоть она и не прекратила при этом движение. — Сиииис, ну дай мне хотя бы часик, — молит в телефон Микелла пока на другом конце связи, она была уверенна, Донна хмурится. — Мама недовольна, а Клео и Рафи злятся. Мы даже города пока что не знаем. Где тебя искать, если потеряешься? — До-до, я ж не настолько тупая, чтобы не уметь пользоваться навигатором в телефоне. Все пучком, — и Микки сбросила вызов, пока дорогая сестренка вновь не начала капать на мозги. Ей нужен всего час. Буквально. Просто… кое-что проверить. Она была не так наивна, как думали о ней сестры, и Микки прекрасно понимала, что он не оставит их в покое. Будет преследовать и, возможно, мстить за побег. Хоть Микки и признает, что поступила она не очень красиво. Но она потом извинится. Обязательно. Как умеет. Она как раз заехала в крайнюю часть города, осматриваясь, после чего достала телефон, сверяясь с навигатором, когда услышала какой-то шум. — С тебя сотка. — С меня? Охуел? Не перепутал, кто кому продает? — Ой, да ладно, сладкий, уже и поиграться нельзя? Свифт, поспешно скрывая товар в школьном рюкзаке, достает из него же пачку сигарет и закуривает одну. Затягивается посильнее и стряхивает пепел на землю, слегка попадая на свои белые кроссовки. Реби опять ругаться будет. Но от этой мысли Свифт лишь задумчиво усмехается и вновь переводит взгляд на Бобби. Он был слишком туповатым, чтобы быть дилером. Громоздкий и неуклюжий, копы в первую очередь постучатся в его дверь. Они и к панкам захаживали слишком часто, но, что поделать, ничего найти не могли. Свифт никогда не оставляет следов. — Все ещё школьник? — с насмешкой спрашивает Бобби, указывая на рюкзак парня. Свифт лишь пожимает плечами, не считая это чем-то постыдным. — Все мои покупатели собраны в одном месте. На кой черт мне его покидать? — лаконично подмечает панк и делает ещё одну затяжку. — В жизни надо уметь вертеться, красавчик. Бобби лишь закатывает глаза. Свифту не нравился этот тип, он планировал сдвинуть его с должности со временем. Но, до тех пор, — ждать. Все ещё впереди. — Приезжает известная шишка. Хочет с тобой познакомиться. А вот это уже интересно. Свифт опасливо осматривает заброшки, но никого поблизости не находит. Опасно встречаться в таком месте, Свифт предпочитал бары, но заказ не мог подождать до ночи. От холода сводит пальцы, и Свифт поспешно избавляется от окурка, пряча руки в карманы черной худи. — Твой босс, ага? Не заинтересован. Бобби скрипит зубами, и Свифт даже морщится от этого звука. — Он и твой босс тоже. — Я ни под кем не хожу, — фыркает Свифт и набрасывает рюкзак на плечи. — Мило побеседовали, но меня ещё ждут дела. Чао! Свифт машет ручкой на прощание и поспешно покидает Бобби, направляясь к переулку. Не собирался он иметь дело с главным начальством. Таких серьезных проблем ему не надо было. Микки не должна подслушивать, но Микки не должна и сбегать из-под присмотра матери, а она это сделала. Так что, если нарушать, то все сразу. Потому сейчас она стояла и подслушивала, нервно прижимая к груди свою доску. Она много что не поняла, но зато записала на телефон, чтобы дать послушать Донне, ведь ее старшая сестра более умная. Однако у Микки хотя бы хватило мозгов затаиться за углом и не отсвечивать. Вот только когда она услышала шаги поблизости, растерялась и заметалась, не зная, что делать, ведь кругом открытое пространство. Но ее взгляд наткнулся на витрину магазина, к которой девчонка тут же подскочила, чтобы сделать вид, будто рассматривает товар. Но она увидела то, к чему не смогла остаться равнодушной. — Ого, какая офигенная доска! — воскликнула девчонка, буквально прилипая к витрине и неосознанно делая свое алиби правдивым. — Блиииин, и дорогущая. Интересно, удастся уговорить Клео мне ее купить? А то моя на части уже разваливается, даже До-До не помогает, — канючит девушка, упираясь лбом в витрину. Она уже и забыла, что ранее подслушивала очень важный разговор. Про то, что находится в не очень безопасном месте уже и подавно не помнила, так как имела очень избирательную память и часто отвлекалась по мелочам. Совсем как ребенок с рассеянным вниманием. Где-то лет в пять их личный детский психоаналитик поставил Микки СДВГ. И у нее до сих пор этот диагноз в медицинской книжке стоит. А тем временем и правда холодало. Девчонка поплотнее укуталась в ветровку, качая одной ногой скейт по асфальту. Гольфы были красивые, они очень нравились Микки, но не достаточно длинные и теплые. Да и шорты коротковаты, потому по ногам прошли мурашки, когда их обдал легкий прохладный ветерок. — Холодно. Блин, надо домой, — бурчит девчонка, проверяя время на телефоне. У нее как раз оно осталось на то, чтобы добраться до дома и не отхватить по первое число. Свифт проходит мимо витрин и лавок и бросает равнодушный взгляд на прохожих, цепляясь глазами за небольшую девчонку. Светлая, маленькая и чертовски сексапильная. Свифт игриво прикусывает губу и сворачивает, останавливаясь у той же витрины. Не то, чтобы он горел желанием познакомиться и устроить себе приятный вечер. Просто косяк ударил в голову и панка расперло на что-то новенькое. На удивление, девчонка рассматривала доски. Свифт знал каждую из них, пробовал не один раз, поэтому с точностью мог сказать, какая именно привлекала внимание бывалого знатока. — Не по-девчачьи она выглядит, — с усмешкой говорит Свифт и косит взгляд вниз, на незнакомку. — Я бы обратил твое внимание на ту, с бабочками. Микки моргнула и удивленно взглянула на парня, после чего нахмурилась. Этот голос был ей знаком, но из памяти она мало что могла выцепить. Кроме того, что этот тип был ей крайне неприятен. А слова его и вовсе попахивали сексизмом. — Меня мама учила не разговаривать с незнакомцами на улице, — фыркнула она, после чего развернула доску и, оттолкнувшись ногой от асфальта, поехала. Нет у нее желания разговаривать. А еще и времени нет, потому что ей вновь начинают звонить. Довольно по-детски, Рафи бы ответила более жестко, но Микки никогда не умела отшивать так, чтобы больше вообще не лезли. Все же она слишком добрая, потому просто уедет, чтобы больше не встречаться с этим парнем. И в этот район не захаживать. Хотя тут еще и загвоздка имеется. Ту доску она хотела безумно и поставила цель уговорить старшую сестру купить ее Микелле. Свифт усмехается, некоторое время понаблюдав за уверенными движениями девушки, а после направляется в противоположную сторону. Ему, конечно, нравилось наблюдать за хорошенькими девчонками, но дела не ждали. Осталось только запудрить мозги мамочке. Панк поспешно достает телефон и набирает такой знакомый с детства номер. — Реби, детка, не жди меня к ужину, — мурлычет Свифт в трубку и морщится, напоровшись на крики. — Не ссы, я не попаду в неприятности. Принесу к завтраку какой-нибудь добычи. Пожелай М.С. за меня спокойной ночи. Целую! И Свифт поспешно бросает трубку, чтобы не слушать это раздражающее возмущение. Ребел, иногда, перегибал палку. Что ж, сегодня вечером Свифт планировал получить кругленькую сумму. Это должно успокоить сварливую мамашу. Микки, что удивительно, успела вовремя, затратив на свое мини-путешествие час, как она и говорила. На входе ее ждала Донна, на которую Микелла тут же налетела с объятьями. — Это тебе не поможет, — вздохнула Донна, но все же обняла сестренку, тиская ту в своих руках. Микки была слишком милой и любвеобильной. Эдакий комочек радости, которому все очень часто сходило с рук. А еще ее все любили тискать. — Клео и Рафи в доме. Ну… И мама. — Ок! — кивнула Микки и отпустила сестру, тут же вваливаясь в дом и налетая на самую старшую сестру. — Прости-прости-прости! — залепетала она, поднимая мордочку и строя до безобразия умилительное личико. Если бы можно было в этом мире найти себе новых сестер, то Клео с удовольствием отправилась бы на поиски. Ну, или, на худой конец, купить. К ее великому сожалению, терпеть приходилось тех, которые были сейчас. И раньше Клео верила в то, что хотя бы одну из них можно образумить. Теперь же девушка понимала, что все они обречены. — Микки, ты хотя бы понимаешь, за что извиняешься? — с усталым вздохом матери-одиночки спрашивает Клео. Не все в доме любили, когда Клео строила из себя самую старшую. Рафи запоздало выглядывает из своей комнаты, подозрительно щурится, наблюдая за сестрами, но не решается вмешиваться. Пока что. Ей и самой стоило бы последовать примеру младшей сестры и отправиться на поиски информации, но Рафи решила дождаться ночи. Так безопаснее. Микки задумалась. Плотно так задумалась, но сестренку все еще не отпустила. Вообще, глупо спрашивать подобное у кого-то вроде Микеллы, но тем не менее девчонка вскоре вновь улыбнулась. — За все? — самый оптимальный ответ в данном вопросе, потому как извиняться она должна была за многое. И за побег, и за сброс звонков, и за подслушивание… Точно, подслушка! У нее есть запись! — Я не хочу тухнуть в четырёх стенах! А еще я проезжала мимо магазина с досками и видела там такую офигенную! А потом со мной заговорил парень… неприятный тип, — нахмурилась Микки. — Кто вообще выбирает доски с бабочками? Это же безвкусица! Донна тем временем зашла в дом и тихонечко прошла в свою комнату. Однако Микки это увидела. — До-До, подожди! Извини, Клео, мне нужна До-До! — Микелла отлипает от сестры и уже хочет свалить, но не тут-то было. — А, ну, стоять! — рявкает Рафи и перегораживает сестре дорогу в их комнаты. — Какие ещё там типы с тобой на улицах разговаривают? — Ага, и какая доска опять у тебя на уме? — хмурится Клео. У всех были разные приоритеты. — Серьезно, Клео? — раздражённо фыркает Рафи и недовольно смотрит на старшую сестру. — Тебя это волнует? — Я трачусь на ее доски больше, чем на твою косметику! — Ты вообще не тратишься на мою косметику. — А могла бы, если бы у меня оставались хоть какие-то деньги. — Значит вот, чего ты лишала меня все это время? — Рафи снова переводит свой взгляд на младшую сестру. — Решено! Я продаю одну из твоих досок и покупаю себе новую помаду. Клео раздражённо качает головой, но ничего не говорит. Она была, в какой-то степени, согласна с сестрой. Микки остается только хлопать глазами и переводить взгляд с одной сестры на другую. Она ничего не понимала. Впрочем, ее тоже не всегда понимали, так что это простительно. Однако… — Эй! Не трогай мои доски! — возмутилась девчонка. — Они мне как дети! И вообще… Хм… — Микки вновь задумалась. — По-моему, их называют панками, нет? В любом случае у того типа был пирсинг на губе. Два кольца. Выглядело круто. Клео, я хочу пирсинг! — тут же обратилась она к старшей сестре. Донне, которая все это время отсидела в комнате и вышла, чтобы сходить на кухню за кофе, оставалось лишь ловить фейспалмы. Нет, это она купит себе новых сестер. И точка. Клео устало стонет и с силой трёт глаза, позабыв о том, что те были накрашены тушью. Опять болеть будут. Когда девушка нервничала, то часто стирала всю косметику и была похожа на панду. Рафи не упускала шанса посмеяться над сестрой. — Ты явно хочешь получить, — качает головой девушка. — Пиздюлей, ага. — Рафи! — прикрикивает Клео и собирается пуститься за вмиг исчезнувшей сестрой, но запинается о коробки. — Чертов переезд! — Не выражайся, папина девочка! — доносится с кухни. — Иди к черту! Рафи хихикает на пару с Донной, а Клео лишь пуще злится. И как ей следить за родными сестрами, если те ничегошеньки не понимают?! Микки подала руку, чтобы помочь Клео подняться. Она тоже не понимала, но это не мешало ей все равно любить сестер. А еще ей правда было стыдно. Немного. Хоть она и не признавала, что ее вылазка бесполезна. Она полезна! Но Клео пока лучше об этом не знать. — Прости, правда. Я помогу разобрать коробки. А, и… Сделай что-то с этим, — сказала Микки, указывая на лицо сестры. Микки не пользовалась ничем таким, потому не понимала тяги сестер к адаптивкам. Но у нее были ее доски, тяги Микеллы к которым сестры тоже не понимали. Каждому свое. Донна слегка выглянула в гостиную, сверяя остановку, после чего вернулась к тому, чтобы налить себе кофе. — Мне кажется, Микки что-то нашла, — тихо произнесла Донна, чтобы ее слышала только Рафи. — Она так ко мне рвалась. Определенно не просто так. Рафи фыркает и недовольно морщится. Этого ещё ей не хватало. — Сколько раз было сказано этой девчонке — не лезь на рожон. Идиотина. Попадется же, рано или поздно. Девушка игриво взлохмачивает свой ёжик на правом боку и задумывается. У нее была назначена встреча на сегодняшний вечер. Если ничего не сорвётся, Рафи сможет выйти на одного из посредников самой главной шишки. Это им на руку. Вот только Микки, как всегда, ни к черту не сдалась. — Лишь путается под ногами, — напоследок говорит Рафи и упрямо складывает руки на груди. Она, вообще-то, пришла сюда перекусить, но аппетит резко пропал. А все из-за Микки. Клео растерянно смотрит на младшую сестру и старается взять себя в руки. Не хватало только терять голову при Микки. Она и сама частенько этим занималась. — Поможешь? — спрашивает она у сестры. — Нам лучше закончить сегодня. Завтра первый день в школе, не забыла? — А… А, да, я помню! — активно кивает Микелла. Она старалась хотя бы это не забыть. На самом деле она понимала, что является хлопотной обузой для сестер, но хотела быть с ними. Впрочем, порой думала, может ей стоило остаться с отцом… Но она боялась. И не любила этого человека. Он всегда причинял лишь боль. А Микки хотела любви. — Конечно, помогу! Справимся вместе! Что ж, с остальным придется подождать. Клео была против всего этого, считая, что они уже достаточно насолили отцу тем, что сбежали. Однако… она должна понимать, что они все еще не в безопасности. — Не говори так, — тихо отвечает Донна, продолжая слушать голоса сестер из общей комнаты. — Она и так порой чувствует себя ненужной. Ты только масла в огонь подливаешь, — Донна заканчивает с кофе, после чего спешит обратно в их с Рафи комнату, но перед этим кидает напоследок. — Смотри сама не попадись, иначе нам всем крышка. Рафи раздражённо закатывает глаза и фыркает, но поспешно нагоняет сестру и придерживает ее за руку. — Прикроешь меня перед папиной девочкой? — лишь спрашивает она. Вопрос этот был лишним, так как никто не собирался палить другую Клео. Не так заведено у них в семье. Но, если честно, Рафи слегка волновалась. Ей нужно было лишнее слово одобрения от Донны. Пожалуй, единственной желанной сестры. Клео тут же тает, обрадованная таким энтузиазмом. — Умница моя, — урчит девушка и оставляет на щеке младшей сестры слюнявый след от поцелуя. — Не сестра — золото! Донна лишь сдержанно кивает. Какими бы разными они с Рафи не были, они были двойняшками. И их связь была все же крепче между друг другом, нежели с другими сестрами. Да и у них в семье действительно так не заведено. Никто и никогда никого не сдавал Клео. Или маме. Или отцу, раз на то пошло. Но Донна все же была против затеи сестры идти куда-то, особенно в ночь. Днем это было еще менее опасно, за что отдельная благодарность Микки, но ночью… Еще и на встречу с каким-то типом. Впрочем, Донни доверяла сестрам. Не могла не доверять. Особенно Рафи. Микки же купалась в лучах любви старшей сестры, однако краем глаза выцепив за ее спиной двух других. Те о чем-то шептались, но после разошлись по углам. И Микки думала, как бы ей ночью пробраться мимо цербера Клео к выходу из комнаты и заглянуть к Рафи и Донне.