Кем бы ты ни оказался

Проснувшись, он не торопился открывать глаза. Было приятно чувствовать, что совсем ничего не болит. Чуть позже пришло удивление, почему собственно что-то должно было болеть? Но открывать глаза все равно не хотелось. Слишком давно не получалось, выспавшись, позволить себе поваляться подольше в кровати. Ну как, давно, примерно никогда. Кровать тоже удивляла, настолько удобных кроватей в школе точно не было, не у студентов. А уж тем более их не могло быть в Больничном крыле. На мыслях о Больничном крыле глаза у Гарри распахнулись сами собой, и на него потоком хлынули воспоминания. Финал Турнира, Волдеморт, Авада, сильные руки Люциуса, Больничное крыло. Потом директор Дамблдор, он не Гарри, а Северус все знал. Кричер, Добби, оставленный кулон и Блэк-хаус. Точно. — Кричер! — Кричер рад, что хозяин, наконец, пришёл в себя! — домовик материализовался около кровати раньше, чем Гарри успел закончить его имя и склонился в непривычно глубоком поклоне. — Я, похоже, спал очень долго, ты же расскажешь… — Гарри запнулся, наткнувшись на просто таки умоляющий взгляд домовика. — Так, стоп, с рассказами чуть позже. Я так понимаю, от меня нужно что-то срочно. Я слушаю, что самое важное сейчас от меня требуется? — Хозяин успел дать распоряжение закрыть ото всех дом, но Кричера всё ещё может вызвать к себе любой маг из рода Блэк, даже недостойный Сириус. И Кричер не сможет не прийти и не ответить на вопросы. — А если я тебе запрещу приходить на зов, то тогда ты не должен будешь отзываться? — эльф закивал. — Тогда я запрещаю тебе отзываться на чей-либо зов, кроме моего, до тех пор, пока я не прикажу иного! — откуда-то пришла подсказка, что с этими словами стоит выпустить немного магии, и Гарри так и сделал. По дому разнесся еле слышный звон, и Кричер вздохнул от облегчения. — Хозяин быстро учится, Кричер счастлив быть слугой такого умного мага! — Слышал бы тебя сейчас профессор Снейп! — усмехнулся Гарри, а потом внезапно всхлипнул. — Кричер, я такой дурак, оказывается! Произошедшее внезапно проявилось перед парнем в другом свете. Он никак не мог понять, почему сразу решил, что его обманывали, тем более специально. Было ведь огромное количество вариантов. Он мог неправильно понять директора. Снейп мог быть под воздействием Непреложного обета, и просто не имел возможности рассказать. Или просто не знал, как рассказать так, чтобы не сделать больно. Или боялся, что, узнав правду, Гарри не сможет скрывать её от окружающих и подвергнется опасности. А сейчас даже неизвестно, в чьи руки попал кулон. А что подумал Люциус, когда он так сбежал от них без возможности найти его или хотя бы убедиться, что с ним все хорошо, вообще было страшно представить. — Кричер, сколько времени я спал? — Хозяин не спал, хозяин был в коме, пока его тело возвращало свой истинный облик. Преображение хозяина шло целую луну! — иногда Кричер, и так не отличающийся современностью выражений, начинал совсем странно разговаривать, но в этот раз до Гарри смысл дошёл практически сразу. — Это же двадцать восемь дней! Сначала меня убьет Гермиона. А потом Люциус найдет некроманта, и они уже вдвоем с профессором будут меня убивать, пока не надоест. Подожди, что там про истинный облик? Я же теперь и выгляжу совсем по-другому, — внезапно Гарри прервало бурчание собственного живота. — Упс. Кричер, если все остальное терпит, давай, ты пока придумаешь там что-нибудь поесть, а я схожу в душ и заодно рискну посмотреть на себя в зеркало. А потом приду на кухню, поем, и уже потом ты мне всё-всё расскажешь. Не возражаешь? — Еду приготовит Добби, а есть на кухне хозяину не пристало, для этого существует столовая! — Как скажешь, тут тебе точно виднее, — рассмеялся парень и ушёл в ванную. В ванной Гарри вдруг стало страшно. До этого он воспринимал тот факт, что теперь выглядит по-другому, как что-то не имеющее значения, а сейчас, собираясь увидеть, что именно изменилось, наконец осознал, что Гермиона его таким не узнает, а партнёры могут новую внешность посчитать некрасивой. Да и вообще, окажется похожим на братца Дадли, так хоть в зеркало больше никогда в жизни не заглядывай. Но не интересующийся такими проблемами желудок вновь напомнил о себе, и Гарри был вынужден поторопиться. Не зажигая свет, довольствуясь только тем освещением, которое поступало из незакрытой двери, он повернулся к ростовому зеркалу. Увы, отражение сразу ему не понравилось. Для начала, он стал выше на целую голову и заметно шире в плечах. Про карьеру ловца можно забыть, с такой тушей ему светит максимум роль загонщика. Сразу стала понятна некоторая неповоротливость, которую сначала Гарри списал на последствия длительного лежания в постели. К этому телу придется привыкать и учиться двигаться с учетом новых габаритов. Глубоко вздохнув, как перед прыжком в воду, Гарри зажёг свет и перевел взгляд на свое лицо в зеркале. Глаза, как ни странно, остались зелеными. Только не та привычная травяная зелень, про которую ему постоянно говорили, что это «глаза его матери», а темные, очень холодные изумруды. Хоть один страх оказался не сбывшимся — было стыдно, но увидеть у себя неприметные серые или обычные карие глаза ужасно не хотелось, выделяться цветом глаз ему нравилось. Оторвавшись от глаз и не найдя ничего как интересного, так и неприятного на лице, Гарри перевел взгляд на волосы и со стоном осел на пол. Он оказался рыжим! Ничего более ужасного с ним произойти не могло. Мелькнувшая было мысль остричься наголо позорно сбежала, отогнанная воспоминанием о том, как за одну ночь отросла состриженная тетей Петуньей шевелюра. Сейчас волосы спускались до пояса и были заплетены в косу, спасибо Кричеру. Будь они распущены, Гарри заметил бы пугающий его цвет намного раньше. Сам по себе цвет не был некрасивым, скорее наоборот, очень парню понравился. Но, как многие мужчины, он совершенно не разбирался в оттенках. Цвет волос, в его понимании, мог быть черным, коричневым (его называли почему-то каштановым, но зачем коричневому еще дополнительные названия?), рыжим и блондинистым. Всё, всего четыре варианта. А рыжий цвет, увиденный на своей голове внезапно заставил с пугающим ощущением реальности происходящего оказаться на уроке зельеварения, где-то в начале второго курса. Темой занятия было зелье Амортенция. Сама тема, достаточно фривольная, настроила студентов на игривый лад, к тому же у профессора Снейпа было на удивление мирное настроение, так что студенты задавали по теме урока вопросы и, что удивительно, получали нормальные ответы. Кроме прочего, выяснили, что амортенция не действует на магов, которые успели найти своего соулмейта и подтвердили связь. Рон Уизли, внезапно возжаждавший знаний, тоже протянул руку и даже получил разрешение спрашивать. — Профессор Снейп, скажите, а существует зелье, которое может помочь изменить выбор связи? Ведь партнера не выбирают, а если он совсем не нравится? Преподаватель странно посмотрел на Уизли, то ли удивляясь, что тот умеет строить настолько длинные предложения, то ли считая, что тому жаловаться на выбор судьбы нет смысла, ему бы хоть с кем сойтись. Но все-таки ответил, вернувшись к привычному ехидству на грани оскорблений: — Нет, мистер Уизли, такое зелье ещё не изобрели, но я уверен, что это только оттого, что оно ещё никому настолько сильно не понадобилось. Поверьте, если бы вы достались мне в партнёры, я бы изобрел это зелье в кратчайшие сроки, подгоняемый перспективой всю оставшуюся жизнь наблюдать рыжую шевелюру на соседней подушке. Класс не мог перестать смеяться до конца занятия, в связи с чем почти у всех зелье вышло хуже обычного, а Рон ещё неделю плевался от одного предположения, что его партнёром мог оказаться Ужас Подземелий. Пришел в себя Гарри от того, что Кричер тряс его за плечо. — Хозяин, вам нужно поесть! А вы так и не пошли в душ. — Извини, Кричер, моя внешность удивила меня сильнее, чем я рассчитывал. Принесешь мне теплый халат, я наверное так поем, а потом буду приводить себя в порядок? Или не буду, — шепотом добавил он, пока домовик исчезал, чтобы принести требуемое. Пообедав, а потом заставив себя вымыться и надеть нормальную одежду вместо пижамы и халата, Гарри расположился в гостиной на диване и уговорил Кричера сесть в кресло. Разговор предстоял долгий, и все это время смотреть на стоящего домовика парню не очень хотелось. — Что хозяин хотел узнать у верного Кричера? — Для начала, мне интересно, почему я из молодого хозяина стал просто хозяином. Не мог же я за неполный месяц настолько постареть. Ну и заодно, объясни, как так вышло, что я могу приказать тебе не отвечать на зов всех других Блэков. — Хозяин принял титул Лорда Блэк, и поэтому Кричер уже не может называть его молодым хозяином, как Наследника. А приказывать Лорд Блэк может на правах Главы Рода не только верному Кричеру, но и любому представителю рода. — Ничего себе какие интересные вещи я проспал! Тогда расскажи мне, что вообще тут происходило, пока я был в этой самой коме. И Кричер рассказал. После перемещения в Блэк-хаус Гарри потерял сознание, только успев отдать распоряжение закрыть дом и разрешив Кричеру действовать на свое усмотрение. Это разрешение развязывало домовику руки, и он воспользовался им на полную. Будучи старшим домовым эльфом, Кричер хорошо видел потоки магии, без этого он не смог бы помогать в ритуалах. Поэтому он понимал, что происходило с пока ещё Наследником рода Блэк. С мага сходило очень тёмное заклятье, позволяя телу принимать свой настоящий облик. Но для обратного изменения нужно было очень много магии. Родовая магия тянулась к Гарри, пытаясь помочь изменениям, и Кричер принял решение упростить этой магии задачу. Чтобы магия не теряла силу пробиваясь через стены, домовик отнес бессознательного хозяина к родовому алтарному камню и уложил на специальное обрядовое ложе. Чего домовик не учел, так это ран, полученных Наследником во время предыдущих приключений. Так как заживляющие зелья директор запретил использовать, торопясь снять с Гарри заклятье изменения, то часть повреждений еще не успела зажить, особенно порез на руке. А от перетаскивания с места на место эта рана открылась, и на алтарный камень попала кровь Наследника. Для обряда принятия титула Лорда не требовалось ни свидетелей, ни специальных слов и действий. Наследник просто проливал свою кровь на алтарный камень, а потом магия рода принимала его или отвергала. Кричер, конечно, хотел, чтобы у рода Блэк, наконец, появился Глава рода, но в этот раз он точно ничего специально для этого не делал. Увы, планы домовика родовую магию не интересовали, обряд все равно был запущен. Судя по всему, род так давно ждал подходящего кандидата, что одобрение прошло в считанные минуты, а потом родовая магия окутала новоявленного Лорда коконом, и процесс возвращения настоящего облика был запущен в полную силу. И простой обморок сменился магической комой. А сегодня утром Кричер почувствовал, что пульсация родовой магии в алтарном зале прекратилась, и, заглянув туда, увидел, что Гарри просто спит, после чего перенес его в спальню. А через час после этого Лорд Блэк проснулся и позвал домовика. Не зная, ругать Кричера за то, что он натворил, или радоваться неожиданному обретению титула, Гарри поинтересовался: — А как меня вообще теперь зовут, ты хотя бы в курсе? А то я знаю, что я больше не Гарри Поттер, а других имен мне никто не называл. — Хозяин может посмотреть свое настоящее имя на родовом гобелене. Правда, там не отобразятся другие рода, если Хозяин и в них является Наследником или Лордом, но это можно потом определить с помощью ритуала. — Действительно, гобелен. Сириус рассказывал, но я как-то не воспринимал его как волшебную вещь. А этот ритуал, для него нужно куда-то пойти или его можно провести прямо дома? — Называть Блэк-хаус домом оказалось неожиданно приятно, так что Гарри даже заулыбался. — Кричер знает, как проводить ритуал, только там будут нужны некоторые приготовления. В этот момент домовик отвлекся, как будто прислушиваясь к чему-то важному. — Кричер, я правильно понимаю, тебя кто-то пытается вызвать? Кто-то из Блэков? — догадался Гарри. — Хозяин прав, Кричера пытается позвать мисс Нарси. — Мисс Нарси? Ты же имеешь в виду Нарциссу Блэк, бывшую супругу лорда Малфоя? — Да, мисс Нарси жила в семье Малфоев и даже родила сына для этого рода, но сейчас она снова стала мисс Блэк. — Скажи, а ты можешь определить, откуда именно она тебя звала? Домовик снова прислушался, а потом уверенно ответил: — Да, хозяин, Кричер может. Мисс Нарси хочет видеть Кричера в Малфой-мэноре. — Вот как? Тогда слушай меня внимательно. Кричер, я запрещаю отвечать на любые вопросы обо мне, можешь так и говорить, что хозяин запретил, но позволяю принести мне письмо, если мисс Нарцисса захочет его для меня передать. И я в этот раз приказываю тебе ответить на ее зов. Домовик поклонился и исчез с громким хлопком. А Гарри, который был уже не Гарри, отправился разыскивать родовой гобелен, в надежде выяснить, как же теперь ему называться. _____