Кем бы ты ни оказался

— Называй меня теперь Харри, так будет правильней. — Судя по твоему настроению, гоблины рассказали много интересного. Поделишься? — раздалось с картины. Леди Вальбурга опять перешла на полотно, так и не убранное из гостиной, чтобы быть в курсе возвращения Харри. — Простите, леди, но немного позже. Кричер, ты срочно мне нужен в ритуальном зале! Это было очень сложным решением, и поэтому он торопился, боясь дать себе время передумать. Ритуал был достаточно простым, но очень выматывающим. Харри произносил нужные слова, взмахивал палочкой, зажигал и гасил расставленные свечи разных цветов и чувствовал, что каждое движение тянет из него магию. Наконец последнее слово было произнесено, все горящие на тот момент свечи разом погасли, и в воздухе раздался очень громкий звук лопнувшей струны, а Харри почувствовал отдачу, как будто он был с одной стороны этой самой струны. Еле устояв на ногах, он посмотрел на Кричера и получил от того подтверждающий кивок — ритуал был закончен. Все еще испытывая слабость, с помощью домовика Харри добрался до родового гобелена, чтобы убедиться, что всё получилось. На том месте, где ранее он точно видел портрет Сириуса, теперь красовалось пустое место, как будто никогда и не существовало в роду Блэк таких магов. Хотя так оно и было, для родовой магии Сириус больше не существовал. Ритуал сработал. Лорд Блэк, только что проведший свой первый самостоятельный ритуал, осел на пол гобеленового зала и взмахом руки прогнал домовика. Думать не хотелось, но голову сами собой заполняли воспоминания. Та самая лекция, обещанная лордом Малфоем, на которую они всё же нашли время. — Для начала, мистер Поттер, следует запомнить, что часть терминов, про которые мы с вами сейчас разговариваем, со временем стала употребляться неверно, в том числе и в оскорбительном смысле. — Тогда они были знакомы совсем немного, и Люциус чаще называл его по фамилии. — Прежде всего, давайте вспомним, что, исходя из предрасположенности к магии, люди делятся на магов, сквибов и маглов. Про первых двух всё понятно, они относятся к миру магии, а вот с маглами все не так просто. Дело в том, что у каких-то маглов рождаются маги, даже если оба родителя не имеют отношения к миру магии, а у каких-то этого не может произойти никогда. Считается, что это разные виды маглов, и их следовало бы различать, как мы различаем маглов и сквибов, но пока ни один учёный не смог определить, как это можно сделать. Где искать тот опознавательный знак, который даст нам понять, что у этого магла могут родиться маги? — Всё было бы не настолько сложно, если бы проблема была бы только в том, чтобы заранее знать, в какой магловской семье появятся одаренные дети. Но те маглы, которые на рождение волшебников не способны, в случае брака с магом как бы разбавляют магическую суть, которая достается детям от родителя-мага. В таких парах дети всегда заметно слабее, чем магически одаренный родитель, а внуки, в крайнем случае правнуки, уже сквибы. Эта проблема исправляется браками только с сильными магами, но полностью не решается, и часть магии рода навсегда уходит. А так как эти два вида маглов различать пока не научились, то заводить детей с маглами чистокровные волшебники обычно не рискуют. — Собственно, мы подошли к понятию «чистокровный маг». Чистокровные маги — это те, чьи предки не рисковали брать в супруги маглов, разбавляя таким образом магию рода. Причём, маглорожденных магов этот запрет не касается, так как если у двух маглов родился маг, то, значит, это тот вид маглов, который магии не навредит. Правда, в случае брака с маглорожденным родословная проверяется, чтобы исключить бастарда какого-нибудь волшебника. Если оказывается, что считавшийся маглорожденным на самом деле ребенок мага, то сравнивается магическая сила, и если отец (а в данном случае маг чаще всего именно отец) заметно сильнее, то такой брак приравнивается к браку с маглом, то есть для чистокровных неприемлем. Харри тогда особенно поразило, что с точки зрения чистокровных, получается, брак с маглорожденным считается нормальным, тогда как с ребенком магла и волшебника запрещён, то есть маглорожденный, по сути, более правильный маг, чем полукровка. — О нет, вот тут вы используете термин как раз неправильно! — продолжил Малфой. — Полукровки, это дети магов и волшебных рас. Например, ваш профессор по Чарам, Филиус Флитвик он полукровка, так как его родителями были гоблин и человек. Лесник Хагрид тоже полукровка. А детей от связи волшебника с маглом называют иначе. Если этот ребенок сильнее, чем родитель-маг, то он считается чистокровным магом. То есть, чистота крови соблюдена, потерь магии можно не опасаться. Например, у Северуса Снейпа отец магл, а мать не самая сильная ведьма из чистокровного рода. Так как Северус даже в детстве был сильнее своей матери, то он чистокровный маг, и никаких проблем с браком с любой чистокровной девушкой у него не было бы, изъяви он желание вступить в такой брак. — А вот когда ребенок мага и магла заметно слабее чем магически одаренный родитель, то такого ребенка называют тем самым словом «грязнокровка». И означает оно именно то, что в нем слышится, то есть, что кровь такого мага разбавлена, и будет дальше портить кровь пожелавших породниться с ним магов, ухудшая их магию. Но у слова «грязнокровка» есть ещё одно значение, и именно в этом значении вашу подругу, мисс Грейнджер, так называли на первых курсах. Когда маглорожденный, а зачастую и чистокровный, волшебник не желает знать законов магии, отвергает их и хочет в магическом мире жить по законам мира магловского, относясь к магии как к дешевым фокусам, то такого мага называют грязнокровкой. Магия не любит неуважения к себе и от тех, кто её не ценит, она уходит. У самого мага, пренебрегающего законами магии, это может быть не сильно заметно, хотя чем маг становится старше, тем сложнее у него выходит колдовать, а вот дети у таких магов всегда слабее. И, конечно же, заключать брак с грязнокровками как в первом, так и во втором значении, чистокровные семьи не рискуют. И да, ваша подруга, взявшись за ум, больше не является грязнокровкой, хотя изначально у нее были все шансы начать терять магию уже после семнадцатилетия. — И самое страшное. Предатели крови. Вокруг этого названия ходит больше всего слухов, и трактуют его все, как хотят, хотя все очень просто и однозначно. Предателем крови становится маг, совершивший преступление против своего рода. Таким преступлением может быть убийство, за исключением несчастных случаев и самозащиты, предательство, приведшее к гибели, и даже бездействие, когда маг заранее знал, что может предотвратить гибель члена своего рода. Предатель крови не просто теряет свою магию, все сложнее. В качестве наказания Предатель крови получает от самой магии проклятье, причем, никто заранее не знает, каким именно оно будет. Мало того, это проклятье достаточно быстро становится родовым. То есть, если у Предателя крови рождаются дети, то им тоже переходит это проклятье. Если этого мага не изгоняют из рода, то оно достается и другим членам этого рода. Снять печать Предателя крови возможно, но это происходит очень редко, мало кому хватает сил. — Хотя я погорячился, Предатель крови это не самое страшное. Есть еще такое понятие, как Предатель Магии. Это те, кто не просто отрекается от магии. Печать Предатель Магии получает маг, который не просто хотел, а именно смог навредить самой магии на уровне большем, чем своя семья. Но о таком я только читал, причем совсем немного, и не встречал ни одного примера, чтобы о ком-то было известно, что он стал Предателем Магии. Так что будем считать, что это просто страшилка, с которой мы никогда не столкнемся. Тяжело вздохнув, Харри поднялся с пола и направился в гостиную. У него оставалось ещё одно неприятное, но при этом неотложное дело. — Леди Вальбурга, то, что я сейчас вам расскажу, может изменить ваше мнение обо мне в худшую сторону, но я не нашёл иного выхода. Сегодня от гоблинов я узнал, что ваш старший сын всё это время не сидел в Азкабане, а скрывался и регулярно получал деньги со своего счёта. Кто находился вместо него в тюрьме, я не в курсе, да это сейчас и не важно. Важно то, что он мог в любой момент сообщить вам, что с ним всё в порядке, тем более зная, что вы и так тяжело переживаете гибель мужа и младшего сына. Я почти уверен, что своим поступком он навлёк на себя печать Предателя крови. Конечно, я могу ошибаться, и его проступок не настолько ужасен, но рисковать родом я не готов. Поэтому я провел ритуал изгнания из рода Сириуса, бывшего ранее Сириусом Блэком. Женщина на портрете так долго молчала, что Харри решил было уже уйти, не дождавшись ответа. Но ответ он всё-таки получил. — Ты не прав, Харри, но не в том, о чём подумал. Если моё мнение о тебе и изменилось, то только к лучшему. Как матери, мне больно за Сириуса, но не за то, что он теперь изгнан, а за то, что он получил эту страшную печать Предателя крови. Увы, я согласна с тобой, он её заслужил. А вот как леди Блэк, я горжусь тем, что у рода появился такой Глава. Я вижу, как тяжело далось тебе решение об изгнании Сириуса, но ты всё же смог поступить так, как требует благо рода. Только такой Глава сможет возродить почти угасший род и вернуть ему былую славу. — Я благодарен вам за поддержку и одобрение моих действий, леди Вальбурга. А сейчас я прошу меня извинить, я хотел бы пойти отдохнуть. Оказавшись в своих покоях, Харри бессильно повалился на кровать. Весь день ему казалось, что его тело захватил кто-то другой, странный и непонятный Лорд, который знает, как правильно раздавать указания гоблинам, умеет принимать решения и знает, какие вопросы задавать. Хотелось кричать в ужасе «это не я, отпустите!», но этот другой никуда не девался. И, только выйдя из ритуального зала, Харри понял, что никакой это не кто-то другой, а он сам, только взрослый, отвечающий теперь за целую кучу родов, обязанный принимать решения и думать не только за себя. Незаметно для самого Харри, из его глаз потекли слёзы. Это было так несправедливо — у него украли целых два года детства. Еще недавно он знал, что до семнадцати лет, когда он станет официально взрослым, он успеет ещё отучиться два курса в школе, сделать кучу глупостей, да и просто порадоваться беззаботной жизни. А теперь этого времени осталось всего около недели. И Харри твердо решил, что уж эту неделю у него никто не отнимет. И гори эта взрослая жизнь синим пламенем! _____