Кем бы ты ни оказался

Нарцисса оказалась идеальной тётей. С ней было интересно, уютно, но при этом она не стремилась проявлять материнскую заботу. Учитывая, что она была хорошим другом его партнёров, это было бы лишним. Её сложно было стесняться, и уже довольно скоро Харри, привычно сидящий на диване между Люциусом и Северусом, прижался спиной к одному из мужчин, закинув ноги на колени второму. Именно в таком положении их и застал внезапно вывалившийся из камина Драко. — Мама, отец, — Малфой-младший кивнул родителям и обратил внимание на остальных. — У нас гости? Отец, тебя можно поздравить? — Драко знал, что у отца на руке два браслета, один из которых никак не зажигался, но на уточняющие вопросы ответов не получал. Насчёт Северуса он был почти уверен, но так же не получил ни разу точного подтверждения своих подозрений. Теперь же, застав отца практически в объятьях двух других мужчин, Драко надеялся получить наконец более внятные комментарии. — Да, сын, ты можешь нас поздравить, но я надеюсь, что успел научить тебя держать язык за зубами, — Люциус вздохнул, понимая, что отрицая очевидное сделает только хуже. — Представишь нас? — Если никто не против, это сделаю я, — присоединилась к разговору Нарцисса. — Драко, познакомься, это твой, давно пропавший, кузен, сын моей сестры Беллатрикс, Расальхар Салазар Лестрейндж. Успевший за это время подняться на ноги Харри подошел и протянул младшему Малфою руку: — В этот раз я планирую сделать правильный выбор, — и очень знакомо усмехнулся. Драко автоматически пожал протянутую ладонь, а потом одними губами выдохнул: — Поттер?! — Лорд Поттер в том числе, но я бы предпочел не афишировать эту информацию. Зови меня Харри, это сокращенное от Расальхар. — Если лорд Поттер ты только «в том числе», то есть ещё титулы? — Драко умел очень быстро приходить в себя, особенно если происходило что-либо действительно интересное. — Угу. Лорд Блэк и Наследник Слизерин. — Ты знаешь, я буду звать тебя Салли. Иметь в близких родственниках Салазара Слизерина это намного круче, чем какого-то там Поттера! — Знаешь, Нарси, я сегодня наконец понял, почему ты настолько тряслась над Драко и баловала его, — задумчиво заметил Люциус. — Но нравиться мне эта избалованность от этого знания больше не начала…

***

— Сев, скажи, а почему ты постоянно прячешь руку? — Харри пробило на «поговорить» перед сном. — Даже в ванне и в постели стараешься прикрыть. У меня такое впечатление, что ты даже в процессе… ну ты понял, следишь чтобы её не видно было. — Сладкий, у него там метка Волдеморта. — Так у тебя тоже, но ты так не делаешь, — не понял Харри. Северус показательно отвернулся, делая вид, что его разговор не касается. — Понимаешь, всё дело в том, что я принимал метку сознательно, разделяя идеи Лорда и соглашаясь с его политикой. А Северус считает, что сделал глупость. Уж не знаю, почему он на это решился, но практически сразу пожалел о сделанном. Вот и не хочет никому показывать свидетельство своей глупости. В голосе Люциуса была насмешка, а вот от Северуса тянуло обидой на ситуацию и злостью на себя, причем на Люциуса он не обижался. — Сев, позволь я посмотрю, пожалуйста! — внезапно попросил Харри. Северус, разозлившись ещё больше, молча протянул руку меткой вверх. Харри смотрел на змею, вылезающую из черепа, и в нём поднималась обида за партнёра, который так остро реагирует на свою ошибку. — Ты мне не нравишься, я хочу, чтобы ты ушла, — прошипел он змее на парселтанге. Нарисованная змея повернула к нему голову и ответила: — Хозяин хочет меня прогнать? — Я твой хозяин? — Конечно, ты победил старого хозяина и стал нашим новым хозяином. Ты сказал, что хочешь, чтобы я ушла. — Да, уходи, ты обижаешь моего партнёра! — Как скажешь, хозяин… — с этими словами змейка поднялась над кожей и медленно обратилась в черный дым, забирая с собой и остальную часть рисунка. Дым принял в воздухе форму опять же змеи, которая поклонилась Харри и растаяла. А Харри почувствовал слабость, как от хорошего магического истощения. Придержав любопытство, Северус с Люциусом напоили Харри укрепляющим и не стали мешать уснуть, оставив расспросы на утро. Проснулся Харри полным сил, как будто никакого истощения и не было. Сделав вывод, что быстро восстановиться помогла близость к родовому камню, Харри задумался, будет ли так же на него действовать магия каждого рода, титулы которых на него свалились, или то, что род Блэк он принял первым как-то влияет на возможности восстановления. Первым делом Харри решил узнать, хочет ли Люциус тоже избавиться от метки, и очень удивился отказу, так что Люциусу пришлось объяснять своё решение. — Как я уже говорил, моё решение получить метку было вполне осознанным, так что я её не стыжусь, но дело не в этом. Ещё когда ты рассказывал про все свои титулы, я обратил внимание на формулировку «по праву Победителя», а сейчас вспомнил про неё. Дело в том, что метка это своеобразный вариант вассальной клятвы, а раз ты смог её снять, то значит все обязательства также перешли тебе по наследству от Волдеморта. — Та змея, с метки, сказала, что я победил их хозяина и теперь стал новым хозяином… — Вот-вот. Не думаю, что стоит терять возможность связаться с остальными носителями меток, пока ты не разберешься, как это сделать, не используя имеющуюся под рукой. Кто знает, когда тебе понадобится помощь людей, которые хотя бы должны быть тебе верными. Да и обязательства сеньора перед своими вассалами, увы, никто не отменял, раз уж на тебя эта радость тоже свалилась. — Обязательства перед вассалами? Интересно, входит ли в них исправление несправедливости, в которой я не виноват… — Харри о чём-то очень серьезно задумался, выпав из разговора до самого окончания завтрака. После завтрака он вспомнил о том, что пригласил в гости Гермиону, и сначала обратился к Северусу с просьбой её привести, но получил неожиданный отказ. — Дело не в том, что я не хочу помочь, — остановил начинающуюся обиду Северус. — Но я почти уверен, что за домом мисс Грейнджер присматривают. И, одно дело, когда я появлялся там по поручению директора, и совсем другое, если появлюсь сейчас. Будет безопасней отправить ей портключ, а лучше предложить добраться камином. Думаю, до Дырявого котла она сможет самостоятельно доехать. Харри признал его правоту, но сделать решил по-своему, вспомнив приписку из письма Гермионы про домовика, и уже скоро Кричер вернулся вместе с настроенной на допрос девушкой. _____