Рядом со мной ты будешь счастлив

Дверь таверны скрипит. Шум дождя проникает в помещение, когда Кэйя заходит внутрь. За барной стойкой стоит Дилюк. Как обычно до блеска натирает один из бокалов, переводя взгляд на только что закрывшего дверь парня. Его ранее аккуратная белая рубашка теперь промокла и прилегает к торсу, обрамляя грудь и немного подкаченный пресс. Он проходит, садясь на высокий стул, кладя руки под голову, а после поднимая уставший взгляд на Рагнвиндра. И всё равно улыбается. Снова. Хозяин таверны недовольно на него смотрит, но ставит рядом только что приготовленный бокал Полуденной Смерти. Его раздражает Кэйя. Постоянно такой весёлый, хотя, казалось бы, он до нитки промок, да и работа, видимо, подводила, учитывая усталый взгляд и новую тонкую рану на правой щеке. - Господин Дилюк, как дела на винокурне? - пытается начать диалог рыцарь. - Сэр Кэйя, пейте и уходите. Не ваше дело, как я живу. Советую слушать то, что я говорю или лично выгоню Вас отсюда. - Да, господин, - хохотнул Альберих, хотя в его глазах нельзя было не заметить проскользнувшую нотку разочарования. Алкоголь приятно обжигал, согревая. Капитан Кавалерии всё ещё улыбался, смотря на то, как бармен отправляет очередной коктейль на раздачу. Он привык. Привык слушать слова винодела, зная, что они не пустые. Вспомнился холод. На улицу выходить не хотелось. Ностальгия накрывала с головой, заставляя напоминать себе о давних обидах. Однако, бокал стоял полностью пустой, а Кэйя до сих пор не покинул заведение, чему Дилюк был явно не рад: - На выход. Альберих был похож на брошенного котёнка, которого без повода выкидывают из дома. Просто так, потому что захотелось. Конечно, он винил себя и знал, почему названный брат так поступает, но напоследок счастливо посмотрел на Рагнвиндра, разворачиваясь и покидая таверну. За пару секунд до того, как дверь с громким хлопком закрылась, Полуночный Герой увидел, как опустились чужие плечи, и руки убрались в карманы, сменяя походку на разбавленную запинками, а радость на лице непроглядной безэмоциональностью. * * * Ночью Дилюк всё же решил вернуться на винокурню, ведь завтра там его ждала огромная куча работы, а добираться туда утром попросту заняло бы слишком много времени. Всё бы ничего, если бы на одной из скамеек у выхода из города он не заметил лежащего как попало синеволосого парня. Волосы спутались, превращаясь в нечто, похожее на мочалку, а одежда была наполовину порвана, везде виднелись следы недавней драки, ранами покрывая чужую смуглую кожу. Тут же подбежав, Рагнвиндр нервно нащупал пульс. Живой. "Какого черта ты вечно попадаешь во всякие передряги? - он пытался растормошить лежащего без особых признаков жизни Кэйю, но тщетно, - и куда тебя? Я даже не знаю, где ты живешь. Оставить здесь не могу, не усну потом. Бездна. Ладно, не думаю, что ты мне спасибо скажешь, если я отнесу тебя в Ордо Фавониус, - он перекинул тело капитана через плечо под его тихие возражающие постанывания, держа, чтобы тот не упал, - если утром ты хотя бы один раз сморозишь очередную глупость, я выкину тебя из дома в моменте. - пообещал себе винодел, случайно создавая из своих мыслей каламбур, чуть позже удобнее перехватывая парня и выходя из уже заснувшего в сладком сне города. * * * Первое, что почувствовал Альберих утром - боль. Она разливалась по телу, пронзая суставы, но капитан на это особого внимания не обращал, давно привыкнув к подобному. Гораздо больше его удивило то, что он увидел, открыв глаза. Стоп, глаза? Он не чувствовал давления повязки, привычно закрывающей правый глаз. Странно. Потолок. Он явно не дома. Знакомые узоры покрывали алые стены, впереди стоял красивый стол, возможно, из ели, за которым сидел никто иной, как сам Рагнвиндр младший. Взгляд его красных глаз быстро скользил по каким-то бумагам, видимо, проверяя что-то. - Не думал, что сам Полуночный Герой заберёт меня к себе и столь бережно перевяжет, - в своей максимально обычной манере попытался сказать Кэйя, смотря на бинты, наложенные на все его ранения, однако немного охрипший голос и явно натянутая глупая улыбка подводили. - Ты у меня в долгу, - яркие глаза теперь смотрели прямо в душу, не скрывая презрения, но Альберих продолжал не отводить взгляд, только теперь сел полулёжа, снова расслабившись. - Я всегда был у тебя в долгу, - ответил Кэйя, давая грусти, накопленной за всё прошедшеее время, полностью объять его взор, заставляя винодела вновь уткнуться в бумаги. Что было хуже всего - капитан продолжал улыбаться. - Не мешай мне работать. Как только оправишься - сразу пойдёшь домой. - Конечно, Люк. Обещаю.. * * * Опять повторяется. Снова. - Это всё ты! Ты во всём виноват. - Нет, я... - Предатель. Сдохни! Ненавижу тебя, ты мне не брат! - Дилюк! Дилюк стой, послушай.. - в горле ком, в теле слабость. - Нет. Ты мне никто. И ты умрёшь прямо сейчас. - Дилюк... Удар. Вспышка. Пустота. * * * - Кэйя, - сквозь мутную пелену и мрак, он снова слышит этот голос, с каждой секундой становящийся чётче, - тш-ш.. Всё хорошо. Всё в порядке. Я здесь. Глаза разлепляются, видя перед собой сидящего рядом парня, который мягко гладит чужие волосы, взгляд прикован к лицу Альбериха, пытаясь уловить малейшее изменение эмоций. По щекам ранее спящего плавно текут слёзы, которые капитан тут же смахивает руками, будто не веря, что перед ним правда его названный брат. - Мне жаль, - бормочет Кэйя, садясь, - я отвлёк тебя от работы? - он знает, что нет. Шутка. За окном сгущаются сумерки, появляются первые звёзды. Рыцарь бы очень хотел, но нет сил улыбнуться. Пустые глаза смотрят в чужие, алые, будто драгоценные рубины. Лучшее, что капитан видел, кажется, за всю свою жизнь. - Держи, - Рагнвиндр подает ему тарелку овощного супа, не убирая руку от волос, и игнорируя заданный парнем вопрос, - чтобы съел всё, ясно? - более серьезно говорит он, освобождая синие волосы, но не уходя. Просто продолжает сидеть, смотря в пол и слушая, как быстро стучит ложка о дно тарелки, незаметно этому улыбаясь. Когда Кэйя подает ему пустую посуду, он ставит ее на стол, подходя к шкафу и доставая из него что-то. Возвращается уже с расческой. - Развернись. Ничего не говоря, Альберих исполняет просьбу, поворачиваясь к виноделу спиной. Он тоже залезает на кровать, начиная разделять чужие волосы на прядки, аккуратно проводя по ним рукой, распутывая. Капитан на это умиротворённо выдыхает, полностью чувствуя себя в безопасности рядом с "таким" Дилюком. В воздухе витает приятный аромат сесилий, любимых цветов рыцаря. Они стоят на прикроватной тумбе, исчезая в, кажется, кварцевой вазе, покрытой необычным орнаментом. Так проходит еще какое-то время, пока Кэйя не решается снова спросить: - Люк? - М? - Спасибо, что не бросил меня вчера, - он выдержал небольшую паузу, всё же решив продолжить, - я бы хотел поговорить с тобой, но ты всегда отказываешь мне. Прошу, просто выслушай, а потом можешь делать, что хочешь, - последний расчесанный локон водопадом лёг на спину Альбериха, скрывая пахнущие спиртом бинты, - я не буду тебя останавливать. - Ладно. Говори. - незаметно хмурясь пробормотал названный брат. Получив разрешение, Кэйя начал: - Я из Кхаэнри`ах, ты прав, я говорил об этом. Но ты не дал мне сказать самого главного: я уже давно выбрал сторону и очень привязался к тебе, Дилюк, просто хотел, чтобы ты знал правду. Я полюбил Мондштадт всей душой, как и тебя, к сожалению, даже больше дозволенного.. - он прервался, немного поникнув, - мне постоянно снится, как ты кричишь о том, что я предатель. Но я никогда не хотел предавать тебя, поверь. Я не хотел, чтобы так вышло, слишком сильно ценил тебя, этот дом, людей, живущих здесь... Ты можешь убить меня, если хочешь. Но сделай это прямо сейчас. Я устал, слишком устал от этого кошмара, устал от того, что ты меня презираешь. Мне плохо, но я молчу, я должен молчать... - Кэйя, тс-с... - Рагнвиндр положил голову на чужое плечо, обнимая сзади, - если считаешь, что говорить - не для тебя, давай я скажу, что думаю, - он положил свои руки на запястья капитана, собираясь с мыслями, - ты тоже прости меня, как бы глупо это сейчас не звучало. Мне жаль, что так вышло, но твоя смерть явно никому ничего хорошего не принесёт. Если бы я хотел.. этого, оставил бы тебя вчера в Мондштадте. Наступила тишина. Винодел сел к изголовью кровати, приглашая Альбериха в объятия, на которые тот ответил, слабо улыбаясь. Из окна открывался вид на виноградники, окутанные светом давно уже плывущего по небу серебряного серпа. - Знаешь, луна сегодня красивая. - Ха-ха, не староваты ли Вы для таких признаний, мастер Дилюк? - рыцарь поднял голову, заглядывая в глаза напротив, - хочешь стать для меня чем-то бо́льшим? - Возможно. - Теперь мы сладкая парочка или что-то вроде того? - Я вырву тебе язык, Кэйя. Ты опять испортил момент. - Ох, извините, не хотел. Могу я загладить вину? - он пригласительно провел языком по сухим губам винодела, в ответ получая руки на своей спине и на удивление нежный, но долгий поцелуй, который казался до боли правильным и желанным. Однако, через пару мгновений от него всё же отстранились: - Ты уверен? Не забывай, у тебя большое количество ран на теле. - Я никогда не был уверен в чём-то больше, чем сейчас. Я не ваза, не разобьюсь, - хихикнул Альберих, вновь припадая к чужим губам, начиная снимать с названного брата серый пиджак и расстегивать рубашку. Рагнвиндр стянул с капитана всю оставшуюся на нём одежду, кинув ее на пол, не обращая внимания на её дальнейшее местоположение. Поцелуи перешли на шею, пока Кэйя оседлал бедра Дилюка, изредка потираясь об его возбуждение. Через пару минут оба были уже полностью обнажены, томно целуясь и тихо постанывая, когда их члены потирались друг о друга, оказывая такую нужную на тот момент стимуляцию. Винодел притянул капитана ближе, оказываясь на уровне его груди, вбирая в рот один из сосков, второй осторожно массируя пальцами. Крио мечник вплёл свои пальцы в чужие алые волосы, изредка оттягивая, растворяясь в будоражущем сознание удовольствии. - Дилю-юк..мх.. Хватит дразнить меня. - Какой нетерпеливый. - Я на тебе ещё отыграюсь за такие слова. - Посмотрим. - он открыл первый ящик прикроватной тумбы, выхватывая оттуда бутылочку душистого масла и выливая немного на свои пальцы, обводя сжимающееся колечко мышц парня, после входя всего на одну фалангу. Особого дискомфорта Кэйя не ощутил, поэтому продолжил самостоятельно насаживаться и уже через несколько минут его растягивали два, а потом и три пальца Рагнвиндра. Нащупав чувствительную точку, Дилюк слабо нажал, заставив нависающего над собой парня выгнуться дугой. - Ещё... Винодел повторил действие, слыша сверху едва сдавленный стон. Однако, вскоре руки рыцаря сжали его собственные, отстраняя. Альберих спустился ниже самостоятельно насаживаясь, помогая себе одной рукой. Внутрь вошла только головка, но ощущения уже были лучше, чем он мог предположить. Красноволосый пару раз нетерпеливо толкнулся вверх, вызывая этим несколько несдержанных стонов и недовольный взгляд капитана, после чего тот рывком полностью опустился на чужой член, едва ли не вскрикивая. - Бездна, Дилюк.. Это слишком хорошо...мгм.. - Куда же делась вся Ваша уверенность, Сэр Кэйя? Вы, помнится, обещали отыграться на мне, не так ли? - надменно спросил он, в руках сминая чужие ягодицы, но взгляд всё ещё оставался неизменно нежным, сразу выдавая реальные мысли. Оставляя вопрос без ответа, названный начал неспеша двигаться, смотря на затуманенные пеленой возбуждения алые глаза-рубины, понимая, что свои выглядели не лучше. Увидев, что Альберих постепенно устаёт, Рагнвиндр быстро подмял его под себя, начиная вбиваться, и оставлять багровые метки на ключицах капитана, кусая и тут же зализывая, как бы извиняясь без слов. Признаться честно, Кэйе было на это далеко плевать. Сознание уже давно утекло куда-то вместе с выдержкой, поэтому всё, что он мог - громко стонать, ловя чужие губы, смазанно целуя и прижимая к себе ногами, обхватив бёдра Дилюка. Тот, чувствуя скорое приближение разрядки, завёл потянувшиеся к отчаянно требующему внимания члену руки рыцаря тому за голову, свободной рукой успокаивающе поглаживая напряженный живот. Спустя несколько движений, Альберих излился, простанывая чужое имя, обнимая заканчивающего внутрь винодела. Рагнвиндр вышел, падая рядом, пытаясь отдышаться и слушая тихое сопение любовника рядом с собой. Он взял руку парня в свою, переплетая пальцы и накрывая обоих мягким пледом, унося их в теплые объятия безмятежного царства Морфея. * * * Проснулся Кэйя один, но никакого дискомфорта не чувствовал. Вылезая из под одеяла он заметил, что был в синего цвета одёжке и никаких следов прошлой ночи - кроме болящей поясницы и постепенно синеющих засосов - на нём нет, на что он мягко, впервые за долгие годы, искренне улыбнулся этой вечной заботе Дилюка, о которой никто, кроме самого Альбериха даже мечтать не может. Дверь открылась, в неё вошел Рагнвиндр в явно большой ему и очень милой пижаме. - Ты себя видел? - по-детски рассмеялся капитан, жмурясь и переводя взгляд на тарелку и кофе в руках парня. - И тебе доброе утро, - устало пробубнел винодел, окидывая взглядом всё ещё сонного, но уже пытавшегося пошутить Кэйю, - я принёс завтрак, - он подал рыцарю кашу и тёплый напиток, садясь рядом. - Ты уже поел? - Скажу больше, я успел отправить весточку в Мондштадт, чтобы магистра предупредили о причине твоего отсутствия. - Джинн меня убьёт, - устало выдохнул Альберих, продолжая есть. - Всё может быть. Однако, без шуток, мы теперь пара? - Ага, - не смущаясь ответил ему капитан, - мой парень - самый горячий и сексуальный человек в Мондштадте, которого хочет каждый второй. - Кэйя! Я не шучу, я правда вырву тебе язык! Рыцарь взорвался смехом, защищаясь от мягких поцелуев, которыми Рагнвиндр начал покрывать его лицо, забирая тарелку и толкая того на подушки. Дилюк лёг рядом, смотря в столь родные глаза-океаны - единственное, в чём он мог раствориться, отдавая себя целиком. Он любил, обожал эти глаза, этот голос... всё, что связано с Альберихом. И он защитит его, чего бы это не стоило. Такого открытого, наконец счастливого Кэйю.