Глава 28. Совет оборотней
3 января 2023 г., 19:54
Прошло достаточно много времени с того момента, как я превратился впервые в волка, и скоро должен был наступить час, когда наша стая выдвинется в поход по нахождению пути к Светлому Камню Совета Оборотней. На самом деле никакого камня там нет. Само название «Камень» произошло от прозвища основателя первой стаи оборотней. Светлым же он стал благодаря собраниям потомков на могиле предка. Теперь его тело хранится под землей, а на нем построен небоскреб, где нам придется жить весь период собрания оборотней. Там же я пройду обряд посвящения в свою стаю, встречусь с отцом, матерью… Я не мог не радоваться, но Серега был хмур. Он волновался за его результаты на испытании при посвящении. По его мнению, его могут не признать, потому что он перенял техники вампиров, но Астрид сказала, что это достаточно спорный вопрос. Техники ведьм общество приняло, возможно, примет и что-то от вампиров. Тем более Серега не виноват, что попал в плохие руки.
В эту ночь я не спал, Эллион долго не могла меня уговорить лечь, и даже полежав, я не смог поспать. Все смотрел на звезды и думал, какие у меня родители, как там Дашка, Рей… Казалось, она появилась на миг и пропала бесследно. Наверное, Темный шиповник позаботился о ней, ведь она состоит в Совете не только стаи, но и Оборотней. Может Рей сможет замолвить за нас с Серегой пару словечек?
— Федор, поторапливайся, — услышал я недовольный голос Диего, — через час выдвигаемся.
— Уже? — спрыгнул я с дерева.
— Да, Совет уже собирается, у нас есть пара дней, чтоб вернуться в город. И забери своего дружка из озера — реально стремно видеть торчащую его голову посредине спокойной водной глади. Он там как крокодил притаился.
— Ох, да, сейчас, — спохватился я.
Всмысле в озере? Серега же ненавидел воду! Я поторопился к источнику, а там уже по скользким камням, сняв ботинки, попрыгал к краю озера. И вправду, посередине озера торчала светловолосая голова с проницательными голубыми глазами, которая таращилась на тебя из воды, как голодный крокодил. Меня даже немного передернуло.
— Серега, а ну вылазь давай! Хватит всех пугать таким видом! — прокричал я, надеясь на то, что меня услышат.
Пару цапель поднялись в воздух. Серега же оставался неподвижным, лишь пара пузырьков всплыли на поверхность рядом с его ртом.
— Хватит там сидеть, водяной! — старался не смеяться я, — Нам пора к Камню!
Эта новость уже подействовала. По глади воды пошли небольшие волны, а голова Сереги покачивалась в медленных и расслабленных движениях рук и ног. Когда же он полюбил воду. На берег вышел полуобнаженный Серега, и тут я увидел странные рисунки от шеи до руки. Татуировки? Он казался мне слишком примерным парнем для такого.
— Почему ты так смотришь на меня? — фыркнул Серега, отряхиваясь.
— Откуда у тебя эти татуировки?
— А у тебя их нет?
Этот вопрос поставил нас обоих в тупик. Всмысле есть они у меня или нет? При чем тут я?
— Они появились, когда я перевоплотился, — пояснил брат, — я думал у тебя тоже такие есть, у всех вас…
— Нет, во всяком случае у меня таких нет, — почесав затылок, я продолжил, — У Хариуса и Астрид тоже нет.
Мои уши слегка покраснели, когда я вспомнил прекрасный день с моим проникновением в их спальню. Дверь бы хоть на ключ закрыли тогда! Сейчас же Серега был немного в замешательстве. Совсем недавно он был у вампиров, которые были явно против оборотней, всеми силами Яна пыталась превратить волка в кровососа. К счастью, Серега не питал страсти к крови, а мех свой ему очень нравился. Часто можно было заметить, что в палатке он спит перевоплотившись. Получался среднего размера комок шерсти, но очень мягкой и теплой. Иногда моему брату приходило в голову встать посреди ночи и отправиться куда-нибудь в глушь леса. Там он смотрел на звезды, примостившись на каком-нибудь высоком камне. И все же он очень изменился. Из-за новой сущности или из-за Яны? На этот вопрос, думаю, Серега сам не знал ответа.
— Пойдем, я хочу посмотреть в глаза отцу. — процедил Серега и какой-то угрожающей походкой пошел к лагерю.
Стоит ли злиться на отца, который бросил нас на окраине того бедного городка? Родителей нельзя осуждать или обвинять, они всегда делают все на благо детям. Наверняка, и у наших родителей были основания оставить нас в человеческой среде. Если мы — велики последователи рода оборотней, то нас бы нашли и убили где угодно, но не искали бы среди людей. Для оборотня очень сложно расстаться со своим ребенком, потому что у него развито чувство стаи, чувство теплого окружения, желание дарить кому-то заботу. Если оборотень не будет их удовлетворять, то он станет злым волком с глазами, налитыми местью. Серега был тем оборотнем, который этого не понимал, также он не знал о последствиях его отчужденности. Прочитав сотню книг по психологии оборотней в библиотеке госпожи Василины, я решил, что буду углубляться в сознание, так разовью в себе способности. В свободное время мне удалось успокоить душу умершей сестры, теперь ее не беспокоят холодные ночи, и она не плачет от громкого грома и скрипа снежных сосен.
Прошло немного времени, и мы со стаей отправились к Совету Оборотней. Путь предстоял долгий. Почти две недели, поэтому наше путешествие я особо описывать не буду.
Было достаточно скучно. Мы не проходили мимо поселений с разными стаями, двигались тихо и только в известном одному Хариусу направлению. Астрид с нами не пошла, она отправилась к своей стае. Теперь было немного грустно, как никак она была моей лучшей подругой, я не представлял стаю без нее. Но у Астрид была веская причина, чтобы отлучиться.
Ровно через две недели мы оказались в огромном городе, который кишил оборотнями. Здесь были представители разных стай, но преобладали в основном те, чьи стаи состояли в Совете. Странным для меня показалось то, что здесь я не встретил никого из нашей с Серегой стаи, ведь Темный Шиповник имел достаточно большое влияние. Интересно, а Рейчел уже нашлась? Мысли быстро летали у меня в голове, как оборотни в этом городе. Высокие здания сводили с ума, но что было странным — здесь не было транспорта. Ни машин, ни самолетов, ни автобусов — ничего. Майкл мне сказал, что оборотню эти человеческие штучки ни к чему — у оборотней есть лапы, чтобы передвигаться.
Здесь существа выглядели немного отчужденными, противоположными друг для друга. Все зависели от принадлежности к стае. Когда мы с Серегой зашли в город, то встретили странного старика. Я чувствовал что-то знакомое, но это явно был человек не из нашей стаи — на Серегу этот старик не произвел никакого впечатления. Голубые глаза незнакомца как будто что-то хотели сказать мне, но так, чтобы я все понял сам, без вопросов, просто посмотрев в них. Тогда я решился подойти к этому старику и сказал что-то странное, что сам от себя не ожидал.
— Я тот, чья душа может жить на земле и на небе.
— Ты будешь первым, — кивнул незнакомец и представился, — Карл Беккер, ты теперь знаешь, к кому идти.
Старик оставил меня в раздумьях и пропал. Что-то странное творилось у этого Совета. Хариус наблюдал за нашим с Карлом разговором, и по взгляду рыжеволосого я понял, что он знает этого человека и очень рад, что мы с ним познакомились. Странно, что я сам не понимал, для чего мне это знакомство.
Пройдя по серо-голубым клочкам Тихой улицы, мы завернули за очередной небоскреб, и я увидел то, что никогда не ожидал увидеть. Перед нами было огромное здание, не похожее на остальные постройки в городе, чем-то оно напоминало Вавилонскую башню с тысячами окон и многочисленными этажами. Все здание светилось неоновыми лентами и странными надписями, которые издали было невозможно рассмотреть. Но позже я прыснул со смеху, когда понял, что все, чего я так боялся, это были яркие вывески на разных языках местных кафе и встроенных в это здание ресторанов. Хариус явно прочитал мои мысли и улыбнулся, сверкая загадочно своими изумрудными глазами.
— Нам стоит пройти на 103 этаж, — прокомментировал Хариус, — там мы сможем отдохнуть и зарегистрировать Сергея и Федора на испытание.
— Испытание Совета? — уточнил брат.
— Верно, — кивнул Хариус, — ты уже слышал о нем?
— Мне сказала о нем в двух словах сестра, — фыркнул Серега, — оно не произвело на меня особого впечатления.
— Не стоит недооценивать Совет, — в свою очередь сказал рыжеволосый, — на вид все может показаться простым, но всегда есть подвох. Будьте готовы к тому, что вас могут и убить, если вы не понравитесь Совету.
Я нервно сглотнул. У сереги же не было никакой тревожности, лишь легкая злость, которая выражалась в необъяснимой неприязни к Совету. Я же испытывал больше страх, чем какую-либо ненависть. Власть Совета в таком огромном городе пугала и восхищала одновременно, для меня они становились чем-то недосягаемым, неизведанным и божественным. Серега же считал членов Совета обычными оборотнями, в какой-то части он был прав, но все же ему не помешало бы иметь хоть каплю уважения перед сильнейшими.
Когда мы приехали на 103 этаж, мои глаза распахнулись от увиденного простора. Данный этаж был чем-то похож на гостиницу. Толком я не понял, где нахожусь, но следовал за Хариусом, который во всей этой толпе плавал как рыба в воде. Диего и Майкл отошли куда-то в сторону, думаю, они нашли кого-то из своей стаи. Хариус же позаботился о нашем с Серегой ночлеге и взял из регистратуры двухместный номер. Рыжеволосый хотел навестить Астрид и свою семью, полагаясь на защиту этой огромной многоэтажки. Как правило, все, кто находится в этом «отеле», неприкосновенны и индивидуальны. До испытания, как оказалось, был еще месяц, поэтому я со спокойной душой отпустил Хариуса к семье и решил заняться «воспитанием» Сереги. Конечно, я не забыл осмотреть наше место ночлега, мне не понравились запахи лаванды в номере, но здесь было достаточно просторно. Что было странно — брат предупредил, что лунатит во сне, поэтому мне не стоит пугаться его прикосновений ночью. Звучало для моих ушей очень пошло, но посмотрев на Серегу, я понял, что парень ничего плохого не имел в виду и все говорил из хороших побуждений. Меня радовало, что у брата было уважение ко мне — как никак я спас ему шкуру в том лесу. Но нам предстояло еще целый месяц провести вместе, поэтому вечером я уже прикинул в голове время и место тренировок, а еще мне очень хотелось еще встретиться с тем дедком из города. Уж очень он выглядел загадочным и до слабой дрожи в сердце знакомым.