Нарру?!

- И как давно ты вернулась в Сеул? – спрашивал грубый мужской голос, доносившийся из маленького сенсорного телефона фирмы «BlackBerry», - Неужели нельзя сообщить собственному отцу, глупое ты дите? Я нервно теребила одной рукой край темно-синей рубашки, а второй держала ту самую ужасно дорогую заразу, именуемую «телефоном». Нервно покусывала нижнюю губу, а в голове было лишь одно: «Лишь бы не застукали!». Время от времени, останавливала длинную речь отца насчет моего нервничающего брата и как хрупки отцовские нервишки, для того, чтобы прислушаться, не идет ли кто? - Па-а-а, прекрати, - начала возмущаться я, - Меня не было всего лишь два дня. И как бы я тебе позвонила? А если бы кто увидел? Мм? По ту сторону связи послышался глубокий вздох отчаянья. К сожалению, ни я, ни отец, ни мой брат, никогда не привыкнем к моему же образу жизни. Двойной жизни, где я в один момент хладнокровная и высокомерная, а в другой – ничего не понимающая и вечно позитивная. Хотя, отец говорит, что я ужасно наивна. И в чем это выражается? - Почему ты не можешь нормально говорить со своими родными на публике? Тебя, что, зарежут? Не понимаю, - все такое же отчаяние звучало в его тоне. Я устало посмотрела на себя в зеркало. Оттуда на меня смотрела двадцатилетняя кореянка с красивыми ореховыми глазами. Отец говорит, что глаза у меня от матери. И именно за это я их и не люблю. Пусть они и кажутся очень необычными и интересными. Волосы же у меня от папочки, ведь они черные с красным отливом, а у «мамы» - иссиня-черные. Черты лица весьма неплохи. И, несмотря на то, что я чистокровная кореянка, у меня маленький носик и пухлые губы, совсем как у папы. Той же носик, линия губ, и даже брови. Правда, черты у отца немного женские, но это ему к лицу. А насчет мамочки, то кроме глаз, мне еще и уши ее достались, но они все время прячутся под волосами. И на этом я довольна. Не хочу иметь ничего общего с этой… кукушкой. Женщины, которые бросают собственных детей, не достойны зваться матерями. Они – ничтожества и для них нет оправдания. И никогда не будет. - Па-а-а, ты же сам все прекрасно понимаешь. Прекрати меня мучить. Пожалуйста! – это уже больше походило на хныканье. Отец вновь вздохнул. В коридоре послышались громкое цоканье каблуков. К гримерке, где я зависла, стремительно приближались, что не на шутку пугало. - Мне пора, - шепотом протараторила я, - Люблю вас! Папочка же не успел и полслова произнести, как я положила трубку. Принимаю существенную великой и эгоистичной актрисе и делаю вид, будто клацаю что-то на телефоне. Дверь распахнулась так, что было впечатление, что она сейчас слетит с петель к чертовой матери. - Кан СэХи! – орала двадцатилетняя блондинка, - Какого черта ты отказалась участвовать в той программе? Это шоу принесло бы тебе еще больше славы! Я презрительно фыркнула. Больше славы? А зачем мне это? - МиРи, ты сама понимаешь, что ты говоришь? – спросила я ее весьма холодно, - Ты знаешь, кто мой «жених»? Девушка развела плечами, мол: «Неа». Да и откуда ей знать? Красивая, модная и самоуверенная Хван МиРи. Дочка токийского миллиардера, которая САМОСТОЯТЕЛЬНО, без чьей либо помощи, выбилась в люди. Все дорогие шмотки на ней – это ее вещи. Не купленные за отцовские деньги, а за ее честно заработанные купюры. Даже трехкомнатная квартира в центре Сеула – это также ее кровно заработанные денежки. И это при том, что она работает переводчиком и менеджером. Да-да, на двух работах. В одном и том же здании. YG family. Внешностью девушка, конечно, сильно выделяется. Белоснежные волосы, белые контактные линзы, под которыми скрываются серые глаза, не огромный, но и не маленький, носик и высокие скулы. Бледные, почти незаметные губы, которые лишь немного выделялись, она все время подкрашивала персиковым блеском. Ресницы всегда красит черной удлиняющей тушью из-за того, что они короткие. А больше, кроме блеска и туши, ей косметики и не надо. Все свое, так сказать. Одевается всегда со вкусом. На любой случай жизни: будь то светская вечеринка, будь то поездка в деревню. И даже сейчас, она словно с обложки журнала. Деловой костюм: черная юбка-карандаш, серый пиджак и черная блузка. Серые лакированные туфли на пятнадцатисантиметровой шпилке. На них не было никаких примочек, но краткость – сестра таланта? Так, вроде бы… - Понимаю. Ты читала комментарии на сайте шоу? Мм, дайка вспомню, - она коснулась указательным пальцем к верхней губе, - Что-то типа: «А может она не той ориентации?» или еще «Она настолько некомпетентна, что даже притвориться влюбленной не может? Тогда почему эта «актриса» еще здесь?». Хороши отзывы, не правда? И еще одно: если ты позволишь людям и дальше так думать, то я знать тебя не знаю. МиРи обиженно поджала губки и демонстративно отвернулась. - Черт, МиРи! Вот только без этих вот приколов, окей? – кроме нас с подругой, в гримерке не было никого. Почему бы не позволить себе быть открытой? Кстати, «окей» приелось еще с Америки, когда я только дебютировала. Только вот, не приведи Боженька, чтобы это «окей» просочилось в прессу. Весь имидж коту под хвост. Хладнокровная стерва – стиль, который присучил мне президент Ян Хен Сок. А точнее, у него сложилось такое первое впечатление обо мне. Очень приятно было услышать такое о себе. - Ты будешь участвовать в «Молодоженах», ведь твоя верная слуга Хван МиРи уже отослала письмо главному о твоем согласии. Если откажешься, то потеряешь треть фанатов и прославишься как самая натуральная ледышка, не способная сыграть столь простую роль. А так, сама подумай! Прославишься еще больше, - начала загибать пальцы девушка, - охмуришь известную персону, переманишь часть фанатов. Нет, ты и так чертовски популярна. Мировой уровень – это вам не шутки, но сама подумай, в каком восторге будут люди, увидев своего кумира с другой стороны! - Во-первых, ты болтушка, а во-вторых – мне нафиг не надо охмурять кумира, в-третьих – ты труп! Какого черта ты это сделала? Почему нельзя спросить меня? – взорвалась я. И тут-то вспомнила, что нас кто-то может услышать, прошествовала к двери, открыла ее, посмотрела. Никого. Отлично. Блондинка презрительно хмыкнула. - Ради твоего же блага! Кстати, ты еще долго будешь здесь возиться. Съемки клипа вот-вот начнутся. Дракоша в не себя от злости. Кричит: «Где она шляется?». И за это успел получить по шее от СынХена. Последний в своем костюме, между прочим, просто милашка! Опять она лепечет о своем ТОПе. Надоела. - Прекращай уже эти сопли. Нравится? Признайся. Что ты тянешь кота за хвост? – и тут сероглазая рассмеялась. - Знаешь, очень странно видеть тебя… нормальной. Не ледышкой. Я закатила глаза, а затем нагнулась, чтобы поправить шнурки кед. К счастью, в клипе мне предстоит сниматься в моем любимом стиле. Темно-синяя рубашка, черная байка, короткие джинсовые шортики и черные кеды с железным черепушкой на носке. - Ты готова? – спрашивает подруга. И почему я не умею долго злится на нее? А как она умеет темы переводить! Прям мастер. Решила переписать первые главы. Простите за беспокойство!)