Гравитация

      Бег электронов по вечному кругу

Разные вещи тянет друг к другу,

А мы почему-то движемся в разные стороны.

Не то чтобы Мин Юнги действительно был бессердечным. Он вполне мог любить, просто ему тяжело проявлять свои чувства так, как от него этого ожидают. Он не мог обнимать свою девушку (или парня) в общественных местах, ходить с переплетёнными руками и заниматься прочей ерундой. Иногда, когда он был сильно занят, Юнги просто говорил «отстань» и это, скорее всего, слишком раздражало его партнёров. — Не то чтобы я сильно страдал, но.. Но фу такими быть. Я действительно стараюсь и я действительно хочу, чтобы меня понимали, окей? — возмущается Мин, махая по сторонам своей картошкой фри, будто это придаёт весомости его словам. — Ты вполне виноват в том, что тебя бросают. — говорит Джун, за что та самая фришка летит в него. — Эй! Я просто говорю то, что думаю. Когда люди вступают в отношения, то они ожидают внимания, а ты уделяешь его больше нам и своей работе. Юнги с невозмутимым видом тянется к своему кофе и делает глоток. Намджун смотрит на Джина, который в это время воровал у него наггетсы, и с шумным вздохом требовательно переводит взгляд на Мина, с явно читающимся «скажи-ему-что-я-прав». — Намджун прав. — наконец-то до Джина доходит послание. — Ты много времени проводишь в студии. Слишком много. — Ким вздыхает под пристальным взглядом Юнги, а-ля «ну и чо?». — Ещё ты посылаешь своих партнёров просто так. — Ну и чо? — в этот раз отзывается Чимин, мирно попивающий свой зелёный чай. — Мы же все привыкли, с чего бы и этим «особенным» личностям не привыкнуть? —Вот-вот. — поддакивает ему Мин, натягивая капюшон своей толстовки так, что половину лица становится не видно. — Может я с вами из-за того, что вы не считаете себя особенными лишь потому, что я с вами. Они думают, что я буду паинькой с ними. — секундное молчание. — Ебать. — Оригинально. — произносит Чимин и даёт пять Юнги. — Ладно, я в туалет. — бросает он и встаёт из-за стола. — Ты Чимина любишь больше, чем Сохён.— произносит Нам. Джин ему агакает и утаскивает ещё один наггетс. — Пак просто самый лучший из вас. — заявляет Мин, а после секундной заминки как-то неуверенно добавляет: — Уж лучше бы я с ним встречался, чем с Сохён. Хотя, возможно, проблема заключалась в том, что Пак Чимин уже некоторое время нравился Юнги.

🌌🌠🌌

Через неделю, во время очередной посиделки с просмотром кино, Сохён звонит, и почему-то Чимину (а, точно, Мин Юнги отключил звук и забил на свою девушку). Пак, выслушав недовольство девушки, несколько раз пожаловавшись по поводу поведения её парня, передал ему телефон. Тэхён даже поставил фильм на паузу, а Чонгук заставил всех замолчать, после чего Хосок скомандовал «ставь на громкую». А Юнги хоть и закатил глаза, поступил как последний мудак, поставив звонок на громкую. —… и ты, Мин Юнги, бесчувственная скотина, который ни разу свою девушку на свидание не сводил. — да, Юнги такой. — О, зато ты пишешь в три ночи, чтобы поесть и посмотреть ночную рекламу. Придурок. Надеюсь мы с тобой больше не встретимся. — Ага, я тоже. Прощай. — спокойно произносит он и тянется к телефону, чтобы сбросить звонок. — Ну ты и мудила. — вроде и шутливо, а вроде и серьёзно говорит Тэ. Мин лишь соглашается, протягивая руку к пачке с чипсами. — Не думаю, что кто-то бы мог выдержать отношения с Юнги. — говорит Сокджин. — С чего бы? — возмущается Юнги, с замершей рукой с чипсами на пол пути к его рту. — Я уверен, что смогу это сделать. — отвечает Чимин, на что получает удивлённые взгляды всех. — Что?! Я, конечно, понимаю, что Юнги не сахар, но... — Чимину не дают договорить. — Спорим? — вклинивается Намджун, за что получает одобрительный взгляд самого старшего. — Спорим. — отвечают одновременно Мин и Пак. — Так… — Тэхён улыбаясь смотрит на юнминов, а затем поворачивается к Чонгуку, из-за чего оба начинают хихикать. — Вы теперь официально парочка? — Думаю, что да. — отвечает Чим. — Или нам стоит начинать не сегодня? — он поворачивается к Мину. — Хё-ён. — Ага. — отвечает Юнги. — Я и Пак Чимин теперь официально встречаемся. — слишком уж незаинтересованно произносит он. И как бы всё выглядит так, будто Юнги вообще всё равно, но сердечко его несколько раз пропустило удар, пока он объявлял всем, что теперь с Чимом в отношениях. И, хах, если бы его спросили, что он чувствовал в тот момент, когда подписался на отношения с Паком, то он бы ответил «Голод. Я был голоден.». Ну, просто потому что это Мин Юнги, который привык к грёбному сарказму. Кстати о Чимине. Чимин теперь просто прикасался к Юнги. Ну, всмысле, он и раньше это делал, конечно, просто теперь он не боялся делать это (Юнги обычно говорил на это « Бляха, Чимин, ну кто тебя просит? Я разрешал, а? », но теперь-то есть хоть какое-то разрешение, в виде нарисовавшихся отношений). А ещё он уточнил у Юнги про три часа ночи и блинчики, на что получил утверждение. «Ладно, хён, если что, то я готов смотреть рекламу в три часа ночи или играть с тобой в настолку» — насмешливо тогда ответил Пак, но потом добавил, мол он серьёзно, и у старшего тогда сердечко, честно говоря, затрепетало.

🌌🌠🌌

02:41

Мини-Чиминни Хён, ты представляешь, я только закончил работать: (( Вы Ну, ты можешь прийти и посмотреть со мной дерьмовый фильм

02:45

Мини-Чиминни … Ты серьёзно не спишь? Вы Как видишь. Что за дебильный вопрос? Мини-Чиминни Какого хера, Мин Юнги?

02:46

Вы Ты придёшь или нет? Мини-Чиминни Да.

02:47

Мини-Чиминни Мин-придурок-Юнги Вы А ведь мы встречаемся всего два дня

03:08

Мини-Чиминни Дверь Открой дверь, хён

🌌🌠🌌

И, если попросить Юнги пооткровенничать, то возможно, он и признает, что волновался за Чимина. А ещё это он должен был возмущаться, «какого хера, Пак Чимин, ты в пол третьего ночи только закончил работать!» И вот, отрывая свою задницу от дивана, Мин Юнги плетётся к входной двери. На пороге он встречает заметно вымотанного Чимина, поэтому претензии свои он не высказывает, пропускает младшего в квартиру молча. Юнги оставляет Пака в прихожей, давая ему больше пространства для того, чтобы раздеться, а сам направляется к себе в комнату. Через пару минут Чим уже сидит на миновском диване и пялится на телек, переключая каналы. Хозяин квартиры появляется в зале через пару мгновений с «UNO». — И так, Пак Чимин. — спокойно начинает Юнги, пока раздаёт карты. — Почему ты так долго был на работе? — Я придумывал новую хорягу. — отвечает младший, пялясь в телек, где идёт странная комедия. — У моих учеников скоро концерт. Ну, как «скоро», через два месяца, так что я придумываю танец для них. А ещё на меня повесили ещё одну группу, поэтому я менял своё расписание. — выдыхает Чим, прикрывая глаза и откидываясь на спинку дивана. Затем он берёт карты, которые раздал Мин. — А ты? У тебя разве не отпуск? Ты постоянно жалуешься на то, что не высыпаешься. — Потому что я не сахар, чтобы высыпаться. — Чимин хихикает и выдаёт тихое « Сахарок», из-за чего Юнги кривится, что вызывает у Пака ещё больший смех. — Слышь, Минни, ты такой мини. — Я ниже тебя всего на сантиметр! — Ты ниже даже меня. Причём на целый сантиметр! Вообще, отношения между этими двумя застыли на стадии «подъёбы». Это, правда, давно уже не задевающие, а скорее любящие подъёбы. Такие, с которых смеяться хочется, что аж слёзы на глазах появляются. Такие, которыми вы можете поднять настроение друг другу. Юнги как-то постепенно пришёл к тому, что Чимин ему нравится. На самом деле он и не думал, что сможет чувствовать что-то подобное к другу, но Чим был... Другим? Он был не таким как сам Мин. Он лез с объятиями ко всем, был открытым и достаточно нежным, каждый бы принял его в свою компанию и он был всегда замечательным другом. Однажды Юнги задержался на работе настолько долго, что когда он выходил из студии, то было давно за полночь. Тогда ему многие писали, поздравляя с днём рождения, а сам парень только и понял, что, оказывается, у него день рождения. Чимин тогда позвонил и начал возмущаться, вместо того, чтобы поздравить. «Какого чёрта, Мин Юнги, ты всё ещё на работе? Я значит пришёл к тебе, а тебя нет. Это нормально вообще? Юнги, блять, не удивительно, что ты не высыпаешься.— начал тогда Пак, растягивая своё недовольство на десять, грёбаных, минут, а после всего сказал: — Я вообще-то волнуюсь. Приезжай скорее, я твой тортик любимый купил». И Юнги понял, что если бы это был кто-то другой, то он бы послал его по известному адресу на полном серьёзе. Но Пак Чимину он сказал это с интонацией «Спасибо, моё любимое солнышко. Скоро буду» и вы не поверите, но Юнги действительно смог послать Чимина так, чтобы младший понял именно то, что Мин имел ввиду. Они уже второй раз переигрывают. Просто потому что Пак не может смириться с проигрышем, а глаза его всё больше находятся в закрытом состоянии. И Мин, как обычно проигнорировал бы всё это, но опять же, Пак Чимин пробуждал в нём непривычное тепло. — Чиминни. — обращается к Чиму старший, когда тот застыл с закрытыми глазами и картами в руках. Пак раскрыл свои глазки и устало посмотрел на парня с вопросительным мычанием. — Ты же понимаешь, что если хочешь спать, то тебе просто стоит уснуть? А Минни как-то непонимающе смотрит на старшего, а затем в глазках появляется и… Ну, грусть? — Я не хочу уходить. — сонно заявляет Чимин, за что получает непонимающий взгляд. — Ну, то есть, я не хочу спать. Да. — Так. — Юнги поднимается с дивана, собирая карты и пытаясь выхватить их из рук Пака, который со своим протяжным «Ну хё-ё-ён» пытается их удержать. — Минни, ты будешь спать здесь. Неужели ты думаешь, что я выпущу тебя из этого дома, в четыре часа утра, со слипающимися глазами и.. Ты идиот? — у Юнги получается забрать карты и он уходит в свою комнату, после чего возвращается к непонимающему младшему. — Эй, я же не такой уж и бесчувственный! — Я знаю. — укладываясь прямо на диване говорит Чим. — Ты очень заботливый, я это знаю. — Нет. — Но ты любишь меня? — Точно нет, Пак Чимин. — А я люблю тебя, хён. — и он расставляет руки призывая к объятиям. А что остаётся Мину? Конечно же, он лезет к Чимину, обнимает его, подминая немного под себя, укладывает голову практически рядом с плечом Пака и тоже закрывает глаза. Минни же стискивает его в своих объятиях, укладывая руки на талии и уже начинает миленько так сопеть. — Минни, ты же в курсе, что у меня есть кровать? — Но мы же встречаемся, дай мне поспать с тобой, хён. — Ты же понимаешь, что я предлагаю тебе пойти на неё со мной. — Оу. Я. Ладно.

🌌🌠🌌

Прошла неделя их отношений, а Мин Юнги ведёт себя слишком хорошо. Он Пака даже нахуй не послал, а ещё обнимает его, когда они остаются наедине. И это, вроде как, странно. Чимин вообще не понимает, чем Юнги не устроил своих бывших, он просто не любит проявления этих нежностей на людях, а так же он всегда предупреждал, если хочет задержаться у себя в студии. Мин вообще, как младший понял, достаточно ясно давал понять что и как будет в отношениях, при этом все равно успевал дарить хоть какое-то тепло, на которое был способен. Как считал Пак Чимин, то всем прошлым отношениям его хёна просто суждено было развалиться. Иначе он не мог объяснить причину. Ну, может его спрашивали, пойдёт ли он к Юнги в два ночи, чтобы посмотреть телек и поесть. Но ведь старший всегда писал перед вопросом своё «Привет. Ты спишь? Может занят?», и поэтому, ну, никаких претензий. Хотя, Юнги действительно часто язвил, но, может, это Чимину казалось нормальным из-за того, что этот стиль общения Пак терпит шестой год. Да и ещё он так же шутливо язвил в ответ. — Хён, а ты всегда себя так в отношениях ведёшь? — спрашивает его Чим. — Ага. — коротко отвечает Мин, поворачиваясь к младшему. Они тут как бы в дженгу играют, а это серьёзное занятие от которого нельзя отвлекаться. — В чем-то проблема? — В твоих бывших, наверное. — пожимает плечами Пак. — ты хороший парень. Правда, действительно мало всей этой романтичной кутерьмы, поцелуйчиков там, свиданий, но мне, честно говоря, нравится. — Хочешь сказать, что мог бы встречаться со мной не на спор? — шутя спрашивает Юнги, указывая на башенку, говоря, мол, очередь твоя. Чимин тянется к башенке. — Ну так-то да. — вытащив брусочек говорит он. — Не будь это спором, то я бы тоже согласился с тобой встречаться, Юнги. — Ладно. — отвечает старший и тоже тянется к дженге. — И вообще-то, в моих обычных отношениях присутствуют «поцелуйчики». — передразнивает он Чи. — А почему мы не целуемся? — Блять, Пак Чимин. — рука дёргается и Мин валит башню. Знаете, в компании всегда должен быть тот парень, который ищет отношения на одну ночь. Пак Чимин вот такой вот парень, он зачастую жаловался на то, что ему тяжело в отношениях, а ещё на то, как поясница болит после таких «ночных отношений». А ещё Чимин действительно не понимает в чём проблема целовать его. Ну, вы же видели эти пельмехи вместо его губ? Так вот, они, так-то, очень даже приятные на ощупь. Может Чим и не целовался сам с собой, но он точно знает, что другим это нравится. Может именно поэтому Пак тянется к злому Юнги и чмокает того в губы. Может он и ожидал всего, даже убийства, но никак ни того, что Мин Юнги успокоится. Он правда успокаивается и забывает о проигрыше в дженге, моргает часто и пялится на Чимина непонимающе. А Чиму так эта реакция понравилась, что тянется ещё. Он целует ещё и лыбится как дурак. А Юнги облизывает нижнюю губу и отводит взгляд на бруски развалившейся башенки, глубоко вздыхает и откидывается назад, укладываясь на ковре. — Юнги? — Мин вопросительно мычит, но Чим дальше не знает что сказать. Он пялится на лежащего на полу хёна и снова улыбается, видя проступивший румянец на чужих щеках. — Чего тебе, Минни? — не дождавшись чего-либо спрашивает старший. — Я тебя не разозлил? — аккуратно спрашивает Чим. — Просто не забывай, что, пусть и наспор, но мы встречаемся. — Тараторит дальше младший, когда замечает, что Юнги начинает приподниматься. Он зажмуривает глаза и сам съёживается, стараясь стать меньше. — Чимин, не думал, что ты можешь стать меньше. — хихикает Мин. — А вообще, если ты так боишься меня, то нахер стал со мной встречаться? — затем выдыхает и тянет бледные ладони к чужому личику. — Не бойся. Как ты и сказал, мы встречаемся, так что поцелуи это нормально. — Тогда, ну…можно ещё? — И Чим чувствует чужие руки на своих щеках, такие тёплые и приятные, что он тянет свою маленькую ладошку к одной из рук. — Можно. — и хён сам тянется к Чиму с поцелуем. Он получается немного смазанным, мокрым, настойчивым со стороны Юнги и тающим Чимином. Минни упирается одной рукой о пол, установив её за своей спиной, немного наклоняясь назад. Ему безумно нравится как целует Юнги. Настойчиво, жарко. Заботливо. Действительно заботливо. Юнги поглаживает большим пальцем щёку Пака, тянется ближе, но в итоге просто заставляет младшего попятиться назад, облокачиваясь на маленькую ладошку. Мин кусает чужую нижнюю губу и отстраняется. — Ай! — возмущённо произносит младший, смотря на хёна. Юнги же свою бледную ладонь с чужого лица не убирает, замечая пухленькие пальчики Чима на ней, затем вновь тянется к губам и дарит короткий чмок нижней. — Ладно, ты прощён. — Да что ты? — ухмыляясь произносит Мин.

🌌🌠🌌

Ты на орбите, я под водою.

О разных вещах мы мечтаем с тобою.

Хрупкой снежинкой, космической станцией

— Ты за пределами моей гравитации.

Чимин удивился. Ну, знаете, Юнги ведь не из тех людей, что будут заботиться и приходить к тебе на работу, чтобы забрать из танцевального зала, ведь « Какого хуя, Чимин?!». Как вы понимаете, Мин Юнги сделал именно это только что. Он тащит Чимина по парку, прихватив за рукав куртки и что-то бурча про то, что младший о себе не заботится, что у него отпуск закончился, а приходится себя из студии вытаскивать, чтобы Пак не оставался в танцевальном зале до трёх, грёбаных, ночи. — Почему мы пришли в парк? — вздыхает Чим, пытаясь выдернуть рукав из миновской хватки. — Ты же постоянно приходишь сюда, чтобы отдохнуть, разве нет? — непонимающе возмущается Юнги, остановившись и скрестив на груди руки, освобождая чужую куртку от своего захвата. — Ну да, но..Не думал, что ты знаешь. — Мин пожимает плечами и протягивает руку. — Оу, я могу считать, что это свидание? — Если хочешь. — куда-то в сторону говорит старший, рассматривая невысокие деревья. — Когда ты ел? — Утром. — Чего? Ты серьёзно? Сейчас одиннадцать вечера, какого чёрта?! — возмущается Юнги, при этом пытаясь быть по-обычному спокойным, чем вызывает у Минни виноватую улыбку. — Мы идём ко мне. В наказание ты будешь есть мою стряпню. — Не-е-е, хён, я же умру. Ты меня стопроцентно отравишь. — хихикает Чимин, прибавляя шаг за ускорившимся старшим.

🌌🌠🌌

       Юнги сказал — Юнги сделал. Он действительно привёл Чима к себе и заставил есть его «кулинарные шедевры». На деле Мин не так уж и плохо готовит, просто Сокджин лучше, но тут и сомневаться не стоило. Они сидят на диване в зале, смотрят какое-то шоу и едят. Чимин попросил сделать ему чаю, и всё бы ладно, но три раза за двадцать минут — это, блять, слишком для Юнги. Да, он всегда знал, что Пак пьёт дохрена, но во время еды он будто заставляет себя это делать. А после ещё и в туалет уходит, не удивительно. Три, блин, чашки. Ладно, Юнги бы понял, если бы Чимин отлить пошёл, но проходя на кухню, дабы помыть грязные тарелки, он слышит из туалета не самые приятные звуки. Он даже на секунду задумывается о том, что действительно отравил Чимина, но слышит приглушённое « Чуть-чуть» и вымученный краткий смех. Зайдя на кухню и кинув в раковину тарелки, Мин с подозрением и уже злостью направляется обратно к туалету. Он дёргает ручку, прекрасно зная, что здесь нет замка и видит сгорбившегося младшего над туалетом. В сердце как-то неприятно сжимает всё, а злость испаряется, превращаясь в какую-то грусть. — Минни. — всё, что может выдавить старший. Он подходит к Чимину и присаживается рядом с ним. — Юнги, я.. — голос хрипит, поэтому приходится откашляться, вдруг становится максимально некомфортно и стыдно, а глаза наполняются слезами. — Прости, я не хотел. Я просто. — и Пака прерывают. — Успокойся. — говорит хён, хватаясь за чиминовы плечи. По щекам Чима начинают литься слёзы, когда он слышит ласковый и спокойный голос Мина. — Хей, я не злюсь. — длинными пальцами он вытирает мокрые щёчки Чимина и только сейчас замечает, что тот сильно похудел. — Ты.. Ты можешь сказать, что я могу сделать для тебя? Младший пытается что-то сказать, но трясётся в истерике, его слова постоянно прерываются всхлипами, а из глаз непрерывно текут слёзы. Он даже подумать не мог, что когда-нибудь будет плакать из-за этого. Никогда Пак не чувствовал вину за то, что он делал, никогда его это не тревожило никак. Но сейчас, перед Юнги, который увидел его такого, ему безумно тяжело становится на душе. Он мотает головой, даже не зная, что имеет ввиду. Юнги встаёт и нажимает на смыв туалета, затем быстро выходит из ванной и судорожно ищет успокаивающие в аптечке, наливает в стакан воды и возвращается обратно к Чимину. Младший в это время уже стоит у раковины, умываясь и пытаясь успокоится. Его руки дрожат, а всхлипы продолжаются. Мин выключает воду и подаёт стакан, устраиваясь сбоку от Чима, поглаживая его по спине. — Минни, — говорит старший, ведя его в свою комнату, — о чём ты мечтаешь? — спрашивает он, садять на кровать и усаживая Пака к себе на колени. А затем просто прибавляет, пока ждёт ответа: — Чиминни. И Чимин вздрагивает, немного елозя для того, чтобы усесться удобнее. Он чувствует спокойные поглаживания на его ляшках и вообще всё спокойствие, которое излучает Юнги. Становится спокойнее, хоть и всхлипы ещё продолжают сотрясать воздух, плечи его уже не так напряжены. — Я, — всхлип, — Думаю, я хочу танцевать. — Юнги закатывает глаза, ожидая такой ответ. — Но не просто. Я хочу, — всхлип, — Что бы мой труд всегда признавали, чтобы мной восхищались, понимаешь? И Юнги кивает. Он прекрасно знает, каково стараться и быть не признанным. Каково когда ты стараешься, из кожи вон лезешь, а получаешь огромное и громкое ничего. — Понимаю, милый. Ты очень стараешься, и, как минимум, я тобой восхищаюсь. — Чимин вновь всхлипывает, а по щекам скатываются слёзы. Мин вытирает с подбородка солёные капельки и слышит тихое «а ты?». — Ну, я хочу, чтобы меня не считали бесчувственным подонком? Да, наверное. Знаешь, типа, даже ты боялся меня первое время, я думаю, ты считал меня хладнокровным убийцей. Пак хихикает тихо, кивает. Он действительно считал Юнги слишком серьёзным и хладнокровным, возможно, даже способным на убийство. Вечно мрачный ходил, во всём чёрном, да и одежда зачастую прикрывала его лицо. Хотя, сейчас особо ничего не изменилось. — Да ты даже сейчас максимально спокоен. — говорит младший, укладывая свои ладошки на чужие, расположившиеся на бёдрах Пака. — Ты представляешь, что могло бы быть, если бы я не взял себя в руки? — вопрошает хён, приподнимая брови. — А вообще, наверное, мне хватило бы и одного человека. — Ну, у тебя есть я. — неуверенно шепчет Чим, переводя одну из чужих рук к себе на талию. Юнги улыбается, широко так и ласково, а затем валит младшего на кровать, ложась ему на грудь. — Ляжем спать? Тебе надо бы набраться сил. А если не сможешь уснуть, то подумай о том, чем я могу помочь. — он невесомо чмокает паковскую ладошку и неудерживается, чтобы переплести их пальцы. — Мы же встречаемся. Я, наверное, должен помогать тебе в...Таком.

🌌🌠🌌

Как бы сказать? Вы представляете парня, который трахается в туалетах в клубе, или просто трахается с кем-то и уходит на утро из чужой квартиры? А помните, что Пак Чимин именно такой парень? Да? Так вот. Он с Юнги встречается месяц, вот и не разрешает себе ничего такого. Но ведь хочется. И именно поэтому он приходит к Юнги в студию, так как в чёртов час ночи его всё ещё нет дома. — Ты что здесь делаешь? — спрашивает Мин, встречающий младшего на первом этаже (ну, Пака бы по другому не пропустили в здание). — Этот вопрос я тебе хотел задать. Так вот. Какого хуя, Мин Юнги? — а Юнги кажется, что этого мелкий понабрался у него, поэтому начинает лыбиться. — Я работаю. — говорит старший, ведя Чима к лифту. — У одной из групп, с которыми я работаю, скоро будет камбэк. — О, пишешь песни. У тебя ограничено время? — Ага. Ещё и тема такая. — Юнги вздыхает. — Что-то романтичное? — старший кивает. — Оу, бедный мой хён. Старший открывает свою студию, которую любит больше, чем свою квартиру и просит Чимина ничего не трогать. Пак, конечно, кивает, но зайдя внутрь просто не может не подскочить к рабочему столу парня. Мин недовольно закатывает глаза, складывая руки на груди. Чим уже протягивает руку к аппаратуре, когда слышит недовольный вздох и убирает её обратно. Старший садиться в своё кресло и копается в папках на своём компьютере. Он открывает какую-то папку, где находится три саундтрека. — Послушаешь? — спрашивает он, на что получает счастливую улыбку младшего. — все участники успели записать свои партии, но песня выйдет лишь через три месяца, к их камбэку. А ещё есть просто музыка… — Юнги чувствует, будто слишком много говорит, поэтому просто включает песню. Комнату заполняет звук скрипки, к которому через пару секунд прибавляется лёгкий бит, приятный мужской голос начинает петь. Слова лёгкие и понятные, доступные всем и несущие смысл. О любви, которая прячется. Как парень ходит за девушкой, общается с ней, украдкой смотрит на учёбе, наблюдает и любит её улыбку. Пак слушает прикрыв глаза, его губы немного раскрыты, он напевает мелодию и качается под песню. А Мин наблюдает за младшим как заворожённый. Он любит свою музыку, ему нравится Пак Чимин, а вместе это для старшего что-то невероятное. Когда Пак восхищается его музыкой, то ему кажется, что не зря он работает всё это время. Юнги тянется ближе к младшему, который практически сидит на его столе. Он подкатывается на кресле и встаёт с него, вставая напротив Минни и соединяя их губы. — Вау… — после невинного поцелуя произносит младший и сам уже тянется к чужим губам, углубляет поцелуй сплетая их языки. А Мин и не сопротивляется, лишь вновь дарит всю свою ласку через этот поцелуй, обвивает талию Пака, поглаживая спину, выводя на ней различные узоры. Чим же своими руками обнимает Юнги за шею, вплетаясь пальчиками в тёмные, отросшие волосы. — Мне очень нравится песня. — Не сомневался. — усмехается старший и хочет отстраниться, но его обвивают чужие ноги, успевшего усесться на столе Пака. Своими руками он всё так же перебирает чужие волосы, взъерошивая их. — Пак Чимин. — Что такое, хён? — улыбается Чим, продвигая чужое тело ближе, утыкаясь носом в шею Мина. — Зачем ты пришёл? — Ну. — Минни щурит глаза, из-за чего щекочет ресницами кожу на шее Юнги и тот немного ежится. — Хотел забрать тебя домой. — врёт он. — Говоришь так, будто мы уже живём вместе. — усмехается старший, пытаясь вырваться из паковской хватки. — Пусти, Мини-Чиминни. — Ну не-е-ет, хён. — дуется младший. — И вообще, в ванной уже есть вторая зубная щётка, так что можно считать, что я там практически живу. — Может дать тебе ещё и ключи от квартиры, а? — всё ещё пытаясь вырваться говорит он. — Пока ты меня не отпустишь мы никуда не можем пойти, Минни. — Мог бы уже и сам отдать мне их. — бурчит Чим, всё-таки выпуская старшего. — Собирайся. О, а ещё постарайся найти запасные ключи, чтобы отдать мне их. — Только если ты сможешь помочь мне с текстом песни. — Договорились.

🌌🌠🌌

Мы разделились, и не вернуться,

Мне не догнать тебя, не дотянуться,

Не дозвониться, не докричаться,

— Ты за пределами моей гравитации.

Мин Юнги действительно отдаёт ключи от своей квартиры Чимину. Тот теперь даже без предупреждения захаживает к нему в два ночи. Ну, Мин не особо против, он лишь в шутку говорит, мол, не помогает ему Пак с текстами, так что скоро придётся поменять замки. У Юнги сегодня выходной, а вот у Пака занятие с одной группой детишек, у которой через пару недель намечается концерт. Именно поэтому старший выходит из квартиры, и приходит к творческому центру, где работает Чимин. Он проходится по зданию, к залу где младший обычно занимается с детьми и перед ним открывается очаровательная картина. Пак Чимин сидит в обнимку с плачущим ребёнком, успокаивает его, при этом успевая следить за остальными детьми, которых забирают родители. Он придерживает девчушку за плечи, когда встаёт, чтобы попрощаться с остальными родителями, затем садиться обратно к ней и поправляет тёмную чёлку, вытирает катящиеся слёзы и улыбается, что-то ей говоря. Юнги подходит к ним, тогда Пак вновь встаёт. Его глаза округляются, когда он видит перед собой своего хёна. Он улыбается как-то неловко, а затем присаживается вновь, трепля волосы малышки. Мин присаживается к ним и наблюдает за всхлипывающей девочкой, которая при нём старалась прятать взгляд в пол. — Учитель. — всхлип. Пак хватает её маленькую, даже по сравнению с чиминовой, ладошку и вопросительно мычит. — Извините. Я, наверное, — всхлип, — Мешаю? — она переводит взгляд на старшего, но быстро отворачивается, видя как он смотрит на неё в ответ. Мин хватает вторую ладошку девочки и легонько сжимает её в своей. — Хей, всё в порядке. — говорит Юн, и ловит мягкий взгляд Пака. — Ты можешь доверять мне как и своему учителю. — он подмигивает девчонке, от чего та немного краснеет. — Я... Знаете, я просто неудачница. — шепчет она, вновь всхлипывая. Слёзы вновь катятся по её пухленьким щёчкам. Чим сажает её на свои коленки и приобнимает за плечи, пока Юнги усаживается так, чтобы взяться за обе ладони ребёнка. — С чего ты взяла это? — спрашивает Мин. Он получает довольно развёрнутый ответ о том, что у неё не получается нормально танцевать, что родители не смогут приехать на предстоящий концерт и даже сейчас не могут забрать её под конец занятия. — Но ты же просто прекрасно выполняешь первые связки. — говорит Пак. — А остальные достаточно сложные для того, чтобы они так быстро получались. — Ты слышала что он говорит? — вопрошает Юнги. — твой учитель-ним всегда прав. Я уж знаю. — и он вновь ловит взгляд Чимина, только благодарный и тёплый.— Как тебя зовут, малышка? — Йеон. Я Чхве Йеон. — Хорошо, Чхве Йеон. — Мин дарит ей свою широкую улыбку, настолько широкую, что его десна становятся видны. Малышка Йеон и Пак Чимин умирают от умиления. — Я могу тебе помочь ещё чем-то? — У меня нет мужа. — шепчет девочка. — Но вы можете стать им, если не против. А вот тут оба парня ахуевают. Нет, они конечно оба имели дело с девушками, но не… Такими? — Оу, извини, но я муж твоего учителя. — говорит Мин, убирая одну руку с маленькой девичьей ладошки которая так понравилась ему за теплоту и миленький размер, на ладошку Чимина, затем переплетает их пальцы и целует тыльную сторону паковской ручки. — Да, Минни? — А Пак просто улыбается, кажется, краснея. Девчушка снова отводит взгляд в пол, смущаясь, но при этом улыбаясь. Через несколько секунд приходит её мама, запыхавшаяся, в строгом костюме и телефоном в руках. Она извиняется, и забирает свою дочь, заметив переплетённые пальцы Пака и Мина. — Вы прекрасно смотритесь вместе. — на последок говорит она и уходит с дочкой. Чим смотрит на их руки и качает ими из стороны в сторону, улыбнувшись. Юнги же встаёт с места, дожидаясь парня. — Спасибо. — говорит Пак, когда они идут к выходу из здания. Старший нехотя расцепляет их руки, засовывая свои в карманы чёрной толстовки, когда парни выходят на улицу. — Ничего Минни. Ей действительно это нужно было. — он останавливается и поворачивается лицом к младшему. — Когда я пришёл, она испугалась, поэтому я решил, что должен тебе помочь. — Хён, она предложила тебе выйти за неё, какое испугалась? — усмехается Чим. — Ты прекрасно знаешь, что меня можно боятся просто смотря как я иду по улице. — Но. — Пак дует свои и без того большие губы, топает ногой, не зная что ответить и сжимает кулачки, махая по сторонам. — Хён, если тебя узнать, то ты булочка. — хнычет он. — А с детьми так вообще. — Не хочешь сходить в кино? — спрашивает старший, хватаясь за маленькие кулачки, которые ему нравятся гораздо больше детских ручек. Он слышит неуверенное «На свидание», на что кивает и целует каждый кулачок, после поглаживая большими пальцами место лёгкого поцелуя. — Когда ты кушал? — Вчера. — смущённо говорит младший, смотря на их руки. — Извини. — Ничего, я не собираюсь тебя ругать за это. — он немного тормошит чужую ручку, привлекая внимание. А Чимин просто улыбается, пока во взгляде читается искреннее «извини». Юн тянет Минни в сторону торгового центра. — Ты можешь покушать хоть чуть-чуть? Всё, что захочешь.

🌌🌠🌌

Так, сегодня Юнги идёт в клуб. Конечно же не по своей воле, а по прихоти друзей. На последней посиделки с друзьями Хосок предложил сходить в клуб, Чимин с Сокджином поддержали его идею. Через пару секунд подскочил и Тэ, со своим « да-а-а, нам надо в клуб!», Чонгук закатил глаза, соглашаясь, а Джун согласился под взглядом Хосока. Именно поэтому у Мина не было выбора. Ему запретили не приходить, а зная друзей, они бы превратили его квартиру в клуб, если бы он решил кинуть их. В гардеробе у него, конечно, не так много вещей, которые можно было бы надеть в такое место, но всё же имеются. Он перебирает имеющиеся, смотря в зеркало, и только сейчас доволен результатом. Смотря на часы, парень подмечает, что скоро должен приехать Чимин. Ну, они же парочка, вместе должны приходить. Чимину открывают дверь и он видит, удивительно, Юнги не в чёрном. У него действительно есть не только чёрные вещи. — Вау, ты выглядишь необычно. — осматривая старшего говорит Пак. — Тебе очень идёт. — Да что ты? — пропуская в квартиру Чима говорит он. — По сравнению с тобой я выгляжу как неопытный школьник, который впервые прётся на вечеринку, а его мамка за ним. — Что за тупое сравнение? — говорит младший, хихикая и направляясь на кухню. — Можно мне чаю? — Блять, Минни, что за тупой вопрос? — идя за ним говорит Мин. — Я ещё обрадуюсь, если скушаешь печенье, которое я купил в грёбаной пекарне, на другом конце Сеула. — Только одно, хорошо? — Юн кивает, включая чайник и опирается на столешницу. — Мы идём в клуб, где я с Хоби частенько бываю, так что могу сказать сразу: там много геев. Прям реально много. Но это не гей клуб, просто... Так получилось? — О Господи, — старший скрещивает руки на груди и поднимает взгляд к потолку, надеясь, что его услышат не только соседи сверху, но и Бог. — Если к Пак Чимину будут приставать педики , то просто убей их. — Чимина прорывает и он буквально сгибается напополам, смеясь, а из глаз даже слёзы начинают течь. — Блять, ну Пак Чимин. Я серьёзно, если Бог это не сделает, то я сделаю. — Они будут, если ты будешь просиживать свой зад на диване и пить, пока я буду танцевать. — через уже утихающий смех говорит Пак. — Ты просто как-то должен обозначить наши отношения.

🌌🌠🌌

Ну. Как бы, кто мог подумать, что будут приставать не к Чимину и его ахуенной заднице, а к Мин Юнги? Никто, как и сам Юнги. Но вот какой-то мужик присаживается рядом с Мином, который спокойно выпивает. Юн откладывает бокал и откидывается на спинку кожаного дивана, выгибает бровь и вопросительно смотрит на подсевшего. — Ты тут один? — спрашивает незнакомец, заводя руку за Юнги и укладывая её на спинке дивана. — Нет, с друзьями. — Мин подскакивает, садясь на край дивана. — И с парнем. — Оу. Может, познакомимся? Ради дружбы? — кажется он замечает кого-то, вытягивает руку вверх и подзывает. Юнги, тянущийся в это время опять к выпивке замирает. — Чимин! Эй, Чимчим! У Мина аж мурашки проходятся по всему телу, когда он слышит знакомое имя. Чимин же поворачивается, слыша знакомый голос. Он направляется к столику, замирая на секунду, видя как чужая рука похлопывает хёна по бедру. — Знаешь, Юнги не особо тактильный. — мягко улыбаясь говорит Чим, устремляя свой взгляд на ладонь мужчины. Он присаживается с другой стороны от Мина.— Да, Юнги? — Пак закидывает одну из ног на миновские бёдра, лучезарно улыбаясь своему парню. Юнги кивает, отвечая на эту улыбку и щёлкая младшего по носу. Он тянется ко второй ноге Пака и укладывает её рядом с первой, на своих бёдрах. Одной рукой Юн придерживает Чима за талию, а сам Пак обвивает чужую шею. — Так, ты его парень? — с явным удивлением спрашивает мужчина, глядя на Чимина. Чим лишь кивает, запуская пальцы в тёмные волосы Юнги. — Да, уже как полтора месяца. — Мин легонько хлопает чужое бедро, затем указывает на стол с алкоголем, прося у Чима достать его. Пак отвлекается, что бы выполнить просьбу, а затем продолжает: — Думаю, можно сказать, что я решил остановиться на конкретном Мин Юнги. Этот Мин Юнги конкретно давится текилой. Смотрит на младшего удивлённо, а затем толкает чиминовы ноги со своих. Он хватает Пака за руку, спокойно ведя его на улицу. На улице прохладно, сыро немного. Юнги отпускает младшего и смотрит несколько секунд на его покрасневшие щёки и ушки. Хён берётся за маленькие любимые ладошки и пытается согреть их немного. — Ну и зачем ты это сказал? — хмурится Мин. — Ты бы ел как пиздел. — Хён, — Чим сжимает кулачки, всё ещё оставляя их в греющих ладонях старшего, — вот не надо мне тут устраивать свои нравоучения. Я уже достаточно взрослый, чтобы самостоятельно решать что мне делать. — Минни, ты конечно взрослый, возможно самостоятельный, но решать ты можешь только за себя. Всё что касается других — будут решать другие. — Знаешь что? — Чимин всё-таки вырывает свои кулачки из чужого захвата и хмурится. — Я, может, не могу решать за других, но ты полный придурок! — не думая кидает он.— Тебя все постоянно бросают, твои самые длинные отношения длились всего три месяца. Три! Все всегда винят тебя, а ты и соглашаешься, хотя проблема вовсе не в этом. Точнее ты просто выбираешь не тех. Хоть бы раз подумал: « ммм, вот же, Чимин всегда рядышком, под боком, терпит меня и уважает. А ещё, блять, я ему нравлюсь! Может попробовать с ним встречаться?».— и тут у Юнги отвисает челюсть, он открывает рот, хоть что-то сказать, но ему не дают. — Понимаешь, хён? Попробовать! — глубокий вздох. — Так вот. Пока ты не устроишь свою жизнь, можешь не лезть в чужую. Реши свои проблемы. Себе помоги, а не лезь со своей грёбаной едой ко мне! Заебал. Заебись, да? Вот и я ахуела. Кхм. Так вот, Чимин разворачивается, а Мин стоит, пытаясь переварить информацию, только что полученную. Но в крови бушует алкоголь, ударяя в голову, и именно поэтому Юнги стоит и смотрит за удаляющимся Пак Чимином. Слова, только что сказанные Минни, повторяются в голове и только тогда хочется что-то сказать, наконец, нормальное. Но Пака уже нет.

🌌🌠🌌

Чимин, конечно, тоже выпил в этот вечер. Если бы не его любимый сладковатый коктейль, которого он выпил бокалов три, если бы он не знал, что сам Юнги выпил, то никогда в своей жизни он не сказал бы всё это. Никогда в своей жизни он не хотел говорить такого на трезвую. Чиминни точно не хотел уходить и точно не от Юнги. Точно бы не накричал на него и точно бы не признался, вываливая вместе с тем ещё кучу и кучу недовольства. Он бы точно не заходил в свою ненавистную квартиру, которая казалась сейчас единственным местом где можно поплакать и точно бы не рыдал как только закроет за собой входную дверь. Точно-точно, и ещё много таких «точно». Чиму хочется чтобы тёплые, бледные руки обвивали его талию, поглаживали по спине, пытаясь успокоить. Спокойный Юнги бы говорил своим низким голосом что-то, спросил бы какую-нибудь глупость или просто, хотя бы был рядом. Но Чимин убежал от него, по собственному желанию, и немного под воздействием алкоголя. Пак Чимин считает себя идиотом, плаксой и безнадёжно влюблённым. Он кое-как снимает ботинки и куртку, всё ещё находясь на полу у входной двери и понимает, что устроил пустой скандал. Именно поэтому в список он добавляет «ещё ты истеричка, Пак Чимин» и идёт в свою спальню, где совсем обессиленный валится на кровать и, неудосужившись переодеться после клуба, закатывается в плед. У вас бывало такое, что когда вы плачете, то хочется чьего-то внимания? Бывало ли такое, что за это вы начинаете не любить себя? Вот просто потому что «У других и так есть проблемы, зачем им мои?», и вы скрываете всё от других, думая, что и все так живут. Да, люди высказывают своё недовольство, но обычно это касается поверхностных тем. Что-то вроде «этот водитель в автобусе такой грубый» или «кассирша так на меня посмотрела сегодня. Я что, виноват в том, что забыл смыть макияж с вечера?» Наверное поэтому никто не знал о проблемах Чимина. Уже долгое время он думает о том, что все разгребают свои проблемы сами и выбираются из них. И, возможно может показаться, что тогда он никогда не был искренним с кем-то, но это не так. Он всегда показывал свои эмоции, не видя смысла скрывать их. Проблемы и чувства вещи разные, пусть и взаимодействуют друг с другом зачастую. Чимин всегда знал, что его расстройство это проблема, но никогда не считал чем-то серьёзным. Лишь когда Юнги его увидел, он посчитал себя отвратительным. Тогда всё, что он чувствовал вышло из закаулка его мыслей и дало понять, что это неправильно. Мин Юнги для Чимина всегда был тем, кто с лёгкостью меняет жизнь. Когда Минни впервые увидел Мина, то действительно посчитал его убийцей. Его привёл Намджун, да и Хосок был с ним хорошо знаком, так что бояться его не было смысла. Но выглядел Юнги действительно пугающе. Вечно спокойный на вид, но недовольный на деле, постоянно подкалывающий Нама и Хоби, а ещё шутящий вместе с Джином. Но потом Мин Юнги заговорил с Чимом на одной из посиделок, когда пришёл во второй раз. — Ты ведь Пак Чимин, да? — начал тогда Юнги. Они раскладывали еду по просьбе Сокджина. —Ага. А ты Мин Юнги, ты же в курсе? — кинул тогда Пак в шутку, а затем замер, понимая кому он это сказал. Но спустя чуть меньше секунды услышал лёгкий и приятный смех. — Хей, Чимин, я всего-то хотел спросить, что тебе наложить. — мягко улыбаясь сказал Юнги, а у Чима сердце удар пропустило. Тогда он, возможно, понял, почему Хосок с Джуном дружили с этим парнем.— В прошлый раз ты ел очень мало, это были... ты съел всего несколько кусочков мяса. — Да, я всегда мало ем. — прошептал Чим. Ему захотелось узнать побольше о Юнги. Юнги который внимательный, который смеётся с его подколов, который просто Юнги.— Я просто подворую у тебя пару кусочков, хён. — Договорились. Тогда, что ты любишь пить? А потом Пак понял, что Мин Юнги на деле человек потрясающий. Он постоянно общался с ним, шутил и подкалывал. А после Чимин осознал, что начинает влюбляться в своего хёна. Ему нравилось когда тот смеялся, шутки парня всегда пробивали Пака, а когда он уделял внимания Чиму меньше, чем кому-то другому, то становилось жутко неприятно. И первое время Чимин действительно думал, что его чувства можно назвать дружеской ревностью, которая бывает у лучших друзей, но потом он всё-таки понял, что это иные чувства. Пак Чимин этой ночью засыпает с щиплющими от слёз глазами и воспоминаниями о Мин Юнги. С мыслями о том, что всё. Просто всё.

🌌🌠🌌

Утром Мин просыпается с болью в голове, и действительно сильной. Лишь после холодного душа и горячего крепкого кофе Юнги начинает думать. Поэтому он хватает свой телефон, дабы подигродировать, но видит сообщение от Чиминни.

01:59

Мини-Чиминни Юнги, прости меня пожалуйста

02:23

Мини-Чиминни Хён, я, наверное, пропаду на пару дней Не переживай, ладно? Буду занят на работе

10:48

Вы Не перенапрягайся, Чиминни И ещё не забудь покушать

10:56

Напишешь как приедешь домой?

11: 23

Ты можешь прийти ко мне, если захочешь

12:10

Минни, ты нихрена не на работе. Мелкий обманщик

12:55

Я что-то натворил? Чем ты настолько занят? Я почти уверен, что ты просиживаешь свою задницу дома

13:21

Окей, меня радует хотя бы то, что ты читаешь сообщения Но на них, обычно, отвечают Скажи если что-то случилось, ладно?

13:59

Ладно … Вы не могли бы ответить, Сэр?

15: 44

Чимин, я немного волнуюсь, окей? Ты просто взял и пропал. Я как бы придурок, да, но блять Блять, Чиминни

16: 38

Чиминни, если я что-то сделал, то скажи мне пожалуйста Я же могу это исправить?

17:07

Мини-Чиминни Мин Юнги, успокойся. Вы Да как я должен успокоиться? У меня грёбаный выходной, у меня нет занятий кроме подъёбывания Пак Чимина Ты в порядке?

18:24

Мини-Чиминни Я в порядке. Просто занят сильно Вы Хорошо Ладно, извини, Минни Окей, блять, я не могу написать ни одного сообщения потому что я не знаю что писать. Возможно это глупо и совершенно на меня не похоже но я хочу закутаться в плед и тихонечко рыдать, а потом чтобы пришёл ты и… Сукаёбаныйнахуй.

18:30

Напиши как освободишься, хорошо? И всё бы ладно, но на следующий день Пак ни на звонки не отвечает, ни на сообщения. Юнги вчера ходил к Чимину на работу и, так как его слишком часто в последнее время видели с парнем(наверное поэтому), ему всё-таки сказали, что Пак Чимин ушёл в отпуск. Поэтому какой-то груз на сердце появляется из ниоткуда и давит. Юнги действительно задумывается о том, чтобы просто взять и прийти к Чимину и вытрясти из него то дерьмо, которое он вбил себе в голову. Но он ценил личное пространство Пака, и понимал, что просто так он бы не заперся у себя в квартире… Хотя это было бо́льшим поводом для посещения, чем то, что Чим обманщик. Именно это заставляет Юнги притащиться в свою студию в пять вечера, где он тупо сидит и пялится в экран компьютера. А потом его будто осеняет что-то и начинает писать, всего строчку, но она была великолепна. Она передавала буквальную пустоту, при том, что была наполнена и смыслом и достаточно красивыми словами. Мин поворачивается на своём кресле и... Никого рядом. Никого, кто мог бы взглянуть на эту строчку и подшутить над тем, мол, что как мало, но при этом восхититься ей. Никого, кто мог бы поцеловать сейчас и тихо в губы прошептать «мне очень нравится».

🌌🌠🌌

Солнце для всех одинаково светит,

Мы получили счастливый билетик

— Но почему нам приходится сдать его?

Юнги действительно плохо, и, как все люди, он думает о себе в первую очередь. Но что отличает влюблённого — это то, что он может волноваться о любимом больше чем о себе (то, что человек думает о себе в первую очередь, не значит, что он волнуется о себе больше, чем о других) То, что делает Мин в первую очередь, когда понимает, что просидел за раздумьями до часу ночи — это пишет Чимину.

01:02

Вы Чиминни Минни, я скоро буду у тебя И после этого откидывает телефон на кровать, боясь, что решит стереть сообщения и никуда не пойдёт. Он мчится к шкафу, выбирая себе одежду (из не самого разнообразного гардероба) и вновь хватается за телефон, спеша к входной двери. Выходя на улицу и спеша по ней, Мин включает телефон, дабы время проверить, но видит на дисплее пару сообщений от Чимина.

01:09

Мини-Чиминни Что??? Хён, какого чёрта?! Ты действительно уже в пути? ????????????????????????

01:16

Вы Чимин, я буду через пять минут Подожди меня И Мин ускоряет шаг до максимума. Он практически бежит, пытаясь как можно скорее оказаться у младшего. Дверь ему открывают практически сразу. Юнги проходит в тёмную, не очень-то и уютную квартиру, и ему даже кажется, что здесь холоднее, чем должно быть. А потом он наконец решает поднять взгляд на Минни и его сердце делает кульбит, падая куда-то в самые низы. Чимин выглядит действительно потрёпанным жизнью. У него растрёпанные волосы, что выглядело бы мило, не будь его глаза красными, а кожа болезненно бледной, вместо любимой Юнги загорелости. Старший протягивает ладонь к чужому личику и со всей нежностью что у него есть прикасается к щекам Чимина. — Хён. — Чим вновь всхлипывает и чувствует себя настолько неправильно слабым, что хочется самовыпилиться. — Юнги, я, кажется облажался. — Ты можешь рассказать мне, Чиминни. — Мин поглаживает щёку Чимина, после чего переводит ладонь на его подбородок, держа его между большим и указательным пальцами. — Я могу выслушать тебя. Пак прикусывает нижнюю губу и хочет посмотреть на пол, но его голову удерживают и он жалобно смотрит на Юнги. Старший же подходит ближе, насколько это возможно, и дарит мягкий и короткий поцелуй в уголок паковских губ. Он отстраняется и видит в чужих глазах застывшие слёзы, которые скатываются по милым щёчкам когда Чимин моргает. — Прости, Минни. — шепчет он практически в чужие губы, отстраняясь, боясь быть причиной слёз. Чиминни качает головой в отрицательном жесте и рвано вздыхает. — Скоро конец спора, так ведь? — хрипловатым и тихим голосом говорит Пак, хватаясь за запястье Мина, чья рука всё ещё на его подбородке. — Так вот. — он облизывает губы. — Я полный придурок, если...Если не хочу расставаться с тобой? — О. — выдавливает из себя старший, а его глаза округляются, выражая полное удивление. — Оу, Чиминни, ещё два месяца и. — Чим хватается второй рукой за чужое запястье и убирает его со своего личика, он подходит ближе и вновь целует Юнги. — Я. — пытаясь отдышаться от поцелуя говорит он. — Я действительно удивлён. но это не значит, что ты придурок… Мы можем просто.. Просто провести это время по максимуму? Вы знаете как заставить Чимина рыдать? Юнги теперь знает. Он тянется к младшему, и заключает его в объятия. Мин так боится сломать младшего, будто он действительно может это сделать. Он шепчет на ухо Чиму успокаивающие слова и поглаживает его плечи, спину и волосы, а Пак просто уткнулся своим лицом в плечо Юнги и сжимал его толстовку в своих маленьких ручках.

— Юнги. — поворачивая своё лицо к шее Мина, зовёт Пак. — Юнги, мы можем повстречаться ещё чуть-чуть после спора? — Я не знаю. — он практически чувствует, как начинает задыхаться, а его мозг перестаёт функционировать на какие-то мгновения. — Мы могли бы. — Хён, я ведь действительно проблемный человек и. — всхлип. Юнги начинает убаюкавающе покачиваться, говоря, что всё хорошо. — Тебе возможно будет тяжело, но я постараюсь не лезть с этим. И я не.. — Помолчи, Чимин. И старший отстраняется, беря ладошки Пака в свои и ему прямо пищать хочется от того, какие они идеальные по размерам. Такие маленькие и приятные, немного холодные и очень мягкие. Он ведёт Пака в его же комнату, усаживая того на незаправленной кровати, где лежат около четырёх одеял и несколько плюшевых игрушек. На деле же кровать во всей квартире единственное, что кажется действительно используемым. — Чиминни. — шепчет Юнги, седлая чужие бёдра. — Ты такой прекрасный. Может я и не говорю этого, не показываю должным образом, но ты тот, кто дороже всех для меня. — и Мин запускает свои длинные пальцы в чужие волосы, зачёсывая из назад, убирая с заплаканного лица. — Юнги, — хрипит Чим и мотает головой в стороны. — ты такой придурок. Зачем ты вообще с кем-то встречаешься? — Они просто предлагают. — спокойно говорит он, вытирая дорожки слёз с пухловатых щёк Чимина. — А кто я, чтобы отказываться от возможности? Пак непонимающе смотрит на старшего. Ну ещё бы, а вы бы как смотрели, если бы человек который вам нравится сидел бы у вас на коленях во втором часу ночи, успокаивал вас и при этом говорил о том, что он просто так соглашается встречаться со всеми подряд? Глаза неясно от чего вновь слезятся и по щеке вновь скатывается слеза, через мгновение и по другой тоже. Юнги практически подрывается, вновь стирая слёзы с давно полюбившейся мордашки, переживая, что он стал виной этих слёз. — Хей, Чимин. — Пак опускает голову, утыкаясь лбом в чужую грудь и неловко приобнимает Мина за талию, прижимая того к себе ещё ближе. — Мой замечательный Чимин. Такой красивый и нежный, такой прекрасный. — и он продолжает говорить такие вещи, чем начинает смущать младшего ещё больше, и раздражать, кстати, тоже. — Мин Юнги! — прикрикивает Чим и легонько ударяет Юнги своим маленьким кулаком. — Я, мать твою, может и влюблён в тебя по уши, может и представлял себе подобное, но блять. МИН ЮНГИ, НЕ В ТАКОЙ СИТУАЦИИ. А Мин Юнги аж вздрагивает, после чего замирает. Чимин поднимает свою голову и сверлит Юна серьёзным (насколько может) взглядом, обхватывает его талию крепче и валит на кровать, нависая сверху. Его щёки ещё влажные, а глаза красные, волосы растрёпаны, да и вообще он выглядит измученным, но улыбается. Так тепло и ласково, а потом начинает смеяться, укладываясь прямо на старшего. — Ты можешь рассказать мне всё. Прямо всё-всё. Я… — И Юнги бы сказал что-нибудь, он бы точно придумал, даже если сейчас не знает что, но его перебивает Чим. — Даже всё-всё-всё? — и Мин отвечает ему тёплым «Конечно, Минни. Даже это», после чего принимается вновь поглаживать чиминову спину. — Только...Когда-нибудь? — Ты не должен говорить это сейчас, если не хочешь. — Юнги целует Пака в лоб.

🌌🌠🌌

Мин Юнги из тех людей, которые начнут бороться за что-то, если будет веская причина. Обычно он начинал задавать самому себе многочисленные вопросы, иногда интересовался у других. Но в случае с Чимином хватало лишь одного: «Ну и почему я должен сдать назад?». И ответ быстро нашёлся «непочему». Самому же Чимину было сложнее. Тем утром он проснулся в объятиях старшего и еле заставил себя выбраться из постели. На кухне он просидел пока Юнги не проснулся, успел приготовить завтрак и даже кофе для старшего, но мысли в его голове постоянно крутились вокруг всего дерьма в его жизни. «ты будешь обузой для Юнги», « Он согласится с тобой встречаться, даже если не любит тебя», « Тебе стоит просто молчать». И много подобных мыслей посещали его голову тогда. Чимин тогда попрощался с Мином, ведь старшему надо было на работу. Сам он решил, что оставит так как есть, и, если Юнги сам не захочет продолжить их отношения по окончанию спора, то всё вернётся на круги своя. Сейчас, спустя чуть больше недели, Пак сидит в своей нелюбимой квартире, в которой слишком холодно и мрачно. Он её никогда не любил, купил когда появился постоянный заработок и жизнь устаканилась. Она была маленькая, и Чим мог бы сделать её уютной, но когда купил, то страдал апатичными наплывами, а потом и вовсе стал не любить это место, которое напоминало ему о всём дерьме, пережитом тут. Чимин смотрит на ключ от миновой квартиры и проводит подушечкой пальца по ребристой стороне. Уголки пухлых губ приподнимаются и он встаёт со своей кровати, хватая телефон с прикроватной тумбочки.

17:46

Вы Юнги-хён, я приеду к тебе домой? Ты сегодня работаешь как обычно до ночи?

17:55

Засахаренный Я могу закончить пораньше В последнее время я слишком хорошо работаю Вы Подумай об очередном отпуске Я считаю, что ты слишком уж много работаешь, хён

17:56

Засахаренный Отличная идея, Чиминни Только стоит устроить двойной отпуск. Ты ведь уже пятый день на работе? Так вот, в следующий раз выйдем на отдых вместе Вы Хорошо, Юнги

18:00

Буду ждать тебя дома (つ･^･)つ

18:21

Засахаренный Вхвх. Конечно, Минни Я постараюсь не задерживаться долго

🌌🌠🌌

Намджун стучится в студию Юнги, чтобы занести ему кофе и со спокойной душой уйти. Он открывает дверь и замирает на пороге, видя что Мин уже собирается уходить. — Хён, ты уже домой? — недоверчиво спрашивает Нам и входит в помещение, закрытая за собой дверь. — Да, а что? — непонимающе кидает Юнги, закидывая в рюкзак блокнот и какую-то маленькую коробочку (её он скорее бережно кладёт во внутренний кармашек в рюкзаке) — Ну-у-у, — тянет Ким, — не важно. Как ваши с Чимином отношения? — Думаю, что замечательно. Он, конечно, пообижался на меня после того, как я припёрся к нему в два ночи но...— Юн глубоко вздыхает, и, закрывая портфель переводит взгляд на Джуна. — Но сейчас он ждёт меня дома. — У него или у тебя? — У меня. — Намджун сверлит его взглядом, выгибает бровь и ждёт. — Джун. Мне выпал шанс быть с Чимином, я его не просру. — Я верю в вас, ребята. — он протягивает стаканчик с уже остывающим кофе и выходит вместе с Мином.

Чимин действительно ждёт. И он ждёт не просто сидя перед телевизором там или готовя ужин. Он похож на пёсика, ведь сидит перед дверью. Пак Чимин действительно сидит перед входной дверью и ждёт Юнги, проверяя время каждую минуту. Юнги открывает дверь, и тогда Чим подскакивает, смотря на старшего удивлённо. А Юнги в ответ не менее шокировано. — Блять, Чимин. Ты серьёзно? — спрашивает Юн, снимая куртку. — Какого хера ты сидел на полу?! — Хён, — Чимин недовольно хнычет. — я просто хотел дождаться тебя. Не ори. — Иди нахуй, Пак Чимин. — шёпотом произносит Мин, и пытается сдержать свою улыбку, прикусывая нижнюю губу. Пак показывает на это язык и разворачивается, уходя в зал. — Я уже выбрал сериал, который мы посмотрим! — выкрикивает из зала Чимин, пока Юнги снимает обувь. — А как же настолки? — на это Мин получает «можешь принести дженгу, я готов выигрывать» и улыбается. Он заскакивает на кухню, где, оказывается, всё-таки приготовлен ужин. — Минни, ты же не отравишь меня? Чим заходит на кухню и приобнимает хёна со спины, утыкаясь ему головой в спину. Юнги спросил, ел ли младший, на что получил тихое «чуть-чуть». Мин кивнул и наложил себе ужин. Они прошли в зал, усевшись на излюбленный диван и включая телевизор. — Ты действительно сидел у двери и ждал меня? —Да. — Ох. — Юнги вздыхает, предлагая Чимину немного риса. Тот соглашается. — Спасибо. — Я успел послушать новый мини-альбом от «Red B-love». Знаешь, ты говорил что не можешь написать что-то романтичное, но эта песня просто... Вау. Я чуть не заплакал. — он немного посмеялся с себя, а потом увидел тёплую улыбку Мина. — Я написал её когда ты закрылся. — Юн опустил взгляд, запихивая в рот еду. Чимин лишь удивлённо смотрел на него и ждал ещё чего-то. —Я, наверное, просто скучал. И ещё, может, чуть-чуть волновался. Чимин проводит своей ладошкой по чужому колену и улыбается как придурок (как самый милый придурок, сказал бы Юнги). Он придвигается чуть ближе и отставляет тарелку, что забрал из рук Юнги, на столик у дивана и обнимает его, ложась на миновы колени. — Я тоже. — шёпотом, куда-то в живот Мина говорит Чи. — Я тогда очень много думал, иногда даже забывал про то, что должен спать или хоть немного передвигаться. Я пытался вспомнить как началась эта ерунда с расстройством… Мин поворачивается на диване, укладываясь на него и упираясь головой о подлокотник. Он не знает что может сделать, поэтому просто слушает дальше, не перебивая и обнимая в ответ. — Знаешь, я всегда был пухленьким. В средней школе меня начали дразнить из-за лишнего веса. Тогда я решил начать худеть и всё, вроде, было нормально. Я не страдал голоданиями или...Этим. Просто однажды вес перестал уходить и я решил не есть вообще. А потом узнал, что можно есть и не толстеть, если выблёвывать еду. — Вздох. Юнги поглаживает чужие плечи, пусть и не чувствует ничего, кроме безразличия Чимина к этой ситуации. Теперь. — И всё было нормально, но мои родители узнали. Меня отвели к психологу и я начал рыдать, когда говорил с ним. Я никогда не считал это чем-то плохим, просто не тем, что делают обычно. Мой отец часто говорил о том, что я могу умереть от этого, а мать то, что всё будет хорошо. Знаешь, когда я переехал в Сеул, это прошло. Но потом на танцах мне сказали похудеть, чтобы выглядеть более эстетично. И я вновь начал. А потом ты узнал. И я почувствовал себя отвратительным. Прости. Пак поднимает свою голову с миновского живота и на мгновение замирает. В глазах Юнги читается ничего. И это «ничего» действительно пугает. Мин начинает говорить о том, что ему не важно какой Чимин был, каким будет или какой он есть внешне. Он говорит, что ничего ужасного в этом нет, что готов убить тех мудаков. А потом тихо спрашивает: — С тобой ведь всё будет хорошо? — и он начинает плакать. Просто обычное спокойствие уходит на второй план, а понимание всего пиздеца немного да давит. — Эй, сахарок. — Чи тянется к чужому личику и целует в носик, от чего Мин морщится. — Всё хорошо. Всё будет хорошо. — Я могу чем-то помочь? — заправляя за чиминово ухо выбившиеся пряди, спрашивает Юнги, после чего шмыгает носом. — Ты уже более чем помогаешь, хён. Ты всегда рядом и всегда готов меня выслушать, ты даже забираешь меня из зала, если я там задерживаюсь дольше, чем нужно… Прости. — Ты дорог мне, Чиминни. Мы с тобой встречаемся, детка, так что я должен всё это делать. — Ты не должен. А ещё я подумал, и понял, что ты тоже дохрена сидишь в своей студии. — Пак скрещивает руки на груди и дует свои пухлые губки. — Кстати об этом, Минни. — Юнги поглаживает чужую талию, перекладывая руки на ягодицы Чимина, от чего тот немного краснее (что, кстати, удивительно. Пак ведь часто был в таком положении, когда его лапали за зад, но сейчас это действительно смущает). — Я скоро улетаю в командировку. — Куда? — резко и удивлённо спрашивает младший, забыв о том, что он вроде как обижается. — А.. А когда? — В Америку, через десять дней. — Мин убирает одну свою руку и протирает тыльной стороной ладони своё лицо, которое до сих пор влажное от слёз. — Я не знаю почему, ведь раньше я мог спокойно работать удалённо, просто подожди меня, ладно? — Ну, мы же можем созваниваться. — Конечно, Минни. — Чимин утыкается в юнгиину шею своим носиком и тихо всхлипывает. — Ну Чимин, ну ты чего? — Иди нахуй, Мин Юнги.

🌌🌠🌌

Много терпения, трещина в темени,

Лбом не разрушить кирпичные стены.

Я — Минелай, ты— Елена прекрасная,

— И ты за пределами моей гравитации.

Чимин помогает Юнги собраться и уже хочет, чтобы он вернулся. Нет, Мин ещё пару дней будет дома, просто тот факт, что он уезжает, уже тревожит. Пак сидит на полу рядом со старшим и смотрит на собранный чемодан. Он ему не нравится. Очень. Наверное поэтому Чимин тянется к нему своей ногой и пинает так, что чемодан падает. — Какого чёрта, Чимин? — ну, возможно Чимин забыл, что там есть достаточно дорогие вещи. — Я злой, Юнги. — Чи хмурится и снова дует губы, вызывая у старшего приливы умиления. — И противный. — дразня произносит Мин. — И противный. — повторяет младший. — И ты будешь скучать по мне. — И я, возможно, буду скучать по тебе. Немного.

🌌🌠🌌

В аэропорту Чимин не смог проводит Юнги как обычного человека. Он улетал вместе с участниками группы, прячась среди стаффа. И, конечно же, Мин Юнги тоже был популярен, многие знают его под именем August D, поэтому он по своему обычаю прятался за маской, кепкой и огромными чёрными вещами. Чимин был фанатом Red B-love, и он хотел прийти на их вылет из Кореи, но когда Юнги попросил прийти и проводить его, то он буквально забыл всё о своём любимом k-pop-е. Юнги пригласил Чимина проводить его, он буквально попросил об этом. Пак Чимин еле пробивается через толпу. Стоя у самого края из людей, он видит как участники группы идут по открытому участку аэропорта, за ними стафф, где в самом начале этой толпы идёт чёрное пятнышко. Мин осматривает толпу, ища Чимина, а потом машет ему. Чимин так ярко улыбается, что глаза его превращаются в щёлочки в виде полумесяцев и очень энергично машет. Мин Юнги начинает смеяться. Он действительно смеётся, чем привлекает внимание стаффа. Одна из девушек подходит, дабы спросить у него, все ли в порядке, а Мин указывает на Чимина и мягко ей говорит, «Мой парень пришёл проводить меня». И я вас уверяю, потому что сама уверена, Чимин бы заплакал сейчас, если бы слышал слова Юнги и то, как тепло он это говорил.

🌌🌠🌌

00: 33

Засахаренный Чиминни, я надеюсь ты уже спишь Я только заехал в грёбаный номер, даже вещи ещё не открывал Спасибо, Чиминни. Ты был очень милым в аэропорту

06:20

Вы Доброе утро Или ночь? Надеюсь ты поспал в самолёте (~˘▾˘)~ Я скоро ухожу на работу. Надеюсь ты не против, что я ночевал у тебя

06:22

Засахаренный Ты рано проснулся сегодня И да, я поспал в самолёте, ибо что я мог делать четырнадцать часов? Сейчас меня отправили на рабочее место, тут неплохая студия, но моя гораздо лучше

06:25

Вы Ты сильно занят? Я почти готов, так что можем созвониться Если ты не против Юнги не отвечает какое-то время, поэтому Чим решает сходить в душ. И именно тогда, когда он начал смывать шампунь Мин позвонил. — О, Чиминни, я не вовремя? — смеётся Мин, видя мокрую голову своего парня и его оголённые ключицы. — Смешно, Юнги. — Чимин ставит телефон на полку в ванной и ищет свою одежду. — Я еле успел смыть шампунь, хён. Хватит ржать! — Чимин запутывается в своей же футболке, которая прилипла к его влажному телу. —Прости, просто такое чувство, что ты танцуешь стриптиз. — Чимин чуть не поскользнулся, что вызвало ещё больше смеха со стороны старшего. —Господи, детка, такими темпами ты не доживёшь до моего приезда. Будь аккуратнее. — Покажи мне свою временную студию. — просит Пак, выходя из ванной комнаты. Он заходит на кухню и включает чайник, после чего устремляет своё внимание на Юнги. — Давай. — Ну бля, Чимин. — Мин закатывает глаза и встаёт со своего кресла, берёт телефон в руки, переворачивая камеру. —Это очень, очень тупая аппаратура с исключительно английским алфавитом. Это, — он указывает на кресло, — дерьмовое кожаное кресло, с ездящими колёсиками. Но оно нихера не удобное! … — Нет, Юнги-хён, бессмертие дерьмовая вещь. Поверить не могу, что ты действительно выберешь это! — Чиминни, у меня будет время привыкнуть к грёбаному английскому буквально везде. Я, например, не сдохну от недосыпа или от этого дерьмового кресла … — Сахарок, ну пожа-а-алуйста. — Чимин уже вторую минуту уговаривает включить ему песню, над которой Юнги работает. —Чимин, я включу! Только если я узнаю, что ты кому-то рассказал... — Да, хён, я понял. Ну включи пожалуйста. —Господи, за что мне такой парень? — Юн закатывает глаза и щёлкает мышью. — Я надеюсь что фраза просто не закончена. Ты ведь хотел сказать «Господи, за что мне такой парень? Такой восхитительный и замечательный». — Именно это. Так, давай слушай, я включаю. … — Юнги, мне пора выходить. Либо я опоздаю на работу. — говорит Пак, вставая с дивана в миновском зале. — У тебя ночь, да? — Ага, но это не важно. Удачи на работе, Минни. — отвечает Юн, складывая руки на столе, напротив камеры, и укладывая на них голову. — Скоро дети выступают, да? — Чимин кивает, и выходит в прихожую. — Я наверное не успею, можешь снять для меня выступление? — Ты действительно хочешь посмотреть? Неужели запал на мою ученицу? — Чим шутливо играет бровями. — Йеон действительно прекрасная девочка. Можешь начинать ревновать. — Мин лыбится. — Я уже. — недовольно произносит Пак и бросает трубку.

🌌🌠🌌

Вечером, однако, Чимин возвращается в свою квартиру. И что-то будто вновь давит, он собирает в рюкзак какие-то свои вещи и снова идёт в чужую квартиру, которая ему стала гораздо роднее своей. И, дело не в том, что у Юнги она большая или более уютная. В ней была атмосфера, которая не давала углубляться в себя и убиваться. Девять тридцать. Чимин готовит ужин, не что-то сложное или полезное. Просто обычный перекус и кофе. И да, привычка пить кофе перед сном взялась от Юнги, который пьёт его постоянно. Сегодня был тяжёлый день, несколько групп и репетиции перед концертом. Конечно, всё не так важно как у Мина, но это не значит, что менее тяжко. Да ещё и давила мысль о том, что придётся возвращаться в свою квартиру. Да даже если не в свою, то в пустую. Правда, когда Чимин вошёл в минову квартиру, то стало всё равно легче. Здесь запахи другие, тепло, не так мрачно, а ещё будто ясно, что здесь именно Мин Юнги живёт. Телефон Чимина вибрирует, ему звонит Юнги, но он сбрасывает входящий. Какого чёрта? Ну, он обиделся, ещё он здесь, а ещё Чимин в одежде Юнги и не хочет, чтобы старший видел, что его любимая толстовка сейчас на Паке, который ест и может заляпать её. Капюшон натянут на голову и прячет тёмные волосы Чима, которые растрепались после того, как он пешком шёл по улице, когда дул сильнейший ветер. Телефон вновь вибрирует, только на этот раз от сообщения.

21: 34

Засахаренный Пак Чимин, я не для этого встал в восемь утра Я знаю, что ты не спишь, потому что работать ты закончил лишь час назад. Вы Хеее, Юнги (づ｡◕‿‿◕｡)づ Извини, я задумался и случайно, правда, скинул звонок Ты ведь ещё в номере?

21: 35

Засахаренный Да Вы Отлично. Просто подожди, я позвоню с ноута Окей, это не похоже на панику. Просто Чимин забывает о том, о чём волновался несколько минут назад и судорожно звонит Юнги по скайпу. С ноутбука Юнги. Юнги был сонным, действительно сонным. На его голове был беспорядок, сам Мин одетый, на удивление, в жёлтую футболку, а его лицо было заспанным. И чимин готов был поклясться, что никогда не видел настолько милого Мин Юнги. — Это моя футболка? — промямлил Пак, смотря в экран ноутбука. —А это моя толстовка, — проговорил Юнги, вставая с кровати. Кажется, он тоже сидел с ноутбука, ведь держался обеими руками снизу камеры. — моя квартира и мой парень. — Мин Юнги! — Чимин нервно играется со шнурками юнгиновой толстовки и опускает взгляд. Он затягивает эти самые шнурки, скрывая своё личико в капюшоне. — Как тебя вообще можно называть ужасными парнем? Разве только ужасно смущающим. — Просто мы с тобой как Бони и Клайд, Минни. — шутливо говорит старший. — Ну не-е-ет, хён. Это ужасное сравнение! Мы не преступники, а добропорядочные граждане Южной Кореи. Ну и ты сейчас как житель Америки. — Тогда как Менелай и Елена прекрасная? — улыбаясь произнёс Юн, наблюдая за округляющимися глазами Чимина. Пак же даже решил выбраться из своего убежища под капюшоном, настолько он был возмущён. — Ты читал «Илиаду»? Она же кинула бедного мужика! —Её похитили. Но вообще, да, она создана как образ порочного человека. — И ты сравниваешь наши отношения. — Чи вновь дует свои губы. —Минни, я шутил, хорошо? Не расстраивайся. — в номер заходит девушка, занося кофе. Мин её благодарит и ждёт когда та выйдет. — Мне ой как не нравится здешний кофе. — Когда ты приедешь я приготовлю твой любимый. — мямлит Чимин, хватая с журнального столика кусочек мяса и закидывая его в рот. — Кстати о любимом. Ты ведь TFL? — Чимин утвердительно кивает и всё ещё дует губы, делая вид, что обижается.— Меняю съемки из закулисья на фанкам Йеон. — Юнги начинает откровенно ржать с реакции Чимина. — Да пошёл ты, Мин Юнги! — Пак встаёт со своего места на диване и ставит ноутбук на кофейный столик. — Ты подумай, а я ведь хотел приготовить ему кофе к приезду. Вот у Йеон и проси свой чёртов кофе! Пак где-то за пределами камеры тоже начинает смеяться, после чего возвращается из кухни с наполненным стаканом воды. — Я подумал, и всё же готов обменять весь танец и фанкам Чхве Йеон на фотографы всех участников группы и фанкам Уёна. — По рукам, Чиминни. — у Юнги звонит телефон, он отходит от ноутбука, поставленного на кровать, и что-то говорит на английском. — Мне пора в студию, детка. Выспись сегодня. — Поработай продуктивно сегодня. Я просто обожаю твои песни, поэтому жду новых, сахарок. Юнги лишь улыбается и кивает, после чего отключается. Пак откидывает голову на спинку дивана и, улыбаясь, вздыхает. Он переводит взгляд на стол, где спокойно лежит тарелка с мясом и овощами. И, честно говоря, Чимин устал. Он действительно голоден, он ставил себе цель не пойти в туалет и не выблювать всю эту еду, потому что хочет сказать Юнги «Я в порядке. Действительно в порядке». И чтобы Мин улыбался этому искренне, что бы действительно был рад за Пака. Он ест ещё пару кусочков мяса, после чего направляется на кухню, чтобы положить остатки в холодильник. После этого возвращается в зал и включает шоу «Зажги сцену».

🌌🌠🌌

Спустя неделю, однако, Чимин истосковался. Он вычистил всю квартиру Юнги, сменил постельное бельё, выгладил всё, что было в шкафах, протёр пыль на тех полках, до которых приходилось дотягиваться с помощью стола и табуретки. Пак даже пришёл к себе в квартиру, взяв ещё вещей. Иногда Чимин думал, что нечестно так обживаться в чужой квартире. Что, возможно, Юнги не рассчитывает на что-то после конца спора, ведь тот так ничего и не ответил. Ещё было одиноко без Мина. Да, они созванивались и переписывались. Чимин прислал Юнги видео с выступления своих воспитанников, на что старший прислал умилительное для Пака «Вау, они такие хорошенькие». Но всё ещё не хватало тех посиделок за телевизором в три ночи или игр в настолки, того сердитого Юнги, который заваливался на кровать и просил Чимина укутать его. Да и в последнее время Юнги с Чимином редко могли созваниваться. Юнги был действительно занят работой, он много и долго засиживался в студии, делал акцент на аранжировку, нежели на слова, ибо и без этого голова кругом шла. Старший часто жаловался в сообщениях на это. — Чим, ты уверен в этом? — спрашивает Тэхён у Пака, помогая ему донести кошачий корм. — Я не думаю, что Юнги это одобрит. — Тэ, я не уверен, но ты видишь этого малыша? Он такой милый и крошечный, что мне жалко оставлять его на улице. — отвечает юноша, прижимая к себе маленького котёнка и пряча его под курточкой. — Я тебе обещаю, ни слова Юнги про Ким Тэхёна не скажу. Тэхён вздыхает и натягивает капюшон сильнее. Холодно. Чимин не знает что его дёрнуло на то, чтобы забрать этого малыша при том, что поселился он у Юнги. Не сказать, что Мин не любил животных, просто никогда их не хотел. Да и Чимин тоже. Но вот когда он выходил из магазинчика вместе с Тэхёном, он увидел этого чёрно-рыжего котёнка. Пак просто повернулся обратно к дверям магазина, чем удивил Тэхёна, и вышел через несколько минут с пакетом сухого корма и ещё несколькими мокрого. — Ну и как мы тебя назовём? — выпуская комочек меха в квартире и снимая с себя куртку говорит Пак. — Уён? — и он посмеивается. — Ладно. Уён, конечно, классный, но он тебя не достоин, да, малыш? Совсем тихое, слабое и хриплое мяу слышится внизу и Чим замирает. Ему стало так не по себе от этого звука, а в груди появилось что-то похожее на сожаление. — Тони? — мяу. — Тони Монтана? — котёнок замолчал и двинулся вперёд, со страхом осматривая помещение. — Тони Монтана, понятно.

🌌🌠🌌

Юнги сидит в студии. Он так заебался с музыкой, но, кажется, это того стоило. Мин работал над песнями той к-pop группы, которую так обожает Чимин (Юнги просто устал даже думать о ней), но так же, всё остальное, не совсем рабочее время, он работал над своей песней. Сейчас всего час дня, и он думает позвонить Чимину, так как уже устал. А потом вспоминает, что в Сеуле сейчас два ночи. Блять. Мин вновь надевает наушники и включает музыку, недавно начатую дэмку. Несколько секунд после прослушивания Юнги хмурится и прикрывает глаза, откидываясь на спинку кресла. — Бля, да что за дебильное кресло? — он хватает свой телефон, лежащий на столе.

14:06

Вы Этот дебильной стул меня вновь обижает, Чиминни Я уже готов драться с тем, кто его сюда поставил

14:08

Мини-Чиминни Боже, хён Не стоит, как ты будешь там работать?

14:09

Вы Ты действительно не спишь? Сейчас два ночи, Чимин. Мини-Чиминни Я только вернулся с прогулки с Тэ:) Ну, вернее час назад. И, тебя будет ждать дома небольшой сюрприз

14:10

Вы Не угрожай мне, Чимин. Если ты решил быть с Тэхёном, то это ужасный сюрприз. Мини-Чиминни (╯°□°)╯ Не-е-ет, Юнги! Это не так! Мы с Тэхёном были бы потрясающей парой, но нет. Но сюрприз будет ждать тебя. Такой маленький. Крошечный Вы … Чиминни, я надеюсь, что моё слабое сердце выдержит. Мне уже страшно

14:11

Мини-Чиминни Окей. Хорошо. Не переживай об этом Когда ты приедешь мы обязательно договоримся насчёт этого Кстати, когда вы прилетаете? Вы Ты не знаешь? Это же твоя любимая группа

14:12

Ещё неделя. Точнее восемь дней Мини-Чиминни Оу, я могу встретить тебя? Вы Тебе не надо спрашивать, Минни. Но всё-таки это правильно, ладно Мы прилетим поздно ночью, так что прошу, поспи лучше Мини-Чиминни Но я хочу дождаться тебя

14:14

Вы Тогда жди меня дома Я приеду и усну упав на тебя. Достаточно романтично? Мини-Чиминни Для тебя даже слишком, Юнги

14:15

Вы Ложись спать, Минни Выспись пожалуйста Мини-Чиминни Удачной работы, сахарок~ Ты пишешь шикарные песни Вы Сладких снов, Чимин Я уже соскучился Юнги откидывает телефон и прячет лицо в ладонях, краснея. Никогда он не чувствовал подобное волнение от таких слов. Возможно, он говорил их слишком редко, чтобы помнить, а возможно, говорил это неискренне. Он помнит, как с Сохён пытался быть действительно милым, но получалось, если честно, дерьмово. Он писал ей ночью, чтобы посидеть и посмотреть телек, но она либо не отвечала, либо говорила, что он немного с придурью. Юнги как-то пытался сделать ей комплимент, но всё что Мин смог это: «красивая причёска», брошенное будто невзначай. С Чимином было по-другому. Младший сам тянется и, возможно, тянет эти отношения. А Юнги с охотой тянется вместе с ними. Он пару раз буквально предложил сходить на свидание, обнимал когда не стеснялся этого и пытался, как может, ухаживать за Чимином. Юнги действительно скучает. Мин просто устал сидеть здесь, в Америке, писать песни, думая о доме. Он не был сентиментальным, не думал про это как о том месте, где ему лучше. Просто он чувствовал это, чувствовал, что скучает по всему, от чего практически изолировали. А ещё у него до сих пор та коробочка с собой. Он немного боится её вручать Чиму, но, возможно, это будет лучше сделать когда-нибудь потом. Спустя ещё пару месяцев. Нет, Юнги не боится. Конечно он не боится, чего бояться-то?

🌌🌠🌌

Время не лечит — время колечит.

Знают, когда я с кем-то замечен.

Жёлтая пресса и папарацци,

— И ты — за пределами моей гравитации…

[Мин Юнги, так же известный как Agust D, был замечен в Нью-Йорке. Фанаты видели его на концерте группы Red B-love.] [Известный автор и исполнитель согласился дать интервью. Недавно вы взяли отпуск. Как вы его провели? —Оу, я просто отдыхал. Знаете, валялся на диване перед телевизором, пока под боком кое-кто сопел. Иногда выходил с друзьями на прогулки, дабы развеяться. … У Red B-love вышел мини альбом. Песня, которая не похожа на ваш обычный стиль — это «Not so great». Чем вы были вдохновленны на такую лирику? — Тогда я писал то, что чувствовал. Это было тяжелее чем обычно, ведь ранее, именно в своих песнях, я писал о прошлом. Но сейчас был концепт, который я мог соотнести со своим внутренним миром на тот момент. … Многие фанатки Agust D хотели бы знать ваш типаж. К какому времени вы бы хотели обзавестись отношениями?] Чимин откидывает телефон. Он читает это глупое интервью, при этом делая скриншот на каждом подобном вопросе, либо на ответе Юнги, в которых есть намёки на Пака. Ему неловко от того, что старший вообще не скрывает подобное, хотя с прошлыми отношениями он был предельно осторожен. Делая глубокий вздох, Чи наконец-то берёт телефон обратно, хватаясь одной рукой за свои красные щёки. Он достаточно смущён, ведь именно Мин попросил прочитать это интервью. [— На самом деле я сейчас в отношениях. Могу сказать, что мой типаж — это кто-то чуть ниже меня. Кхм, на целый сантиметр. Возможно с тёмными волосами, но это не так важно. Характер этого человека достаточно... Яркий, нежный и всегда настоящий. Я точно не знаю как можно это описать. Я точно знаю, что мой партнёр сейчас просто идеален. Могу ли я задать вопрос о том, насколько долго вы в этих отношениях? — Мы встречаемся два с половиной месяца. Но знаете, с этим человеком я знаком уже три года] — Ну Юнги-и-и-и. Какого чёрта? — хнычет Чимин, пряча лицо в ладонях. Ему очень, очень неловко. Мин Юнги буквально заявил об их отношениях на большую аудиторию. — Тони Монтана! — котёнок запрыгнул на чиминовы колени, чем напугал парня. Пак начал гладить чёрно-рыжий комочек, попутно жалуясь на своего парня. Вскоре ему позвонил Тэхён, расспрашивая о том, как же Чимину удалось заставить Юнги всё это сказать. На фоне, однако, слышались какие-то чонгуковские возмущения, поэтому Тэ прекратил свой допрос и пожелал Чи «огромного, слышишь, ОГРОМНОГО тебе бессмертия». Ну да, Юнги возвращается в Корею следующей ночью. Чимин так и не объяснил, что за сюрприз ждёт Мина, поэтому и не знал как реагировать. Но, в любом случае у Пака есть ещё и своя квартира, где он может жить с Тони Монтаной.

🌌🌠🌌

Мин Юнги ищет ключи от своей квартиры. И, кажется, он их потерял где-то в чемодане, поэтому он расстёгивает его. Нет, Юн конечно мог позвонить в звонок, но он практически уверен в том, что Чимин спит. Чемодан открывается и все вещи, аккуратно уложенные ранее, просто превращаются в чемоданный хаос. Зато ключи найдены. Прямо в кармашке для мелочей, куда Юнги положил ещё и свои документы. Дома темно, тихо и очень спокойно. Так же слишком чисто и пахнет чем-то непривычным, но это не важно, так как Мин безумно устал. Он оставляет свой багаж в зале, прежде чем вернуться в коридор и снять верхнюю одежду. В свою комнату он проходит на цыпочках, стараясь быть ещё тише чем обычно. Здесь ещё темнее чем во всей квартире, так как Пак зашторил окна ну очень плотными шторами Юнги. Глаза старшего немного привыкли к темноте, поэтому он мог видеть очертания всего в этой комнате. Чимин по своей привычке обложил кровать несколькими пледами. В два он укутался как в своеобразный кокон, откуда были видны лишь чутка его ноги и личико. Одно младший причудливо свернул, закинув на него руку и ногу, немного подминая под себя. Старший подошёл и присел на колени напротив лица Пака, рассматривая его в кромешной тьме. Как бы Юнги ни хотел признавать, но он испытывал трепетное чувство к Чиминни, проявляя его столь же трепетно, пусть иногда и грубо. Сон всегда мог подождать, если дело касалось чего-то важного. Сейчас, например, это Пак Чимин, спящий в его кровати. — Чиминни, детка. — шёпотом произносит Юнги, протягивая руку к его лицу. Младший начинает елозить и причмокивает губами, что кажется невыносимо очаровательным. Настолько, что он не сдерживается и проводит указательным пальцем по верхней губе Чимина, а после по нижней. Чимин хмурится от прикосновений, облизывает свои губёхи и начинает невнятно бормотать. В щёлочках его приоткрытых глаз виднеется тёмная радужка с широким зрачком, что вызывает у старшего непонятные позывы с учащённым сердцебиением. Мин приподнимается с колен и залезает на Пака, который продолжает неясно бормотать. — Замри. — кидает Юн и Чим действительно замирает. Младший придерживает что-то у своей груди, и глубоко дышит. Старший тоже замирает. — Какого хера, Юнги? — шёпотом спрашивает Минни и посматривает на это «что-то» у своей груди. — Ты чуть не раздавил его. — Кого? — Мой сюрприз. Младший пытается выпутаться из одеяльного кокона, помогая себе одной рукой. Мин усаживается на бёдрах Чиминни и помогает распутать верхнюю часть его тела. Чи глубоко вздыхает вновь и протягивает тёплый комочек к Юнги. Тот в свою очередь смотрит на умилительный чёрно-рыжий комочек шерсти, что помещается в маленьких ручках его Чиминни. Торчащие ушки дёргаются и малютка приподнимает свою голову, пристально глядя на старшего, будто оценивая. Он поворачивается к Чимину и тихо, хрипло мяукает. — Оу. — выдаёт Юн, и, подобно котёнку, устремляет свой взгляд на Пака. Тот смотрит то на котёнка в руках, то на Юнги как-то с надеждой. — Малыш, он... такой крошечный. Ты его как-то назвал? — Тони Монтана. Юнги начинает посмеиваться, а его глаза слипаются от желания поспать. — Ты назвал этого малютку именем чёртового мафиози? — Чи виновато опускает взгляд и мямлит себе под нос, поглаживая большими пальцами Тони Монтану. — Он сам выбрал это имя. — чуть громче произносит младший, после чего его подбородок обхватывают тёплые пальцы Юнги. Он приподнимает чужую голову и коротко целует. Этот поцелуй не выходит глубоким или страстным, просто очень нежным и слегка ленивым. — Оу.. Вау Чимин рвано выдыхает и тянет свою ладошку к минову лицу, выводя круги на его щеке. Он тянется для ещё более краткого поцелуя, скорее просто чмокает его в губы, после чего счастливо улыбается. — Я скучал, Чиминни. — выдыхает старший, слезая с чужих бёдер и ложась на пустое пространство на кровати. — Я тоже, сахарок. — всё ещё улыбаясь говорит Пак. Он укладывает шерстяной комочек на грудь Юнги и укрывает их пледом. Сам он укладывается сбоку обвивая своими конечностями старшего. — Тебе не будет холодно ещё без двух пледов? — сонно дразнит Юн. — Не-а, ты очень тёплый.

🌌🌠🌌

Юнги вновь сидел в, наконец-то, своей студии. Здесь всё было в разы лучше и привычней, хотя это логично, ведь сам Мин тут всё обустраивал. Правда было так же пусто как и в Америке. Он написал Чимину, чтобы тот пришёл после работы к нему в студию. Раздаётся стук, но сейчас всего пять дня, так что это точно не Пак. Да, это оказался Сокджин, работающий менеджером Намджуна, и являющийся парнем Хосока. — О, Большой Сок. — кинул Юнги, снимая наушники. — Да, я. А ты как обычно пропустил обед.— констатирует Ким. — Ты что-то хотел, Сокджин? Я сейчас работаю над одной песней. — он вздыхает и смотрит на скрестившего руки старшего, который немного хмурится, думая о чем-то. Юнги достаточно с ним дружит, чтобы понимать, что он настроен на серьёзный разговор. — Юнги, ты буквально заявил о своих отношениях. Я знаю, что наше агентство одно из немногих, что предоставляет достаточно свободы, чтобы ты мог говорить подобное… Просто, не слишком ли это для спора? — Ким немного мнётся, неуверенный в своих словах. Юн указывает ему на диван, куда сам вскоре садится. — Я не уверен. Чимин, вроде, счастлив рядом со мной и я подумал, что всё может сложиться. Ну... — Джин его перебивает. — Юнги, мы с тобой оба знаем, как ты можешь трепетно к кому-то относится. Но Чимин... Он для тебя чересчур особенный. Я просто хочу сказать, что твоя забота о нём и то, что ты, вероятно, чувствуешь к нему — это то, что нужно вам обоим. Оба после этого молчат, Мин просто думает обо всём сказанном Джином. Пусть это и не было глубокой мыслью или правильно сформулированной. Просто они знали, что если они что-то думают, то должны говорить это друг другу без долгих раздумий. — Я бы хотел поделиться этим с Чимином, но не хочу, чтобы он знал об этом. — Юнги встаёт с места и подходит к своему компьютеру, включая трек, он протягивает лист, с недописанным текстом и ждёт реакции. Сокджин качает головой в такт музыки и пытается прикинуть где идут какие слова. — Я бы хотел дописать это к концу нашего спора. У меня уже пол года не было камбэка, так что пора бы. Я хочу чтобы в этой песне всё всплыло. — Но Чимин никогда не слушает тебя как Agust D. — Чушь. Он недавно слушал мою песню, а ещё он пел её пока готовил завтрак. И я замечал это ещё до ёбаного спора. — произносит Мин, откидываясь на спинку своего кресла. В дверь кто-то стучит, и парни переглядываются друг с другом. Юнги открывает дверь и видит на пороге Пака. — Как ты поднялся? — хмурясь спрашивает Мин, надеясь на то, что ничего Чимин не слышал (хотя Чимин не мог что-то слышать за шумоизоляцией). — Оу, там такая милая девушка на ресепшене. Да и меня согласились отпустить пораньше с работы, так как много детей сейчас болеют. В общем, я надеюсь, ты не против, что я припёрся пораньше. Приветики, Джин. Сокджин подошёл к дверному проходу, у которого общались эти двое и поприветствовал Чи в ответ. Он попрощался, говоря, что стоит проверить Джуна, не сломал ли тот что. Именно поэтому наши бойфренды остаются наедине. Юнги садится на диван и хлопает по месту рядом, призывая младшего присесть. Тот подходит, но садится на чужие колени, заодно ухватываясь руками за юнгиновы плечи. Юнги легонько улыбается, обвивая чужую талию своими руками. Он тянется за поцелуем, который выходит более горячим и мокрым, чем оба могли рассчитывать. — Детка. — выдыхает Юнги, отстраняясь от поцелуя. Чимин недовольно стонет, но тоже отодвигается чутка. — Скоро будет конец нашего спора, но я хотел бы спросить.— он мнётся, не привыкши говорить подобное. Чим немного напрягается, неуверенный в следующих словах. — Просто скажи. — ласково произносит младший, целуя Мина в нос. — Мы в любом случае можем обсудить это. — Я бы хотел продолжить наши отношения и после этого дебильного спора. Чимин наклонятся к Юнги, закрывшему глаза, и начинает целовать его щёку, поднимаясь к чужому уху. — Я люблю тебя, Мин Юнги. — Юн проводит ладонью между лопаток Чимина, от чего тот выпрямляется, а по телу пробегает небольшой табун мурашек. — Минни. — он откидывается на диване, открывает глаза, пристально смотря на младшего. А Чи боится, что сказал это зря, его колени начинают дрожать и он прикусывает нижнюю губу. — Чиминни, я хотел сказать это первым. — Но я устал ждать. — Но Чимин, ты же понимаешь, что... — Просто скажи это. — Я люблю тебя, Пак Чимин. Юнги придвигает к себе Пака, практически прижимая его к себе. Он утыкается ему в шею и тихо что-то мурлычет. Чим зарывается в миновы волосы, поглаживая их. Младший чувствует горячее дыхание на своей шее, улыбается, когда Юнги начинает её целовать. В животе начинают порхать бабочки буквально от каждого прикосновения старшего. Такого нежного и любящего, целующего и палящего этими поцелуями слегка загорелую кожу Чимина. Он расстёгивает две верхних пуговицы своей рубашки, давая больше пространства для Мина. Его рука на чужом плече сжимает ткань толстовки, а другая вновь зарывается в чужие волосы, призывая не отстраняться. — Я люблю тебя.— выдыхает Мин в чужую шею, после чего слегка прикусывает ключицу. Чимин тихо постанывает, понимая, что им стоит остановится сейчас. — Я тоже тебя люблю, боже. Но Юнги, мы должны сейчас остановиться. — Мы можем поехать сейчас домой. — и Чимин лишь кратко кивает, вставая с чужих колен. Они одеваются и выходят из кабинета Юнги. Младший тянется к чужой руке и неуверенно переплетает их пальцы, на что Мин улыбается и сжимает их крепче.

🌌🌠🌌

Юнги проводит по внутренней стороне бедра Чимина. Он наклоняется и целует коленку, легонько проводя под ней своими пальцами. Поглаживает ладонями бёдра и слегка щекочет их. Он действительно никогда не испытывал такой трепет к кому-то. Чимин под Мином ёрзает. Всё его лицо покрылось лёгким румянцем, а уши действительно горели красным. Одна его рука сжимала простынь, пока вторая прикрывала его рот. — Чиминни, малыш… — хрипло произносит старший, приподнимаясь чуть выше. Он убирает чиминову руку от губ и мягко целует внутреннюю сторону ладони. Потому что всё, что касается Пака, должно быть нежным и трепетным. И, пусть Чи и лежит на кровати, но ноги его всё равно хотят подкосится, он сводит их друг к другу и получает совсем легкий шлепок по боку. — Ну нет, детка. — говорит Юнги, дуя губы. И о Боже, Чимин не сдерживается и действительно пищит. Юнги всегда кажется Паку милым, но это была последняя капля. — Что? Чимин мотает головой, приподнимаясь на локтях. Его улыбка такая ласковая, а глаза выражают восхищение и любовь в чистом виде. — Поцелуй меня. — выдаёт Чим, что Юнги выполняет незамедлительно. Младший обвивает чужую шею руками и пробирается одной из них под футболку через ворот, оглаживая гладкую спину.— Юнги. — разрывая поцелуй говорит Чимин, после чего оставляет на миновых губах целомудренный поцелуй.— Юнги. И Пак не знает, но он так хочет бормотать это имя. В голове, под закрытыми глазами, виден образ Юнги, а открыв их этот образ становится гораздо ярче. Он полностью садится и с неохотой выпускает Мина из объятий. Юн возвращается к прекрасным бёдрам, целуя их внутреннюю часть и иногда прикусывая. У него впервые за долгое время появляется желание оставить засосы или хоть что-то. Он оставляет влажную дорожку поцелуев и, близко к паху, не сдерживается, больно кусая нежный участок кожи. Чимин взвизгивает, запуская пальцы своей крошечной ладони в волосы Юнги. — Боже. — шипит младший. После он чувствует, как Мин целует этот укус, зализывает и поднимает виноватый взгляд. — Юнги, всё в порядке.— говорит Чим, откидывая голову и слегка потрепав юнгиновы волосы. Нет смысла спешить или наоборот оттягивать что-то сейчас. Стоит просто любить, и пусть всё идёт так, как хотят эти двое. В темноте Юнги не может разглядеть всё. Поэтому, когда он стягивает последние вещи с Чиминни, то проходится горячими руками по телу, пытаясь ощутить буквально каждый изгиб тела Чима. Минни прогибается в спине от нежных рук, откидываясь на кровати. В груди не держится стон, из-за чего с губ слетая он ударяется о стены спальни. Юнги гладит чужую грудь, смотря на выгибающегося под ним Чимина. Он наклоняется и добавляет к рукам свои губы, целуя шею и ключицы. Руки начинают скользить по телу ниже, вновь возвращаясь к бёдрам. Чимин обвивает поясницу Мина ногами прижимая его ближе к себе. Мягкими движениями Юн проникает пальцами, готовя Чимина. Из-за положения было трудновато, но возможно, поэтому у них не было никаких претензий. Чимин прижимался как мог, издавал тихие стоны, пытаясь быть максимально сдержанным, что немного заводило Юнги, который пытался увеличить громкость своими руками. Плавными движениями бёдер Мин толкался в любимого человека, целуя его и поглаживая руками. Пак, кажется, мог раствориться в руках Юнги. Его сейчас не просто имели, а каждым движением говорили, что любят. И всё что Чиминни мог сделать, это отдать себя, отдать без остатка. Он хотел, чтобы в Юнги, таком горячем и любящем, можно было раствориться. — Я люблю тебя. — Я тебя тоже люблю, Минни.

🌌🌠🌌

[Agust D заявил о своих отношениях, после чего его несколько раз замечали в компании одного и того же парня. Мин Юнги так же был замечен с тем же парнем чуть ранее. Многие считают, что со скандальной личностью будет тяжело ужиться, но сам рэпер ещё не давал никаких подтверждений, что именно этот человек — его парень.] Юнги читает это, после чего поднимает взгляд на возмущённое лицо Хосока, рядом с которым стоит Тэхён со скрещенными на груди руками. Да, он однозначно понимает, что подставил Чимина. Мин так же понимает, к чему это может привести, ведь существуют не совсем адекватные фанаты, которые могут найти Чимина. Он должен был быть осторожнее. — Ты почитай комментарии под этой статьёй. — Говорит Чон. [Незарегистрированный пользователь Насколько я знаю, этот парень появлялся в видео J-hope D-love-A Да-а-а, точно. Это Чимин, он иногда помогает снимать Хосоку каверы. Почитатель Red B-love Кто-то может скинуть канал этого J-hope?] Юнги сверлит взглядом комментарии. В них говорят о том, какой Чимин милый, а некоторые уже начали мини-расследования, с поисками места жительства Пака и вообще его как личности. Он хмурится и выключает телефон, не желая больше читать что-то подобное. — И так? Я понимаю, что обложался, поэтому сразу прошу совета. — смотря на друзей произносит Мин. — Сначала вопрос: какого хера ты перестал прятаться за одеждой, Мин Юнги?! — возмущается Тэхён. — Где твои маски, кепки, безразмерная одежда? — Чимин попросил надевать что-то цветное. Ему нравится когда я хожу не только в чёрном. — мямлит Мин. Тэ и Хоби переглядываются, после чего шумно вздыхают. — Послушай. Ты либо объявляешь о том, что встречаешься именно с Пак Чимином, после чего Сокджин переговорит с агентством насчёт безопасности твоего парня. Либо. — Хосока перебивают, не давая закончить его, видимо, подготовленную речь. — Я собираюсь сказать об этом в следующем интервью, которое будет с Джуном и Ви. — Юнги привстаёт с диванчика в своей студии и подходит к компьютеру. — К своему скорому камбеку я написал песню. Она будет говорить о моих чувствах, так как вы оба знаете, что я дерьмово говорю о чувствах в повседневной речи. — Джин сказал, что будет готов помочь тебе, если фанаты слишком...Расфанатеются. — слушая начало песни говорит Чон, он немного движется в ритм песне, но танцем это точно не назвать. — Ага. Как в прошлом году. — коротко поддакивает Ким, прежде чем начинаются слова. В прошлом году, во время концерта, Мин стоял у края сцены и читал свой новый рэп. Тогда-то какая-то девушка выкрикнула «Мин Юнги, я люблю тебя», после чего её парень втащил Юнги. А сам Мин просто по реакции ударил в ответ, из-за чего стафф был вынужден оказывать первую помощь двум пострадавшим. Многие фанаты практически сразу же рванулись, чтобы добить выебнувшегося парня, но Юнги успел сказать им, что всё в порядке, и что этому парню нужна скорее медицинская помощь, чем вправка мозгов. Мин Юнги достаточно переживает за близких людей и за тех, кто работает для него. Таких людей как Намджун или Джин он раньше относил во вторую группу, но со временем понял, что эти люди становятся частью семьи. Чимин для него давно стал частью этой семьи. Сейчас эти взаимоотношения выходят на новый уровень, открывая секрет, что это всё давно было взаимным.

«ты тот человек, с которым я могу быть собой,

Я надеюсь, что ты доверяешь мне так же.

Когда мы встретимся, я вновь тебя обниму.

Я скажу, что ты самый лучший.»

Юнги действительно очень хочет обнять Чимина. Он так хочет сказать, что Пак трудится так много и усердно, что его результаты заметны и он становится лучше в танцах. Что для Юнги он лучший во всём. Мин Юнги чувствует ком в горле и тяжесть в грудной клетке. Слёзы щиплют глаза. Он знает, какие слова будут следующими, он знает эту песню и знает, что вложил себя в эти слова. Он знает для кого это сделал. Ему предательски тяжело сдерживать себя. Тэхён похлопывает его по плечу, а Чон мягко треплет его волосы. — Это прекрасно, хён.

«Я знаю, что ты пьёшь чай с двумя ложками сахара.

Я знаю, что ты любишь и зелёный, и чёрный чай.

Ты не знаешь, что любишь сильней, но я точно знаю.

Я знаю, что люблю тебя сильно.»

Чимин говорил, что не может жить без сладкого чая. Юнги каждый день готовил его Паку, всегда, когда мог прийти домой раньше него. Пак приходил уставший и довольный, ложился рядышком, а Мин вздыхал, шёл на кухню и приносил чай. Юнги встаёт со своего места, вытирая слёзы тыльной стороной ладони и прячась в воротнике красной толстовки. Он накидывает пуховик и подходит к своему рабочему столу, выключая аппаратуру и компьютер. — Ты куда? — спрашивает Хосок, наблюдая за Мином. Тот не отвечает. — К Чимину? — скорее утверждает Ким. Сверля взглядом Юнги. Старший кивает и открывает дверь. — Слушай, позаботься о том, чтобы с ним было всё хорошо. Ты должен, Юнги. Раз уж ты его любишь. — Очень.

Будем вести себя тихо, как мыши.

Ты эту песню вряд ли услышишь.

Даже на радио, даже в ротации

— Ведь ты — за пределами моей гравитации.

Сегодня у младшего выходной, поэтому Юнги направился домой. На пороге его встретил Тони Монтана, мурлыча, когда Мин начал гладить его. Он взял пушистый комочек к себе на руки тихими шагами направился исследовать квартиру в поисках Пак Чимина. А Чимин оказался в комнате. Он уснул за просмотром «Ли Дон Ук хочет поговорить». Шла какая-то серия, почти конец. Юнги аккуратно взял ноутбук, выключая его и ставя на прикроватную тумбочку. Тихо и, насколько это возможно с котёнком в руках, аккуратно. Чи немного морщится, от чего его брови сводятся друг к другу, а губы немного приоткрываются. Старший находит это очаровательным. Очень. Он ведёт своими пальцами по золотистой коже на ключицах. Поднимает их медленными и движениями, выводя узоры на коже, к щекам. — Боже. — Юнги вновь чувствует это. Он снова хочет разреветься. — Я так люблю тебя. Прости, что уже облажался. По щекам начинают катиться слёзы. Они скапливаются на подбородке и падают крупными каплями на простынь. Юнги, честно говоря, не понимает от чего плачет. Вряд ли это от грусти, вряд ли от радости. Нет ничего, от чего он мог бы поплакать сейчас, только факт, что он очень сильно любит парня, спящего в его кровати. — Юнги? — совсем тихо спрашивает Пак, проснувшись, наверное, от всхлипов старшего. — Юнги, что случилось? Он мотает головой, боясь, что если будет говорить станет более жалким. Он обязан быть тихим сейчас. — Юнги, иди сюда. — Чимин раскрывает руки в приглашении на объятия. — Давай, сахарок. Я жду. Мин залезает на младшего, укладываясь на нём. Его голова находится на чужой груди, ноги слегка обхватывают чужие бёдра, а руки он пытается просунуть под тёплое тело снизу. Спокойно. Становится гораздо спокойнее. Мину уже не хочется говорить что-то, извиняться или ещё что. Он просто хочет лежать так с Чимином, плача у того на груди, чувствовать тепло тела под ним и то, как чужие руки поглаживают его волосы. То, как даже Тони Монтана устроился под боком и тихо мурлычет, стараясь оказать хоть какую-то поддержку. Какой-то камень спадает с груди, разрешая вылить всё из себя. Сказать, возможно. Но хочется молчать, пока не спросят. Хочется убедиться, что никогда не будешь навязываться любимому человеку. Чимин делает всё, что может спросонья. Он гладит минову спину, волосы, дарит своё тепло и слушает всхлипы, чувствует кожей чужие слёзы, пропитавшие его футболку. Он ждёт, даёт время Юнги и себе. Пак впитывает в себя чужие эмоции, стараясь облегчить страдания как можно больше. Всё, что он может предполагать связано исключительно с работай. Именно из студии Мин ведь и пришёл. — Юнги-я. — тихонько зовёт Пак, продолжая успокаивающе поглаживать чужую спину. — Мы можем поговорить? И это звучит так аккуратно, будто Чим буквально боится сломать его этим вопросом. Юнги от этого что-то непонятное чуть ниже живота щекочет будто. Он приподнимает голову, даря чиминову подбородку краткий поцелуй. — Чиминни, я думаю, что просто бесповоротно влюблён. Безумно и безысходно. — заявляет Мин, практически хрипя после слёз. Это звучит так искренне, как ни в одной лирике Юнги не было. Чимин сейчас в небольшом ахере, наверное. Всё что приходит в голову — взять и поцеловать. Он берёт в руки лицо старшего, вытирая большими пальцами дорожки слёз и припадает к чужим губам. Ненадолго, всего лишь кратко и невинно касается чужих губ своими. Отстраняется чутка, поглаживает щёки Юнги и улыбается мягко, тепло очень, любяще. — Я люблю тебя. Тоже люблю тебя, Юнги. — Чим принимается зачёсывать чёлку старшего, которая начала прилипать к влажным щекам. — Мы должны быть сейчас скрытными, Чимин.— Чи кивает, продолжая улыбаться. — Я.. Скоро я хочу рассказать о нас. Компания после официального заявления сможет обеспечить тебе безопасность от.. Знаешь, фанатов. Я правда беспокоюсь за тебя, детка. — Я знаю. Я подожду. — Пак поворачивается вместе с Юнги на бок, закидывая на него свою ногу и прижимая к себе. — Я всегда готов ждать ради тебя. Старший что-то довольно мычит, утыкаясь носом Чимину в шею. Приходится немного поёрзать, чтобы вновь удобно уложиться в тёплых объятиях Чима. Он убирает свои руки со спины, залезая под футболку прохладными руками, кончиками пальцев щекоча чиминовы бока. Тот начинает хихикать, сжимаясь немного. — Как ты умудрился уснуть под Ли Дон Ука? Это же твоё любимое шоу.— дразняще говорит Юн. — Я видел этот выпуск! Чёрно-рыжий комочек тоже что-то мяукает, пытаясь залезть куда-нибудь между человеческой парочкой. Он укладывается у груди Юнги, где-то рядом с животом Чимина, складываясь клубочком и мурлыкая. Тихо-тихо, так, что лишь чувствуется лёгкая вибрация, а вместо мурлыканья еле слышное в полной тишине трахтение.

🌌🌠🌌

Юнги впервые так волнуется перед интервью. После его последнего, где он упомянул о том, что находится в отношениях — парень достаточно переживает за Чимина. Его фанаты действительно настоящие сыщики, которые уже нашли Пака. Конечно, не все говорят о том, что именно он парень Мина. Юнги ведь ни разу не распространялся о своей ориентации. Точнее, Юнги никогда не говорил о ней прямо. В его текстах бывало мелькали двусмысленные фразы, а иногда даже не скрываемые прямые намёки. Многие списывали на то, что это всё метафорично, другие начинали писать фанфики про него и участников Red B-love, третьи просто не думали ни о чём и ждали подтверждения чего-либо от самого Мина. Юнги больше всего, кстати, нравится третий тип фанатов. Когда Мин Юнги зовут в комнату для интервью он не сомневается, что его спросят об отношениях, поэтому просто прокручивает ответ в голове. Его спрашивают о творчестве, о его мнении на различные сплетни шоу-биза, о многих обычных вещах. — В недавнем интервью, в Нью-Йорке, вы сказали, что любите проводить время с кем-то под боком. — девушка с очень приятной внешностью и голосом начинает заводить тему о личной жизни Юнги через какие-то обходные пути, будто невзначай вспомнив. Они оба знают, что это часть шоу.— Знаете, многие обсуждают вас с каким-то парнем, считая, что вы с ним в отношениях. Они подкрепляют это тем, что вы никогда не говорили «девушка», а обычно употребляли что-то вроде «мой партнёр». Можно ли верить подобным слухам? Мин Юнги заводит одну руку за голову, ероша на затылке волосы, после чего плавно спускается этой рукой к мочке уха, теребя одну из кольчатых серёжек. Он невольно вспоминает, как ему пришлось идти к руководству, дабы просить разрешение на то, чтобы объявить о своих отношениях. Тогда ему сказали, что он волен делать что пожелает, главное, чтобы это не мешало его работе. Юнги облегчённо выдыхает, чувствуя подкатившую уверенность. Он опускает руку к себе на колено, после чего спокойно начинает говорить: — Когда я говорил про «кого-то под боком», я совершенно точно не имел ввиду кота. — «по крайней мере тогда» – думает он, из-за чего слегка ухмыляется. — Могу сказать, что действительно не обозначаю пол человека, с которым я встречаюсь. Просто.. Потому что? Девушка улыбается ему, после чего переводит взгляд куда-то вниз, теребя подол коротковатой юбки. —Так, вы упомянули, что сейчас находитесь в отношениях. Даже пытались описать этого человека. Вы могли бы рассказать нам побольше? — Я могу рассказать буквально всё что знаю. Например, его зовут Чимин. Его фамилия Пак, но я надеюсь на Мин в скором. Он ниже меня на целый сантиметр, неплохо готовит, у него шикарный голос, да и тело в общем тоже. О, чуть не забыл, он парень, а ещё я безумно люблю его. Несмотря на все его тараканы в голове он очень заботливый и нежный.. Пожалуй, вам стоит остановить меня, не то я могу не остановиться сам. — Вы действительно считаете, что эти отношения будут долгими? — Я бы хотел, чтобы Чиминни всегда был моим. И, по правде говоря, Юнги осознал с какой интонацией и что он говорит только спустя пару секунд молчания. Во время своего откровения Мин говорил немного маниакально. Его даже насмешила эта фраза, ведь он понимал, что если Пак действительно захочет уйти от него, то Юнги отпустит. —Извините, это прозвучало... Слишком.— для Мин Юнги это однозначно слишком, а вот фанаты Agust D знают его именно таким. — Мне же всё-таки нужно поддерживать образ «скандального рэпера» — отшучивается он, показывая в конце фразы кавычки указательным и средним пальцами руки. Девушка мягко ему улыбнулась, продолжая интервью и задавая вопросы о том, какие у него отношения с людьми из шоу-бизнеса, есть ли у него друзья или знакомы вне его. Юнги знает, что этот «допрос» выйдет в эфир лишь после его камбэка. Он надеется, что Чимин полностью поймёт его песню. То, что он вложил в неё.

🌌🌠🌌

Дома Юнги по обычаю встречает Тони Монтана, который прибегает к входной двери в любое время суток. Чимин что-то готовит на кухне. Это Мин определяет по пению из неё и действительно ароматному запаху еды. Мясо. Юнги любит мясо, и Чимин это знает. Парень так же знает, что Мин Юнги очень сильно устаёт, так как приближается его камбэк. Приходится работать больше, ездить в различные места на фотосессии и прочая лабуда. Поэтому Чимин готов готовить мясо в два ночи для Мина, чтобы оно было свежим. — Минни, ты серьёзно? — проходя на кухню посмеивается Юн. — Малыш, ты просто не ел свежеприготовленного мяса в два ночи. — отвлечённо кидает Пак. Старший подходит ко столу, который стоит прямо напротив кухонной плиты. Если быть честным, то Юнги нравится наблюдать за тем как Чимин готовит, особенно с этого ракурса. Ягодицы его парня привлекают большую часть внимания, особенно когда Чим немного шевелится, передвигая ноги. — Да, наверное ты прав. Чи продолжает готовить, тихонько напевая себе под нос. Мину нравится слушать его пение. Такое тихое и спокойное, мягкое и успокаивающее. Иногда хочется попросить Чимина спеть перед сном, но всегда эта мысль казалась глупой и смущающей. Каждый раз задумываясь о чём-то подобном он понимает, что действительно любит Пак Чимина. Его любовь уж точно не маниакальная, как могло показаться на недавнем интервью. Это тёплые и нежные чувства. Они проявляются через мягкие прикосновения, редкие для Юнги уступки партнёру. Это постоянное желание создать комфорт для Пака и защитить его, если это понадобится. Это сладкие поцелуи, когда никто не может их увидеть, это заботливые ласкающие движения в темноте. Это ясное всем «я люблю тебя». — Чиминни, детка, я тебя люблю. Очень сильно. — шёпотом говорит Мин, когда Чим выключает газ и пытается достать с верхних полок кружки. Чимин замирает, стоя на носочках. Еле не выронив кружки из рук, он осторожно разворачивается, короткими шажочками мельчеша к столу. Он был похож на утку. И в этом выражалась трепетность Чимина и его любовь тоже. — Юнги. — так же шёпотом говорит Чи. — Господи, Юнги, я знаю. Я тоже тебя люблю. Сильно, больше всех на свете. — и это звучит отчаянно, будто попытка привязать к себе ещё больше. Он боится. Младший тянется через стол, целуя его одним прикосновением, напоминая хрупкую бабочку в этот момент. И будто говоря, что выпутаться легче, чем кажется. Что держать Чиминни не собирается. И в этот момент взрываются фейерверки где-то в грудной клетке Юнги. Он желает действительно доказать то, что он будет с Чимином. Будет не смотря на то, что проблем дохера, ведь полюбил он далеко не идеальный образ, а настоящего Чима с его блятскими проблемами. — Мне абсолютно похуй. — выдыхает Юн. — Я буду с тобой не смотря на все хуевые проблемы в твоей жизни. Я буду помогать тебе с ними справиться. И это то, что я называю любовью, Чиминни.

🌌🌠🌌

Что Юнги не любит в своих камбеках — это то, что ему приходится разъезжать по концертам. Нет, сами выступления это одно, но когда дома Чимин, который, возможно, сейчас слушает ту самую песню — другое. Юнги в Корее, в Сеуле. Интервью с его признанием должно выйти на днях, а новый альбом буквально вчера появился на просторах интернета. Сегодня он вернётся раньше, чем обычно. Может в десять вечера. Он надеется, что Чимин будет ждать его. На самом деле, Юнги боялся, что Чи прослушает его песню о Чиминни. Но вскоре, когда Пак совершенно не обращал внимания на новый альбом своего, вообще-то, парня, этот самый парень начал расстраиваться, задыхаясь в ожидании. Когда Мин возвращается домой, то видит спящего Чимина. Младший буквально уснул напротив порога. Юн присаживается напротив своего милого парня, замечая наушники. Он вытаскивает один из чужого уха, прикладывая к своему. И тут радости просто нет предела. Это его альбом. Новый альбом Agust D. Кажется он играл на повторе, ведь после последней песни, которая только что закончилась, начала звучать заглавная песня. Кое как не разбудив Чимина Юнги доносит его в комнату, мягко укладывая на кровати. Он снимает наушники, складывая на прикроватной тумбочке, и, улыбаясь, наблюдает за милым личиком спящего Пак Чимина. Тепло. И тепло не то чтобы в доме, просто на душе приятно и спокойно.

«И теперь ты со мной.

Я хочу, что бы всегда ты был счастлив.

Ты мой, мой любимый, лучший на всей земле.»

— Минни.. — тихо будит его Юнги. — Сахарок? Я что, уснул? — с полуоткрытыми глазами спрашивает Чимин. — Да, но всё в порядке. — Я хотел дождаться тебя, чтобы поцеловать и сказать, что ты потрясающий. — дуется Чи. — Ты можешь сделать это сейчас. Пак Чимин мягко ведёт ладонью с пухленькими пальчиками по щеке Юнги. Заводит её на затылок, вплетаясь ладонью в волосы на нем и придвигает Мина ближе для поцелуя. Мягкий, нежный, уютный и любящий поцелуй. У Мин Юнги он вызывает мурашки, от чего становится ещё приятнее. Осознание, что всё это с ним творит Чимин, просто добивает. Он любит. Безумно влюблён в Пак Чимина. — Ты потрясающий. Я люблю тебя, Мин Юнги. Люблю душой, сердцем, телом. Всем что у меня есть. — ещё один поцелуй, только очень короткий. — Я буду достойным тебя. — Ты достоин меня. И мы вместе будем становиться лучше. — беря в свою руку вторую ладошку Чима, Юнги целует её. — Ты согласен, Мистер Я-ниже-тебя-всего-на-сантиметр? Чим лишь коротко кивает, посмеиваясь. Может никогда не будет легко друг с другом. Может они не всегда будут вместе. Но сейчас они любят друг друга. И сейчас они готовы держать друг друга в тепле и уюте. И возможно, та самая коробочка, которую Юнги до сих пор везде таскает с собой, опустеет. Возможно, кольца лежащие в ней, идеально будут смотреться на безымянных пальцах возлюбленных.