Ворон тасует масти

      — Акира-а-а! — голос Тен-Тен разнёсся по комнате так, что у Акиры невольно дрогнули ресницы. — У тебя тут рай на земле! — восторженный вопль мнговенно взорвался в комнате, как внезапный фейерверк, разрывающий спокойную обстановку.       Сейчас она ровно стояла у раскрытого шкафа, словно у портала в другое измерение, и её руки хаотично тонули в шелестящих тканях, чуть ли не теряя пальцы среди драгоценного шелка и струящегося бархата. Сапфировое платье вспыхнуло в её дрожащих ладонях, точно застывшая молния, и девушка, будучи слепо зачарованной, тут же с ним закружилась, едва не свалившись в недра глубокого шкафа.       — Мне кажется, что ещё немного, и Тен-Тен просто переедет в твой гардероб, Акира, — не смогла промолчать Сакура, весело переглянувшись с Хинатой.       — Думаю, шкаф придётся оформить на неё как официальное место жительства, — хмыкнула Ино.       — Какое же оно красивое! А какой вырез на спине! — Тен-Тен прижала его к своей фигуре, с долей неуклюжести вертясь перед зеркалом, прищурившись. — Вот скажи, почему на тебе это будет смотреться, как на моделе с подиума, а на мне максимум как «пригласили на корпоратив подержать бумаги»?       — Ты себя недооцениваешь, — улыбнулась Акира, склонив голову набок. — Это платье регулируется затяжками на спине, и я думаю, что оно идеально тебе подойдёт, забирай.       — Ты серьёзно? — глаза подруги расширились так, будто ей подарили целую вселенную. — Но это же… Да оно стоит три моих зарплаты! Ты уверенна?       — Оно всё равно лежит у меня без дела, поэтому пусть лучше приносит пользу тебе, — мягко произнесла Акира, и в её голосе звучало что-то большее, чем просто одобрение.       Тен-Тен обдала девушку благодарным взглядом и, опустив глаза, прижала платье к груди так, будто боялась проснуться и потерять его.       — Ага! — Ино, не теряя драгоценного времени, уже успела нырнуть в нежную коробочку с аксессуарами и примерить изящный браслет. — Девочки, у нас тут явно клад! Ты глянь на этот блеск бусинок… Даже в бутике таких не видела! Ну всё, — протянула она с хитрой улыбкой. — Если Тен-Тен досталось платье, то я официально присваиваю этот браслет. Только гляньте, как он садится на моём запястье!       — Угу, и с таким видом ты будешь размахивать им в кабинете господина Фугаку со шваброй в руках, — заметила Сакура, прыснув со смеху. — Уже представляю эту картину.       — А что? Пусть знают, что я могу убирать в кабинете Учихи в стиле люкс! — тут же парировала Ино, демонстративно изогнув кисть.       Сакура и Хината в это время сидели на полу, предварительно вытащив на него всю косметику и несколько парфюмов. Сакура перебирала помаду за помадой, пробуя на руке различные оттенки и текстуры, а Хината осторожно проводила пальцами по нежной поверхности хайлайтера, словно боялась нарушить его гладь.       — Это настоящая магия, — прошептала Хьюго, глядя, как молочные блёстки играют на утреннем свету.       — А если серьёзно, то откуда это у тебя? — изогнула брови Сакура. — Всё такое дорогое и оригинальное… Акира, ты чем там занималась до того, как устроиться на работу сюда?       — Ну, у кого-то просто удалась жизнь! — в сию же секунду вступилась Ино, также не желая, чтобы коллеги знали подробности прошлого. — Что за помада у тебя в руках? — она поспешно решила сфокусировать внимание Харуно на чём-то другом.       Акира расслабленно сидела на кровати, скрестив ноги и с интересом наблюдая за этой маленькой бурей в собственной комнате, словно сама находилась по другую сторону зеркала. Она тепло улыбалась, ярко ощущая внутри тонкую настороженность за то, что каждая случайная шутка и незамысловатые темы осторожно минуют её личную тайну стороной. Они видели это роскошью и чем-то недоступным, хотя для самой Сенджу это не более, чем болезненные цепи прошлого. Меж тем, наблюдая за искренней радостью подруг, Акира только качала головой, стараясь отмахнуться от назойливых вопросов о том, откуда у неё столько дорогих вещей. Но в глубине души ей было удивительно уютно от этого шума, словно она на миг стала частью их беззаботного мира.       Девушка даже невольно вспомнила, как всё началось. Ещё утром она специально встала пораньше и сидела у зеркала, с особыми стараниями замазывая косметикой неприятные оставшиеся следы драки недельной давности, когда дверь распахнулась, и в комнату ввалились Ино и Тен-Тен, стремясь сообщить о какой-то самой важной новости в мире, но, завидев на столике дорогую косметику, моментально позабыли о цели визита. Уже через несколько минут к ним присоединились Хината и Сакура, и та самая «важная новость» утонула в шорохе многочисленной одежды и шелеста красивых коробочек.       Теперь её последнее личное пространство в этом проклятом доме было подобно арене примерок и выставкой пробников, скоротечно превращаясь в центр женского притяжения для всей компании. Однако, девочки выглядели такими живыми и беззаботными, что она даже не пыталась остановить их. Конечно же, о том, что под её кроватью мирно покоятся ещё два чемодана с дополнительной одеждой и всякими дамскими интересными штучками, Сенджу решила промолчать, иначе конец света начнётся именно с этого места.       — А если серьёзно, — Хината наконец подала голос, всё ещё держа в руках хайлайтер, — вы бы что сделали, если бы у вас, например, были богатые возможности?       — Богатые возможности? — переспросила Сакура. — Как у наших хозяев?       — Именно!       — Я? — Ино задумалась ровно на секунду. — Каждую неделю новое свидание. И всё время в разных образах. Пусть парни голову ломают: блондинка в романтическом платье или роковая стерва в кожаной юбке.       — Ты бы разорила любого, — хмыкнула Сакура. — А я… Я бы поехала куда-нибудь в Италию. На шопинг.       — Италия? — удивилась Тен-Тен, посмеявшись. — Ты даже из нашего района без мамы выбраться не можешь.       — Ой, заткнись, — фыркнула Сакура, но в глазах у неё мелькнула весёлая нотка.       — А я… — тихо произнесла Хината, — я бы, наверное, просто раз в день доставала новый наряд и ходила по всяким ресторанам. Чтобы всегда чувствовать себя принцессой.       — А я, — Тен-Тен сделала демонстративный шаг вперёд, — пошла бы в караоке в самом шикарном виде. Пусть все упадут со стульев, когда я стану в центре зала и запою.       — Да уж, — Ино фыркнула. — От твоего пения точно кто-то упадёт.       — Это зависть! — отмахнулась Тен-Тен. — Ну а ты, Акира?       — Я бы устраивала показ мод для самой себя хоть каждый день! — решила для своего блага подыграть Сенджу. — Только представьте: шампанское, фрукты в шоколаде, любимая тихая музыка, и я стою перед зеркалом в одном из изысканных нарядов, и это всё только для меня…       — А вот эту идею я возьму на заметку! — игриво подмигнула Сакура.       — Вот бы нам действительно устроить показ мод! — мечтательно вздохнула Тен-Тен. — Эдакий маленький праздник для души, вот только жаль, что нет ни времени, ни места…       — Кто сказал, что нет места? — Ино прищурилась, смахивая невидимую пылинку с палетки. — Помните, когда все хозяева уехали по делам на два дня, а нас решили оставить смотреть за домом?       — О, — Хината засветилась в лучезарной улыбке, — мы ведь тогда устроили пижамные посиделки прямо в гостиной!       — Именно! — согласно кивнула Ино. — Давайте устроим мини-вечеринку, когда никого не будет дома. Только мы, музыка, наряды… Чисто в стиле моды.       — Я лично поддерживаю, — пожала плечами Акира, хоть и осознавала, что это может и не закончиться добром. — Можно даже взять каждой какую-то одежду, которая вам сможет подойти из моего гардероба, накраситься, сделать локоны…       — Ага, — Ино лукаво усмехнулась, снимая браслет и вертя его в руках. — Представляю: «коллекция сезона от загадочной Акиры Сенджу». Зал полон аплодисментов, а я, наконец, смогу официально выиграть конкурс красоты хотя бы перед вами.       — Мечтай, — пробормотала Сакура.       — Девчонки, — засмеялась Хината, махнув руками. — Не ссорьтесь. У нас же вечеринка для себя.       — Вечеринка в доме Учих… — протянула Ино, покачав головой. — Ну всё, теперь я точно чувствую себя богачкой.       Акира приподняла бровь, наблюдая за их беззаботным восторгом. Она прекрасно понимала: в этом доме веселье подобного рода — слишком опасная затея. Но заразительная энергия девочек всё равно её подкупала, и она просто не могла заставить себя отступить.       — Это всё, конечно, хорошо, но… — Сенджу замялась на полуслове, обрывая весёлый поток хаоса. — Вы ведь пришли сюда, чтобы сообщить мне какую-то важную новость.       Тен-Тен уже прикладывала к себе шёлковую чёрную юбку, как Ино резко замерла с изящной подвеской в руках, выдержав короткую паузу, словно пытаясь понять, о чём вообще речь.       — Гляньте-ка! Яманака этими ожерельями уже заслепила себе память! — усмехнулась Сакура, расставляя косметику обратно по оттенкам.       — Очень смешно. И так! — тут же спохватилась Ино, отложив все аксессуары и демонстративно хлопая в ладоши. — Сегодня после обеда к нам в дом пожалует господин Шисуи, — с оттенком искреннего уважения в строгом голосе произнесла девушка. — Это друг детства Итачи и очень важная личность для всей семьи, поэтому нужно как следует подготовиться.       — Я так понимаю, что сегодня в обязательном порядке также состоится ужин Учих? — решила уточнить Хината очевидную привычку хозяев.       — Именно! — согласно кивнула Ино. — Госпожа Микото также приказала подготовить гостевую комнату, так как ещё не ясно, останется ли наш гость на ночь.       — Великолепно, — протянула Сакура с лёгкой иронией. — А я надеялась, что у нас сегодня будет спокойный день.       — Спокойный день в доме Учих? — усмехнулась Тен-Тен. — Ты серьёзно?       — Но если честно… всё это звучит как испытание. Ведь если остальные Учихи тоже придут… — тихо добавила Хината, помогая Сакуре всё сложить на свои места.       — То мы должны быть готовы на все сто, — закончила за неё Ино. — Так что девочки, хватит играть в шоппинг, пора думать, кто за что берётся…       Акира молча впитывала информацию, вслушиваясь в привычное ворчание, что ясно граничило с ироничными подколками, однако предчувствовала тонкую тревогу за предстоящий вечер внутри себя. Какое-то робкое сомнение относительно того, что всё пройдёт без лишних происшествий, засело на глубине её души, и девушка не могла сделать ничего, кроме как бросить нервный взгляд на часы, с досадой понимая, что её драгоценный господин, которого ей было до чёртиков тошно сегодня видеть, проснётся через пятнадцать минут.       Пока девочки с явным упоением раздавали друг другу обязанности, Сенджу, поддатливо кивая, мысленно представляла себе будущий вечер, полный едкого напряжения, насмешливых взглядов всего семейства и, конечно, присутствия самого Шисуи, чьё имя уже само по себе звучало как предстоящее испытание.       Напоследок подарив также розовый блеск Сакуре и так сильно полюбившийся хайлайтер Хинате для установления некой справедливости, она вместе со всеми покинула комнату и приступила к работе, и Акире даже показалось, что в этот момент весь дом вдохнул вместе с ней, и привычная лёгкость растворилась в небытие, вежливо уступая место деловой суетливости. Тонкие нити веселья и смешных переговоров ещё витали в воздухе во время выполнения обязанностей, но уже медленно оседали под грузом приближающегося часа приезда Шисуи.       Просторные коридоры настойчиво наполнялись хаотичной спешкой, ритмом частых шагов и шорохом мокрых тряпок. Сакура, поджав губы, воинственно мыла полы, словно отмывала не просто паркет, а всю возможную критику, что могла просочиться на них за малейшую пылинку. Хината с крайней степенью бережности протирала мебель, все возможные статуэтки и декоративные вазы, а Тен-Тен, тихо ворча себе что-то под нос, таскала стулья в большую столовую, хотя её движения были до чёртиков точными, словно у человека, привыкшего справляться с подобными трудностями. Ино тем временем стремительно парила по особняку с охапкой свежих цветов, придирчиво рассматривая и выбирая места, где букеты будут смотреться как надо.       Акира, предварительно отнеся горячий кофе своему господину, который был предельно занят чем-то своим и даже не трогал её, тоже взялась за дело, натирая просторные подоконники и окна в столовой, хотя внутри её душу продолжало терзать странное ощущение, словно каждый мазок пыли, стертый с точно отполированной поверхности, был приближением к чему-то большему, чем просто визит дорогих гостей.       Шисуи. Имя, которое среди служанок произносилось почти с неимоверным уважением.       Лучший друг Итачи.       Словно этого было достаточно, чтобы объяснить всё: его вес, его значимость, его опасность.       Акира задумчиво шагала по длинному коридору, привычными движениями расправляя тяжёлые шторы, когда навязчивые мысли холодной тенью следовали за ней:       «А что, если Итачи рассказывал ему обо мне? А если он окажется таким же жестоким? Вдруг он начнёт задавать вопросы, на которые мне не захочется отвечать?»       Ей казалось, что стены особняка дышали вместе с ней, нарочно впитывая в себя её тревогу. И пока плотные ткани скользили по её пальцам приятными волнами, Сенджу непроизвольно задумалась о том, что богатство — всего лишь декорация красивой клетки. Сегодня эта клетка заполнится людьми, чьи фамилии звучат громче, чем любое имя в этом городе. Когда-то она тоже была частью подобной клетки, но только выйдя за её пределы в реальный мир, начала осознавать действительно важные для себя вещи.       Когда девочки дружно собрались в столовой, чтобы обсудить мелкие детали украшений, воздух уже был наполнен ароматом свежих цветов, блеском стеклянных бокалов и приглушённым светом тяжёлых люстр. Даже тишина дома казалась натянутой, словно хрупкая струна, готовая сорваться на первом же аккорде.       Ино поставила заключительный букет в вазу и оглядела остальных.       — Если господин Шисуи останется с ночёвкой, то гостевая спальня должна быть безупречной.       — Я уже подготовила постельное бельё, — тихо сказала Хината. — И полотенца.       — Отлично, — кивнула Яманака. — Он уже вот-вот должен быть на пороге, поэтому не расходимся.       Акира чувствовала каждой частицей своего тела, как внутри неё зарождается упрямый страх, переплетённый с ярким любопытством. Она ожидала, что его приезд может принести дополнительный конфуз в её жизнь, а возможно, что он и не обратит на неё внимания, но… если обратит? Что, если также будет подмечать её место в доме, как служанки, которая отрабатывает долг? А что насчёт других Учих, которые тоже могут вскользь что-то сказать ей?       — Надо же, какие вы молодцы! — силуэт Микото нарисовался так неожиданно, что Акира аж подпрыгнула от её громкого голоса. — Машина Шисуи уже у ворот!       — Да, все уже поняли, — с тоном недовольства бросил Саске, выходя за ней.       Акира подняла глаза и заметила, как вся суета в доме, казалось, сместилась к парадному входу. Даже стены будто зазвучали по-новому, наполняясь неким особым предвестием.       — Сенджу, не стой, — знакомая ладонь аккуратно легла на её талию, слегка подталкивая идти вперёд к остальным.       Акира поддалась этому действию, в унисон идя вместе с Итачи, слегка удивившись такому прикосновению с его стороны. Сегодня он подозрительно спокоен, и даже не пытался как-то задеть или шутить в своей привычной форме над ней. Быть может, слишком занят мыслями о приезде Шисуи или же, наконец-то, встал с правильной ноги?       Меж тем, девушка робко отошла к подругам, уютно пристроившись за спинами Сакуры и Ино, пытаясь в наивных попытках быть менее заметной.       Широкие двери особняка распахнулись с тем же торжественным шумом, который всегда предвещал прибытие значимой фигуры, а шаги по короткой мраморной лестнице прозвучали с той же важностью, что и присутствие человека, которому они принадлежали.       Шисуи.       Он вошёл так, будто дом принадлежал ему самому, с полной лёгкостью в походке, едва заметной улыбкой, со взглядом, в котором удивительным образом переплетались некая хитрость и безграничное тепло. Его тёмные волосы упали на лоб, а глаза, похожие на омут с искрой света, сразу зацепили внимание. В отличие от вечно ледяного Итачи, Шисуи излучал почти солнечную харизму, что моментально притягивает к себе.       — Шисуи, — голос Микото прозвучал мягко и приветливо, с оттенком той настоящей радости, которую редко можно было услышать в этих стенах от других. Она первой шагнула вперёд и заключила парня в объятия.       — Рад видеть вас, Микото-сан, — ответил он тёпло.       Итачи же просто слегка наклонил голову в знак приветствия, воздерживаясь от ярких слов.       — А ты ничуть не изменился, — не воздержался от реплики Шисуи, протянув руку Итачи для пожатия.       Саске же, наоборот, смотрел на него чуть снизу вверх с тем выражением, в котором смешивались и скрытая радость, и ревнивая гордость младшего брата.       Акира пристально наблюдала за этой встречей, и обманчивая дрожь внутри неё внезапно испарилась. Шисуи был совсем не таким, каким она представляла. Не холодный властитель, как Итачи. Скорее противоположность. Его улыбка казалась почти обезоруживающей, и всё же за ней чувствовалась сила.       — Мой дорогой! — вновь заговорила Микото, и в её голосе прозвучало переживание. — Прости, что Фугаку не смог встретить тебя вместе с нами, он вернётся вместе с Мадарой и остальными. Ты, должно быть, устал с дороги? Как долетел? Всё ли хорошо?       — Замечательно, тётя, — ответил он с лёгкой улыбкой, чуть склонив голову. — Полёт был очень спокойный, даже слишком. Я уже начинаю скучать по нашим общим посиделкам.       — Ты голоден? — поинтересовался Итачи, его голос не выдавал эмоций, но взгляд был пристальным.       — Немного, — усмехнулся Шисуи. — Но сперва… подарки!       Он щёлкнул пальцами, и один из людей, покорно сопровождавших его, шагнул вперёд с небольшими коробками.       — Микото-сан, это вам, — он незамедлительно вручил ей утончённую лакированную шкатулку, словно спешил обрадовать. — Старинная работа. Я сразу подумал о вас, когда увидел.       — Какая красота… — Микото медленно провела рукой по крышке, и её глаза сверкнули во вспышке радости. — Я уже знаю, для чего его применить!       — Саске, — Шисуи повернулся к младшему. — Для тебя кое-что из Америки. Я знаю, ты любитель всего необычного.       Он достал из коробки небольшую фигурку механического сокола, крылья которого раскрывались и двигались, стоило его завести ключом. Саске не смог скрыть лёгкой улыбки. Всё таки, Шисуи умел угождать.       — Спасибо, — коротко бросил он, и его пальцы аккуратно сжали подарок, словно боясь уронить столь интересную вещь.       — А вот это, — Шисуи обернулся к Итачи и протянул длинную плоскую коробку, обтянутую чёрным замшем, — я берег специально для тебя.       Итачи, выдержав короткую паузу, открыл её и на мгновение задержал взгляд. Внутри мирно лежали изысканные часы с тёмным циферблатом, тонкими стрелками и выгравированным семейным символом на задней крышке.       — Ты всё ещё любишь точность, не так ли? — усмехнулся Шисуи.       — Она необходима, — спокойно ответил Итачи, но уголок его губ едва заметно дрогнул.       — Подарок для Фугаку-сана я вручу при личной встрече с ним. И, конечно же, — Шисуи резко сменил тон, повернувшись к девушкам, что стояли чуть поодаль, — я не мог забыть о ваших прекрасных леди.       Один из его людей поспешно подал ему охапку длинных красных роз. Шисуи легко взял их в руки и начал раздавать по одной.       — Для тебя, Ино, — он склонил голову чуть игриво. — Чтобы твоя красота никогда не знала скуки.       — Очень приятно, господин Шисуи! — Ино с радостным смешком приняла розу и закрутила ею в пальцах.       — Тен-тен, — он подал следующую, — цветы будут тебе к лицу не меньше, чем твоя улыбка.       Тен-тен хмыкнула, пряча смущение за озорным видом, кивнув в знак благодарности.       — Хината, — его голос стал мягче. — Твоя скромность достойна самой нежной розы.       Она вспыхнула и тихо поблагодарила, прижимая розу к груди.       — Сакура, — он подал ей цветок так, будто вручал нечто куда большее. — Чтобы твоя миловидность цвела всегда.       — Спасибо большое, — с лёгким смущением в лице кивнула Харуно.       И наконец, он остановился перед Акирой с последней розой.       Шисуи задержал её в пальцах чуть дольше, чем нужно было, словно решая что-то внутри себя. Его глаза на миг задержались на её лице. Там не было привычной легкомысленной улыбки, как у предыдущих девушек, только серьёзность, почти тревожная И выжидающая.       — И тебе, — произнёс он чуть тише, словно между ними зарождался некий личный секрет. — Чтобы ты не забывала: даже самый острый шип рождается из красоты, — и протянул ей розу.       В тот момент пространство между ними будто сузилось, отрезав шум в прихожей и движение остальных. Акира почувствовала, как внутри неё что-то сжалось от неожиданности и от какого-то странного предчувствия. Она не знала, что именно хотел сказать Шисуи столь красивыми словами, но его взгляд был слишком проницательным, будто он уже понял о ней больше, чем ему положено.       Она осторожно взяла цветок, и их пальцы едва соприкоснулись.       Ей показалось, что Шисуи всё ещё улыбается, но теперь эта улыбка была словно эмблемой, скрывающей что-то важное. В этот миг Акира поняла, что он может нести своеобразную опасность, ведь такие люди умели покорять без нажима, оставляя тебя в плену добровольно.       Она, в невольном действии сжимая розу, машинально опустила глаза, пряча дрожь ресниц, но этот крохотный жест выдал её куда больше, чем слова.       — Благодарю, господин Шисуи, — её голос прозвучал удивительно ровно, хотя внутри она ощущала, как каждый нерв напряжён.       — Господин? — он усмехнулся, на миг склонив голову набок. — Ты можешь звать меня просто Шисуи.       Микото мягко рассмеялась, одобряя эту лёгкость, не желая показывать своё недолюбие по отношению к Сенджу. Саске промолчал, но кинул незамысловатый взгляд на других прислуг, которые, в свою скромную очередь, смотрели на всё это с непониманием. Но вот взгляд Итачи, всегда спокойный и холодный, скользнул по Акире так, что она ясно ощутила — он заметил всё. И задержку её дыхания, и слишком осторожный тон, и даже то, как её пальцы слишком крепко вцепились в стебель розы.       — Ну что же, — голос Микото вернул пространство в движение. — Предлагаю тебе пойти передохнуть, Шисуи. Стол в скором времени будет накрыт, как раз дождёмся остальных.       Прохладный вечер незаметно спускался на дом Учих густой завесой. Сотни ярких огней хрустальной люстры плавно стекали вниз золотистыми бликами, отражаясь в полированных бокалах, натёртых до зеркального сияния приборах, и в голубых глазах Акиры, что с крайней аккуратностью следили за движением собственных работающих рук.       — Девочки, не ленимся! — скомандовала Ино, держа в руках стопку свежевыглаженых салфеток. — Гости уже почти на подходе, поэтому нужно поторопиться!       — Салфетки я уже проверила, можешь не возиться с ними, — буркнула Тен-Тен, поправляя непослушную скатерть по углам длинного стола. — Лучше бы кто-то помог эти букеты от господина Шисуи расставить. Они, по-моему, тяжелее меня.       — Может… лучше переставить букеты в хрусталь? Будет гармоничнее… — решила предложить Хината, расставляя подсвечники на стол.       — Гармоничнее? — Сакура хмыкнула. — Да хоть в кастрюлю ставь, лишь бы красиво смотрелось! Нужно с этим быстрее закончить!       — Харуно! — возмутилась Ино, но скорее для приличия.       Акира уже успела принести несколько холодных блюд из кухни и красиво разложить их на оба края длинного стола, как вдруг послышалось предупреждение охраны:       — Они прибыли.       Эти слова разрезали пространство, как звонкий удар колокола.       Меж тем, Микото вместе с сыновьями и гостем скоротечно спустились в главную столовую.       — Нужно отойти в сторону, — коротко осведомила Сакура и резко потянула Сенджу ближе к стене, где, собственно, выстроились остальные девушки кроме Ино.       — Господин Мадара, приветствуем вас, — с улыбкой произнесла Яманака, вежливо поклонившись.       Высокий мужчина на секунду остановился и пристально осмотрел просторные линии комнаты, словно оценивая тяжёлые старания роскошного приёма даже до самой незначительной детали и до малейшего движения рук прислуги, после чего изучающе взглянул на персонал, зачем-то задерживая тяжёлый взгляд на каждой девушке, делая шаг вперёд.       Акира резко опустила голову, чувствуя, как волна мурашек пробежалась по телу от густой власти, что невидимой дымкой сочилась от взрослого Учихи, ясно осознавая:       Это шаги человека, чьё молчание весило больше любого приказа.       — Господин Изуна, для нас большая честь видеть вас сегодня здесь, — также поклонилась Ино следующему вошедшему.       Молодой парень с более мягкими чертами лица, но с тенью печального благородства шёл чуть позади старшего брата, и в отличии от него Изуна не обращал никакого внимания на служанок, но даже его спокойное безразличие верещало о возможной силе. Меж тем, он с откровенной прохладой поздоровался со всеми членами семьи.       — Передашь это Микото после ужина, — спокойная просьба следующего вошедшего разрезала поток мыслей, и Акира застыла в недоумении, глядя на серьёзное лицо с примесью странных увечий следующего Учихи.       — Конечно, господин Обито.       Свет алого заката, льющегося из огромных окон, ровным покровом ложился на его фигуру, подчёркивая строгие линии дорогого костюма, холодный строгий взгляд, а также яркий шрам, пересекающий его лицо.       — Что с ним случилось? — очень тихо поинтересовалась Сенджу, слегка склонив голову ближе к Хинате.       — Когда-то давно на господина Обито было страшное покушение, — осторожно произнесла Хьюга. — Отделался шрамами.       Сенджу ещё раз окинула гостя внимательным взглядом. Это не выглядело уродством, или чем-то в этом роде, а скорее служило наглядной меткой человека, знающего всё о боли и власти. Меж тем, сам Обито носил шрам с такой же естественностью, с какой другие Учихи носят фамильные перстни и кулоны.       Увидев, что вошедшие гости в привычной традиции занимают свои места, Акира уже успела вздохнуть с искренним облегчением, радуясь, что на её персоне не было зациклено излишнее внимание.       У этих людей есть более достойные проблемы и вопросы.       И наконец, в комнату вошёл тот, кто не стремится к показной роскоши — его величие и значение в этом мире не нуждалось в словах и движениях. Он был тем, кто способен создать порядок одним косым взглядом, и тем, чьё имя в этих стенах произносят вполголоса из-за осознания его истинного веса.       — Господин Фугаку, с возвращением, — тепло улыбнулась Ино своему хозяину, поклонившись ровно также, как и перед Мадарой.       Хозяин сухо кивнул, обдавая комнату молчаливым измерением и холодной оценкой, после чего прошёл к Микото, которая уже успела поприветствовать всех и занять своё привычное место с остальными.       Акира чувствовала себя прозрачной в этот момент.       В перламутровых стенах витало что-то слишком вязкое и приторное. Пахло терпким вином, свежим парфюмом и чем-то ещё невидимым, тревожным, которым слишком долго владели одни и те же руки.       — Сегодня всё выглядит безупречным, — подчеркнул Мадара, выбирая для себя холодную закуску. — Хоть что-то в этом доме остаётся неизменным.       — В моих стенах всегда действует порядок, брат. Поэтому не стоит удивляться, — хмыкнул Фугаку, после чего перевёл взгляд на остальных Учих.       — Хотел поблагодарить вас за тёплый приём, дядя, — улыбнулся Шисуи, беря в руки столовые приборы. — Ваша семья позаботилась о моём комфорте. Особенно Микото-сан.       — Рад слышать это, — сухо ответил Фугаку, хотя уголок его губ едва заметно дрогнул.       — Кстати, — вдруг начал Изуна, словно между делом, — ходят слухи, что совет директоров собирается объединить несколько филиалов под твоим руководством, Фугаку. Это действительно так?       — Не собирается, а уже сделал, — ответил ровно Фугаку без намёка на эмоцию. — Мы завершили переговоры ещё вчера.       — Я тобой доволен, — улыбнулся Мадара, кивнув.       — Поздравляю, — произнёс Обито, казалось, с долей искренности в голосе, однако холод в глазах ярко подтверждал тот факт, что эта новость его отнюдь не радовала.       Шисуи хмыкнул, после чего повернул голову к Итачи.       — Значит, пока твой отец поднимает империю и старается удерживать всех на цепи, ты прохлаждаешься в стороне? — бросил он скорее шутливо, нежели всерьёз.       — Я предпочту заниматься другим нашим бизнесом, а не играть в наследие, — произнёс Итачи с лёгким раздражением в голосе.       Мадара усмехнулся, лениво проводя пальцами по ножке пустого бокала, что до сего времени так и оставался освобождённым от алкоголя.       — Рано или поздно тебе придётся занять место, которое для тебя предназначено.       — Или место, которое выберу я сам, — спокойно ответил Итачи, переглянувшись с Саске в этот момент.       Прямая фраза, сказанная тихо, словно бросила холод на всю комнату, давая ощутимую трещину миловидной обстановке.       Микото, сидевшая рядом, мягко коснулась руки сына под столом, словно пытаясь удержать его на грани приличия.       — Итачи… — Фугаку сузил глаза и выдержал паузу, будто пытался подобрать слова, но ничего не сказал.       — Надеюсь, что в будущем ты женишься, и брак поможет исправить твой тяжёлый характер, — бросил Мадара с тем же ленивым интересом.       Шисуи лишь усмехнулся:       — Может проверим сразу на практике? Вдруг Итачи удивит нас всех.       — Согласен, — кивнул Изуна с лёгкой ухмылкой на лице. — А то великие Учихи так и закончатся на Итачи и Саске.       — Кстати о продолжении рода, — поднял голову Шисуи. — Кое-кто опоздал…       Лёгкий, почти стыдливый звук дверной ручки мгновенное рассеял разговоры о важном, заставляя всех присутствующих обратить внимание на вошедшего гостя.       — Простите, — произнесла Изуми, чуть склоняя голову. — Попали в большую пробку возле центра, — поздняя, извиняющаяся улыбка озарила её лицо, и девушка в неловком движении прошла к столу и стремительно заняла место между Шисуи и Итачи.       — Изуми, дорогая, — первой откликнулась Микото, согревая неловкость теплотой женского голоса. — Всё в порядке. Ужин только начался.       — Слишком идеальные девушки требуют больше времени на подготовку? — вынес итог Изуна, чем вызвал лёгкий смешок у Шисуи.       — Нет, просто молодёжь разучилась ценить пунктуальность, — не удержался Обито от комментария, скрестив руки на груди.       Мадара смерил девушку хрупким терпением в глазах, но ничего не сказал. В какой-то миг всё стало резко живым и реальным, словно в идеально выстроенную симфонию ворвался человеческий аккорд не самых ровных обстоятельств.       — Налейте нам вина и принесите тёплые блюда, — на этих словах Фугаку слегка поднял правую руку, не удостоив служанок даже мимолётным взглядом, слов было вполне достаточно.       Застывшая прислуга стала медленно оживать и в хаотичном ритме порхать по просторной столовой. Сакура с Хинатой поспешно двигались из кухни в столовую, способствуя тому, чтобы горячие яства появлялись на дубовом столе со скоростью света, в то время как Ино взяла в руки бутылку белого сухого, прекрасно зная предпочтения Фугаку.       — Слушай, Акира, — решила пояснить Тен-Тен, видя растерянный вид коллеги. — Начни разливать красное вино с правой стороны стола всем кроме госпожи Микото. Начинать нужно со своего хозяина. Я же займусь левой стороной.       Сенджу кивнула, будто этот простой жест мог убедить её собственное тело двигаться сквозь завесу хрупкой неуверенности. Сервировочная тележка, содержащая разные напитки, блестела тошнотворным идеалом, а бутылка вина словно служила символом элиты, к которой она ощущала глубокое отстранение. Теплая ладонь медленно сомкнулась в районе резкого изгиба горлышка, зелёное стекло вмиг послужило кривым зеркалом, и Акира скоротечно встретилась с отражением, где растерянность и сомнение сплелись в одно, почти болезненно узнаваемое лицо, что на секунду почудилось ей чужим.       Сердце сжалось от странного ощущения, что это не она, а кто-то посторонний, вынужденный жить её жизнью.       — Акира, люди ждут, — тихо поторопила Тен-Тен, вернувшись за напитком уже для младшего Учихи.       Под чёрными туфлями тихо скрипнул паркет, а собственное волнение верещало громче, чем спокойные голоса за столом.       — Вина, господин Итачи? — спросила она ровно, без лишних выражений.       Учиха сидел прямо, словно не замечая её, но спустя секунду он повернул голову к девушке и, окинув её мимолётным оценивающим взглядом, придвинул свой бокал ближе в её сторону.       Акира кивнула, аккуратно наполняя бокал темно-рубиновой жидкостью, что мягко скользнула вниз по гладкому стеклу, наполняя до середины тонкий бокал.       — Достаточно, — наконец, произнёс Учиха. — В следующий раз постарайся не дрожать. Это выдаёт.       Сенджу промолчала и постаралась остаться при своём лице, вежливо кивнув и сделав шаг назад, желая как можно скорее выйти из поля досягаемости Итачи, и скоротечно приблизилась к Изуми.       Девушка посмотрела на неё так, словно заготовленные слова уже вертелись на губах, однако она ничего не сказала, отвернув голову.       Акира не обратила внимания на такой жест, крепко удерживая бутылку одной рукой и старательно наполняя её бокал.       — Я не пью красное.       Акира вздрогнула, едва не пролив вино на скатерть, остановив движение, растерянно посмотрела на девушку.       Изуми наконец повернула голову, демонстрируя блеск насмешливой стали в глазах.       — Обычно прислуга здесь это знает. Белое сухое — исключительно.       — Да ладно? — развёл руками Шисуи, до этого наблюдавший за этой сценой. — В прошлый раз ты пила красное. Помнишь, в загородном доме Мадары? Саске ещё тогда сделал замечание, что ты пролила немного вина на белую блузку.       — Возможно я просто сменила предпочтения, — ответила незамедлительно девушка, изогнув губы в безупречной улыбке.       — Конечно, — внезапно произнёс Обито, но его глаза сузились. — Женщины, как известно, очень переменчивы. Особенно когда рядом те, кто способен это заметить.       Итачи слегка отвёл взгляд, откинув голову. На короткий миг его лицо стало почти непроницаемым, но в уголках темных глаз мелькнуло едва ощутимое, будто случайная тень, раздражение.       — Изуми, что с тобой? — повернул голову Изуна, на секунду отвлекаясь от рабочих тем с Фугаку, также краем уха уловив нить разговора. — Обычно ты намного добрее.       — Простите, этого больше не повторится, — наконец подала голос Акира, слегка поклонившись, чувствуя, что её дыхание стало слишком неровным.       — Надеюсь на это, — бросила Изуми достаточно остро, словно намереваясь порезать самообладание Сенджу насквозь.       — Не обращай внимания, — подмигнул Шисуи, забирая у девушки красное вино себе.       Итачи, молча наблюдавший за данным спектаклем, медленно поднёс бокал с вином. Тонкое стекло коснулось его губ почти бесшумно, и в этом жесте было слишком много контроля, чтобы он выглядел обычным. Ни один жест за столом не остался им незамеченным.       Он словно осознанно позволил всему этому случиться, не вмешиваясь.       «Скорее бы это всё закончилось…» — устало протянула Акира глубоко в сознании, пропуская к Изуми подошедшую Тен-Тен с бутылкой белого сухого.       Время незаметно утекало сквозь стены, оставляя после себя всё больше опустошенных тарелок и ночной мрак, когда в воздухе беспрерывными импульсами шумели разговоры о цифрах, филиалах, о будущем клана и о том, что рынок не прощает застоя.       Акира всё это время застывшей фигурой стояла в одном ряду со своими коллегами, иногда подавая новые блюда и подливая напитки по мере необходимости, иногда намеренно прячась за спиной Хинаты или Сакуры, когда нужно было подойти к Обито или Изуне, крайне не желая с ними лишнего контакта.       За это время Сенджу несколько раз замечала на себе взгляд Шисуи. Парень периодически стрелял в неё глазами и улыбался ей. К чему такое внимание с его стороны — она искренне не понимала. В какой-то момент девушка пересеклась лицом с тем, с кем бы не хотелось больше всего.       Мадара осмотрел её фигуру с головы до ног, ухмыльнувшись про себя, после чего наклонился к Фугаку, произнося вслух без лишних церемоний:       — Очень смелый выбор.       Фугаку также повернул голову в её сторону.       — Посмотрим, что из этого получится.       В ту секунду Акира почувствовала, как её ладони становятся липкими, и растерянный взгляд рефлекторно упал на пол. Меньше всего ей хотелось подобного внимания.       В какой-то момент Мадара поднялся первым, поблагодарив за накрытый стол, растворяя ужин на фоне собственного ухода. За ним поспешно поднялись остальные гости и преданным спутником последовали к парадным дверям. Фугаку также последовал с ними, решив провести излюбленных гостей.       — Ты же останешься у нас, Шисуи? — тут же повернулась Микото, с некой надеждой смотря на молодого Учиху.       — Конечно, — улыбнулся он, кивнув. — Я задержусь у вас на некоторое время.       — Чудесно! — довольно произнесла женщина, хлопнув в ладоши. — Твоя комната полностью готова. Быть может, ты что-то хочешь?       — Я бы выпил перед сном чашечку зелёного чая, — не долго думая, начал парень, после чего повернул голову в сторону прислуги. — Пусть Акира принесёт, — добавил он спокойно, словно это было само собой разумеющимся.       Сенджу, до этого бесстрастно убирая стол с остальными, на несколько мгновений застыла с грязной посудой в руках, растерянно хлопая ресницами.       Микото выдохнула, без особого желания посмотрев на выбранную прислугу.       — Сенджу, ты слышала?       — Да, госпожа, — согласно кивнула Акира скорее по инерции, нежели по собственному праву, и, передав поднос с посудой Сакуре, поспешно скрылась за дверью просторной кухни, приступая к заварке чая.       «Почему всё время я?» — назойливый вопрос всплыл в сознании слишком резко, чтобы его было можно сразу замуровать под слоем рабочей покорности и не придать этому значения.       Девушка была готова поклясться, что его взгляды были отнюдь не теми, что бросают мимоходом или из невинного интереса, нет. Его глаза задерживались, будто он что-то сопоставлял, примерял, задавался немыми вопросами внутри себя, и это в какой-то степени даже пугало. Сенджу уже даже молчит о том, что он так открыто заступился за неё перед всеми, позволяя себе поставить Изуми в неловкое положение. Так что же это: просто вежливость или что-то большее?       «Просто принеси чай и уйди сразу же…» — мысленно шептала она самой себе утешительную мысль, стоя уже перед злополучной дверью с подносом в руках.       Предварительно постучав и дождавшись разрешения, Сенджу тихо приоткрыла дверь и осторожно вошла в комнату, словно боялась нарушить чужую атмосферу.       Шисуи сидел на небольшом пуфике, сосредоточенно набирая какое-то сообщение в телефоне, после чего фыркнул сам себе и откинул его на кровать. Его пиджак небрежно валялся на кресле, а галстук был ослаблен и неровной змеёй лежал на белой рубашке. Сейчас он не выглядел столь беззаботным и жизнерадостным, каким казался ещё пятнадцать минут назад.       — Зелёный чай, — тихо произнесла она, подходя ближе и ставя чашку на стеклянный столик.       Но Учиха даже не взглянул на чашку.       — Встань ровно, — прозвучало слегка строго, чего ранее за ним не было замечено.       Сенджу замерла, непроизвольно распрямив плечи, словно по щелчку внутреннего механизма. Спина выпрямилась сама собой, подбородок чуть приподнялся, а руки легли вдоль бёдер слишком правильно. Она вдруг остро ощутила собственное тело, особенно неприятное чувство тревоги, что яркими ударами раскрывалось где то меж рёбер.       Шисуи с особой неторопливостью поднялся с пуфика, делая ленивый шаг вперёд, на что Акира сделала инстинктивный шаг назад, получая в ответ немую насмешку.       — Не бойся, я ничего тебе не сделаю, — заверил он очевидную вещь. — Повернись, — произнёс парень уже мягче, хотя в тоне не было просьбы.       Разворот получился немного неуклюжим: ткань колготок и платья немного шуршала на фоне выжидающей тишины, юбка машинально качнулась, а небольшой тонкий каблук слегка дрогнул под ногой из-за коврового покрытия. Голубые глаза застыли на уровне приоткрытого окна, в то время как чужие карие в настойчивом жесте касались её волос, плечь и талии, словно наглая рука, что посмела вторгнуться без разрешения.       Он обошёл её слишком медленно, почти лениво. Его взгляд не цеплялся за откровенные детали, напротив, он будто собирал образ целиком: осанку, линию шеи, напряжение в пальцах, судорожный вздох, намекающий на скрытую настороженность.       — Интересно… — протянул он негромко.       Акира сжала пальцы чуть сильнее.       — Вы хотели чай, — аккуратно напомнила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно, без дрожи.       — Не зря Изуми боится тебя, — продолжил Шисуи так, словно Акира ничего не говорила.       — Я не понимаю.       — Понимаешь, — отрезал он с улыбкой. — Просто ещё не приняла это. Пока что. — Шисуи остановился напротив неё, и его глаза скользнули сверху вниз — медленно, внимательно, с тем самым личностным интересом, который невозможно списать на случайную симпатию. — Ты держишься не как прислуга, и совершенно не похожа на остальных своих коллег…       — Я… — Сенджу считала обязательным сказать хоть что-то, но поняла, что ей нечего ответить на столь прямые слова.       Шисуи наклонил голову, изучая её реакцию, и на его губах появилась лёгкая ухмылка, слишком, чёрт возьми, понимающая, в то время, как до Акиры только сейчас дошло, что она здесь не из-за чая.       «Чай — лишь повод, чтобы остаться наедине!»       Он отвернулся первым, разрывая густой контакт, наконец взяв чашку с чаем. Пар коснулся его бледного лица, и на секунду напряжённая нота в комнате будто ослабла.       — Можешь идти, — спокойно добавил Шисуи уже другим тоном. — Сегодня ты и так была в центре внимания больше, чем следовало.       Акира кивнула слишком быстро и круто развернулась к двери, чувствуя настойчивый бас собственного сердца где-то в самом горле.       Уже выходя, она уловила за спиной его голос, тихий, почти задумчивый:       — И да, Акира… Не позволяй Итачи убедить тебя, что ты ничего не стоишь.       Дверь закрылась за ней почти бесшумно, и длинный коридор показался вдруг слишком узким, словно стены особняка сдвинулись, оставляя ей всё меньше пространства для дыхания.