Страна чудес без тормозов

"Ещё немного, осталось совсем чуть-чуть. Аканэ, потерпи ещё самую малость, прошу тебя!" - юноша худощавого телосложения поправил пряди волос, что маячили перед его глазами и мешали пересчитывать деньги. Это был последний раз, когда он с надеждой складывал в уме цифру к цифре, когда он думал, что в бесполезных бумажках есть спасение. *** Аканэ Инуи умерла на больничной койке. Узнав о смерти девушки, Хаджиме потерял всякую надежду и смысл своего существования. Что теперь значат эти цветные бумажонки? Так чего же они стоят на самом деле? Ответ на этот вопрос он так и не нашёл. *** Инуи стал слишком молчалив. Вечером, сидя у него дома, Коко стал замечать в парне некую, характерную лишь для блондина, задумчивость и, даже, загадочность. "Ладно, - думал Хаджиме, - не буду его трогать". Но это продолжалось. На всякие вопросы блондин отвечал односложно: "Да", "Нет", "Угу"... Коко понимал, что что-то происходит с его другом, другом, которого он хотел поддерживать и ни за что не отпускать, ведь всё, что у него осталось - Инуи. *** Однажды, когда Инуи весь покрытый ссадинами и рваными ранами после очередной потасовки без сил шёл домой, брюнет заметил одну деталь - по щекам несчастного текли слёзы. И были эти слёзы вызваны не болью от ударов или пинков, а внутренней болью. Тогда Коко понял, что с Сейшу творится что-то ужасное; он таит в себе нечто, что причиняет ему эту ужаснейшую боль. — Инуи! - ноги парня сами двинулись с места. Он решил догнать блондина во что бы то ни стало. — Инуи!!! - ладонь, покрытая свежими царапинами, дотронулась до его руки. Но второй лишь замер, ожидая что ему скажет Коко. Потерянный взгляд юнца не выражал ничего. Он молчал, и Хаджиме, впрочем, также не мог подобрать слов, не был в силах начать диалог. Они стояли рядом друг с другом и ощущали болезненную ауру, витающую вокруг и не дающую чувствам вырваться наружу. — Сестра... - Инупи схватился рукой за шрам, - Знаешь, она стала сниться мне почти каждый день. После этих слов в сердце слушающего что-то кольнуло, и оно забилось сильнее, его поглотила тревога. — Бывало, этот шрам начинал сильно болеть, он будто заново сгорал... И когда я хватался за него ладонью, то передо мной появлялась Аканэ. Сестра, разодетая в роскошное платье, такая счастливая, она смеялась и всё смотрела и смотрела прямо на мой шрам, словно пыталась что-то мне сказать. Инуи замолчал и резко опустил взгляд. На земле существуют явления, открывающие какой-то доступ к неведомому. И иногда мы наталкиваемся на полуоткрытую неосвещенную дверь в неведомый мир. Кого бы не стал терзать вид умершего? Инуи Сейшу рассматривал землю, что находилась под ногами, а от сильного волнения его грудь то поднималась, то опускалась. Прошла минута. Затем другая. Дрожь пробирала всё тело Коко, и как бы он ни старался, как бы себя не успокаивал, он не мог что-либо предпринять. Ему захотелось убежать далеко далеко: туда, где он и Инуи никогда не были, туда, где горит невиданный рассвет, и лучи Солнца бьют прямо в лицо. — Я скажу Тайджю, что мы уходим из Драконов! - слова сами вырвались из уст Коконоя. Леденящий ужас пробрал парня всего - как он сможет пойти против Тайджю? Против этого тирана, которому абсолютно плевать на людей и их чувства? — Спасибо. - слабая улыбка украсила лицо Инуи, в его взгляде появился лучик надежды. Он приобнял Коко за плечи. — Хочу забыть этот кошмар. *** ...— что? Повтори, щенок! - вены выступили на лице Шиба. — Я и Инупи уходим из банды. - Коко слегка поклонился, ожидая реакции главы. Но она не заставила себя долго ждать. Брюнет ощутил сильную боль, пронизывающую боль, от которой хотелось свернуться в клубок и отгородиться от мира в попытках поскорее залечить все свои раны. *** Коко сказал, чтобы юноша ждал его у парка. Он обязательно вернётся, он не может бросить Инуи. Хаджиме пришёл еле живой. — Коконой! - увидев покрытого свежими ссадинами и синяками брюнета, Инуи приоткрыл рот. Ужас пробрал его всего. Он подбежал к парню и обнял его, чувствуя перед ним неизгладимую вину: — Дурак! - крикнул блондин. Его сердце сильно сжалось, с каждой секундой оно билось быстрее и, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди, - Зачем ты так поступил? Я думал, ты это не всерьёз. Ты же знаешь, что Тайджю тот ещё зверь. В его глазах появились нотки недовольства и волнения. — Даа, - протянул Хаджиме и улыбнулся, - на этот раз я превзошёл самого себя. Инуи положил руку парня на своё плечо. — Пойдём домой. - его слова прозвучали с такой болью в голосе, что Хаджиме решил было, будто побили вовсе не его, а Инуи. Они шли медленно - Инупи старался не торопиться, идти вровень с Коко, который едва ли передвигался. Дело шло к вечеру, стало холоднее и брюнет чихнул, ощущая как прозорливые мурашки бегают по коже, как они, будто бы щекочут его. *** — Мы скоро придём. - сказал Инуи. Коконой посмотрел на друга с некой печалью и, даже, тоской. Он наклонил слегка голову, и взгляд его устремился в сторону: — Скажи, Инуи. - брюнет сглотнул, ощущая, что может сказать лишнее, но всё-таки продолжил. - Аканэ... Она бы не одобрила подобное? — Ты же знаешь ответ, так зачем спрашиваешь? — И правда. Лицо Инуи, прекрасное усталое лицо в окружении золотистых прядей, становилось бледнее, чем оно было обычно. — Сейчас будем на месте. - пытаясь вытеснить неприятные мысли из головы, говорит Сейшу, но в его взгляде всё ещё читается печаль, навсегда оставшаяся в его пропитанной страданиями душе. — Проходи. - открывая дверь дома, мелодично говорит Инуи и поправляет рукой пряди волос. — Иди сразу в мою комнату, а я сейчас принесу аптечку. - блондин вздыхает и быстро уходит, не взглянув даже на Коконоя, который что-то начал ему говорить. Блондин вновь наедине с тишиной. Погодя несколько минут, из крана капнуло раз, потом другой. Инуи подходит к графину с кристально чистой водой, что блестит под светом лампы. Юноша наливает воду в стакан и... смотрит на своё отражение: — Интересно, Коко, - тень от длинных ресниц легла на щёки парня, - ты всё ещё видишь во мне Аканэ? — Инуи... - стоя неподалёку от него, брюнет закусывает губу. Первый резко поднимает взгляд на Коконоя, появления которого он никак не ожидал. Тот подходит ближе к Инуи и, слегка нахмурившись, отвечает: — Я не могу всю жизнь цепляться за того человека, которого со мной давно нет. - Хаджиме кладёт ладони на плечи Инуи, подходит на два шага ближе, совсем вплотную к блондину, заглядывает тому в небесно голубые глаза и отвечает. — Не могу я вечно видеть в тебе Аканэ. Ты - не она. - из глаз парня потекли слезинки. - Пора бы уже перестать присваивать тебе черты других, не находишь? - Коко улыбнулся: поднятые вверх уголки губ подрагивали, ему самому всегда было больно вспоминать жизнерадостную Аканэ, которая, как он всегда считал, была единственным лучом света в кромешной тьме. — Ладно, - юноша резко сменил тему, чем вызвал на долю секунды недовольство Коко, - надо тебя перебинтовать. — Это зачем? - Хаджиме попытался того подтрунить. — А тебе что, нравится когда из ран часами течёт кровь? Коко смутился и отвернулся, дабы не показывать это Инуи. ...— Потрепал тебя Тайджю знатно, - наклеивая лейкопластырь, сказал Инуи, - не стоило тебе так поступать. — Да ладно тебе, - Коко высунул кончик языка и причмокнул, - зато мы теперь можем делать всё, что захотим. — Понятно. - наклеив ещё один пластырь на щёку израненного, Инуи задаёт вопрос: — Например, что? — Мммм, - протянул брюнет, - например, я сделаю своего любимого Инупи счастливее. - он посмотрел в глаза ошарашенного парня. — Ну-ну. - на лице Сейшу появляется лёгкая улыбка, вызванная словами, в правдивость которых он не поверил. Блондин подошёл сзади к сидящему Коконою, приобнял его, обвив руками его шею, и прошептал ему на ухо: — Спасибо, даже если это просто слова, даже если это горькая насмешка судьбы. Он надеялся, что тот не услышит его, но Коко хотел было возмутиться, отдёрнуть его руки и поднять целый бунт, как парень передумал, ощутив миротворное состояние Инуи: — Но это ведь... правда. - неслышно пролепетал Хаджиме. *** Коконой остался у Инуи. Родители его уехали в гости к родственникам, а время, когда Хаджиме собрался уходить, было позднее: — Оставайся на ночь. Уж место, где постелить я найду. - устало проговорил парень. — Тем более, что ты в ужасном состоянии. — Спасибо. Второй заснул быстро, в отличие Инуи, который долго ворочался, сминал простыню и одеяло. Наконец, когда он погрузился в сон, перед ним предстала бескрайняя тьма. И он был в ней один. Парень дотронулся до шрама - тот болезнено "ныл". Ему суждено было прожить всю жизнь с этим клеймом на лице. За что же клеймили его? "Инуи". Тихий голосок эхом отозвался в пространстве, будто гром, нагрянувший и заполнивший небесные просторы. Пройдя немного вперёд, рассматривая как просачивается свет сквозь темень, Инуи всё еще плохо слышит тонкий голос неизвестного. Но с каждой минутой, с каждым шагом, он усиливается: "Инуи!" - девушка подбегает к юноше, принося за собой зелень. Трава начинает расти везде, над двумя фигурами расстилаются небеса. "Инуи!" - голос, такой знакомый и живой, бьёт по слуху парня, он становится ненавистным; слушая эти озорные нотки, хочется убежать от них. "Аканэ..." - Сейшу садится на траву и склоняет голову вниз. Девушка садится рядом с братом и обвивает руками ноги чуть ниже колен. Оба молчат. Инуи, погружённый в свои думы, не мог вымолвить и слова. "Как твои дела?" - Аканэ кладёт свою ладонь на пальцы руки Инуи - он сжимает свою длань и невольно отвечает: "Как обычно, - затем он вздыхает, - сегодня Коко получил от Тайджю". - его губы начинают дрожать, и он поджимает их, дабы скрыть свои волнения и страх. "Так ты всё ещё несчастен?" - Аканэ заглядывает в глаза брату. - "Стань счастливее, дорогой братец". Девушка придвигается ближе, Инуи ощущает её дыхание, "дыхание мертвеца", если его можно так назвать: "Приходи ко мне". Расставив руки, склонив голову набок, Инуи выкатывает глаза, приподнимает брови и улыбается одними уголками губ: "Я не могу бросить Коконоя. Слышишь, Аканэ, не могу!" - из глаз блондина капают слезинки. - "Слышишь, сестра, не могу я так поступить с ним!" — Не могу! - уже наяву кричит Инуи. К нему прибегает напуганный до смерти, слегка ошарашенный Коко: — Что такое, Инуи?..