Миррайские хроники

Я сидел на кухне и пил свой утренний чай. Каваки валялся на диване и листал ленту новостей в телефоне. Люблю спокойную атмосферу. — Ян, — окликнул меня Каваки. — Слышал? Наоко вроде бы очнулся! — Да? — как будто из-под земли появилась Юкине. — Может пора их навестить? — предложил я. — Мы уже идем! — объявила Онье и убежала в свою комнату. Я слегка улыбнулся. Голова болит. Как всегда не вовремя! Еще и сидеть тяжело… — Ты какой-то кислый с утра. — заметил Каваки, — Я перестарался? Я подавился чаем. Боже, как это звучало! — Нет… совсем нет! — покраснел я, — Я просто устал после миссии, и не очень было прикольно летать с обрыва! — Я же не знал, что ты не готов тогда был, вот и кинул. — Я бы сам мог прыгнуть! — обиженно ответил я. Каваки рассмеялся. Ну вот как ему может быть смешно, когда у меня спина и задница болит, так еще и по его вине! Кто его просил кидать меня в воздух?! Я почувствовал как на мою шею легли его теплые руки. — Ну не обижайся, светлячок… — ах ты ж скотина, подлиза хренов, знает как к себе расположить. Его руки начали трогать мою спину. Я и не заметил как оказался на животе под Хатсубой. Он сидел на мне и разминал спину. Я расплывался в блаженстве. — Думаю, задницу сейчас лучше не трогать, — пошло ухмыльнулся он. Я резко вскочил и случайно ударил своей головой Каваки в нос. — Ян, ну е мае! — прошипел он. — Прости, — извинился я, — давай помогу. Я положил ему свою руку на лицо и слабо призвал стихию воды. Моя ладонь стала холодной, как лед. Мы так просидели минут 5. — Хватит уже, нос мне отморозишь, — буркнул он. Да… уже скоро нужно будет идти. Каваки встал с дивана, потянулся и накинул на себя кофту. Юкине вышла из комнаты и побежала в прихожую. — Давайте, поторапливайтесь, голубки! — крикнула она. Как я не люблю, когда она нас так с Каваки называет. Нужно настроиться на встречу. Я слышал, что Наоко сейчас в плохом состоянии. Ему собирались ампутировать ноги и руку. Хороший был малый… Конечно, это не смерть, но инвалидность в раннем возрасте — это ужас. Мы прошли в медицинский корпус. Было как-то пусто и тихо. Конечно, тишина в больнице обычное дело, но чтобы никого не было, это редкий случай. Мы прошли на четвертый этаж, Ято писал, что их палата находится именно там. Каваки трижды постучался. Никто не открывал. Юкине дернула ручку и дверь открылась. В палате никого не было. Да что ж такое! Что за пустота! — Мы точно туда попали? — поинтересовался Каваки. — Вещи вроде бы их, — не согласился я, увидев знакомую футболку Ято. Мы услышали скрип в коридоре. Дверь соседней палаты открылась и оттуда вышел господин Изуки. Может он что-нибудь знает? — Здравствуйте, господин Ото, — улыбнулся я, — как Ваше здоровье? — Лучше, спасибо. Ян Йорокоби, верно? — точно… мы же еще с ним не виделись. Возмутительно! Я считал себя знаменитой личностью. Чего тут сомневаться?! — Да. Вы случайно не знаете, где Ято, Морико, Киоко и Наоко? Мы их нигде не можем найти… — спросил я. — Я слышал, что пацан, этот… Кимура Наоко на операции. Говорят медик какой-то прибыл. — ответил он. — Медик прибыл? — переспросила Юкине. — Да, вроде. — подтвердил Ото. — Значит, нам в операционную. — сообразил Каваки. — Спасибо. — поблагодарил я господина Изуки и мы пошли на второй этаж. Операционная, она в правом крыле. Мы втроем прошли по коридорам. Вот они! Сидит тройка. — Смотрите! «Стрела» пришла. — заметил нас Киоко. «Дракон» между собой называет так нашу Великую Четверку. — Привет. — поздоровались Морико и Ято. Какие-то они были кислые… — Как Наоко? — поинтересовался я. — Он в операционной ждет медика. — пояснил Киоко. — Ясно, мы посидим здесь. — сказала Юкине, садясь на свободную банкетку. Мы с Каваки присели рядом. Повисла напряженная тишина. Возникало много вопросов, но было неудобно спрашивать. Послышались тихие быстрые шаги и очень знакомая аура. Каваки и Юкине тоже удивленно встрепенулись. Из-за поворота вышла Микото в белом хирургическом халате. Уже прибыла с миссии?! Так быстро! Неужели ей пришлось ее отменить… Хотя вряд ли кто-нибудь еще мог бы помочь Наоко. Она нас даже не заметила, была слишком взволнована и напряжена. Девушка привязалась к этому парню. Так и пацан клювом не щелкает, клеится постоянно. Чисто дружеская ревность. Как никак мы с Микото близкие друзья. — Не знал, что она еще и медик… — пробурчал Ято. Я усмехнулся. Вспомнил один случай, из-за которого Каваки теперь мерещатся клыки в темноте. Мы вшестером как-то разговорились и не заметили как прошло полчаса. Внезапно я услышал громкий мужской стон. Я заржал. Мне вспомнилась опять та картина: Каваки при смерти, а Микото кусает его шею, и Хатсуба «сладко» стонет. Опять тот же метод? Я не переставал смеяться. Каваки густо покраснел, он понял, из-за чего я смеялся. Киоко, Ято и Морико сидели в смущенном удивлении и переглядывались. Ох, полетела у них, наверное, фантазия в рай. — Что там происходит? — краснея спросил Ято. — Не беспокойся, — улыбнулась Юкине, по ней было видно, что она еле удерживалась, — ему просто немного больно, Микото — не из тех, кто будет отрубать конечности. Ну и точно не станет развратничать… — Как некоторые. — закончил Каваки, зло глядя на Юкине. — Молчи, жертва вампира. — засмеялась девушка. — Не смей ржать! — зашипел Каваки. — Ты стонал похлеще Наоко. — хохотала она. Трое пацанов сидели в полном непонимании. Каваки покрывался густой краской и скалил зубы. Нужно успокоиться. Дверь операционной пуленепробиваемая, но все же мешать тишине больницы не стоит. Да и не к месту. — Перестаньте. — холодно сказал я. Хохот резко оборвался, и наступила гробовая тишина. Все удивленно посмотрели на меня. — Там идет серьезная операция, а мы тут… Объяснения были не нужны. Каждый задумался о своем. Нужно ждать, ждать и еще раз ждать. Лишь бы операция прошла успешно… Оказывается я заснул на плече у Каваки. Причиной моего пробуждения стали тихие медленные шаги и шорох закрывающейся двери. Из операционной, качаясь, вышла Изуки. Ее лицо было все бледное, руки тряслись. Её мутный взгляд снова не заметил нас, Микото приземлилась на банкетку рядом с дверью в операционную. Из кармана она достала коробочку с таблетками. Она ее редко принимает… неужели все так плохо? Достав три таблетки, она разом их проглотила и еще потом долго сидела и смотрела в пол. Все это время мы сидели не шелохнувшись и наблюдали за ней. Краем уха я даже услышал тиканье наручных часов Каваки. Вдруг девушка подняла голову, влепила себе сильную пощечину и встала. Она осмотрелась и вздрогнула, когда увидела нас. — Как давно вы здесь? — поинтересовалась она. — С начала операции. — ответил Каваки. — Как все прошло? — поинтересовалась Юкине. — Наоко не будет инвалидом? — спросил Ято. — Все будет хорошо, — потерла лоб Микото, — Сейчас его тело в полном порядке, яд отсутствует, сможет жить как и раньше. Можете не беспоко… Ее речь резко оборвалась. Зрачки сузились, и она упала без чувств. Каваки успел ее подхватить. — Опять перестаралась. — прокомментировала Юкине, заботливо проводя рукой по ее щеке. — Мы пойдем, — бросил через плечо я, — нужно отнести ее в номер. Навестим вас еще позже. Ято, Киоко и Морико кивнули. И мы все вчетвером удалились в общежитие.