(Не)возможно? или Мой тайный миллионер

Костя Сегодня моя очередь забирать Лизу из детского сада, так как у Алёны вторая смена в клинике. И, в отличие от большинства работающих в автосервисе отцов дошколят, мне эта обязанность доставляет огромное удовольствие. Я всегда мечтал иметь семью, в которой будет много детей. Я представлял, как буду гулять с малышом в парке, катая в коляске, потом - держа за ручку нетвердо держащегося на ножках карапуза. А после - буду учить его ездить на велосипеде, кататься на коньках, водить в парк на аттракционы и в зоопарк. Я никогда не понимал тех отцов, которые, имея нескольких детей, считали ужасно тяжелой обязанностью раз в неделю вывести их в парк или в песочницу у дома. Мне кажется, что я общался бы со своими детьми постоянно. Возможно, это из-за того, что в детстве я почти не видел своих родителей. Меня воспитывала бабушка, очень строгая и скупая в проявлении чувств. Мне не хватало родительского тепла, маминых объятий, разговоров с отцом на волновавшие меня тогда темы, совместных прогулок, семейных ужинов за общим столом. Я видел, как соседские дети гуляют со своими родителями, как гоняют со своими отцами мяч на лужайке у дома, как играют в догонялки со своими братьями и сестрами. И чувствовал себя бесконечно одиноким и ненужным. Поэтому сейчас, забирая Лизу и выслушивая ее подробный рассказ о том, чем она сегодня занималась, о подготовке к Новому году и о том, что ее выбрали на роль лисички на новогоднем утреннике, я наслаждался каждой минутой этого разговора, уточняя подробности, выслушивая песенки и стишки. Лиза поинтересовалась, приду ли я к ней на праздник, и я пообещал, что обязательно приду. Доехав в переполненном автобусе до нашей остановки, мы мы завернули в ближайший супермаркет за продуктами и долго выбирали, что будем сегодня готовить - замороженные овощи с котлетами или пельмени. Лиза была за овощи, она, оказывается, очень любила брокколи и морковку. Я был за пельмени, но решил уступить в этом вопросе даме. На сладкое мы взяли лимонный пирог, который нужно было просто разогреть в духовке. Зайдя домой мы закинули продукты в холодильник, собираясь отправиться на прогулку с собаками в парк. Уже выходя с кухни, я увидел на столе листок, на котором было что-то написано от руки, но не стал задерживаться, чтобы посмотреть, что. Целый час мы гуляли в заснеженном парке, резвясь с собаками, валяясь в снегу, играя в прятки и догонялки. Вернулись домой довольные, усталые и похожие на снеговиков. Пришлось сразу отправить Лизу греться в теплую ванну, а потом переодеваться в сухую одежду. Сам же я обошелся просто переодеванием в домашний костюм, купленный после переезда к Алёне. Наконец, согревшись, мы устроились на кухне, покормили собак и приступили к приготовлению ужина. Поделив обязанности (Лиза следит за овощами, которые разогреваются в одной сковородке, а я - за котлетами, которые жарятся в другой), я, наконец, вспомнил про листок на столе. Это оказалась записка от Алёны, прочитав которую, я сначала испугался. Сюда приезжала моя мама! Она общалась с Алёной! Она что-то оставила в моей комнате… бросив записку и забыв про котлеты, я ринулся в свою комнату. Лиза, заинтересованная моим поведением, бежала следом. Зайдя в комнату и осмотревшись, я увидел на кровати конверт. В нем - записка и банковская карта. На мое имя. Развернув сложенный вчетверо листок, я пробежал глазами мамино письмо. Дэн! Меня выдал ей Дэн. Мог бы хотя бы предупредить. Хотя он, кажется, говорил, что встречался с мамой, но я не думал, что он расскажет ей о нашей встрече. Хотя… Моя мама из тех женщин, которые всегда добиваются своего. Если она взяла с Дэна обещание сообщить обо мне, значит он не мог не сообщить. Но предупредить мог, тоже мне друг! Мама разводится с отцом из-за меня. Вернее из-за того обвинения, что я бросил отцу, уходя из дома. Значит, она поверила мне. Это… приятно. Мы никогда не были особо близки, мама всегда была занята какими-то делами, более важными, чем воспитание единственного сына. Но она по-своему заботилась обо мне, когда у нее было на это время. Она следила за моими успехами в школе и в университете, даже познакомилась с моими друзьями и никогда не забывала про мой день рождения, в отличие от отца. Тот, мне кажется, вспоминал о моем существовании в первые двадцать лет моей жизни, только когда подписывал счета из школы или университета. Прервал мои воспоминания испуганный крик Лизы: - Костя, котлеты горят! - и распространяющийся по кухне запах горелого мяса. Я бросился на кухню, но, увы… спасти котлеты не представлялось возможным, они почернели и обуглились, как и сковородка. Я попытался их отодрать, но безуспешно. Что с этим делать? Недолго думая, я сунул сковородку вместе с содержимым в мусорное ведро, а на удивленно-испуганный взгляд Лизы ответил, что куплю завтра новую сковородку, еще лучше старой. Овощам, кстати, повезло больше, вода из них почти вся выкипела, но подгореть они не успели, потому что Лиза, как более опытная хозяйка, сделала огонь не таким сильным, как я. Повздыхав, что придется сегодня побыть вегетарианцем, я поставил пирог в духовку, попросив Лизу проследить за ним и позвать, когда он подрумянится. А сам вернулся в комнату и еще раз перечитал мамино письмо. Она написала, что в городе проездом по пути в Китай, и мне не стоит опасаться, что отец узнает про ее визит. Но, раз меня нашел Дэн, найдет и отец. Это я понимал и сам. Еще мама написала, что познакомилась с Алёной, и та ей очень понравилась. Мама советовала не тянуть кота за хвост и брать быка за рога. Я улыбнулся этой маминой попытке прибегнуть к иносказательности, она часто вместо того, чтобы говорить прямо, начинала сыпать фразеологизмами, чем ставила в тупик собеседников, особенно иностранцев. Внизу мама оставила номер скайпа и очень просила связаться с ней, потому что… соскучилась? Вот это новость! Хотя, уйдя от отца, она наверняка лишилась большей части своих «важных дел» и у нее появилось свободное время на сына. Возможно, мои дети будут видеть бабушку не только на фотографии или экране смартфона. Эта мысль не показалась мне смешной или несвоевременной. Да, я уже думал о своих детях, как о чем-то почти реальном, ведь у меня уже есть Лиза. И, возможно, в будущем будет еще кто-нибудь. Я улыбнулся своим мыслям и прочитал примечание, в котором мама писала, что оставляет карточку и просит пользоваться ей без всяких сомнений - ни карта, ни деньги на ней никак не связаны с отцом и его компанией. На зов Лизы я вернулся на кухню, улыбаясь своим мыслям о будущей семье. Мы поужинали, оставив часть пирога и овощей для Алёны, потом я уложил Лизу спать, пересказав ей перед сном «Хоббита», вернее то, что помнил, наверняка что-то упустив и напутав. Но Лиза сказала, что ей очень понравилось и я обязательно должен завтра продолжить свой рассказ. На следующий день, придя на работу и устроившись за компьютером в своем кабинете, я привычно связался по скайпу с Дэном. После того, как я согласился на его предложение о создании совместного бизнеса, мы по несколько часов в день общались, обсуждая и планируя, что и в каком порядке надо сделать, кого и где подключить, и т.д. Дэн смирился с моим условием - в Москву я приеду не раньше второго января. А пока все дела по оформлению фирмы и поиску нужных людей вел сам при моем виртуальном участии. Сегодня мы обсуждали аренду офиса, Дэн присмотрел несколько вариантов и мы рассматривали все плюсы и минусы каждого, когда в кабинет зашел Виктор. Он, конечно, был в курсе, что мы с Дэном проворачиваем какие-то дела, но сейчас понял, что я собираюсь уехать. И сразу задал вопрос Дэну, подыскивать ли ему нового бухгалтера. Получив утвердительный ответ и оставив документы, которые приносил, Виктор вышел, неодобрительно поглядывая на меня. Надо будет потом поговорить с ним, чтоб не болтал пока лишнего. То, что мой начальник - тот еще сплетник и любитель поболтать, я понял еще в первые дни работы. Выяснениям природы наших отношений с Алёной и рассказам об их общем школьном прошлом тогда было посвящено больше времени, чем делам фирмы.