Разбуди меня вновь.

Не успел завтрак закончится, как зима намеревается укусить своим морозом каждого, кто не надел теплую одежду и не уселся у растопленного камина. А там уже и до простуды и прочих болячек не далеко, не даром у многих именно с этим временем года есть ассоциации с больничным. Сидеть у окошка, в постели и смотреть на танец снежинок, укутанный в три одеяла, с шарфом на шее и градусником под подмышкой, а в ледяных руках сжимать горячую кружку теплого напитка, от которого поднимается едва ли видимый пар. В Ли Юэ и Инадзуме иногда забываешь вообще о такой проблеме, как снег и излишняя стужа. Но, вот жители Снежной скорее забыли о таком, как теплая погода, зеленая травка и походы на улице без трех слоев одежды. Так ведь? Хотя, когда долго живешь в таком регионе, то хочешь — не хочешь, а тело привыкает и закаляется. Но Скарамуш, дитя теплой Инадзумы, не имеет никакой симпатии к подобным регионам, хотя и Натлан не нравится его своей особой теплолюбивостью. Он был на севере ранее, все в Фатуи бывали там хоть раз… И он, как предвестник, сувался туда и точно понял, что подобное место отнюдь не для него. Но, он сам связал свою жизнь с тем, кто родился в такую стужу, пускай по этому солнечному лису и не скажешь. И потому совсем не удивительно, что его возлюбленный пожелает хоть ненадолго вернуться на родину, повидаться с близкими и полюбоваться местными красотами. Даже снег там другой, особенный. Словно волшебный, что не тает круглый год. Скарамуш и сам любит появляться тайком в Инадзуме. Пускай Сегун и не приветствует его там, выгнав из родного дома, но разве это когда то мешало ему? Совсем нет, даже наоборот. Появляясь слишком близко к главному городу в нем играл особый интерес, адреналин остаться непойманным. И при этом вспомнить все те года здесь, когда это место и впрямь было его домом. Вчера Тарталья погрузился в воспоминания о родном доме. Те же пейзажи, люди, запах мороза и стужи, что щекочут нос. Стоило ему лишь на секунду забыться в мыслях и ускорить шаг, как вскоре, ему в спину прилетел снежный шар. Это привело альфу в чувства и он шустро повернулся, выискивая источник нападения, но какого же было его удивление и умиление, когда вместо чужого лица, он увидел то, что его омега буквально прыгает через сугробы, в попытках догнать его. — Я же устал тебе орать, чтоб ты подождал! — уж слишком раздраженно кричит Куникудзуши и при очередном неудачном шаге проваливается под снег буквально по пояс. Аякс не может сдержать эмоций и заливисто смеется, торопясь подойти и вытащить своего любимого брюнета из снежного капкана — Прости-прости, я просто задумался! — Тарталья ставит свое чудо на протоптанную дорогу, которую сам и сделал, а после отряхивает лишние горсти снега с чужой одежки — Нам еще далеко?! Я устал, замерз и промок! — В такие моменты Скарамуш был чем то особо похож на ребенка, что психует от любой мелочи. — Совсем немного, милый. Вон те домики уже наша конечная цель -воркует лис и обнимает омегу — Хочешь понесу тебя на руках? — и в ответ получает короткий кивок и шмыг носом, от чего на лице расплывается теплая улыбка и он подхватывает Скара, как невесту, унося в сторону своего дома. Дальше он смутно помнит происходящее. Было много шума и суеты, ведь вся семья рыжего не ожидала такого сюрприза, но и против уж точно не была. Провести новогодние деньки с такими гостями было настоящим подарком, самым лучшим из всех возможных. Они все вместе весело посидели, Скара с лихвой накормили местной кухней и устроили целый марафон рассказов о маленьком Аяксе, сопровождая истории изображениями из семейного фотоальбома. А когда на улице уже давным давно было мрачно и тихо, парочка уединилась в своей комнате и позабыла обо всем на свете кроме них самих. И это Аякс помнит особенно четко, ну… Почти? Крепкие руки рыжего ловко заносят опьяненное огненной водой тельце Скара, сам брюнет что-то невнятно бормочет, то отталкивая альфу, то сильнее цепляясь за него руками. Это забовляло и заводило лишь сильнее, Тарталья и без того уже давно держался, чтоб не взять свою «женушку» прям на глазах всей семьи. Но теперь они одни в своей комнате, спрятанные от чужих глаз. Скар, обомлевший от сладких поцелуев и горячих словечек альфы, буквально растекается по кровати, дававя рыжему лису раздеть себя и полюбоваться своим тельцем. — Ты как всегда прекрасен — мурчит Чайлд, скидывая с себя свитер и нависая над омегой, одной рукой оглаживая его бледное и теплое бедро, а ведь брюнет и сам был возбужден и теперь, с такого ракурса это было особо очевидно. — Я же сказал тебе замолчать и уже наконец начать действовать не только своим языком — привычно ворчит Скар и шипит, руками обхватывая крепкие плечи альфы и вцепляясь в них своими ногтями — Айщ… Да-да, моя прелесть, конечно помню. Но мне так нравится, как ты заводишься от одних лишь слов~ Тарталья опускается ниже, прямо к груди куклы и обводит языком его набухший, розовый сосок и слышит поощряющий полустон, давая понять, что действует он абсолютно правильно. Пальцами лис обхватывает вторую горошину на груди Дзуши, покручивая ее и слегка оттягивая, тем самым изводя своего любимого всё сильнее и в награду получая сладкие стоны и тихие ругательства, что были все равно сказаны с любовью. В комнате становилось все жарче и камин здесь совсем не виноват, его пламя лишь маленькая частичка того жара, что исходит от тел двух влюбленных. Рыжую макушку обхватывает рука омеги и сжимает, пытаясь унять тот круговорот эмоций в себе, но это едва ли помогает, а альфу это заводило лишь сильнее. Тарталья покрывает его тело своими засосами, укусами, посасывает соски, а закончив свою прекрасную «картину» спустился ниже. Его язык проходится по возбужденному и небольшому члену Скарамуша, берет полностью в рот и посасывает. С таким размером сделать приятно не составляет труда, вот Скару приходится попотеть, чтоб провернуть нечто такое. Но ради любимого можно постараться. К слову об омеге, он весь извивается, изгибается под чужим телом, чувствуя, словно по телу бегут маленькие разряды тока, от которых сходишь с ума. Но ведь и этого и им обоим не хватит, от чего Аякс отрывается, достает из своей сумки смазку, разливает на руку и начинает плавно растягивать омегу, благо опыт у них большой и много сил на это не понадобилось. Приставив член к колечку мышц, Чайлд дразнится и трётся головкой, смотря, как лицо любимого сменяется с наслаждения на злость и раздражение, а после одними глазами умоляет его наконец то начать, утоляя жажду члена внутри — Я вхожу, будь готов — шепчет Тарталья и плавно входит внутрь, где было горячо, узко и так приятно. — Угх, с каждым разом он все больше! — стонет старший и хнычет, чувствуя, как чужой член заполняет его. Толчки уверенно становятся быстрее, тела вбиваются друг в друга, бедра двигаются навстречу и от этого шлепки и хлюпанье разносится по всей комнате и за ее пределами, что прекрасно слышали остальные, но что поделаешь с этими молодыми? — Только не смей кончать в меня! Понял?! — ворчит Скарамуш, пока Аякс перекладывает его в другую позу, а Чайлд и слушать его не думает — Да-да, моя куколка ~ — и вместе с этими словами он ускоряет темп намереваясь кончить, заполнить своего любимого до краев и совсем не из какой то особой цели, а по причине страсти, что затмила его трезвый рассудок и вот, спустя пару минут он кончает внутрь Скара под громкие стоны и сознание полностью уходит из его власти. Как и у Скара, который явно уже не думал о своем же запрете. И вот, он медленно открывает глаза, силуэт темной комнаты совсем мутный, лишь краем глаза он замечает отблеск от камина, в котором продолжает гореть огонь с прошлого вечера, но намного слабее. Да, уже начался их отпуск и вместе с тем парни все-таки наведались к семье Тартальи. Засосы на всем теле немного ныли и кололи, но Сказитель вполне себе привык к подобному. Его парень всегда был уж слишком активным в сексуальном плане и Дзуши было не угнаться за ним. Либо же это не Тарталья такой активный, а Скар дохляк? Возможно. Брюнет медленно принимает сидячее положение и шипит от того, как болит спина. Еще бы, так сильно выгибался под чужим телом, удивительно, что он спину себе не сломал. Это уж точно. Его рука неосознанно ложится на место рядом и он удивленно замечает, что в той стороне кровать совершенно пустая, но еще теплая, а значит Чайлд ушел совсем недавно. Тем временем рыжий лис уже трепетал на кухне, в кругу семьи. Он рассказывал все новости с момента их последней встречи, во всех красках и явно воодушевленный. Да, он писал все это им в письмах, но ведь вживую рассказывать куда интереснее, да и получается куда лучше. Сколько не пиши, а иногда просто места на бумаге не хватает, чтоб описать все так, как было на самом деле. Да и все равно Тарталье больше нечего было делать. Он точно не хотел будить своего сладко спящего омегу, что явно был утомлен продолжением их ночи. Да и он так сладко спит, что чувствуешь особую вину от одной лишь мысли прервать такое. Но вот, стоило только ему подумать о своем любимом, как дверь тихо скрипнула и на кухню медленно ступает Куникудзуши, шаркая теплыми тапками и по прежнему сонный. На нем был свитер и теплые штаны, ведь так тепло отавпливалась лишь гостевая спальня, где они временно жили с альфой. В остальном доме было привычно холодно, ведь все остальные члены семьи привыкли к морозам и духота от печки им была уже не по душе — Доброе утро, любовь моя, как спалось? — щебечет Аякс, влюбленно смотря на Скара, пока тот трет рукавом свои слипшиеся глазницы — Доброе утро всем — бормочет темная макушка, пока вся остальная семья ласково приветствуют его и торопливо разбегаются, желая оставить пару наедине и накрыть всем на завтрак. Ведь из-за рассказов Тартальи они совсем заболтались друг с другом, потеряв счёт времени. А оставить голодными гостей совсем неприлично! И пока на кухне воцарил хоть какой то покой, Скарамуш падает в мягкие объятия своего альфы, пряча сонное личико и нагло греясь о чужое тело — Спалось хорошо, но из-за тебя ноет спина — рычит омега и пихает рыжего в бок. — Вот как? Повторим, чтоб ты и твоя спина привыкли и наделаем нам кучу детишек~ — И на румяном лице разливается наглая и добрая лыба, несмотря на то, как его пихают — Совсем сдурел! Я же сказал, что нам надо подождать, а тебе все не терпится! Сначала надо разобраться с работой, потом с свадьбой, потом с домом и только потом о детях думать! — ворчит Дзуши, дуя щеки — А что не так с работой? Денег у меня всегда было достаточно, да и если понадобится, то хоть звезду тебе куплю. Тоже самое касается и дома. А что на счет свадьбы? Предложение сделать — дело не хитрое, как и организовать нам прекрасную свадьбу, я уже даже знаю, как мы ее проведем~ — ласково мурчит Чайлд и лишь сильнее обнимает шестого. — И как же? Да и как то ты торопишь все события сразу — Скар хмыкает и поправляет свитер — Твоя родня то наверняка в шоке будет, когда узнает от кого ты детей поиметь решил — Они будут самыми счастливыми. Я уже даже рассказывал им о своих планах, так что мы все ждем лишь твоего согласия. — Что?! Да ты совсем страх потерял! Вот возьму и откажу тебе, чтоб повадно не было желания болтать лишнего! — И вот пока омега несильно колотит своего любимого, Аякс звонко и по доброму смеется. Да, он обожает свою жизнь именно за такие моменты. Он не хочет, чтоб все было идеально хорошо. Тарталья хочет распробовать на себе абсолютно все стороны жизни, главное, чтоб рядом оставалась его семья и его любимый человек. Если он потеряет все остальное, то точно не отчается и не потеряет любовь к жизни, уж точно нет.