Любовь с кулачками

      Послышалось тихое шушуканье и хихиканье Вару и Габриэля, которые, затыкая друг друга и давясь смехом, тихо крались по лестнице. Было уже где-то пол-одиннадцатого вечера, и пиковый, здраво рассудив, что добрая половина клонов спит, а те, кто не спят, сидят у себя в комнате, решил показать бубну ночную жизнь города, которую младший видел только на фотографиях, ибо ночью он обычно спал. И вот сейчас, когда ребята, закусывая губы, пытались бесшумно обуться, они услышали именно то, чего опасались…       — Молодые люди, а куда вы, собственно, собрались? — Куромаку включил свет и, сложив руки на груди, строго посмотрел на валетов, старший из которых выпрямился и, обернувшись и закрыв собой младшего, впился в Константина раздраженным взглядом.       — Гулять идём. И ты гуляй, Курилка, я не настроен конфликтовать       — Габриэль, раздевайся и иди в свою комнату. Ты почему вообще не в кровати? — мягко, но требовательно произнес Треф, заглядывая Доломцеву в глаза. В каком-то смысле Куро любил Габриэля и поэтому иногда с ним вел себя мягче, чем с другими. Да и мальчишка относился к королю тепло, видя, как ему доверяет Данте, и обычно слушался его. Но сейчас Гэб и не пошевелился, и на это пепельноволосый нахмурился и негромко пробормотал. — Не понял… Габриэль, ты меня услышал? Раздевайся и иди спать, ты никуда не идешь, — снова ноль реакции, только молчаливый взор, на что очкарик поднял голову, глядя на первого сверху вниз. — Бубновый валет, в свою комнату, живо!       — Нет… — эльфенок вышел из-за спины уже немного разозлившегося Славика и взял того за руку, поднимая глаза на второго.       — Что? — не понял мужчина, подумав, что ему послышалось. Габ ещё никогда не ослушивался его, и то, что он продолжает стоят на выходе, мягко говоря, изумляло Костю.       — Я не пойду, — повторил ушастик громче, не отрывая глаз от Куроградца. Похоже, школьник был настроен серьёзно.       — Ты его научил? — процедил сероокий, обращаясь к Пепелову и медленно переводя взор на него. Выпускник усмехнулся, стал на одном уровне с бубном, обнимая его за талию, и поцеловал младшенького в висок.       — Умница, малой, так его, душнилу, — тут бухгалтер выпал окончательно. Он снял очки, протер их подолом футболки и, водрузив окуляры обратно, севшим от гнева голосом поинтересовался:       — Что это значит?.. Пиковый валет, объяснись, немедленно! — кудрявый криво ухмыльнулся и слегка накренил голову набок.       — А что объяснять, ты что, слепой? А, да, я забыл. Тогда нацепи свои стекляшки и смотри в оба, — Вару немного наклонился к Гэбу и, подмигнув, поцеловал его, языком проникая меж теплых губ и проводя по зубам. Несколько секунд спустя Вареник с тихим чмоком отстранился от кареглазика, довольно облизнулся и краем глаза зыркнул на охреневшего старшего. Когда Кур отошёл от ступора, он нахмурился, решительно шагнул к парочке и схватил Габриэля за запястье, рыкнув:       — Ты идешь со мной! — валет коротко вскрикнул и даже немного заплакал, свободной рукой пытаясь освободиться.       — Куро, мне больно, пусти!.. — пиковый подскочил к трефу и толкнул его.       — Курилка, ты больной?! — Маку разжал пальцы, отчего Габри отшатнулся, едва удержавшись на ногах. Пепельноволосый какое-то время смотрел на ребят невидящим взглядом, пытаясь вздохнуть и прийти в себя, а Вару, воспользовавшись такой заминкой, взял мальчишку за руку и выскочил из дома, отбегая от него как можно дальше. Добежав до ближайшего скверика, Пепелов вместе с Доломцевым плюхнулся на первую попавшуюся лавочку и расхохотался, задыхаясь от бега.       — Го… Хахахах, Господи… Уфх… — оба сердца бились с безумной силой, Габри даже слышал стук пульса где-то в районе живота. Когда парни немного перевели дух и успокоились, русоволосый тихо пробормотал:       — Мне кажется, Куро было больно…       — А тебе не было? — парировал желтоглазый, откидывая голову назад и немного отъезжая вниз. — И он не хотел, чтобы ты шел со мной в город       — Ну, — школьник потёр ещё побаливающее запястье и вздохнул. — Было и больно, и неприятно…       — Вот видишь, а нельзя допускать, чтобы тебе делали больно или неприятно, — Ватрушка со смаком потянулся и, быстро повернувшись, улёгся головой на колени бубнового. — Что, посидим ещё немного и пойдем?       — Я уже не очень хочу гулять, если честно… — старший цокнул языком и, сняв очки, посмотрел на него снизу вверх.       — Оке, как скажешь. Тогда давай к Джо? — Гэб невольно расплылся в широкой улыбке, но она тут же спала.       — Может пойдем домой?       — Нет, сейчас дома лучше не появляться. А то нам таких звиздюлей насуют… Я-то ладно, привык, а тебя подставлять не хочу       — Ладно… — протянул бубн и погладил выпускника по голове. Пятый же в свою очередь достал из кармана телефон, быстро нашел в контактах нужный номер и позвонил. Илья ответил только со второго раза.       — Какого тебе надо, Зелёнка? — названный не выдержал и громко прыснул от сонно-недовольного голоса друга. — Чё ржешь, ишак? Я, между прочим, спал, а ты, такой эдакий, меня разбудил       — Ну извиняйте, я думал, ты ещё в приставку рубишься. Можешь нас к себе перенести?       — Индюк тоже думал, — в суп попал. И кого это «нас»? В такое время я рад только Рикку, тебе и ещё паре человек, — с неявным посылом на бубнов проворчал Красный, с хрустом потягиваясь и мысленно перебирая варианты того, кто входит в это загадочное «мы».       — Да мы с Габри хотели сдрыснуть погулять по-тихому, а нас Курилка спалил, пришлось экстренно уё… Кхм, валить, — пиковый покосился на первого, улыбнулся ему и продолжил. — Так что, портанешь?       — Ладно, черт с вами, зайцы. Сейчас, оденусь и все будет, — Славка снова фыркнул от смеха и на несколько секунд прикрыл глаза. — Вы там хоть сгруппируйтесь как-то, а то может получиться так, что упадете       — Ага, спасибо за предупреждение и за помощь. Я у тебя в долгу, — Долговских хмыкнул и отключился, скидывая одеяло, вставая и дефилируя в одних боксерах к шкафу.       Ватрушка сел и привычным движением спрятал гаджет обратно в задний карман джинс. Доломцев немного опустил уши и с любопытством глянул на возлюбленного. Пепелов заметил зрачки-вопросики, усмехнулся и похлопал себя по бедру, приглашая эльфа сесть.       — Джо нас скоро перенесет, он сказал надо сгруппироваться. Так что иди сюда, — младший, немного замешкавшись и покраснев, все же уселся пиковому на коленки, отчего тот улыбнулся и чмокнул мальчишку в лоб. В какой-то момент Габриэль ойкнул и вцепился пальцами в толстовку Варулендца, ошалело округлив глаза; кудрявый прижал бубна к себе и быстро прошептал:       — Не бойся, я тебя держу, — раздался тихий хлопок, и ребята исчезли с лавочки, оставив после себя едва заметную россыпь красных искр. А проходивший мимо мужчина развернулся и, истово крестясь и бормоча под нос молитву, пошел в обратном направлении…       Когда Вару наконец почувствовал под собой не холодную лавку, а мягкий теплый диван, он открыл глаза, широко ухмыльнулся, оглядывая стоящего перед ними Красного Джокера в одних пижамных штанах, и слегка потормошил судорожно вцепившегося в парня Габри за плечо.       — Солнце, все, мы на месте, — мальчишка разлепил один глаз, затем открыл другой и медленно осмотрелся. Наткнувшись взглядом на улыбку Зелёнки, Гэб неуверенно улыбнулся в ответ и прижался к желтоглазому теснее, на что Долговских усмехнулся.       — Какая красота… Вы встречаетесь? — бубновый быстро повернул голову на Илюху, соскочил с пикового и подбежал к салатововолосому, заключая его в обнимашки. М-да, у Красного и бубновых были идеальные отношения между собой. С червовыми Джок не так дружил, король и валет почему-то сторонились его, а Хелен он видел совсем уж редко.       — Джоки! — голубоглазый тихо скрипнул зубами, ничего не сказал и обнял валета, погладив его по голове. Официант лютой ненавистью ненавидел сие прозвище, но все равно прощал эльфу это с мыслью «Ну, он ещё маленький, ему можно». И неважно, десять лет было пацану или недавно исполнилось пятнадцать, — первый все равно оставался самым младшим клоном среди всех Федей созданных. Вару издал короткий смеющийся звук.       — Малой, ты же помнишь, что Джо просил его так не называть? — русоволосый поднял голову на тринадцатого, упёршись подбородком ему чуть пониже грудины.       — Тебе правда неприятно, когда я так тебя называю? — старший убийственно зыркнул на пикового валета и погладил эльфа по макушке.       — Не страшно, малой, можешь называть меня как хочешь, — бубновый надул губки и немного серьёзно насупился.       — Если тебе не нравится, я не буду тебя так называть. Так что? — Красный снисходительно улыбнулся и пожал плечами.       — Если ты не против, я действительно предпочел бы не слышать это прозвище… — Габриэль кивнул, а официант посмотрел на Вару, мягко отстранил от себя школьника и подошёл, опускаясь на одно колено где-то в районе середины дивана. — Так, Зелень, подъем. Буду нам с тобой диван раскладывать, Габри я уступлю свою комнату, — эльфенок похлопал глазками, наблюдая как Джокер возиться с мебелью, подошёл к Пепелову и крепко обнял его, после чего объявил:       — Я сплю с Вару! — неловкое молчание со стороны старших провисело около минуты и было прервано хрюкающим звуком, что издавал истерически хохочущий Долговских, уткнувшись лицом в край дивана. Пепелов, чувствуя как наливаются жаром уши, погладил мальчишку по голове и сипло пробормотал:       — Как скажешь, солнце, — Джокер уже просто всхлипывал, упав задницей на пол и закрыв рукой глаза. Габриэль же искренне недоумевал, что происходит.       — Вару, а почему Джо смеётся?       — Действительно, Джо, что здесь смешного? — салатововолосый издал странный звук и заржал ещё громче, запрокинув голову назад. Гэб обиделся и уткнулся лицом в плечо желтоглазого, на что получил лёгкую трепку по волосам и чмок в макушку. — А если серьёзно, то реально, шпала, прекращай ржать, ты прекрасно понял, что имел ввиду малой…       Ночь прошла относительно спокойно, и утром, позавтракав на ходу, пятый и первый направились обратно. Когда же ребята подошли к дому, они из открытого окна услышали чуть ли не рычание Куромаку:       — …ты должен лучше следить за своим валетом, Пиковый король! — мысленно перекрестившись и выдохнув, Ватрушка вставил ключ в скважину, провернул и открыл дверь, отметив, что голос затих; в прихожей их встретили внешне спокойные Кур и Пик, но взглядами короли буквально метали молнии. Завидев беглецов, пепельноволосый вздернул нос и убийственно зыркнул на них, ехидно протянув:       — Ну, как погуляли? — Пепелов-младший стиснул челюсти и процедил сквозь зубы:       — Чудесно…       — А мне вот интересно: ты совсем охренел, валет? — подключился фиол, упирая руки в бока. — Сам шарься по любым подворотням когда хочешь, а Габриэля с собой не таскай. Ещё раз узнаю, что вы с ним куда-то посреди ночи свалили, я тебе-… — Гэб сжал кулачки и вышел из-за спины кудрявого, становясь перед ним и зло смотря на королей.       — Не трогайте Вару, а то я… — эльфенок на секунду замялся, а затем продолжил все так же негромко и не менее уверенно. — А то я ударю вас, — опешил даже Славик, что уж говорить про Костю и Пашку. А мальчишка опустил голову и, исподлобья глядя на фиола и очкарика, тихо добавил. — Я не шучу… — такой взгляд от подростка заставил Маку поежиться, что уже о чём-то говорило. Довольно зловещее безмолвие оборвал звук чьего-то зевка и скрип ступенек, после чего на лестнице появился Данте и с лёгким полусонным любопытством оглядел эту достаточно интересную картину.       — Что за шум, а драки нет? — ухмыльнулся алоглазый, в то время как Зелёнка положил руку на плечо Габри, немного подтянул его к себе и что-то зашептал тому в остроконечное ухо. Треф обернулся и, повернув голову на девяносто градусов, глянул на младшего короля краем глаза.       — Данте, ты в курсе, что Габриэль вместе с Вару всю ночь шатались где-то в городе?       — Да, в курсе, я разрешил, — все четыре пары глаз теперь смотрели на короля бубен, но взгляд валетов был натурально обалдевшим, хоть отчасти и благодарным.       — Да.? — с ноткой недоверия протянул Кур, поправляя очки, и скрестил руки на груди. — Что ж, ладно, допустим. Но, если это будет повторяться впредь, прошу ставить меня в известность, — и с чувством выполненного долга Константин удалился в свою комнату, впрочем как и Пик, который ушагал в гараж.       — Дань, спасибо, что прикрыл. Реально, от души, — на это Данил лишь пожал плечами, не отрываясь от своей чашки. Когда же молодой человек закончил пить, он утер губы, посмотрел сначала на Габри, затем на Ватрушку и, ухмыльнувшись, сказал:       — Пожалуйста, конечно, но, если в следующий раз так соберётесь, вы меня сначала предупредите, голубки вы мои сизые, — от этого заявления у Гэба чай через нос пошел…