Дазай безответно влюблён...

— Вы пришли? Ацуши открыл дверь, пропуская внутрь двух парней. Внутри царила суматоха. Девочки бегали и украшали квартиру, Танидзаки творил на кухне, Рампо раскладывал сладости и не удержавшись запихал одну пироженку в рот. Ацуши был в домашнем, пока не успел переодеться. Дазай и Акутагава прошли внутрь, осматривая квартиру. — Приветик. А где же сам Чу? - Осаму саркастично улыбнулся на что получил два уставших вздоха. — Привет. - склонился Рюноске и Ацуши неловко улыбнулся. — Чуя сейчас у Эдгара. Ну, их же в пары поставили. Написал, что работы много и придёт ближе к семи. Ваша помощь будет кстати. — Ацуши, ты ещё кого-то позвал? Крикнула Кёка с комнаты Накахары. — Это Дазай и Акутагава, они будут помогать. — Окей. Люси скоро придёт? — Да, она готовит торт. Они кричали, чтобы их было слышно, а телефон Накаджимы разрывался от сообщений. — Готовить умеете? — спросил Ацуши не отвлекаясь от прочтения сообщений. — Нет. В унисон сказали парни, перед этим переглянувшись. — Всё равно идите на кухню, Танидзаки скажет что к чему. Наоми, тебе пора! — Окей, сейчас побегу. Она отложила гирлянду и побежала в коридор. Небольшая кухонька, единственное место, где не было ничего украшено. Джуничиро что-то жарил, варил, запекал, плавил. Передвигался он настолько быстро, что казалось это куча клонов. — Чем помочь? — первым вырвался Рюноске. — Нарежьте мясо кубиками, огурцы соломкой и помидоры кружочками. Ещё сыр натереть нужно. Он раздавал советы и указывал на полуфабрикаты. — Танидзаки, — сзади из ниоткуда появился Ацуши. — нужны ещё продукты? — Мы забыли купить фрукты. Выдал парень, на что Ацуши хлопнул себя по лбу. — Я сбегаю, если нужно что-то ещё, пиши. Он быстро нацепил тапочки и помчался к ближайшему продуктовому. — Рампо! Хватит хавать. Укладывай. — Кёка стукнула его по рукам, на что тот обиженно застонал, но послушался.

***

Рюноске быстро нарезал огурцы, пока Дазай тёр сыр. По всюду раздавались разговоры, даже Танидзаки что-то бубнил под нос. То ли проклинал весь этот праздник, то ли повторял рецепты. — Аув! Крикнул Рюноске, и выбросив нож, начал высасывать кровь из пальца. Пульсирующая боль отдавала в пальце, а тёмно-алая жидкость так и норовила упасть на доску с огурцами. — У меня есть бинты. — Дазай достал их из ниоткуда и перед тем как обвязать капнул антисептика. — Айс. — Терпи. Кровь будто послушалась и перестала течь, дабы поглядеть на Осаму. Глаза тоже переключились с пальца на парня напротив. Каждое его движение притягивало. Каждое, заставляло присягнуть ему в верности. Неловкая улыбка в конце и вовсе, заставила руки покрыться мелкой дрожью, а спину роем мурашек. — Спасибо, — Акутагава вернулся к работе, но не мог перестать думать о малых прикосновениях любимого просто друга. Дазай же, напевал новую песню с ехидной улыбкой на милом лице.

***

— Мы сделали это! Устало прокричал Накаджима и все остальные его поддержали. Уже без пятнадцати семь. В комнате появились новенькие. Люси и Йосано тоже пришли, чему не сказанно рады Кёка и Рампо. (Каким то образом, этот милый мальчик был одним из лучших друзей Йосано.) Тётя Коё не пришла, Изуми всё молчит и с этим ничего не поделать. Скоро придёт Накахара. — Тише. Он звонит. Ацуши нажал на динамик, чтобы все слышали. — Алло, Чуя. Ты скоро придёшь? <Привет, Ацу. Минут через десять, а что? > — Бли-ин… А мы с Кёкой гулять ушли. — притворно грустно сказал Накаджима. «Фига актёр.» — подумали всё в комнате, за исключением Кёки и Люси. Они то знали про этого парня практически всё. <Чего? А мне почему не сказали? Ладно. Где гуляете? Я прийду.> — Зайди домой. Кёка не взяла наушники, а мы хотим музыку послушать. Пожалуйста. <Ладно. Зайду. Так где гуляете?> — Возле набережной. Он скинул и захлопал в ладоши как дитё малое. — Сейчас прячемся и когда Чуя заходит, выпрыгиваем и поздравляем его. Как настоящий командир, приказал Накаджима и все заняли свои позиции. За окном уже смеркалось, хотя светло всё равно было. Именно поэтому Ацуши так настоял на толстых шторах, что не давали свету проникнуть внутрь. Полная тишина и теметь быстро наскучили. И местами начали раздаваться перешёптывания. Акутагава и Дазай сидели вместе в каком-то углу, и именно сейчас Осаму пришла в голову идея «пошалить». Он завёл руку под футболку и пальцами прошёлся по позвоночнику. — Ты что делаешь? — М? — Осаму провёл языком по солоноватой шее. — Ничего. Прижавшись вплотную он ещё раз поцеловал его в шею, а затем отсел подальше. — Что? — Акутагава хотел продолжить, но замолчал. В скважине поворачивается ключ. — Тихо. — командует Ацуши и в комнате зависает тишина. — Та-ран Та-ран. Мы как солнце и луна. — напевает Чуя и включает свет. — С днём рождения! — в унисон кричат все в комнате. — А? — Поздравляем тебя, Чуя, с восемнадцатилетием! — Ацуши стоит впереди и радостно улыбается. — скажешь, что ты забыл и я убью тебя. — Вау, спасибо. — не желая умереть в свой же день рождения, парень улыбнулся, растерянно осматривая всех присутствующих, но больше восхищал образ Накаджимы, он как-то выделялся, что-ли. Вот что с людьми творит любовь.

***

Все уже выпили, за исключением Кёки, Рампо и Танидзаки. — Ну, а теперь: главный подарок. — Ацуши выключил музыку и вышел так, чтобы его видели все. — Наоми, тащи. Девушка принесла коробку и поставила её на стол. — Открывай. — И что же там за пода… — Чуя открыл крышку и завис. — Котёнок? — Да. — Правда мне? — Да. — Он настоящий? — Да. — Господи ж, боже мой. Какая лапочка. — Накахара поднял его над собой, показывая всем. — Вай вай вай. Теперь тебя зовут — Нама. Намочка. Чуя ушёл в себя, разговаривая с новым членом семьи. Тут раздался звонок в дверь. — Ещё кто-то? — Чуя положил котейку себе на руки и открыл дверь. — С днём рождения, Чуя. — за дверью стоит мадам Коё и ласково улыбается. — Тётя? — Ух ты ж, боже мой. Какая лапочка. — внимание тёти привлек малыш, который был на руках у Накахары. — Его зовут Нама. — улыбается Чуя, неожиданному появлению женщины. — проходите. Это один из его лучших день рождений.

***

Солнце палит в глаза, заставляя проснуться. Стоп. Солнце? Осаму точно помнит, никакое солнце не разбудит его в своём доме. Его там практически нет. Он поднялся на локтях придерживаясь за голову. — Ммгх… — простонал голос рядом и ещё больше закутался в одеяло. — Блять, серьёзно? — Осаму вздохнул, не понимая как такое произошло снова. Они тупо тусовались на хате у Чуи и Ацуши. Оба выпили конечно, но не до такой же степени. На спине что-то жгло, и Осаму, улетученный любопытством, заглянул в ванную. — Ой… — по всей поверхности кожи виднелись царапины. Глубокие царапины, некоторые из которых покрылись коркой засохшей крови. — Хах. Помнится мне, Акутагава не скрывал засосы… Дазай одержимый своей «шикарной», как он думал, местью, прошёл в маленькую комнату, именуемую кухней, желая чего-нибудь приготовить. Жаренные яйца сойдут? На скорую руку что-нибудь. — Ебать. Как не сдохнуть?.. — на кухню, в одних штанах, разлохмаченный от длительного сна, пробрёл Акутагава, держась за лоб, убирая клочки волос назад, и зажмурившись, он достал с полки коробку с лекарствами. — Добрые утро. — А-А! ТВОЮ МАТЬ! — Акутагава чуть-ли не подпрыгнул, сразу же проснувшись, глядя глазами, полными недоумения. — Зачем. Так. Пугать? — Я был тут с самого начала. — улыбнулся Осаму, отводя взгляд. У них борьба что-ли была? Дазай развернулся спиной, ожидая в ответ услышать крик, но вместо этого почувствовал холодное, пронизывающее касание пальца. — Ты чего? — Это я? — спросил Рюноске, наливая в стакан воды, и не дожидаясь ответа, отпил, запивая таблетки. — Извини. — Ха?! Сам-то весь в… — Осаму запнулся, указывая на багровые следы с ещё виднеющимися следами укусов и залился краской. — В общем, тоже извини. — Пхах. — усмехнулся Акутагава и махнул рукой, словно это ничего не значит, а потом улыбнулся, глядя в тёмные, ведущие за собой, заставляющие подчиняться, карие глаза. — Это же наш второй раз, да? — Акутагава провёл рукой по торсу, наслаждаясь видом смятённого Дазая, но и это продлилось недолго. — А что? — Осаму прижал его к столу, не позволяя сбежать, и сладко, но с виднеющейся язвительностью, улыбнулся и завёл руки парня за спину, перехватывая их длинными, до безумия красивыми пальцами. — Хочешь повторить? Не боишься истечь кровью до смерти? — теперь уже Дазай наслаждался бегающими, из угла в угол, зрачками, покрасневшими щёками и умилительными, прекрасными переживаниями Рюноске. — П… Поедим? — желая перевести тему и не сдержав того спокойствия, что всегда присутствовало в его поведении, спросил Акутагава, вырываясь из плена шатена. — Ага) Я как раз собирался пожарить яйца, — Осаму отошёл на метр, сложив руки в карманы, самодовольно ухмыляясь.

***

— Тётушка Коё, не хотите кофе? — спросил Накаджима, подогревая чайник. — Ой, спасибо, Ацуши. Буду рада. — наконец отвлеклась женщина от изучения котёнка тигриной окраски. — Если подумать, ты похож на Наму. — М? Пхах. И чем же? — он достал с полки печенья и конфеты, которые, на удивление, остались невредимыми. — Такой же ласковый и у вас окрас похож. — сказала женщина, отпуская малыша на свободу, а тот и рад, убегая к своему хозяину, он на прощание что-то мяукнул и скрылся в той комнате, где до сих пор спал Чуя. — Вы и правда похожи. — Кёка, что до этого сидела молча, разглядывая неровный потолок и вырисовывая в голове цветные картинки, вдруг влезла в разговор. — Хо-хо. Кёка, как и ожидалось, ты прекрасна, с нашей последней встречи всё только улучшилось. И твоя проницательность! Иди ко мне, я тебя обниму! — женщина набросилась на Изуми с объятиями, вороша длинные волосы. — А, кстати… — хотел начать Накаджима, но его обняли со спины. — Ммм… Ацуши, чего так рано встал? — Накахара, не обращая абсолютно никакого внимания на остальных, чмокнул его в щёку, за что получил тумак по голове. — Эй, ты чего? — Не думаешь, что сначала нужно рассказать всё тётушке? — Ацуши указал на женщину, которая кажется впала в ступор. — А-а-а… Я их не заметил, ты ослепил меня. — улыбнулся Чуя, прижимаясь сильнее. — Тёть, ты же всё понимаешь? — Родители в курсе? — Коё налила в кружку кипяток и отпила немного, обжигая язык. — Я собирался рассказать. — Чуя безразлично кивнул, соглашаясь с состоянием женщины. — А его? — тётя указала, на красного, словно раскалённое железо, парня, который сгорая от стыда, прятал глаза. — Я тоже скоро им расскажу, но… — Ацуши вырвался из объятий, когда Кёка хихикнув, подозвала его движение руки. — потом скорее всего мы перестанем общаться. Они очень религиозные. Думают всё, что не связано с традициями — грех. Дальше кнопочных телефонов они не ушли, что уж говорить об ориентации. — дальше он продолжил шёпотом на ухо сестры. — Это Рампо и Эдгар? — после кивка девушки, Накаджима хихикнул и перевёл взгляд с арта на сохранявших молчание парня и женщины. — Ты не бросишь Чую, верно? — Озаки сменила его грозным взглядом, под которым Накаджима разволновался. — А? Конечно — нет. Ни за что. — он сказал это так громко, что затем в комнате повисла тишина, но её прервал звучный голос Коё. — Если так, то я не вправе требовать от вас расставания. Я в любом случае бы ничего не изменила. Рада за вас. Единственное, мне немного обидно, что я узнала об этом после такой дискотеки. — Озаки вздохнула, и грустно посмотрела на племянника, обиженная, что узнаёт обо всём последней. — Вы танцевали лучше всех. — улыбнулся Ацуши, вспоминая, как с завистью смотрели все гости на танец женщины, они даже устроили батл, спойлер: победила тётушка. — Ой, да что ты! — засмеялась Коё, махнув рукой. — Засмущал старушку! — Старушку? Что вы! Вы выглядите младше моей мамы. Кстати, даже без макияжа выглядите отлично. — не переставая улыбаться в тридцать два зуба, Накаджима наконец налил чай в кружки и всё семейство село за стол, наслаждаясь уютной, весёлой атмосферой. — Ох, правда? Ну конечно, я ведь слежу за кожей и за питанием. Да и впринципе я ещё молодая. - засмеялась женщина, мысленно отмечая, что этот парниша довольно неплох. «И вправду… стоит рассказать родителям, когда поеду к ним. Нужно ли брать Чую? Не знаю. Потом решу.» Ацуши уставился на конфету потерянным взглядом, он вроде как и смотрел на неё, но его сознание было далеко от реальности. Пустой взгляд, его руки делали всё на автомате, не отдавая отчёт действиям. «О чём думает? Такой милый… Похож на Наму. Когда буду говорить родакам, нужно взять его с собой…» Чуя же, тоже смотрел в одну точку. На лицо Ацуши, затаившись в собственных мыслях. «Да уж... что отношения делают с людьми... Я буду любить только тофу и Йосано. Кстати, интересно, а что она делает? Наверное пишет фанфик или смотрит триллер. Хорошо, что сегодня выходной, можно будет сходить погулять. Вчера с тётей Коё они вроде как подружились.» Кёка апатично смотрела на парочку, съедая которую сладость, думая о своём. «Эх... молодость. А я то какой соблазнительницей была... Все мужики за мной бегали. А я молодец, их всех отшила, открыла бизнес и теперь могу прожить без мужика, хотя тот был неплох, но женат. Надо бы купить котёнка... Двух. Ему одному скучно будет.» Женщина уже не ела, только пила кофе, чувствуя сладкую горечь. В прямом смысле этого словосочетания. Озаки любила ложить две с половиной ложки кофе и две ложки сахара, заливать всё это совершенство молоком и пить. Но обязательно температура должна быть между тёплой и обжигающе горячей. Холодный кофе отвратителен, а слишком горячий невозможно пить, не испепелив себе все вкусовые сосочки. Нама, только пришедший, потёрся хрупкой головкой о тощую ногу, замурлыкал и запрыгнул на бёдра Накаджимы, и немного покачнувшись, вывев того из транса. Немного потаптался и свернувшись клубком, лёг спать, раздеваясь звонким мурчанием. — Пф. Милашка... - прыснул Ацуши и погладил котёнка по голове. — Ага, ты милый. - на автомате ответил Чуя, потерявшись в омутах сознания. — Что? - Ацуши. — Что? - Чуя. — О чём вы? - Кёка. — Про что речь? - тётушка Коё. Ещё несколько секунд молчания и комната заполняется новой порцией смеха. Это семейство не исправимо...