your soul is a chamomile field

      День для Минхо начался совсем никак обычно. Никогда ещё утро понедельника не было таким приятным и добродушным. Сегодня он почти летел в школу потому что знал, кто в ней находится. В ней находится тот, кто заставляет сердце биться в миллионы раз быстрее, чем свойственно обычному человеку, но при этом вызывает чувство безграничного комфорта.       Перед уроками он забежал в класс Джисона, чтобы якобы с ним поздороваться, но на самом деле, за этим скрывалось кое-что ещё. И по этому кое-чему, а если быть чуточку точнее кое-кому, Хо безумно соскучился за ночь. И этот кое-кто сейчас кидает на парня самые счастливые взгляды, в которых можно прочитать, что их обладатель скучал не меньше. Безумно хочется поговорить, им обоим, но каждый понимает, при Хане делать этого не стоит. К счастью, во время обеда их почти никто не беспокоил. Джисон сидел с Ликсом за одним столиком и даже не заметил, с кем его хён проводит время. Но длилось это недолго.       — Хан, могу ли я забрать твоего друга до конца перемены? — к ним подошёл Чанбин, не смотря даже на того, к кому обращается — веснушчатый блондин приковывает всё его внимание.       — Нет, — огрызнулся Джисон, явно не рассчитывая, что на обеде у него заберут Ликса.       — Эй-эй, Хани, ты чего? — опешил Феликс. — А что ты хотел? — уже обратился он к Со.       — Я приготовил брауни по твоему рецепту и хотел, чтобы ты попробовал, — он сделал небольшую паузу, улыбаясь тому, как Ли восторженно распахнул глаза и поднёс руки ко рту в удивлении. — Кстати, а ты хочешь попробовать? — спросил он теперь у Хана.       — Спасибо, но откажусь, — коротко ответил Джисон и встал из-за стола. — Можете идти, я не против, — стараясь как можно равнодушнее сказать эту фразу, он направился искать Минхо.       Найдя взглядом своего друга, он застал не самую лучшую для самого себя картину. Минхо и Хёнджин, словно находясь в своём маленьком мире, что-то обсуждали за одним столиком.       «Чёрт, да почему?» — с досадой подумал Сон и следом подлетел к двум парням, что доставляют ему лишних хлопот и дополнительные поводы для переживания.       — Хён, сходим завтра покататься на скейтах вечером? — стараясь не показывать свою нервозность, спросил старшего Хан.       — Ой, прости, белка завтра я точно не смогу, — чувствуя себя немного неудобно, ответил Ли.       — И в чём же дело? — чуть ли не дёргается Джисон.       — Мы завтра с Хёнджином идём в парк, поэтому..       Хан не стал закатывать истерик — он просто встретился взглядом с Хваном и попросил уделить лишь десять минут его времени. Встретились они поздно вечером после занятий Хёнджина, когда солнце уже норовит спрятаться за бетонные стены многоэтажек, оставляя за собой лишь тёмно-синее небо.       — Ты можешь не лезть к нему, — не спросил, а скорее потребовал Хан.       — Нет, — коротко отвечал брюнет, сидя на скамейке и заглядывая снизу вверх на взволнованного, но решительно настроенного парня. А сам Хван настроен не менее решительно — это видно по его расслабленной позе с протянутыми вперёд ногами, руками в карманах весеннего пальто и прожигающему в Джисоне дыру взгляду. Хан даже думать не хочет, что этот взгляд намного более угрожающий, чем в их первую встречу, когда художник, кажется, порвать его готов был за отвлечение от интересного занятия (по крайней мере, самому Хану тогда казалось именно так).       Обоих парней сейчас объединяет одно — любовь к Минхо. Пускай лишь у одного из них она дружеская, но цель у них всё равно одна — сделать его счастливым. Но вот пути достижения этой цели у них разные.       — Я не знаю, что ты затеял, но если он и правда тебе нравится, закончи всё это, пока не поздно. Вспомни, что было, когда мы с тобой общались. Знаешь, как тяжело было заглушить чувства? Знаешь как тяжёло залечить раны? — уже чуть ли не кричит Хан. — Ты не представляешь, как трудно было избегать тебя, только для того, чтобы ты не пострадал.       — Ох, Сони.. Знал бы ты как я тогда пострадал, когда не получал должного общения, — вздохнул Хван, чуть сбавляя свой боевой настрой. — Именно из-за этого мои родители стали проще относиться к моему кругу общения, да и вообще ко мне.       — То есть? — не понимал Джисон.       — Если коротко, мне было настолько трудно справляться с этим всем, что мама не смогла терпеть моих мучений. Папа столького не видел, находясь вечно на работе, а вот маме неплохо так досталось. Многое она повидала, — хмыкнул он.       Хан смотрел куда-то вниз, кажется, рассматривая свои потрёпанные кеды.       — Пожалуйста, сделай так, чтобы он не проходил через всё то, что прошёл я. Он очень раним, даже если о нём так и не скажешь. Внутри он на самом деле обо многом переживает и даже по мелочам.       — Я знаю, Сони, — уверял его Хван. — Я правда сделаю всё.       Покинув крепко задумавшегося Хёнджина, Хан направлялся домой проходя по парку, который навеивал много воспоминаний. И о счастливом Минхо, что с огромным интересом показывал новые трюки, и о прекрасном художнике Хване, что заполнял белый лист красками, и о первых переглядываниях с Феликсом. Хан слабо улыбнулся вспоминая приятный, низкий голос, как вдруг недалеко прозвучал тот голос, который точно слышать не хотел.       — Тебе не кажется, что мы выглядим, как парочка на свидании?       — Да!       — Я люблю тебя, Ликси, — вскрикнул ненавистный голос.       — И я тебя, Бинни, — рассмеялся в ответ уже родной голос.       Подняв несколько испуганный взгляд в сторону звуков, Хан увидел Феликса и Чанбина, что шли в обнимку. Счастливые, весёлые.       «Что? Мне правда н-не показалось? Они сказали.. что?», — не верил Джисон. Ему стало так невыносимо больно от услышанного. В глазах потемнело, а сказанные Ликсом слова так и не укладывались в голове. Казалось бы, его друг счастлив. Разве это плохо? Но что-то абсолютно не давало покоя и неприятно сжималось в области сердца. Он не помнил, как добрался домой в тот вечер, но картинка того, как его Ликси(или теперь уже не его?) шёл в обнимку с другим и признавался в любви, отчётливо запечатлелась в памяти. До сих пор, это казалось нереальным.       А ещё более нереальным для Джисона казалось осознание чего-то странного… Осознание того, что к Феликсу он относится по-особенному. Неужели он его…       «Нет! Нет! Нет! Что за мысли, Хан Джисон?»       Вечером вторника Хёнджин и Минхо, наконец-то встретились. Как и договаривались, они пошли кормить уточек. Сегодня было прохладно поэтому парни буквально вжимались друг в друга, идя под ручку к водоёму. Стоя на небольшом мостике, оба они наблюдали за птичками, что ловко захватывали брошенные им крошки. Хёнджин улыбался, смотря как взъерошенная утка вынырнув из-под воды, начала смешно стряхивать с себя воду и смотреть по сторонам. В это время, Минхо улыбался, смотря на улыбающегося Хёнджина. Хван переводит взгляд с милой птицы на не менее милое создание, чьи глаза сверкают нежностью, нескрываемой любовью и счастьем.       Хёнджин непроизвольно задумывается над вчерашними словами Хана.       — Пожалуйста, сделай так, чтобы он не проходил через всё то, что прошёл я. Он очень раним, даже если о нём так и не скажешь. Внутри он на самом деле обо многом переживает и даже по мелочам.       Фантазия начинает рисовать не самые приятные картинки. Хван представляет, как его снова ругают, снова наказывают, а Минхо лишь винит себя во всём. Во всей боли, что приносят ему родители. Он представляет, как чувствительный Ли лежит, задыхаясь от собственных слёз и вспоминая счастливые моменты.       Хёнджин даже думать о таком боится..       — Джини? — будто бы пробуждая ото сна, зовёт его старший.       — М? — пару раз моргнув глазами и слабо встряхнув голову, смотрит на него Хван.       — Всё нормально? — Ли заметил что-то неладное в его поведении и даже немного напугался, подозревая, что тот не очень себя чувствует.       — Да, всё хоро.. — начал Хван, но вдруг откуда-то с берега послышалось.       — Мистер Ли? — худощавый мужчина в красном шарфе и очках, который внешне выглядел лет за сорок, будто бы абсолютно не понимая, что происходит, вопросительно смотрел на Минхо. — Что вы здесь делаете? У вас же голова вроде сильно болит?       До преподавателя, у которого сегодня отпросился Ли, под предлогом «Ой, как голова болит.. До дома бы дойти», потихонечку начало доходить.       — А.. я.. — Минхо, заставленный врасплох, начал активно придумывать причину своего нахождения здесь. — Я же не очень хорошо себя чувствую, поэтому решил подышать свежим воздухом.       — Здравствуйте, учитель Пак Сонхва. Я подтверждаю его слова. Сам я сопровождаю его, чтобы в случае чего помочь Минхо, — с серьёзным видом говорил Хван. Учитель лишь цокнул и, стараясь выглядит угрожающе, добавил:       — Смотрите мне, — он погрозил пальцем и ушёл в другом направлении. Может он бы и поспорил с учениками, но не только Минхо не хотел идти на занятие. Сам учитель так же предпочитал отдых долгим лекциям. Именно поэтому он с лёгкостью отпустил сегодня Ли.       — Кто-то говорил, что проблем не будет? — оперевшись на перила мостика и не отводя взгляда от «прогульщика», говорил Хван.       — А проблем и нет, — ответили ему с ухмылкой. Хёнджин лишь, улыбаясь, закатил на это глаза.       Парни ещё долго гуляли вместе, держась за руки, согревая тем самым друг друга. Ли совсем перестал паниковать рядом с Джинни и теперь кажется их общение достигло высшей степени комфорта. Вот только чем больше они сегодня вместе, тем мрачнее становится Хёнджин. Минхо сильно переживал по этому поводу, но когда он спрашивал, что случилось, в ответ получал только «ничего, просто задумался» и «всё хорошо, не волнуйся».       Когда начало потихоньку темнеть, они присели на какую-то лавочку, допивая купленный Минхо горячий кофе. Он вновь засмотрелся на Хёнджина.       — «Как же хочется его обнять», — с замиранием сердца думал он и уже планировал осуществить своё желание.       — Спасибо за сегодняшний день, Джинни, — он коснулся прохладной руки младшего и расплылся в самой тёплой улыбке. — Всё было просто замечательно.       Всё и правда было замечательно, пока не…       Прохладный ветер, забирался под свободную одежду, отчего Ли вздрогнул и с пренебрежением посмотрел на тучи. Пальцы Минхо и Хёнджина всё ещё были сплетены, и кажется, младший сейчас их сжимает по-особенному сильно, будто бы стараясь насладиться каждой секундой этого мгновения. Каждой частичкой тепла, исходящего от этого тела.       — Надеюсь, дождь не пойдёт до конца нашей прогулки, — поняв, что Хван ничего ему не отвечает и выглядит как-то слишком задумчиво, парень кинул на него внимательный взгляд. — Джини, всё хорошо? Ты только что как-то слишком уж сильно потерял связь с миром. Ты в порядке? — всматривался в хмурое лицо Ли.       — Хо, мне очень нравится проводить с тобой время, — кажется не дыша, начал медленно Хван. — Ты стал самым близким для меня человеком в первый же день знакомства, но, — он не мог так быстро это сказать. Что-то утяжеляло эти слова, заставляя нежное и израненное сердце ныть, как никогда прежде, — я думаю, нам не стоит продолжать общение. Прости, — парень начал вставать, но Ли крепко сжал его руку.       — Стой-стой, я не отпущу тебя просто так. Я тебя вообще не отпущу! — расширил глаза Минхо, явно не ожидая такого расклада дел. — В чём дело, Джинни? — выбросив стаканчик в мусорку, чтобы уж точно ничего не мешало, Ли взял холодные руки Хёнджина в свои.       — Дело в моих родителях. Я не знаю, как они отреагируют. Уже было такое с Джисоном. Когда мы близко общались, мои родители, — слова застряли в горле, а слёзы скопились в уголках глаз.       «Нельзя их сейчас выпустить наружу, нужно держаться», — уговаривал себя Хван.       — Это он тебя попросил?       — Мгм, — промычал Хван.       — Не обращай на него внимания, я не знаю, что на него нашло, — он думал, что сможет убедить Хёнджина и сейчас уже продумывал план серьёзного разговора с Ханом.       — Нет, Минхо, это правда. Они, на самом деле, неадекватно реагируют на моих друзей, особенно если это не человек из «высшего общества», — парень пальцами показал кавычки, тем самым высвобождая руки. Он грустно усмехнулся. — Видимо они и правда считают, что я должен общаться с какими-то принцами.       — Но ведь твоя мама ничего не сказала мне тогда, — не теряя надежду, говорил Хо.       — Она уже тогда общалась со мной и с тобой строгим голосом. Откуда я знаю, что будет дальше.. Прости, — он подорвался с места и побежал от Минхо прочь, думая, что больше никогда не прикоснётся к этим рукам, никогда не посмотрит в эти кошачьи глаза, никогда не услышит рядом с собой его согревающий смех. По щекам струйками текли слёзы. Он и представить не мог, что возможно за такой короткий срок настолько сильно сблизиться с человеком.       Ли времени не терял и бежал за ним, утверждая, что они справятся и всё будет хорошо. Он до последнего не терял надежду. Минхо не из тех, кто просто так сдаётся.       Примерно в пятидесяти метрах от дома, Хван замер на месте, и обернувшись, вытянул руки в перёд.       — Стой, не подходи. До дома осталось совсем немного. Мне нужно успокоиться, чтобы не было лишних вопросов, — он задыхался и от бега, и от слёз, и от терзающих душу эмоций. — Обещай, что ты просто пойдёшь домой, а наши встречи для тебе будут просто, как хороший сон, — и вновь слёзы. Хёнджин старается их сдерживать, поджимая губы, но ничего не выходит. Слишком больно. Невыносимо.       — Как я могу обещать такое? — запыхавшись, спрашивал Минхо.       — Я не знаю, но, пожалуйста. Я не хочу, чтобы тебе было плохо.       — То есть после этого мне будет хорошо, ты так думаешь, да? — голос начинает подрагивать.       — Прости, мне не стоило этого начинать, — перед глазами всё плыло от слёз. Минхо подорвался с места. — Нет, стой, — выставляя перед собой руки, подорванным голосом кричит Хёнджин.       — Я хочу обнять тебя, — почему-то почти шёпотом говорит Ли, но Хван его слышит.       — Нет, — говорит он. — Так будет больнее расставаться, — новая порция слёз градом скатилась по его щекам, превращаясь в бесконечный поток. Напоследок, он шепчет дрожащим голосом. — Прости меня, прощай. Мне правда было хорошо с тобой, Хо. Прости.       После этого он развернулся и стремительно направился в сторону дома, вытирая тыльной стороной ладони слёзы. Ну и как думал до этого Джисон, всё развивалось как в самых банальных дорамах: Минхо, с обеспокоенным выражением лица, стоял, смотрел в след своей любви, что убегала в слезах, так ещё и дождь пошёл, как специально. Ну зато Хёнджин мог спокойно сказать маме, что «это не слёзы — это просто дождь». Минхо: ХАН ДЖИСОН Минхо: ТЫ ЧТО СОВСЕМ УЖЕ КРЫШЕЙ ПОЕХАЛ???       Быстро печатал Минхо, пока крупные капли дождя или слёзы падали на экран. Минхо: ЧТТ ТЫ БЛЧТЬ ЕМУ СКАЗВЛ? Минхо: ЗАЧЕМ???       Писать было трудно толи из-за дождя, толи из-за бушующих эмоций. Пока Хан ему не ответил, он просто сидел на той же скамье, на которой произошли шокирующие события, и запрокинул голову вверх. Капли стекали по его лицу, и хотелось, чтобы вместе с ними ушли и плохие, душераздирающие мысли, но ничего не выходило. Хани~: это для твоего же блага, Хо, пойми Минхо: ДА ЧТО ТЫ ГОВОРИШЬ? Минхо: то есть ты решил, что ТАК будет лучше? Хани~: да Хани~: И ХВАТИТ НА МЕНЯ УЖЕ ОРАТЬ Хани~: я же знаю, что ты потом будешь себя винить в том, что его наказывают. вам всё равно придётся разорвать общение. поэтому пока всё не зашло слишком далеко, нужно сделать это сейчас Минхо: да с чего ты это взял? Хани~: нам они тогда покоя не дали, с чего это должно произойти сейчас? Минхо: но я видел его маму, Хан Минхо: она абсолютно ничего плохого не сказала Минхо: почему ты не думаешь, что они могли исправиться?       Джисон задумался. Прошло и правда немало лет. Что если всё изменилось? Что если он зря себя накручивал? А что если нет и всё правильно? Слишком много сомнений.       Он пытался взвесить все за и против, а потом вспомнил, что было, когда он сам пытался спасти другого.       Спасая Хёнджина отсутствием общения, он, оказывается, делал ему только хуже. Значит спасая вместе с Хёнджином Минхо, они… Тоже возможно не делают лучше? Ведь когда есть чувства нет ничего хуже, чем отделение друг от друга двух любящих людей. А Хан уверен, что те любят друг друга. Это видно и во взгляде, и в поступках. Ведь не просто так Хёнджин, переступив через себя, ушёл от Минхо. Стал ли бы он это делать, если бы не ценил его и не испытывал сильные чувства?       Нет.       «В своей судьбе не могу принять правильное решение, так ещё и к другим лезу. Идиот", — Хан помассировал переносицу и тяжело вздохнул. Хани~: ты прав, Хо. надеюсь, что ты сможешь меня простить и всё исправить. больше я лезть не буду, но Хани~: будь осторожен, прошу тебя Хани~: и мне правда очень жаль, что из-за меня вам уже пришлось многое перетерпеть Хани~: прости       — Прости, — повторил вслух Минхо. — И что мне теперь делать?       С одной стороны, он злился на друга, но с другой, где-то в глубине души он его понимал. Неизвестно, что сам Ли сделал бы в такой ситуации. Но что же теперь делать дальше? Для начала надо обоим переварить ситуацию. А уже потом Хо пойдёт и расставит всё по местам.       Минхо не из тех, кто просто так сдаётся.       А Хван сидит в своей комнате, в которой кажется невыносимо холодно, и, не сбавляя темп, роняет слёзы, вспоминая, как старший держал своими тёплыми руками его ледяные пальцы и говорил: «Я не отпущу тебя просто так. Я тебя вообще не отпущу!»       — Выходит отпустил, — как в бреду сказал младший, заглушая рукой бесконечные всхлипы.