Зависть, поляна, печаль и расплата

Жаркий июльский ветер ласково колыхал высокую зеленую траву, смешивая горьковатый запах полыни с пряным ароматом лаванды. Ярко-красные маки радовали глаз. Полы длинной белой рубахи с красной каймой цеплялись за ветки редких низких кустарников. Босые ножки девочки ступали прямо по непротоптанной поляне. Пригибающиеся стебли тут же распрямлялись, стоило ей сделать новый шаг. Вечные, в отличие от людей, не оставляют следов. После них природа остается нетронутой, поэтому в их мире не существует тропинок: есть только девственно-чистая природа. Девочка проводила рукой по головкам цветов, срывала некоторые из них, тут же вплетая их в венок. Волшебная, немного грустная песня о пропавшем фолианте разливалась, как вышедшая из берегов река. Любой, кто услышал бы ее, остановился бы, будто зачарованный. Стоило девочке закончить петь и плести венок, как не задержавшуюся тишину нарушили веселые окрики: двое мальчишек, очень друг на друга похожих, бегали по лесу. Один из них, выбежав на невысокий холм, с которого открывался чудесный вид на поляну, споткнулся, засмотревшись на незнакомую девчонку, и кубарем скатился вниз. Второй, приняв неудачу брата за новую забаву, последовал его примеру. Вскоре они оба сидели на земле, переглядываясь и потирая ушибленные бока. Облаченная в белую рубаху отложила неувядающий венок и, весело улыбаясь, подошла к притихшим ребятам. Она поправила светлые, как лен, распущенные волосы, чтобы те не лезли в лицо, и подала человеческим детям руки. В этот день зародилась дружба. В то же время, но в другом месте, далеком от людского мира, поглаживая по корешку украденный гримуар, радовалась удавшейся проказе младшая сестра. Без этой книги Красной деве домой не возвратиться. Зависть, грызшая наполовину сильную полукровку многие лета, немного поутихла. Прошел месяц. Зацвел и поделился травяным, чуть землистым запахом вереск. Солнце светило по-прежнему ярко и припекало не менее сильно. Девчушка, подпоясанная красной полосой мягкой ткани, поглаживала лежащий на коленях венок. Он достаточно напитался силой. Дева знала, что младшая сестра, которую впору теперь назвать Нечестью, решит проверить, насколько сильно ударила по старшей тоска по дому. Догадка оправдалась: совсем скоро к изобразившей горькую печаль деве спустилась упомянутая воровка. Прекрасное лицо молодой девушки исказила злая ухмылка. Она насмешливо наклонилась над старшей сестрой, что в облике ребенка выглядела еще более беззащитно, и что-то прошептала ей на ухо. Темные пряди покрыли тонкие плечики девчонки. Но обманчивая незащищенность сыграла с Нечестью злую шутку: расслабившись, она пропустила момент, когда малышка стремительным движением надела на голову сестры заколдованный венок. Магия подействовала мгновенно: заклятие, скрывающее фолиант, разрушилось, и теперь гримуар мог вернуться к истинной владелице. Одураченная полукровка заскрежетала зубами. Она проиграла. Грубо схватив и резко раскрыв собственную книгу, Нечесть растворилась в знойном мареве. А Красной деве осталось попрощаться с новыми друзьями, заменившими ей семью. Дом звал, родной край манил. Она действительно скучала.

***

Минуло десять лет. Весна в этом году не желала радовать людей ранним появлением. Снег не успевал таять за короткие приходы тепла, дороги снова и снова покрывались скользкой ледяной корочкой. По-зимнему холодный воздух забирался за шиворот, морозил носы и уши. Промерзшую почву невозможно было вспахивать. Народ боялся возможного голода. Красная дева в облике молодой девицы спустилась на знакомую поляну. Не обращая внимания на озябшие и покрасневшие босые стопы, запела звонким соловьем, изогнулась виноградной лозой: Солнце любит песни и пляски. Оно даст достаточно тепла, оно порадует людей. Стоит лишь Вечной постараться. Пришла новая неделя. Снег почти полностью растаял, земля начала прогреваться. И тут ненадолго остановившуюся девушку окликнул юноша. Она обернулась. На том же холме замерли возмужавшие старые друзья. Поверив наконец своим глазам, они припустили навстречу подруге, залившейся звонким смехом. С тех пор ребята приходили туда каждый день. Все было, как в прежние времена… хотя нет. Кое-что в горячих юношеских сердцах переменилось. Но все когда-нибудь заканчивается. Тихое счастье вновь встретившихся друзей исключением не стало. Нечесть, прознавшая про него, задумала кое-что новое и куда более серьезное. Чтобы досадить сестре, необязательно действовать напрямую. Нет необходимости нападать на нее, когда есть близкие ей люди и черная, запретная для Вечных магия. Дома людей – место, в которое проникнуть волшебному, высшему созданию просто. Так же просто и положить ладонь на чье-то сердце и лоб. Совсем несложно поделиться осевшей в душе тьмой. Нетрудно поселить в голове человека злые мысли. Легко заставить враждовать. Следующие за этой ночью встречи друзей перестали походить на предыдущие. Брошенные украдкой косые подозрительные взгляды быстро сменились толчками, а те вскоре перешли в драки, становившиеся все яростнее с каждым разом. Дева понимала, что без чужого вмешательства тут не обошлось. Сразу стало ясно, кто приложил к происходящему руку. Прошло еще несколько дней. Красная дева разузнала о наложенном на юношей заклятии и ужаснулась. Такое снять не под силу даже всему Вечному народу: слишком дорогого стоит наложить такое. Грусть переплеталась с отчаянием, жгла и холодила, разъедала: если ничего не предпринять, брат убьет брата.

***

Весна стала полноправной хозяйкой местности. Яркое солнце золотило лепестки первоцветов, согревало, но не проникало в затопленную печалью душу той, кто зазывал его. Девушка в белой рубахе с красной каймой нервно обрывала короткие травинки. Она ждала прихода юношей, и они пришли. Дева всмотрелась в их лица: ожесточенные, резкие, измененные. Не сумев спрятать печальный вздох, она поднялась на ноги. Короткий горестный напев стер из их памяти все, что было связано с дочерью Вечного народа. Она раскрыла книгу, и исчезла со следующим дуновением теплого ветра, поцеловавшем щеки забывших о многом братьев. Пока они будут жить, босые стопы той, чьи волосы светлы, как лен, не коснутся земли этих краев. А Нечесть уже ждала неописанная расплата. Недолго она радовалась и потешалась, будучи Вечной. Невидимая скверна поглотила завистливое сердце и безупречное тело, превратив познавшую тягу к черной магии девушку в нечто бесформенное, но живое. Она все еще вечна, но она изгнана. Ей не испытать ни радости, ни счастья. Все, что у нее осталось – это зависть, тьма и злоба. Вокруг норы, ставшей ее постоянным пристанищем, никогда не зазеленеет трава, никогда не распустятся цветы, никогда не окажутся звери. Только голая потрескавшаяся земля укроет павшую Нечесть, да почерневшие камни останутся на месте.