Пределы портрета или 3000 см²

Тяжелое, громоздкое. Черное атласное платье в пол определенно не было любимым предметом гардероба Гермионы Грейнджер. Отсутствие каких-либо бретелей напрягало ее, но Джинни заверила подругу, что плотный корсет удержит наряд где нужно. Что ж, девушка надеялась, что не сделала ошибку, поверив рыжей гриффиндорке. Длинные серьги колыхались, пока ведьма уверено шагала к парадному входу мэнора. Подойдя совсем близко, она замерла. Что значит «вечер» в понимании Нарциссы Малфой? Остается лишь надеяться, что «гостья» пришла не слишком рано, чтобы показаться навязчивой, но и не слишком поздно, чтобы прослыть невежливой. Деревянные двери распахнулись. – Гермиона, ты как раз вовремя, – Нарцисса Малфой жестом пригласила ее внутрь, – так любезно с твоей стороны выделить время, чтобы к нам заглянуть. Предвыборная кампания отнимает много сил. Но знаешь, мы дружим с очень влиятельными людьми, общение с ними пойдет только на пользу твоему имиджу. Советую тебе побеседовать с тем молодым человеком в красном костюме. Жан Эдуард Фламель. Да, да, потомок того самого Фламеля. Гриффиндорка была удивлена такой любезности со стороны хозяйки торжества. Конечно, она понимала, что ее социальный статус повысился за последние годы, но далеко не каждый гость удостаивался настолько теплого приема. Большинство приглашенных просто входили в помещение и разбредались по залу. Внезапно, подхватив девушку под руку, миссис Малфой потянула ее в центр толпы сквозь пышные платья и длинные пиджаки. Гермиона только и успевала извиняться, каблуками она отдавила как минимум четыре очень высокопоставленные ноги. – А вот и он, – замахала женщина, – Драко, поприветствуй нашу дорогую гостью, вы, должно быть, хорошо знакомы. Мисс Гермиона Грейнджер. Блондин обернулся с бокалом игристого в руке, его глаза цвета серого перламутра округлились. – Грейнджер, – холодно кивнул он ей. – Малфой, – кивнула она в ответ. – Ну что ж, молодые люди, вам, вероятно, есть что обсудить и без меня. Пойду займусь цветами, с ними творится что-то невообразимое. Веселитесь! – с этими словами Нарцисса удалилась поправлять и без того идеальные белые букеты, расставленные по периметру. Неловкое молчание затянулось. – Может хочешь… – Я просто… Одновременно выпалили они. Парень прочистил горло: – Может хочешь шампанского? – С удовольствием, – Гермиона не соврала. Она ожидала выход из зоны комфорта, направляясь сюда, но вечер переплюнул все ее наихудшие сценарии. План по избеганию Драко Малфоя с треском провалился и, судя по его реакции, появление гриффиндорки стало для него абсолютной неожиданностью. Когда парень протянул ей бокал, девушка схватилась за тот, как за спасательный круг. Глотнув слишком много шипучего напитка, она закашлялась. Пузырьки неприятно защипали нос. – Все в порядке? – блондин склонился к ней ближе, знакомый запах ударил в нос. Все тот же табак и кедр. – Да, да, – Гермиона отвернулась и принялась стучать кулаком по груди, – все отлично. – Все так же не пьешь? – усмехнулся Драко, ямочка появилась на одной из щек. Все та же ямочка. – Пью, – ответила раскрасневшаяся ведьма, – просто огневиски, а не шампанское. Малфой хмыкнул. – Для тебя могу это устроить, Грейнджер, – слизеринец схватил ее за запястье и направился в противоположный от входа конец зала. Ведьма едва поспевала за его широким шагом. Она с удивлением отметила, что в разноцветной толпе Драко был единственным парнем в классическом черном костюме. И они с ним отлично сочетались. Выйдя в безлюдный коридор, Малфой не останавливался. Он повел ведьму к дальним дверям, разместив руку на талии девушки. Войдя в них, пара оказалась в комнате, которая, судя по всему, была барным складом. Ряды ящиков, наполненных разнообразными стеклянными емкостями, заполняли большую часть помещения. Блондин выудил бутылку элитной марки и протянул Гермионе. Затем достал вторую для себя. – А стаканы? – удивилась гриффиндорка. – Давай, Грейнджер, научим тебя пить по-слизерински, – подмигнул парень и сделал первый глоток прямо из горла. Девушка последовала его примеру, но не слишком удачно. Янтарная жидкость потекла по ее щеке, затем шее. И может виной всему накопившийся стресс или же корсет привел к легкому кислородному голоданию, но эта ситуация вызвала у Гермионы неконтролируемый приступ смеха. Все еще слегка похихикивая, девушка облокотилась на стену и сделала второй глоток. Она устало прикрыла глаза рукой. Последние 6 лет ведьма делала все возможное, чтобы не пересекаться с Драко, но, думая, что избегает его, она избегала незаданных вопросов, неразрешенных ситуаций. Она избегала правды. А правда была в том, что гриффиндорка скучала по этому змею. Ей не хватало его компании. И вот теперь, после стольких лет молчания, она стоит с ним в плохо освещенной коморке и пьет огневиски из бутылки. В бальном платье! Истерический смех вновь заставил девушку согнуться пополам. – Грейнджер, ты в порядке? – обеспокоенный голос парня вернул ее в реальность. Драко пристально изучал ее, нахмурив брови. – Да, да, – выдохнула гриффиндорка, пытаясь отдышаться, – просто столько всего навалилось в последнее время. Я почти не спала прошлой ночью. Думаю, усталость дает о себе знать. – Что происходит, Гермиона? – блондин присел на деревянный ящик и жестом пригласил ее устроиться рядом. Он скинул пиджак. – Малфой, пожалуйста, – девушка все же приняла приглашение, устало откинувшись на стену, затем принялась скидывать с ног ненавистные шпильки, – не стоит этих вопросов ради приличий. Тебе ведь не интересно, на самом деле. Я имею в виду, мы же абсолютно чужие люди. – Так вот каково это для тебя, – хмыкнул парень, – Чужие люди. Что ж, просто чтобы ты знала, мне не все равно, Грейнджер. Но я не собираюсь на тебя давить. Гриффиндорка выдохнула: – Вчера вечером пришли результаты предварительного опроса. Касательно выборов нового Министра Магии, – пояснила она в ответ на непонимающий взгляд Драко, – результаты далеко не в мою пользу. Я думаю, ничего не получится. Все зря. Миранда Розье предложила мне отозвать свою кандидатуру и войти в состав ее партии в качестве управляющего отделом Магического правопорядка. Предложение действительно неплохое… – Не вздумай, Грейнджер, – девушка удивленно посмотрела на слизеринца, – ты действительно не понимаешь, что происходит? Мерлин, ты все такая же наивная. – Эй, – она толкнула его в плече. Блондин рассмеялся и отхлебнул новую порцию алкоголя: – Кто контролировал проведение опросов? – Адам Селвин. – А теперь давай подумаем вместе, с кем же проводит свои одинокие вечера Адам Селвин? – С Мирандой… – ведьма потрясла головой, – Ты хочешь сказать, что он сфальсифицировал голосование для нее? Но это ведь нарушение закона. Нет, нет, он бы не стал так рисковать. – Стал бы, если был бы уверен, что его подружка, став Министром Магии, обеспечит полную неприкосновенность его персоны, – Драко многозначительно посмотрел на гриффиндорку, – Люди обожают тебя, Гермиона. Не делай глупостей, не отзывай свою кандидатуру. И на твоем месте я бы пригрозил этому придурку тем, что знаешь о его жалких махинациях. – Наверное, ты прав, – новый глоток огневиски обжег горло девушки, – просто впервые в жизни я будто не уверена ни в чем. Она перевела взгляд на парня. Он сосредоточенно смотрел в одну точку, играя желваками. Локти уперты в широко расставленные колени. Сжатые в замок ладони выдают внутреннюю напряженность. Что же его тревожит? – Как твои родители? – блондин успел задать вопрос первым. – Они… Все сложно. Их память стала возвращаться, но процесс небыстрый. Воспоминания восстанавливаются обрывками в сбитом порядке, это большая нагрузка на их нервную систему, – ведьма сглотнула, прогоняя подступившие слезы, – на прошлой неделе, когда мама вспомнила, как получила известие о том, что я парализована… Помнишь, Василиском на втором курсе? Так вот, у нее случился сердечный удар. – Мне так жаль. – Сейчас все в порядке, но я постоянно переживаю за их жизнь, понимаешь? Что если воспоминания нахлынут, пока папа будет за рулем и он не справится с управлением? Или, когда мама будет мыть окна на втором этаже? Что если я совершила ошибку. У них была хорошая жизнь в Австралии. Они были в безопасности. Может им вовсе не нужно было меня вспоминать. Девушка не сдержала вырвавшийся всхлип. – Я думаю, ты поступила правильно. Все-таки ты их единственная дочь. Если бы кто-то стер тебя из моей памяти, я бы хотел вспомнить тебя, Грейнджер. Любой ценой. Слизеринец смотрел на нее в упор. От их близости, у Гермионы перехватило дыхание. Внезапная догадка заставила прервать момент. – Откуда ты знаешь про ситуацию с родителями? Я никогда не рассказывала тебе. Драко отвел глаза. – Пару месяцев назад я был в Хогвартсе и решил посмотреть на свой портет. Гермиона ахнула: – Ты видел их! – Ты тоже? Пару минут они просто смотрели друг на друга. Слишком много вопросов мелькало во взглядах. Никто не решался задать их первым. В конце концов, парень прочистил горло: – И что ты думаешь по этому поводу? – Думаю, что это какой-то вздор. Драко вопросительно приподнял бровь. – Почему же? – Потому что, – нервный смешок вырвался из губ девушки, – потому что сама идея, я имею в виду, ты и я… Она указала на них руками. – Это ведь невозможно. Серые глаза слизеринца стали подобны грозовым тучам. Он залпом допил остатки из своей бутылки. – А ты что думаешь? – Гермиона выдержала его тяжелый взгляд. – Думаю, что это правильно. Блондин схватил, лежащий рядом пиджак и вышел из комнаты. Ей не послышалось? Драко действительно сказал это? Немного придя в себя, гриффиндорка вскочила и босиком выбежала в коридор, но тот был пуст.