(НЕ)агрессивный

             — Мне кажется, я создан для чего-то другого, а не для переговоров с кем-либо, — с недовольством прошептал Джон.       — Ну с учётом того как ты агрессируешь при разговоре с Эддисон, советую тебе обратиться к Кеш, — со смехом ответил Гил. — С этой милой представительницей кроганов договориться куда легче. Да и снабжением занимается она, — в отличие от Райдера, Гил свернул к ангарам.       — Воу-воу-воу, ты куда? — Джон замер возле фуникулёра, который мог был отвезти его на другую станцию.       — Ну, мне к инженерам, а тебе к Кеш, — отозвался Гил, продолжая идти.       — Погоди-ка! Я думал, ты со мной пойдёшь! — Джон в несколько широких шагов преодолел разделяющее их расстояние. — Давай со мной! — он указал большим пальцем себе за спину.       — Ты что, боишься остаться один? — рассмеялся Гил, останавливаясь.       — Может, хотя бы поцелуйчик на прощание?       — Райдер, на какое ещё прощание? — удивился Гил и не сдержался от громкого хохота, когда Джон попытался сделать слезливую мордашку. С его-то суровым лицом с парой полосок белых шрамов, с широкими челюстями, суровым видом и вечно сведёнными к переносице «злыми» бровями. — Обожаю тебя, — Гил первый потянулся за поцелуем, и Джон, кто бы сомневался, с радостью на морде на него ответил.       Мимо проходящий народ смотрел на это озадаченно. Некоторых удивляло подобное проявление эмоций публично, а кто-то кусал губы, что упустил свой шанс. Всё-таки старшего Райдера считали лакомым кусочком: он Первопроходец, к тому же занимает важный пост и решает такие же важные дела. А как оказалось, здоровяк уже занят. Ещё бы нет. Гил тоже нравился некоторым ребятам, но теперь, после такой демонстрации отношений, придётся забыть… К тому же, зная, какой Джон бывает, когда злится, подходить к нему себе дороже. А уж если подойти к объекту его интереса, то тут можно смело за борт без скафандра.       — Поговори с Кеш, — сказал Гил, стукнув Райдера кулаком по плечу и всё-таки уходя в ангары.       — Я понял, — пробормотал Джон. Фыркнув, он провёл ладонью по голове, чуть поморщившись на отросшие волосы, а затем развернулся и утопал к фуникулёру.       Командный центр такой командный. Джон, сколько бы раз ни посещал сию обитель главнюков, всегда чувствовал себя не в своей тарелке. Пафосом от них так и разило. Отчего от Джона начинало разить агрессией.       Поднявшись по короткой лестнице, Джон свернул к офису Кеш.       — Райдер, — протянула подруга, рассматривая парня. — Смотрю, ты решил отрастить волосы. Как у младших?       — Очень смешно, — отмахнулся Джон.       — Правильно, выбритым тебе идёт больше: похож на бильярдный шар, — весело расхохоталась Кеш.       — Вот спасибо! Обожаю к тебе заходить: что ни приход, то какая-то «остроумная» шутка. Сама придумываешь?       — Не обижайся, Райдер. Шутки о тебе всегда не смешные, — Кеш снова принялась хохотать.       — Заметно, — проворчал Джон. — Я тут по делу!       — Знаю я, по какому ты тут делу. Уже всё готово, — Кеш продемонстрировала планшет.       — Сильно Эддисон на мозг присела?       — Ты её знаешь. Сначала просто пыталась мне доказать, что это бессмысленно, а потом даже покричала, что она устала бороться с твоим упрямством, а тут ещё я упрямлюсь.       — Нам просто нужны детали, где в этом проблема? Мы вон взамен столько всего навезли!       — Ты ещё поплачь, — Кеш не удержалась от очередного смешка, когда стало ясно, что парень начинает злиться.       — Ща как поплачу! — тихо прорычал Джон, подходя к кроганке и забирая у неё планшет. — Тут даже больше.       — Личный запрос Ветры. У нас есть возможность помочь нашим недавним союзникам. Хотя этот список легче передать с одним из твоих братьев. Он там ещё замуж за ангарцев не собрался?       — Надеюсь, нет, — с недовольным лицом сказал Джон.       — А что так? У людей же в истории есть браки по расчёту или для укрепления союзов.       Оторвавшись от планшета, Джон уставился на кроганку с видом "ты это серьёзно?". Нет, он в курсе таких моментов в истории человечества, но при чём тут Тиберий с его любовью под названием «чем страннее, тем лучше»? Откровенно, Джон даже побаивался такой связи. И то потому что Джаал доверия не внушал, а Эфре хотелось кулаком по морде прописать. Один раз с ним виделся! Один! А ярость после короткого разговора зашкаливала. Самомнение у Эфры, на взгляд Джона, так раздуто, что, казалось, это никто не исправит. Как же он заблуждался…       — Мне кажется, это последнее, что тебя должно волновать.       — Не шути так, Кеш, — попросил Джон, заталкивая планшет в карман. — Он мой брат. Это естественно, что я за него переживаю.       — Зато ты за себя не переживаешь. А ещё не думаешь об их состоянии, если с тобой самим что-то случится.       Джон красноречиво уставился на кроганку, а та на него. Он не единожды говорил на эту тему, и ему уже это надоело. В любом случае его мнение твердо и не поменяется. Хотя, когда в прошлый раз ему сильно досталось, после того, как пришёл в себя, Тиберий ему такую лекцию прочитал, что голова гудела ещё неделю. А с учётом того, что и Лекси добавила…       — Не обсуждается, — с напором сказал Джон.       — Конечно. Знаешь, ты иногда напоминаешь мне моего старика.       — Боюсь, до того, что творит Драк, мне далеко.       — О, поверь, не настолько далеко. Вы оба кидаетесь в бой первые. И не важно, какой перед вами враг. Рискуете, потому что для вас это… важно. И оба не любите, когда вас за это отчитывают, — теперь Кеш красноречиво смотрела на парня.       — Да, мы немного безрассудные! — сдался Джон.       Закатив глаза, Кеш махнула рукой, как бы говоря "проваливай".       Джон поспешно покинул офис. Кеш не особо спорила хоть с кем-то, даже с Эддисон у неё получалось всё мастерски разрулить. Единственный, кого она без конца отчитывала, — Драк. Её единственный родственник во всей Андромеде. И то это было вызвано её волнением за него: дед всё-таки не молод, а во все авантюры кидался с головой. Прямо как Джон.       Выйдя из фуникулёра, Джон поздоровался с парочкой знакомых инженеров и замер на лестнице, высматривая Гила. Но вместо него увидел Ветру, переговаривающуюся с несколькими торговцами. Опять что-то мутит. Но чаще всего это к лучшему.       Побарабанив пальцами по высоким перилам, Джон направился к бару. Правильно, чем можно заняться в свободное время, как не пойти и выпить? Заодно время хоть немного скоротает. И каково же было его удивление, когда в баре, за одним из дальних столиков, он обнаружил Гила, играющего в покер с тремя коллегами. Джон так глаза и вылупил. Он и сам когда-то повёлся на обаяние Гила и поддался уговорам сыграть с ним в карточную игру. С учётом того, что Джон вообще не картёжник и ни какие правила не знает. Поэтому ничего удивительного в том не было, когда он проиграл первую же партию в покер. А после десятого проигрыша СЭМ предположил помочь, но Джон посчитал это нечестным и… снова проиграл, чем Гил воспользовался, немного поддразнив. Этим он и обидел Джона — не то чтобы обидел, скорее, разозлил — и сильнее зацепил, ибо одаривал вниманием, широкой открытой улыбкой и очень многообещающим взглядом. Как тут не поддаться? Как не наплевать на проигрыши? А Джон ненавидел проигрывать. Но Гил…       Продолжая наблюдать, Джон дождался момента, когда в очередной раз проигравшие инженеры с явным недовольством на лице перевели Гилу проигранные суммы и поспешили прочь. Все, кроме одного, который, нависнув над спокойно отвечающим Гилом, высказывал ему своё недовольство. Как будто кто-то силой заставлял их садиться играть с этим милым жуликом. Что Гил жульничал, у Джона почему-то никаких сомнений не было. Конечно, как вариант, что и не жульничает, но не может же ему настолько часто везти!       — Проблемы? — полюбопытствовал Джон. На этот раз он возвышался над всеми, с холодком смотря в глаза резко обернувшегося парня.       — Никаких! — запинаясь почти на каждой букве, отозвался тот и поспешил прочь.       — Когда-нибудь ты за это получишь, — вздохнул Джон, присаживаясь напротив посмеивающегося Гила и наливая себе в чей-то стакан.       — Пока не получил.       — Это пока. Я думал, ты в инженерской застрянешь.       — «Инженерской»? Джон, кто тебя так учил говорить? Иногда ты вводишь меня в ступор своими фразами.       — Могу ввести в тебя кое-что другое, — хитро подмигнув, Джон сделал небольшой глоток и поморщился. — Бля, что за странный вкус.       — Это виски, — рассмеялся Гил.       — С каким-то странным вкусом! — Джон с подозрением глянул на жидкость в стакане. — И не надо шутить про шесть сотен с лишним выдержки.       — Оно с шоколадом, — прыснул в ладонь Гил.       — Оно чего?.. — охренел Джон.       — Ты глотни и подержи во рту. Сразу поймёшь, о чём я говорю.       Глянув на Гила, Джон сделал, как тот сказал. Чем дольше держал виски во рту, тем яснее ощущался на языке сладковатый шоколадный привкус. Сглотнув, он спросил:       — А нормального заказать не могли?       — Вдруг это мой любимый, — хмыкнул Гил и, точно пытаясь доказать это, налил себе сразу половину стакана и, сделав пару глотков, закатил глаза.       — Ага, так я тебе и поверил.       — Хрен с этим виски, сыграть хочешь? — Гил быстро собрал карты, перемешивая их.       — Ты же знаешь, я в этом не силён.       — Ну, сыграем на желание.       — И что же ты загадаешь, когда я проиграю?       — Ну, вдруг что-то такое придумаю.       — Какое? Я сюрпризов не люблю. Можно меня заранее предупредить? — тихо взмолился Джон.       — Хочу быть сверху, — шепнул Гил, чуть наклонившись вперёд.       — Если как последний раз, то я готов проиграть тебе тысячу партий подряд! — по глазам Джона стало понятно, что такая идея ему нравится.       Рассмеявшись, Гил раздал карты…