double trouble

— Ради уточнения… Ты просто?.. Кофемашина с ворчанием врывается в этот напряженный недо-диалог. Аромат свежей арабики наполняет кухню. — Была дома, секунда искажения и… я здесь. Поверь, герой, я тоже от такого не в восторге. Сердце не ускоряет ритм, слишком расслабленная поза. И тем более, Ястреб точно знает, как должен выглядеть этот человек, когда врет. Сказанное до этого… ложью явно не является. Он наблюдает… Как птица наблюдает за жертвой, как полицейский ищет признаки лжи в лице подозреваемого, как герой вслушивается в слова злодея. Тот же наклон головы, та же улыбка и те же речи. Другая интонация, иной тембр и более мягкий лживый осакский говор. Ладно, ради приличия. Она играет акцентами, насмешливо и лживо, так же как это постоянно делает он… Сбивая с толку и наслаждаясь непониманием собеседника. Ястреб придвигает кружку с кофе своей гостье и складывает руки на груди. Поза не столько показывает его недоверия, сколько заинтересованность. Наручные часы вибрируют сообщая о том, что зарядка на одном проценте… — Апельсинового сока не найдется? — тот же взгляд из-под ресниц, чуть более пухлые губы. — Конечно. Любовь к этому странному напитку идет в догонку ко всему остальному. Герой вытаскивает из холодильника графин с соком. Черты у нее более мягкие, словно сглажены все острые углы. Пирсинг в носу, три знакомых прокола. И все та же нездоровая худоба и скобы с ожогами. Разница опять же в скобах. Медицинское золото привлекает внимания чуть больше стали и взгляд из раза в раз невольно цепляется за их слабый отблеск в свете кухонного гарнитура. За окном постепенно смеркается. Густые длинные темные волосы, явно пережженные краской. Ястреб может представить на их месте теплые тяжелые мягкие локоны. Выпирающая ключица, неровно сросшаяся после одного случая пять лет назад, неудачная разборка с одной из банд. Она неприятно скрипит при каждом движении и выдохе. Это ощущают перья… Перелом в том же месте, звук ровно тот же. Человек другой. Или не совсем другой. Ястреб уверен, что с его родом деятельности и удивляться чему-то уже надо разучиться. А нет, приплыли. Оказывается, есть еще вещи, сбивающие с толку и с верного направления мыслей. — Почему я? — это простой вопрос в ситуации близкой к абсурду, но последние лет десять вся жизнь Ястреба долбанный Шапито и он в нем главный клоун. Поэтому простые вопросы в абсурдной ситуации его конек. Она разбавляет кофе холодным соком и заправляет прядь волос за ухо. Мозг машинально отмечает отсутствие мочки и множество проколов. Опять же, в ушах не сталь… золото. — Тонкий намек почему я не пошла к нему? К человеку, у которого проблем с доверием больше, чем площадь мирового океана? К клиническому параноику со стажем? Дай-ка подумать? — пассивная агрессия и язвительность, все в одном флаконе. — Не хочу конфликта. Особенно с ним. Ястреб испытывает жгучее желание спрятать лицо в ладони и надавить пальцами на глаза до появления цветных кругов перед ними. Вместо этого, он кусает губы, чтобы не рассмеяться в голос и складывает руки в замок, уютно устраивая на них подбородок. — Я запомню слова про параноика со стажем. В ее бирюзовых глазах читается насмешка в стиле визуальной новеллы. Это действие будет иметь последствия. Но все действия связанные с ним имеют последствия. Почему с ней должно быть иначе? Даби… негромко хмыкает. * Другие миры, пересечение вселенных, теория черной дыры, мультивселенная (они не в Марвел, но какого черта). Не то чтобы Ястреб когда-либо в своей жизни желал знать, что где-то там есть еще один мир, с еще одним героем номер два, который пашет на комиссию и проникает в Лигу злодеев (а не факт, может он там является предателем)… но вот они здесь и сейчас он почти цивилизованно разговаривает с Даби из другого мира. — С набором хромосом не повезло, — меланхолично отмечает она прижимаясь поясницей к кухонному шкафчику. Такая же высокая, такая же нескладная. Белая старая футболка, тот же плащ, те же штаны, которые пережили две войны и промышленную стирку. Неприлично большой вырез, полная красивая грудь. Алая помада. Даби — сплошь яркие черты. Птичья часть Ястреба, та что любит все блестящее, есть сырое мясо и иногда загонять преступников в ловушку, словно мышек или какую еще мелкую дичь, реагирует на далеко не слабый золотой отблеск от чужих скоб. Их хочется потрогать. Пальцами. Поиграть когтями. Может украсть одну из них на память, как трофей. Заныкать куда-нибудь в самый дальний ящик (как одну из скоб его Даби). — Мне отойти от лампы, Птичка? — вау, а тут интонация один в один. Просто голос другой, но манера речи. Боже. Как гребаная симуляция. — Я знаю, что отвлекаю. Кивает герой чисто на автомате. — То есть там мы тоже… близки? — слова подбираются осторожно, даже излишне аккуратно. Простые действия помогают собраться, верно? Он вздыхает и намыливает тарелку, которую не успел помыть утром. Горячая вода приятно греет замерзшие руки, яркий аромат нероли — моющего стредства — заполняет почти все пространство кухни и мешается с запахом арабики. Помещение погружается в уютный полумрак, единственный источник света две лампы над гарнитуром. Было бы неплохо зажечь свет, только… только вот намного привычнее оставлять все так. — Я засунула в тебя вибро-яйцо, поцеловала тебя после того, как в твоем рту оказалась замороженная мышь в йогурте и периодически прошу тебя вцепиться в меня когтями, ты курлычешь во сне, а во время оргазма иногда клекочешь, — перемещаясь куда-то ему за спину, задумчиво перечисляет Даби. — О, еще я слышала, как ты поешь Гагу. Невольный смешок срывается с его губ и Ястреб… выдыхает. Ладно, он не часто позволяет себе петь, да… у него есть голос и есть слух, но не то чтобы он сильно жаждет этим делиться с миром. Хватает Руми, их посиделок в караоке, ну и… Даби. Его Даби в курсе, как он поет. Его репертуар и его нездоровую любовь к Леди Гаге, которая длится лет с четырнадцати. Горячая ладонь мягко зарывается в пух основания перьев и самое пугающее, что первое мгновение мозг даже не осознает, что за его спиной стоит другой человек. Другой человек, из другого мира. Неизвестная, жмется к нему со спины, ласково поглаживает тонкие косточки крыльев и… — Ну так скажи мне сам, Птенчик, — жарко выдыхает злодейка, прижимаясь к нему близко-близко. Грудью к спине, бедра к бедрам… Наглые пальцы поглаживают напряженные мышцы пресса и играючи постукивают по пряжке ремня. — Мы достаточно близки в моем мире с тобой или все еще нет? Влажный поцелуй в загривок не становится сюрпризом. Даби так часто делает. Особенно по утрам, прижимается точно так же, зажимая между плитой/раковиной/столом, не дает сдвинуться, нашептывает всякие пошлости и… Ястреб больше ощущает перьями присутствие в его квартире еще одного человека нежели видит или фиксирует это слухом или с помощью зрения. Он слышит чужое учащенное сердцебиение и буквально видит, как столбик комнатного термометра ползет вверх. Плохой признак. Судя по довольному смешку из-за спины, последнее видит не только он. — Да не кипятись ты, на твою Птицу никто не претендует, — обманчиво расслабленный тон и наглая ухмылка в довесок. Интересно, кого-то сейчас волнует, что у «Птицы» тоже есть мнение на счет всего происходящего? Возможно, ответ очевиднее, чем кажется. * Объяснять все по новой тяжелее, особенно, когда осознание того, что «клинический параноик со стажем» не просто интересное обзывательство в собственный адрес, а суровая реальность обрушивается на голову с новой силой. Ястреб и забыл насколько злобным параноидальным типом может быть Даби, когда дело доходит до чего-то важного. — И ты ей веришь, куриные мозги? — столько возмущения, что даже обидно. — Я слышу, как бьется ее сердце, вижу и слышу, что она говорит и если вы не один и тот же человек, то мир сошел с ума, — Ястреб ведет крыльями и думает, что если нальет в чай виски ситуацию это не исправит, а если что, хоть одна здравая клетка мозга на троих здесь должна быть. А жаль… — И может рассядитесь по разным углам комнаты, пока что-нибудь не загорелось? К примеру квартира или остатки его — Ястреба — нервов? Уютный полумрак становится далеко не уютным, но… плюс, что здравое зерно есть у обоих поджигателей. В разные углы они действительно расходятся. В районе гостиной слышно, как включился телевизор, широкий плазменный экран заливает все пространство комнаты голубым свечением. Вместе с хлынувшим потоком информационного шума обстановка становится менее напряженной. Все еще недоверчивый взгляд задерживается на расслабленной женской фигуре удобно расположившейся на диване. Взгляд Даби, настоящего, его Даби, буквально кричит: я был более высокого мнения о твоих когнитивных способностях. А может виски в чай это и вариант, мелькает пассивная мысль. Так и тянет ответить, что это взаимно, касательно мыслительных способностей. Но увы и ах, искусством телепатии он так и не овладел несмотря на все потуги Комиссии. * — Вас как-то… Много. Не то чтобы это плохо, но… — две абсолютно одинаковые пары бирюзовых глаз рассматривают Ястреба. — И хватит так смотреть, вы похожи на стремных близнецов. — Как у Кинга? — самое жуткое, что говорят они это хорошо… находясь на разных углах гостиной. Ну конечно, куда же без Кинга?! Как будто его мало в жизни. Вон, вся выделенная полка Даби забита коллекционным изданием «Темной башни». Украденной непойми откуда с подписью автора. Даби… То есть его женская вариация, хмыкает и отводит взгляд, возвращаясь к перелистыванию каналов. — Ты такой нервный, Птенчик, — почти мурлычет она и от этой интонации мурашки по коже и бросает в жар, ровно так же, как от ее поцелуя в загривок на кухне. — Хочешь помогу расслабиться? — Может заведешь себе свою пташку для подобных предложений? — ласковая ироничная ухмылка Даби, его Даби (хорошо, Ястреб готов признать, что опустился до подобной терминологии) режет не хуже ножа, а в его голосе звенит ревность. Температура в комнате снова опасно повышается и кажется пахнет чем-то паленым. Проблема в том, что выставлять счет хоть кому-то из них бесполезно. Не оплатят… Все что остается это попытаться свести все возможные разрушения к минимуму. — Уже, гений, и не кипятись так, для здоровья вредно. — Странно это слышать от обгоревшей… Боже. Ястреб стонет в голос и потирает виски. Это будет сложно. За что ему это? Словно одного пирокинета в его жизни было мало… * Если верить информации на форумах, самый длительный перескок кого-то из одного времени в другое длился около семи дней. Чисто формально. Дабл-Даби его проблема именно на этот срок. В плане… если не брать в расчет что другая вселенная не другое время, но все же… Отчеты Комиссии о подобном не рассказывают. Даже с его уровнем доступа информации крайне мало и… герой хрустит затекшей шеей и жмурит глаза от яркого экрана. Те как на зло слезятся, а по ощущениям словно песком засыпаны. Усталость за тяжелую неделю дает о себе знать. — А он тоже забавно пищит и смущается, когда ты его вылизываешь? Одно из перьев непроизвольно сшибает со стола вазу с фруктами (спасибо., что не рабочий ноутбук) после этой реплики. Какого?.. Прости господи, лучше б они дальше ссорились. — Этот высокий стон и сбивчивое «Я сейчас… " Ты об этом? — и почему эти двое уже на одном диване? Куда делся параноик со стажем и язва, что профессионально доводит этого самого параноика до трясучки? — Да. Римминг и куни, и после перед тобой пернатая потекшая малышка с которой можно делать все что хочешь. Мозг судорожно хватается за информацию того, что в той вселенной он тоже женщина, но не суть. Сейчас куда больше беспокоят оба заинтересованных голодных взгляда направленных на него. Крылья невольно шуршат за спиной. И сделать вид и прикинуться шлангом, мол, не понимаю я к чему все это, будет довольно сложно. Кадык нервно дергается, а все инстинкты буквально кричат «бей и беги». Только куда бежать из собственной же квартиры и кого бить, не особо понятно. Ястреб знает, что одно четкое и выверенное «нет» станет точкой во всех этих пошлых гляделках из угла дивана на него, но он абсолютно не уверен в том, сможет ли выдавить из себя это «нет», особенно когда его не в меру богатое воображение подсказывает и подкидывает такие образы, от которых сладко сводит внизу живота, а коленки подкашиваются. — Не хочешь пересесть к нам поближе и поделиться тем, что нашел, Птица? — прокуренный знакомый голос так и манит к себе. Голубые отблески на бледной коже, напоминают отблески их пламени и в полумраке гостиной, эти двое действительно тянут на пугающих близняшек из Кинговских книг. Перья судорожно собирают с пола рассыпавшиеся фрукты и аккуратно складывают их в вазу. Пальцы на ногах поджимаются, герой вытягивает ноги и буквально позволяет ступням утонуть в мягком ворсе белого синтетического ковра. — Я и отсюда могу рассказать, что нашел. Возможно, он просто пытается избежать чего-то неотвратимого… Это как попытаться уйти от лавины, когда она буквально в километре от тебя. Или попытаться спрятаться от накатившей волны, что накрыла тебя уже с головой. Ястреб старается не думать ни о чем, особенно о поспешных решениях на горячую голову, особенно о том, нужно ли указывать такое вообще в отчете. Опасно ли это? Ткань реальности страдает? Происходит что-то глобальное или же нет и это просто случайность? Он закрывает глаза и озвучивает в полголоса то, что нашел на просторах интернета. Он чувствует себя достаточно уставшим и достаточно заебавшимся чтобы сдаться, чему? Чему угодно, конкретно сейчас он чувствует, что лавина его все-таки накроет и погребёт под огромным снежным слоем с головой. Чья-то рука мягко массирует его затылок. Длинные пальцы плавными круговыми движениями словно бы втирают что-то в кожу головы, это приятно. Почти настолько приятно, что можно немного распушить перья, поддаться чувствам и покурлыкать. Что он и делает. Герой плавится, откровенно говоря, когда чужие губы накрывают его собственные. Ленивый привычный поцелуй, после долгого дня. Поцелуй прелюдия, поцелуй-обещание чего-то большего. Скобы царапают нижнюю губу, а юркий язык буквально вылизывает его рот. Кончик касается неба, проходится по кромке зубов. Глупый дурацкий всхлип вырывается из его груди, когда он разрывает поцелуй и смотрит на человека перед собой. У его Даби взгляд хищника дорвавшегося до добычи, взгляд изголодавшегося по ласке человека, взгляд завоевателя и собственника. — Никогда не думала, что это так горячо выглядит со стороны, — насмешливо тянет из-за спины женский голос. Чужие пальцы оттягивают его голову за волосы назад и Ястреб встречается с идентичным взглядом бирюзовых глаз. — Да или нет, Птичка? — Разве от моего ответа что-то зависит? — он жмурит глаза и шумно сглатывает вязкую слюну. Губы горят огнем. — От твоего ответа зависит все, — в тон откликается мужской голос, и Ястреб чувствует горячий поцелуй-засос в шею. Боже. Он прикрывает глаза и сосредотачивается на поддразнивающих прикосновениях к голове, к легким косточкам крыльев. Он сосредотачивается на влажной дорожке поцелуев от подбородка вниз по шее до ключицы. — Даби, — в ее внимательных бирюзовых глазах ничего не меняется, только поза становится чуть напряженнее. — Что насчет… — Лучше зови меня — Дабс. Обожаю, когда ты в койке проглатываешь окончание моего имени, — выдыхает она, наклоняясь и почти касаясь своими губами его губ. — Да или нет, Птичка? Мы ждем. — Ты ждешь, — насмехается Даби уже нагло забираясь пальцами под широкую домашнюю футболку героя и задевая ногтем затвердевший чувствительный сосок. Ястреб стонет в голос, мучительно сводя брови на переносице. — Мне по-любому что-то обломится. — Ты такой самонадеянный говнюк, — смеется номер два и тянется за поцелуем Дабс. Возможно, лучшего «да» и нельзя было придумать. * Он думает, я убью кого-то из вас, зарежу перьями, если хоть один печально известный рот выдаст аналогию с курицей. Он думает, я сам себя в эту ситуацию загнал, я сам разберусь. Это всего лишь Даби. Дабс. Другое тело, та же личность. Он ощущает зарубцевавшуюся кожу, под своими губами, когда ведет смазанный поцелуй под подбородком. Это схожие ощущения, но Дабс словно сглажена, не такая острая, как сам Даби. Женщина, больше мягких черт, чуть меньшая степень поражений ожогом. Поцелуй с ней оглушает ровно так же, как поцелуй с Даби. Зажатый на этом чертовом столе, между двумя горячими телами, Ястреб не просто катастрофически теряет связь с реальностью, он терялся в ощущениях и понятие кто перед ним, кто за ним. Чьи руки стягивают с него майку, а кто только что скинул с него белье? Ястреб глухо стонет в этом поцелуе. Его словно отрубает на какие-то считанные минуты. Нет звуков, нет ощущений. Он под волной, потерянный и дезориентированный. Он открывает рот шире, чисто машинально, а потом цепляется за Дабс с какой-то ненормальной решимостью, и та отвечает тем же. Знакомое прикосновение к низу живота буквально выкидывает его из этого состояния. Даби касается влажной покрасневшей головки члена, а потом привычно проводит рукой от основания до головки, размазывает по ней выступившее предсемя, а потом пошло демонстративно слизывает остаток с собственных пальцев. — Уже поздно шутить, что ты у нас блюдо дня? — Дабс прикусывает его нижнюю губу и чуть оттягивает ее в поцелуе-укусе. — Кто-нибудь умрет если хоть один секс обойдется без кулинарных-цыплячьих шуток? — задыхаясь отвечает вопросом на вопрос герой. Даби негромко смеется располагаясь между его широко расставленных ног. Когда только успел? — Думаю наша цыпа еще недостаточно разогрета, — хитро тянет он. — Можешь трезво болтать, значит еще не дошел до кондиции. — Тебе виднее, — на распев отвечает Дабс, играясь с температурой и сгребая в ладонь мелкие перышки у основания, буквально оттягивая их на себя. Не слишком сильно, но ощутимо, чтобы глупо попытаться взмахнуть крыльями и проглотить очередной стон. — Ненавижу ва-ах, — Ястреб зажимает себе рот ладонью, когда Даби прикусывает выпирающую бедренную косточку, а потом спускается чуть ниже и обхватывает одними губами правое яичко. Бережно, ласково, привычно выпускает его изо рта с пошлым причмокиванием, а потом повторяет то же действие с левым. Господи. Боже. Да вы шутите… — Не хочешь, как в порнушке? — жарко шепчет женский голос на ухо. — Когда близняшки прижимаются губами к члену с двух сторон и по очереди сосут его словно леденец? Представляешь такое зрелище с нами? Он заторможено кивает, не понимая то ли соглашаясь, что представляет, то ли просто на автомате. Потому что только вида одного Даби стоящего перед ним на коленях достаточно для того чтобы мозг позорно вылетел в трубу. Разочарование от потери контакта с чужим теплом за спиной проходит довольно быстро, когда Дабс наконец попадает в поле его зрения. Обнаженная по пояс, с хищным взглядом. Ястреб и впрямь чувствует себя главным блюдом, когда наблюдает за тем, как двойник из другой Вселенной воплощает грязную фантазию. Как они оба прижимаются губами к его — Ястреба — члену, как не пропускают ни одну венку, как ласкают чувствительную головку, как по очереди заглатывают член до основания и посасывают поджавшиеся яички. Ястреб позорно всхлипывает, дерет когтями деревянный стол и рвано выдыхает между клекотом и очередным стоном: — Я не продержусь долго. — Так и не сдерживайся, — почти мурлычет Даби устраивая голову на его колене. — У тебя короткий период восстановления, Птаха. Мы все обо этом знаем. Если что, можно довести тебя и до сухого оргазма. Не находишь эту мысль заманчивой? В тот момент, когда он собирается высказать, что он собственно думает о подобных идеях и то, как иной раз он просто в себя не может прийти после длительных секс-марафонов, его член очень не вовремя оказывается плотно зажат между упругими грудями. Дабс сжимает собственную грудь в ладонях и буквально дрочит ею член героя. Одного этого действия и осознания хватает чтобы перешагнуть тонкую грань и позволить оргазму накрыть себя теплой прибрежной волной. Белесые капли семени остаются на обожженной коже, стекают по скобам на здоровые участки кожи. В наступившей тишине, Ястреб готов поклясться, что буквально видит молчаливый заинтересованный вопрос в одних бирюзовых глазах, направленных на идентичные напротив. Даби притягивает к себе своего двойника и жадно слизывает капли спермы с упругой груди. * Как они умудряются дойти от кухни до спальни вопрос на засыпку, но в какой-то момент Ястреб обнаруживает себя в привычной коленно-локтевой. Перед ним широко раздвинув длинные ноги полусидит-полулежит Дабс и все на чем может сконцентрироваться тупой мозг Ястреба сейчас, это на чертовых генитальных украшениях и пирсинге, что поблескивают в ярком свете спальни. на лобке прокол Кристина. В капюшоне — принцесса Диана. Хоть убей он не может вспомнить название украшения, что расположено прямо на половых губах. Это не для усиления стимуляции. Для красоты. И снова золото. Не то чтобы кто-то был удивлен. От смазки на постели остается влажное пятно, Дабс ловит его заинтересованный взгляд и игриво выгибает бровь, легонько при это касаясь пяткой плеча. — Хорошо работаешь языком, Птичка? — Никто не жаловался, — насмешливо отвечает он, оставляя поцелуй на внутренней стороне ее бедра и поддевая пальцами колечко в клиторе. Тоже золотое. Господи, эта женщина просто помешана на нем. Даби за спиной отвешивает легкий шлепок по ягодицам героя, разводит половинки в стороны и щедро выливает смазку из бутылочки. — Хочешь, чтобы я тоже потек? — А ты и так течешь, Птенчик, как девчонка, — комментирует кивая на капли предэякулята на простыни. — И таких потекших вас уже двое. — Завидно? — дразнит Дабс, зарываясь пальцами в волосы Ястреба. — Ни в коем случае, — наигранно отвечает Даби размазывая вязкую субстанцию по тугому колечку мышц. Он проникает во внутрь только одним пальцем, растягивает, как всегда не спеша и обстоятельно, подготавливая для себя. После подобной растяжки края входа натруженные и припухшие, толком сойтись не могут, но Даби с его немаленьким размером только это и нужно. Ястреб прикрывает глаза и проводит языком по влажным половым губам вверх-вниз. Задевает пирсинг у самого входа во влагалище и утыкается носом в клитор. Колечко в капюшоне слабо поблескивает и грех немного не поиграть с ним кончиком языка и услышать несдержанные стоны над головой. Герой обхватывает чужие бедра, притягивает к себе и буквально погружает язык во влагалище. Он принимается энергично трахать Дабс языком, челюсть и мышцы не привыкшие к подобному начинают ныть спустя пару минут. Герой скулит, когда длинные пальцы проходятся внутри него по простате. Играются, неспеша трахая, вперед-назад. Он жмурится. Курлычет, стонет. Все в одном. Ему неловко, ему жарко, ему до одури хорошо. Даби выливает вовнутрь него еще немного смазки, так неприлично громко хлюпает при каждом движении пальцев внутри и когда те покидают тело с характерным влажным звуком. Дабс устав ждать, обхватывает голову Ястреба руками и буквально насаживаясь на его язык. Она стонет все громче, ритм у нее сбивчивый. Герою остается только чуть повернуть голову, чтобы нос каждый раз задевал возбужденный клитор при каждом движении. Когда горячая мясистая головка упирается в его растянутый вход, Ястреб обхватывает губами колечко пирсинга в капюшоне и мягко посасывает его. Дабс кончает, зажимая голову номера два между своих крепких бедер, а Даби одним плавным толчком входит в его тело. Он большой, толстый, распирающий. Шарики пирсинга проходятся по чувствительным местам, заполняют, растягивают, давят где нужно. Ястреб стонет и ведет крыльями, то расправляя их, то складывая, теряясь в ощущениях и не понимая куда деваться от переизбытка чувств и ощущений. На копчике выступают мелкие бисеринки пота. Герою жарко, он задыхается, а ноги бедра дрожат от предвкушения. Мошонка тяжело шлепает о его ягодицы при каждом толчке. Смазка стекает по бедрам и поджавшимся яичкам оставляя потеки, с члена капает, словно он и впрямь течет. Дабс ласково касается руками лица героя, сцеловывает выступившие слезы удовольствия и поглаживает основание крыльев. Под ней остается влажное большое пятно, естественная смазка поблескивает на простынях. Возбуждающе грязно. Герой жмурится и громко всхлипывает, комкая в руке светлую ткань. Ритм довольно быстро становится сбивчивым, все что успевает зафиксировать Ястреб, как молниеносно, Дабс буквально приподнимается над ним и быстро грязно целует Даби в губы, пока тот вколачивается в его растраханную дырку. Ястреб выгибается дугой, кончая так ни разу к себе не прикоснувшись, упругие стеночки сжимают в себе крепкий ствол, знакомый жар обжигает низ живота. Даби замирает в нем всего на секунду, прижавшись слишком близко и выплескивает во внутрь свое семя. * Он все еще плавает в послеоргазменной неге, привычно позволяя себе широко раскинуть крылья по всей площади немалой кровати. В нос бьет приторный запах электронной сигареты, что-то привычное, знакомое. Удивительно что в этот раз не вишня, но распознать запах ароматной синтетической дряни никак не выходит. Ястреб мотает головой и буквально сворачивается калачиком в попытке спрятаться от запаха. Он складывает крылья на манер кокона и утыкается носом в чью-то ключицу и трется головой о голую кожу. Горячие скобы чуть царапают кожу щек, но это не критично. — Сказала же, что запах дрянной, — как сквозь толщу воды звучит голос Дабс. — А ты попробуй в том районе найти что-то адекватное, эта еще не самое дерьмо по сравнению с… — грудь Даби вибрирует от его глубокого прокуренного голоса. Герой с неохотой открывает глаза. — … лаймовой? — Точно, — Даби почесывает основание крыльев пальцами. — Пришел в себя, Птенчик? — Ощущения, что по мне, как катком прошлись, — челюсть с непривычки ноет, а тело болит, как после долгой тренировки в зале. Сесть на кровать оказывается задачей со звездочкой, и при учете постоянно уплывающего куда-то мира — тем более. Дабс обнаруживается сидящей на противоположной стороне кровати. Обнаженная, расслабленная со знакомым проницательным взглядом, ловящим каждое движение. Свет в спальне благополучно потушен, за окном раскинулся ночной город переливающийся сотней ярких огней. Через панорамные окна вид открывается сумасшедший. Ястреб зевает в кулак и потягивается, разминая мышцы спины и шеи. Поясница побаливает, и ее хочется просто отстегнуть и выкинуть. — Птица, в твоих глазах вопрос, но никак не могу понять с чем он связан. — Скорее два, — голос дрожит, а горло поскребывает. — Почему ты так далеко сидишь и… — Не будет ли ревновать твоя версия в моем мире к тому, что было между нами? — Ястреб обратно прижимается к груди Даби, когда Дабс одним плавным тягучим движением оказывается лежащей у ног самого героя. — Поверь, она оценит. Даби хмыкает и обнимает Ястреба поперек груди. — «Если» узнает или «когда» узнает? — Когда, — легко отвечает на его вопрос двойник и переводит взгляд на номера два. Те почти светятся сверхъестественным синим пламенем в слабом свете из, что проникает в спальню из окна. — Вы пугающе похожи и при этом нет. Не знаю, как объяснить. Ты более зажатый, она более открытая эксперименту. Эгоистичная, заинтересованная… С другой стороны, ты лучший актер, чем она. Я вижу трещины в твоем образе, когда ты нервничаешь, но не такие яркие, как с ней… Возможно, к тебе стоит привыкнуть. — Я не играю и не… — Притворяешься, — выходит хором, что даже заставляет занервничать. Даби нагло устраивает голову на его плече и заинтересованно рассматривает свою двойняшку. — Вы пугаете, оба. — Ты тоже временами, — Даби нагло щиплет героя за сосок. — Но никто ж не жалуется? — Иди ты, — Ястреб наматывает на палец длинную прядь темных волос. — А внешне? Мы сильно схожи внешне? — Меньше, чем ты думаешь, это как с нами, — Дабс кивает в сторону притихшего Даби. — Готова поспорить, что ты сидишь и думаешь, что я пиздец, как похожа на маму. — Даже отрицать не буду, это почти раздражает. — Почти не считается, — зевая в кулак и приподнимаясь бормочет женщина. Пряди ее волос легко проходят сквозь пальцы Ястреба, и он нарочно оставляет в них мелкое алое перо. Дабс лениво и плавно тянется за чем-то лежащим на полу и спустя пару секунд протягивает герою светящийся экран смартфона. Там фото. И да, он готов признать, что его двойник схожа с ним чуть меньше, чем ожидалось. Ястреб… Та Ястреб, игриво смотрит в объектив камеры обернувшись вполоборота, кокетливо прикрывая обнаженную грудь крылом. Густые светлые волосы, тот же прищур и те же стрелки, цвет крыльев на полтона темнее и загар более слабый. На ключице виднее россыпь веснушек и Ястреб готов ставить годовое жалование, что у нее и вся грудь в них. Может еще и бедра. Подкаченная где нужно, но сохранившая ту самую сексуальность необходимую для глянцевых журналов. Сколько всего в нее внесла Комиссия? Сколько всего пережили эти глаза на фото? И предатель она или все еще винтик огромном сложном механизме геройства? — Но вы одинаково грузитесь. Нельзя так много думать, Птичка, — забирая смартфон из его рук посмеивается Даби. — Рано морщины появятся. — Я буду секси даже с морщинами. — Трудно отрицать, — прикусывая его загривок мурлычет Даби. Он притягивает героя к себе за подбородок и запечатляет на губах ленивый поцелуй. Почти целомудренный. На фоне слышен щелчок затвора камеры. — Говорю же, смотритесь безумно горячо, — оставляя мобильный на краю широкого матраса произносит Дабс. — Никто не хочет составить компанию мне в ванной? — Просто позови, как вода наберется, — Даби зевает в кулак и откидывается на простыни, утягивая Ястреба вслед за собой. Видимо неплохо после оргазма разморило не только его. Шум воды прекрасно слышен сквозь стены, Ястреб невольно сосредотачивается на чужом присутствии ванной. Ловит оба одинаковых сердцебиения. Одинаковые хрипы и легкий скрип неправильно сросшейся ключицы. Он слушает как бежит вода, чужое сбивчивое сердцебиение, одинаковое дыхание и почти впадает в своеобразную медитацию, когда спустя минут пять начинает осознавать, что чего не хватает. Вода все так же шумит, но… пропал отзвук. Пропало второе сердцебиение. — Ты напрягся, — меланхолично отмечает Даби, поглаживая героя по волосам. — Что-то не так? Ястреб бестолково смотрит на край кровати где пару секунд назад лежал темным экраном вверх телефон. Край кровати был пуст… — Мне кажется стоит выключить воду, — с неохотой выпутываясь из горячих объятий резюмирует он. — Мы вдвоем в квартире… Даби непонимающе оглядывается и даже решает пройти до ванной комнаты вместе, ровно для того, чтобы обнаружить пустую комнату. Горячая вода грозится с минуты на минуту перелиться через края купальни. Утром единственным свидетельством того, что в квартире был третий человек., служит стакан с недопитым кофе, на боку которого красуется алый след от губной помады.