Красное на белом

Довольно уплетающая свою порцию мяса Чинацу, бледно-зелёный Люц, наблюдающий за ней, напряжённые Лем и Валмет, умиротворенный и клюющий носом Джонатан — такую картину наблюдала Коко сидя за столом в маленьком ресторанчике в Токио, куда они прилетели после жаркой во всех смыслах Республике Р. Ресторанчик был так запрятан в улочках мегаполиса, что незнающий… человек его бы и не нашел с первого раза. Коко сглотнула и посмотрела на свою порцию нетронутого мяса и слегка надкушенных овощей. Йона предостерегал их от похода с ним и Чинацу, но больно плохо он выглядел, чтобы Коко отпустила его одного с девушкой. У Коко до сих пор шли мурашки от приветствия повара, который виртуозно кромсал и шинковал новые блюда для новых посетителей. Потемневшая склера и острая улыбка плотоядно взглянула на зашедших непойми для чего людей. Но встретившись взглядом с Джонатаном улыбка сдулась, а взгляд стал услужливым. Коко все еще не разобралась в устройстве мира гулей, открывая его по-немного. Для нее и для ее команды лишь недавно было открытием, что гули водятся не только в жарких странах третьего мира, а вполне незаметно и комфортно существуют среди них, хоть и в малом количестве. Но все же такое близкое нахождение хищника, которого ты даже не распознаешь, пока не будет поздно, напрягало и вызывала паранойю. После этого не было ни сил ни желания влезать еще глубже в эту кроличью нору и еще разбираться в их иерархии и почему маленького Джонатана другие гули обходят стороной. По крайней мере Коко сейчас этого желания в себе не находила. Впереди еще были заботы, работа, заказы, новые схватки и опасности, от которых ее заслонит своей кагуне Джонатан. — Даю слово, что это курица, — приоткрыл свои багровые глаза Джонатан. Женщине показалось, что тень насмешки скользнула в глубине его нормальных зрачков. — Верю, просто… — она посмотрела на членов своей команды, которые побелели, когда за соседним столиком зачавкал довольной крупный мужчина, по подбородку которого текла кровь от еле прожаренного бифштекса. Его потемневшие склера давали ясно понять что это было за мясо. Мужчина посмотрел с прищуром на них, облизывая растягивающиеся в улыбке губы, но встретившись взглядом с Джонатан сам побледнел и уткнулся в тарелку. А Коко в очередной раз задумалась на какой ступени иерархии все же находился Йона и как гули понимают кто опасен среди них, а кто нет. Внешний признак? Вряд ли. Джонатан не выглядел как большая угроза. Запах? Коко помнила, что парень часто скрывал его, маскируясь среди людей. Не из-за этого ли умения контроля? У ее команды было не так много стычек с ему подобными, и самой адекватной и нормальной из всех гулей, которые им попадались, была Чинацу, которая больше всех походила на человека, хоть и не сдержанного и кровожадного, но человека. Джонатан казался венцом эволюции гулей, но в ресторане было как минимум 10 посетителей, которые тоже выгладили нормально и при встрече на улице не вызвали бы и тени мысли, что они не люди. — Ты слишком переживаешь из-за них. Не стоит, — сказал парень, вновь улавливая ее мысли. — В такие места гули, способные доставить нам неприятности, не ходят, — уткнувшийся ранее в тарелку мужчина наморщился, от того что его явно только что обозвали слабаком не стоящим внимания, но смолчал. — Они предпочитают добывать еду по старинке — охотой. — Не скажу, что мне стало легче, но спасибо, — Коко все же приступила к еде, мясо и правда оказалось куриным, хотя человечина вроде тоже напоминала по вкусу курицу… На этой мысли кусок все же встал поперек горло. Уйти из этого заведения во тьму вечера было облегчением, и еще большим было вновь чувствовать жар, исходящий от Джонатана. Еда пошла ему на пользу. А Коко подумала, что ради этого чувства не прочь скормить ему кого-то. От этой мысли ее распер смех и под удивленные взгляды все еще напряженных товарищей она захихикала, прижимаясь к спине Йоны, несмотря на его ворчание, что так делать не нужно из-за кагуне. Так обыденно, так тепло, несмотря на окружающий холод ночи и скрывающиеся во тьме опасности. Ее гуль. Новое сообщение из штаба не заставило себя ждать и Коко оставалось лишь порадоваться, что их новое задание всего лишь посетить оружейную выставку, которая будет проходить в Южной Африке. Узнать о новых изобретениях из мира убийств, заключить пару новых контрактов, вкусно поесть чего-нибудь перченого и повидаться с Минами. Коко улыбнулась грядущим планам, вздыхая. Все выглядело как отдых и она надеялась, что этим все ограничится. Несмотря на нормальный вид, Йона все еще вызывал у нее опасение. Ей постоянно казалось, что он сонливее чем раньше, кожа не такая смуглая и горячая, движения замедленные, а взгляд застывает на месте. Но она старалась гнать от себя эти сомнения и лишние переживания, переключаясь на работу. Несмотря на юность Йону сложно было назвать ребенком, который не мог о себе позаботиться. Если бы что-то было не так, он бы сообщил или стал решать проблему, как он делала это ранее. Но после пережитого в Республике R, напомнившего Коко, что Йона такой же смертный как они все, она не могла избавиться от этого волнения. Она не любила терять членов команды. Йону с его спокойным взглядом и горячим телом не хотелось терять вдвойне. — Йухуууу! — к удивлению всех, сильнее всего поездке в Южную Африку обрадовалась Чинацу, а вот на лице Джонатан казалось мелькнула огорчение. Даже вздох вырвался у него из груди, выражая крайнюю степень его недовольства, что было удивительно так же как радость Чинацу. — И чему именно ты так обрадовалась? — прервала планерку Коко. Все остальные члены заинтересовано смотрели на самую взбалмошную девушку в их отряде и самого спокойного парня. — Мы там с Босом заходили в один ресторанчик, там подавали неимоверно вкусный бифштекст! Почти как те, что мы пробывали недавно, но вкуснее, — длинноватый язык Чинацу прошелся по губам а глаза девушки запылали от блаженства и восторга, вызванных воспоминаниями о трапезе. — Давайте сходим туда после ярмарки?! — глаза девушки вспыхнули от предвкушения, а от нетерпения она вскочила со своего места и умоляюще посмотрела на Коко. — Такие же, но вкуснее?.. — передернул плечами Лем. — Ресторанчик случайно назывался не «Дикие прерии Лу»? — спросил еще раз вздохнувший Джонатан. — Он самый! — воскликнула Чинацу, просяще посмотрев уже на парня, который по ее умозаключениям имел уже немалый вес как в команде, так и в мыслях Коко. — Давай сходим вместе! — Глаз Коко дернулся. — Я ел там один раз. Но узнав как именно добывается мясо, перестал. — И что с ним не так? Вкуснятина же, — удивилась Чинацу. Джонатан посмотрел на опустевшие тарелки команды. Планерка началась сразу после завтрака, кто-то все еще пил чай с печеньем. Так что он просто поманил Чинацу пальцем к себе и шепнул на ухо. Девушка вскинула брови а затем нахмурилась. Лицо ее стало задумчивым а затем печальным. — Такой нежный вкус с остротой есть только у одного мяса и добытого лишь так. — Блин ну почему такое вкусное мясо должно быть именно из такого, — Чинацу вздохнула и облизнулась, несмотря на открывшуюся правду тяга к поглощению охватывающая всех гулей боролась в ней. — Чинацу, если узнаю, что ты ешь подобное — убью, — обрубил все мысли девушки Джонатан. Она почувствовала от него силу вожака, запах стал резче, грубее и глубже. Ее глаза округлились и застыли, хотелось вжаться в спинку, покориться, сделать все что прикажут. Миг и это ощущение силы Джонатана отпустило, но послевкусие осталось внутри, поселилось животным страхом вечного напоминания. Даже тогда, когда она напала на Коко, он не демонстрировал свою силу, так, лишь отмахивался от нее. Чинацу думала что его сила открылась когда он разорвал "Балканских драконов", но и тогда это была лишь такая кроха. Все ли это сейчас?.. У людей его слова засели холодком во внутренностях. — Я… не буду, — сжалась девушка. Воспоминания подкинули картины ее детства, где в детском саду были ее маленькие друзья, будущие одноклассники, будущие просто знакомые. Их незатейливые игры, глупые наивные мечты, смех, сияющие глаза… Чинацу затошнило от мысли об ужасе в их глазах и окровавленных телах, пойманных в дикой охоте, как и тот кусок мяса, что она с удовольствием съела вместе с бывшим боссом. Планерка продолжилась и у всех людей пробежала волна дрожи по телу, когда они осознали куда именно направляются. В Африке официально было много гулей, но озвучивалось, что лишь в малонаселенный местах да в дикой местности. Редко когда они встречались в больших городах, а при обнаружении всех заверяли, что их очень быстро отлавливают как диких и крайне опасных животных. Но если вспомнить сколько раз они встречались им в странах Европы, где по официальным данным их быть не должно, то реальное число гулей, в месте куда они направлялись, могло быть крайне высоким. «А раньше мы ездили в эту часть света спокойнее», — пронеслось у всех в голове вместе с тяжелым вздохом. - Не припомню, чтобы ты хоть раз был недоволен новым заданием. Или дело в стране куда мы плывем? — Коко нашла Джонатана на палубе как всегда рассматривающего море в гордом одиночестве. — Или может из которой уплыли? — Она думала, что Джонатан как она сама, вечный путник на дорогах жизни, который не привязан ни к одному из мест на Земле. Но похоже что-то было в стране восходящего солнца, учитывая как он прищурился и поменял опорную ногу. Она улыбнулась шире своей улучшающейся способности читать нечитаемого парня и двинулась к нему в привычном желании оказаться ближе. Все это точно не было связано с местом рождения, эту информацию она уже давно узнала у него. Как и многие гули Джонатан родился в вечно воюющем уголке жаркого света. А не как не в одной из самых безопасных стран современного мира. Неужели у него были какие-то дела в Японии? Хотел сходить еще в какую-то забегаловку для гулей? — Хотел встретиться кое с кем. Коко запнулась от неожиданности. — У тебя кто-то есть в Японии? — не то что бы она сомневалась в способности Йоны заводить знакомства и поддерживать связи с людьми, один пример все же был, да и проведенное вместе время показало, что парнем Джонатан был весьма спокойным и разумным. Но тем не менее он не выглядел как тот, кому есть куда возвращаться и уж тем более к кому-то. — Сколько изумления в твоем голосе, — ей показалось или Йона посмотрел на нее с обидой. Или это была издевка?.. Все же полностью понять его она еще не могла, как других. — Ой прости, прости, — Коко усмехнулась, надеясь, что не задела его потаенных чувств, о которых еще не узнала. Но внутри кольнула обида и легкая зависть. Несмотря на толпу людей рядом, несмотря на живого отца и брата, Коко с трудом могла бы назвать их теми к кому хотелось бы возвращаться раз за разом. Будь ее воля она бы никогда больше не встречалась с отцом с братом. Потеря любого из ее команды причинит ей боль, но долго горевать она не будет. Люди приходят и уходят из жизни как своей так и ее. Все уходят... — Просто удивилась, такое же удивление как-то, что гули могут спокойно передвигаться по странам Европы. Так кого ты хотел навестить? Кого-то из "своих"? — она прижалась к его спине, чтобы его пронзительные глаза не увидели в ней то, что она сама не хотела видеть. Всполохи горечи и жалости к себе. Коко не перед кем не хотела выглядеть жалкой, всегда улыбка, высоко поднятая голова и уверенный взгляд даже перед автоматным дулом. Но Джонатан будил в ней особе желание выглядеть лучше чем она есть, скрыть все слабое и жалкое. Ведь в мире хищников, из которого пришел Джонатан, белому кролику места быть не может. Коко прислонилась щекой к его макушке, прижалась теснее чувствуя его рядом, чувствуя себя на месте. Джонатан промолчал. Ни ответа, ни дежурного замечания, что прижиматься со спины опасно для Коко. Так они и стояли, смотря на заходящее солнце и вдыхая солоноватый ветер, пока вечно натянутая улыбка женщины увядала. Они были одни и это могло увидеть лишь небо. Лишь небо и Коко ощутили эту внезапно возникшую стену отодвигающую ее от Йоны. Джонатана нельзя было назвать открытым, но на ее вопросы он всегда отвечал, какими бы личными они небыли. Но похоже Коко ошибалась. Это прошлые вопросы ничего не значили для него, хоть и затрагивали суть его природы. О ком по ту сторону океана молчит Джонатан? Кого отгораживает от мира, в котором он с Коко? — Много будешь знать быстро состаришься, — ответил Джонатан вдыхая запах моря и Коко, оседающих на его языке солью и горечью. — Это кого ты тут старухой назвать пытаешься?! — воскликнула женщина и потянула парня за щеки, вылепливая на его лице разные гримасы. А гуль просто стоял, позволяя Коко делать с собой что заблагорассудиться. По крайней мере пока у этого всего не появились свидетели, высыпавшиеся на громкие возмущения Коко из кают. Африка встретила их жаром казалось не садящегося никогда солнца. Лишь двое из команды веяли холодом и бушующей грозой: Валмет выглядела как грозовая туча, обещающая всем сумрак и хаус, Джонатан ощущался на инстинктивном уровне как неминуема беда. Лем все утро косился на них. Причин плохого настроения Валмет он мог понять, зная эти страницы ее прошлого, а вот чем Африка не угодила Джонатану было загадкой для всех, не предвещающей ничего хорошего. Коко думала, что все дело в нереализованных планах, но все больше начинала сомневаться, что Йона мог быть в таком напряжении просто от несостоявшейся встречи. Сам парень просто чувствовал что-то надвигающееся и не мог понять откуда идет опасность. Такое было с ним лишь пару раз и всегда заканчивалось новой трагедией в жизни. После таких ощущений умерли его родители, а жизни стала полем боя, после такого предчувствия он потерял первых и единственных друзей. — Что то не так? — к нему подошла Чинацу, которая тоже выглядела взволнованной, озиралась и принюхивалась, думая что что-то упускает. — Нет, все нормально, — был ей ответ. Джонатан не мог сказать, что его начавшаяся взвинченность из-за простого предчувствия и суеверия. — Просто сохраняй бдительность, - Девушка какое-то время пристально смотрела на него, ожидая пояснений, но потом все поняла и заняла позицию рядом с Коко. Оружейная ярмарка встретила их шумом и блеском стали. Лучшие инновационные открытия в мире оружия были выставлены на показ всем военным, инженерам и торговцам оружия, слетевшимся сюда как мухи на падаль. Стоило Коко попасть в поле зрения с командой как к ней тут же стали подходить сильные мира сего от торговцев до военных, которые пользовались услугами HCLA. Джонатан мотнул головой, прогоняя рой выползших чувств и мыслей и приступил к работе. Он принюхался и тут же обнаружил как минимум 5 собратьев. Как и говорила однажды Коко, все больше людей стали прибегать к гулям в качестве охраны. Особенно на территории, где умереть от них было просто. Он оглядел помещение, заметив двух, еще двух он ощущал за пределами павильона на удалении, и один запах то появлялся, то исчезал среди многообразия людского аромата. Сам Джонатан скрыл себя еще в порту. Быть маяком не хотелось. Мало ли кто может слететься померяться силами или начать претендовать на людей рядом. Ускользающий запах мелькал все ближе к Коко, Джонатан все больше напрягался, всматриваясь в лица людей. — Мисс Хекматьяр! — воскликнул высокий блондин с непонятным цветом глаз, подошедший сразу как возле Коко освободилось место. — Добрый день… — Коко попыталась вспомнить подошедшего человека, но память молчала. Впрочем столько лиц уже успели проплыть за столько короткое время прибывания здесь, не удивительно, что уже все смешалось. — Не трудитесь вспомнить мы еще не знакомы, — засмеялся мужчина протягивая ей свою визитку. — Лукас Моро охранная фирма «Зверь»? — Коко вскинула бровь на эту банальщину и чистую маскулинность, но мужчина прочел ее по своему. — Моя фирма еще молода и должно быть еще не зацепили вашего внимание, должен сказать я опоздал завлечь вас к нам всего на пару дней, — громко, но как-то натужно и неестественно усмехнулся мужчина. — Впрочем вдруг еще удастся. Джонатан был готов атаковать в любой момент. Он нашел источник вспыхивающего и затухающего запаха своего собрата. — Правда? — удивилась Коко его уверенности. — Мой штат укомплектован, так что вряд ли я бы стала вашим клиентом, мистер Моро, какими бы профессионалами небыли ваши люди. — О тогда вам в штат нужен был вовсе не человек, — вновь засмеялся мужчина своим непонятным смехом, а внутри Коко и ее людей все похолодело, когда мысль о том, что именно их смутило в это человеке, оформилась. — Не совсем поняла вас, мистер… — Коко скрутило, когда глаза мужчины впились в нее. Она словно оказалась перед самой смертью, перед той, от кого так удачно сбегала, перед той, кого так часто видела и вызывала проданным оружием. — А… — слова заледенели внутри нее, мысли застыли. Был лишь страх, животным страх добычи перед хищником. Бежать, нужно было бежать, без оглядки, подальше, скрыться, спрятаться от этого всепоглощающего чувства неизбежного конца и надвигающегося холодного мрака. Горячая ладонь легла на ее бедро.