Красное на белом

Суета сборов перед заданием раздражала. Запах волнения Чинацу перед ее первой одиночной защитой Коко нервировал. Роившиеся мысли о Коко и ее странном отношении к нему капали на макушку, словно пытка каплей от китайских наемников. Последний их разговор запустил в нем цепь размышлений и воспоминаний, который он бы не хотел уделять время. Но начатый процесс требовал завершения, вывода и плана действий. Хотелось остановиться, забыть о взглядах женщины, ее стремлении касаться его, мимолетные настоящие улыбки, подаренные ему... Все чаще это сопровождалось вспышками давно похороненного в огне лица. А за ним вытягивалась тьма, боль и чувство беспомощности перед этим миром. Джонатан сжал зубы, края кровати в комнате отеля захрустели крошащимся деревом под его руками. Внутри полыхнула злость. Яркость и внезапность этого чувства удивили его и отрезвили. Не менее удивил разверзнувшийся внутри пропастью голод. Всепоглощающий и рвущийся наружу голод. Он ел совсем недавно, настоящее мясо, и вновь хотел есть. Это было уже не нормально для него. Эту мысль оборвал робкий стук Чинацу за дверью. - Д-Д-Джонатан, - позвала она его, испуганно высовываясь из приоткрывшейся двери. Он молча смотрел на нее. Его эксперимент, проявление человеческого сострадания к брату по крови и участи, обернувшийся удачным усилением боевой мощи их команды. Чинацу вжала голову в плечи и хотел уже скрыться за дверью от этого пронзительного непонятного взгляда. Вообще не стоило беспокоить того, кто минуту назад так страшно пах злостью, но ее с недавних пор съедал один вопрос. - Почему не заходишь? – вздохнул парень, отводя взгляд и понимая, что скорее всего напугал ее. Хорошо, что такие запахи могли улавливать только гули. Насколько мир усложнился или упростился, если бы люди умели считывать их? От появившейся сетки гипотез и вариаций в голове запульсировало, усугубляя и так не сильно радужное настроение парня. - Извини что отвлекаю от сборов, - девушка зашла в комнату и присела на краешек кровати. – Что-то произошло? – решилась все же задать этот вопрос ведь в последнее время настроение ее спасителя и учителя плескалось как море перед штормом. И казалось после последней прогулки с Коко подул северный ветер. – Ты ведь не уходишь из команды? – эта догадка отбросила ее главный вопрос назад. Она только стала справляться со своей сутью, только почувствовала вкус жизни и стала думать о хоть каком-то будущем для себя. Потерять опору в виде Джонатан было страшно, особенно сейчас, когда под ногами перестала раскачиваться земля. - Нет, не ухожу, - предположение Чинацу удивляло, хоть и не было беспочвенным. – Таким гулям как Лукас нельзя верить, Чинацу. Слишком он не сдержан и самоуверен. К тому же идея мирового гульего господства обречена на провал не успев начаться. Причины в принципе такие же... - Оу… понятно, - девушка успокоилась, но вдруг обнажился ее запах, который Джонатан обычно классифицировал как смущение и стыд.  Девушке было еще долго учиться подавлять его. - Это ведь не то, о чем ты хотела поговорить? – понял парень. – Волнуешь перед заданием? Хочешь что-то уточнить по нему? – вспыхнувшие щеки девушки, к сожалению Джонатана, дали ему понять, что разговор будет не о работе, а о чем-то сложном и скорее всего о том, что он не хотел бы сейчас обсуждать. - Помнишь нашу встречу на крыше? Ну... когда я пришла убить Коко. Помнишь о чем мы говорили? - Мы много что успели обсудить тогда, - чувство грядущей неприятности все усиливалось. - Уточни какая тема тебе тогда так задела? - Ну... ты что-то тогда сказал о метках помнишь? - девушка поерзала и уставилась на свои ноги. Джонатана затошнило. И почему обычная работа вдруг стала такой сложной? - Хочешь узнать про размножение гулей? - Джонатан обмяк и лег, скрестив руки на животе, поддаваясь течению потока жизни. Чинацу покраснела пуще прежнего. Даже щеголяние без трусов не вызывало в ней такого чувства смущения. Должно быть из-за чувства нереальности, сопровождающее ее со смерти родителей, или ощущение не принадлежности себе и своего тел делали эту оголенность ничего не значащей. - Н-н-не так прям сразу как дети появляются! - залепетала она. - Как такие как мы встречаются, как отношения строят, семьи там?.. Вместо того чтобы обдумывать что ей ответить у Джонатана возник вопрос, откуда у Чинацу вдруг именно этот интерес. - В принципе, у разумных представителей мало чем отличается от людских ухаживаний. Разве что брак скрепляется не кольцами а укусами, теми самыми метками. Наша половая система идентична, так что секс такой же. Разве что половое созревание и зрелость наступают гораздо раньше, а сам процесс может стать весьма травматичным и... кровавым, - вздохнул парень вспоминая происходящее в одном лагере, где после жара битвы, горячка била в другие места. - К-кровавее? - Чинацу казалась шокированной и немного напуганной. Взглянув на нее Джонатан понял, что запахи его не обманули. - Чинацу, почему ты решила поговорить об этом? - Джонатан вновь почувствовал как внутри кипнул гнев. - Тебе кто-то понравился из отряда? Или стал оказывать знаки внимания? - чужака Джонатан отмел сразу. Так близко и так на долго для завязывания симпатии к девушке никто не подбирался из гулей. Джонатан прокусил щеку от мысли, что если она скажет, что это праздный интерес, он ударит ее. Безумие и ненормальность этого порыва отрезвила лучше боли и вкуса собственной крови. Глаза Чинацу метались, мышцы на лице задергались, не понимая какую эмоцию испытывает их хозяйка, краснота уступала бледности и менялась местами обратно. Она издала что-то среднее между писком и рыком, а потом забралась на кровать и нависла с боку над лежащим Джонатоном. Почерневшие в миг глаза парня встретились с почти такими же глазами девушки. Еще не такая непроглядная тьма с алым, словно расщелина в ад, зрачком, как у Джонатана, но уже и не тот мутно серый цвет с надвигающимся заревом. - Мне... я... я чувствуя себя не так! - крикнула она ему в лицо. - Как же? - спросил парень уже догадываясь по вспыхнувшему запаху Чинацу, в чем корень проблемы. - Мне... когда я вдыхаю его запах я... я хочу сожрать его! - под пальцами Чинацу стало расползаться гостиничное одеяло. - Я сыта, мне не хочется есть как было раньше, но я все равно, даже если только что поела, хочу поглотить его, всего до последней капли крови, - на ее глазах навернулись слезы давая понять парню, что ее переживания оказались куда серьезней и глубже, чем он воспринял поначалу. - Но я не хочу, что бы он умер. Хочу чтобы он так же сделал со мной... - слезинка упала Джонатану на щеку, от чего его глаза расширились. - Чинацу... - Что со мной!? Что сом ной не так?! - она укусила свою дрожащую губу и уже на другу щеку Джонатана упала капля крови. - Или так и должно быть? Но я не хочу вредить ему он и так боится нас до дурноты. Эта ремарка сложила пазл ее симпатии в голове Джонатана. От выбора девушки ему хотелось передернуть плечами. В прочем... не худший выбор из возможных, но самый тяжелый в плане завоевания. Даже к Валмет с ее наклонностями было легче подступиться по его мнению. - Я чувствую как что-то загорается внутри и не тухнет, сколько бы я не медитировала, как ты учил, - ее вспышка стала сменяться затишьем и волной смущенной покорности его оценке. Чинацу мало что смыслила в этой стороне жизни. Прошлый опыт был бесполезен, а нового не было. Даже когда ей казалось, что к боссу Доменику у нее есть какие-то чувства, он выдал, что ему нравятся постарше. Может по-опытнее? Знал ли что-то он сам про то, как это происходит у гулей? - Что мне делать? - Джонатан был единственным, кто мог ей помочь, кто точно знал что с ней и как с этим быть. Хоть он и был младше Чинацу лет на 5 минимум. Но именно он был ее единственным проводником, тем кто спас, дал новую жизнь и надежду на будущее. "Прямо как босс Доменик" - пронеслось в ее мыслях. Джонатан смотрел на нее не моргая и не двигаясь, почти не дыша из-за усилившегося запаха. Но затем неожиданно для Чинацу и самого себя плавно приподнялся на одной руке, почти касаясь носом ее. Девушка залилась новым румянцем, дыша ему в губы. Его свободная рука коснулась ее горячего лба убирая прилипшую прядку. А затем он ушел в бок и Чинацу почувствовала как его зубы коснулись ее шеи. Чинацу глухо вскрикнула и прогнулась, открывая шею еще больше. Но мимолетное ощущения зубов тут же пропало в отличие от дрожи прокатившейся по всему телу и расплывшейся внизу живота фейерверком. Ее руки задрожали дыхание словно было украдено а потом возвращено обратно. - Чинацу, - его дыхание вновь было на ее губах. Она распахнула глаза и встретилась с обычными глазами Джонатана, - никого мяса в ближайшие пару дней даже животного, и никакой крови. - Что? - еще тяжело дыша она попыталась осмыслить в медленно проясняющейся голове что ей говорил парень. - У тебя первый гон, всплеск гормонов требующих продолжения потомства. Чинацу удивленно слушала его. С ней все нормально? Джонатан был спокоен. Она приложила дрожащую от пережитого руку к шее, но ничего там не нащупала. Вторая рука с трудом держала ее почти заваливая девушку на Джонатана, который находился так же близко. Волнительно близко, но уже не так. - Прими холодный душ и перед выходом нанеси духи на шею и запястья для надежности. Я прикусил тебе шейную железу, не метка и не полноценная разрядка, но тебе должно полегчать, - к счастью Люц шел в его отряде а значит разжигать гон будет некому, а Чинацу не сможет заинтересоваться кем-то другим. Впрочем и другие не должны заинтересоваться ей за запахом Джонатана и духами. Уже сейчас он видел как она успокаивается да и в пике он отметил ее сдержанность. Будь он с другим гулем его бы уже начали рвать, а не растеряно хлопать глазами. - А чем это вы двое тут занимаетесь вместо того чтобы готовиться к операции?! - прервал поток мыслей Джонатана и зарождающиеся вопросы Чинацу возглас Коко. И только Джонатан отрыл рот, чтобы что-то сказать, слишком он увлекся проблемой Чинацу, даже запах Коко не почувствовал за пределами ее, как улыбка беловолосой и злой взгляд оборвали попытку пробежкой мурашек. Запах ярости Коко впервые пугал его, впрочем он впервые чувствовал эту остроту в ее запахе. Такая несвойственная Коко и обескураживающая гамма запахов ударила в нос, что Джонтан застыл, как кролик перед удавом. - Боевая готовность через 20 минут! - девушка развернулась и вышла, хлопнув дверью. Два существа рожденные идеальными машинами для убийств вздрогнули. "Может и стоило принять предложение Лукаса? Хотя бы был среди тех чьи эмоции понимаю", - вздохнул Джонатан, чувствуя как внутри вновь начинает закипать непонятная и нелогичная злость. "Блядь мне же ехать сейчас с ней в одной машине и весь вечер охранять", - стонала внутри себя Чинацу, хоть и не разбирающаяся в отношении гулей, но зато прекрасно понимающая людские.