Мой кислород

      Изуну как током ударило от осознания происходящего. Его любимого накачали афродизиаком. Вопрос только: как он ещё держится и не сорвался? И почему он стал действовать только через сутки? — Тобирама, я могу тебе помочь, но мне нужно твоё согласие, — сказал Учиха и прикоснулся ко лбу друга губами.       Сенджу только поддался ближе к прикосновениям, но Изуна отстранился. Он не хотел делать что-то против воли любимого человека. — Тобирама, я не прикоснусь к тебе, пока ты не дашь мне согласие, — повторил требование брюнет.       Но Сенджу только задышал более тяжело и часто. Мысленно попросив прощение у Хаширамы и самого не соображающего Тобирамы, Изуна снял с себя кимоно, оставаясь в футболке и штанах. Отложив его в сторону, Изуна навис над альбиносом, нежно целуя столь желанные губы. Сенджу ответил на поцелуй, запустив пальцы в волосы Учихи. Постепенно они углубили поцелуй; теперь он стал похож на борьбу за доминирование.       Когда воздуха стало катастрофически мало, они разорвали поцелуй. Оба тяжело дышали, восстанавливая дыхание.       Брюнет стянул с альбиноса кофту, любуясь его в меру накаченным телом. Оторвавшись от созерцания возлюбленного, Изуна стал ласкать Тобираму.       Учиха с лёгкостью находил чувствительные места парня, касаясь их дразня. Но долго этого делать Изуна не стал, так как альбинос довольно быстро возбудился от ласк брюнета и действия возбудителя. Раздев партнёра полностью, Изуна стал и сам раздеваться, после чего достал тюбик лубриканта и, выдавив немного на пальцы, стал потихоньку растягивать любимого.       Впервые в жизни Учиха был нежен с партнёром, но именно сейчас ему не хотелось торопится и причинять боль. Ему хотелось сделать всё как можно нежнее.       Когда Сенджу начал буквально плавится от удовольствия, Учиха перестал его мучать ласками. Приставив головку члена к дырочке, Учиха мягко вошёл на половину. Но даже этого хватило, чтобы альбинос закусил губу, сдерживая вскрик боли; но его выдали две дорожки слёз. — Тише. Сейчас станет легче, — шепнул брюнет и поцеловал партнёра, отвлекая.       Тобирама ответил на поцелуй, обвивая шею руками. Когда Сенджу расслабился, Изуна вошёл до конца, сразу попав по простате. Альбинос разорвал поцелуй, выгибаясь от удовольствия. Учиха стал ритмично входить в партнёра, всё время попадая по простате, попутно надрачивая.       Долго они не продержались. Первым кончил Тобирама, а за ним и Изуна, перед этим выйдя из парня. Альбинос сразу же заснул: его слишком сильно всё вымотало. Учиха же убрал все следы их развлечения и лёг рядом с Сенджу, обнимая за талию и притягивая к себе.       Утром Тобирама проснулся от приятных поглаживаний по волосам. Вставать не хотелось, поэтому Сенджу не стал открывать глаза, улыбнувшись. — Доброе утро, — раздался шепот в ушко. — Доброе утро, Изуна, — ответил альбинос, но даже не подумал вырыватся из объятий.       На это Учиха ухмыльнулся, не до конца веря в то, что Тобирама не против данной ситуации. Хотя после того, что случилось ночью, это было в какой-то мере логично. Только вот… — Тобирама, ты помнишь, что произошло ночью? — осторожно спросил брюнет.       На пару минут повисло молчание. — Помню. И, как бы это странно не звучало, мне понравилось, — ответил Тобирама и повернулся лицом к Учиха. — Люблю тебя, — слова сами собой сорвались с губ Изуны — Я тебя тоже, — ответил альбинос и поцеловал парня, обнимая его за шею.       Изуна ответил на поцелуй постепенно углубив его и притянув Сенджу к себе за тилию. Сенджу мурлыкнул в поцелуй. Когда воздуха стало катастрофически мало, они разорвали поцелуй. — Когда скажем братьям? — спросил Изуна. — Можно прямо за завтраком, — ответил Тобирама.       Встав, парочка оделась и спустилась в низ. Тобирама временами ворчал на парня, так как после ночных развлечений у него болела поясница и ходить было больно. Не выдержав ворчания Сенджу, Учиха взял его на руки и понёс в кухню.       Старшие сидели и обсуждали важные нюансы, когда в кухню вошёл Изуна с Тобирамой на руках. Последний, кстати, даже не сопротивлялся. — И как это называется? — спросил шокированный Мадара. — Так же, как и у вас, — фыркнул брюнет.       Посадив любимого за стол, младший Учиха поставил чайник и сел рядом, принимая голову парня на плечо. — Я так понимаю, что вы уладили все возможные и не очень разногласия, — сказал Хаширама. — Правильно понимаешь, братец, — подал голос альбинос.       Завтрак прошёл в тишине. Старшие переваривали случившееся, а младшие просто наслаждались тишиной и реакцией своих братьев.       Вот так одна незначительная ситуация с сердцем Сенджу положила конец не только вражде двух людей и свела их в месте, но и положила конец войне между двумя великими кланами Учиха и Сенджу.